Резюме

1.

2. В европейской культуре интерес к природе смеха возрождает­ся в философии эпохи Ренессанса как реакция на средневековую агеластику. Связано это прежде всего с антропоцентризмом эпохи, ее жизнеутверждающим и оптимистическим характером, всесторонней секуляризацией культуры и общественной жизни.

3. Начиная с ХVII века и заканчивая сегодняшним днем смех находится в фокусе пристального внимания философии. О смехе пишут практически все выдающиеся представители различных философских направлений от Декарта до современных постмодернистов. История теорий смеха предлагает различные трактовки: физиологические и психологические, этические, эстетические и социально-философские. Это, несомненно, говорит о глубине и постоянной актуальности объек­та исследования, находящегося в сфере пересечения различных наук,

¹ Богдан Дземидок объединяет теории комического, полагая, что в основе всех предложенных наукой концепций лежит идея отклонения от нормы. См.: Дземидок Б. О комическом. М., 1974. С. 53.

41

способного дать новый и оригинальный поворот мысли и еще более приблизиться к пониманию феноменов человека и общества.

3. Важным моментом в развитии теории комического стал поиск истоков смешного в субъективных переживаниях и рассудке человека. Уже у Томаса Гоббса осуществляется решительный поворот теории от объекта смеха к личности смеющегося. Этот поворот в целом соответ­ствует общефилософской традиции Нового времени с ее укорененно­стью в картезианском cogito. Признание активности субъекта коми­ческого дало исследованиям смеха новый импульс и позволило внести Стендалю, Иммануилу Канту и другим ряд важных предложений, ка­сающихся природы комического. Следующим шагом в теории смеха стала концепция субъективного и объективного контрастов Жан-Поля, наиболее адекватно локализовавшая комическое в сфере взаимодей­ствия субъекта и объекта смешного. Большая часть важных замечаний в теориях Артура Шопенгауэра, Анри Бергсона и других, касающихся сущности смеха, основана на учете этого тезиса.

4. Общей для практически всех теорий смешного, представленных западно-европейской философией, является идея, восходящая к Ари­стотелю и постулирующая наличие в комическом специфического противоречия. Это может быть противоречие между собственными преимуществами и чужими слабостями (Гоббс), логическим и неле­пым (Кант), величием и ничтожностью (Жан-Поль, Спенсер), основа­тельностью и иллюзорностью (Гегель, Маркс, Энгельс), понятием и реальностью (Шопенгауэр), целью и средствами (Фрейд), живым и механистичным (Бергсон). Попытку свести эти разнородные опреде­ления к единому знаменателю предпринял Богдан Дземидок, предло­живший трактовку комического как реакции на явление, отклоняюще­еся от нормы. Другой вариант объединения различных концепций — теория Артура Кестлера, усматривающая комизм в творческом соче­тании разнородных матриц; при этом противоречивые матрицы могут принадлежать как к одной из сфер общественного сознания (этиче­ской, эстетической, идеологической и др.), так и сочетать различные сферы (например, этическую и эстетическую). Возможность нахожде­ния подобных точек соприкосновения теорий смешного говорит как о внутреннем единстве исторического развития науки, так и об античной преемственности (Аристотель, Цицерон) и послеантичной западно­европейской философской мысли.

5. Западно-европейские исследователи смеха проделали значитель­ную работу, определяя условия, необходимые для возникновения сме­ха. В частности, указывается на необходимость ощущения чувства превосходства субъекта над объектом смеха; присутствие в комиче­ском неожиданности (Гоббс); возможность смеяться только над чело­веком и человеческим (Жан-Поль, Бергсон). В большинстве совре­менных теорий смешного эти три элемента неизменно учитываются как необходимые и центральные условия смешного.

6. Продолжается наметившаяся еще в античности редукция коми-

4 2

ческого. Все больше внимания уделяется не смеху как целостному явлению, а таким его разнопорядковым формам, как юмор, ирония, сатира, остроумие, гротеск, карикатура и пр. В этой тенденции выра­жается, с одной стороны, рационализация философии, все более дробя­щая объект исследования, а с другой — новый качественный уровень исследований, позволяющий глубже проникнуть в сущность различ­ных проявлений смешного.

7. В процессе развития теоретических представлений о смехе вни­мание исследователей постепенно перемещается от эстетических и эти­ческих дефиниций к серьезным попыткам рассмотреть общественную роль смешного и его социальные функции. Гоббс подчеркивает роль смеха в процессе самоутверждения человека в социальной группе и общественном мнении в целом. Шопенгауэр пишет о критической его функции, в том числе по отношению к таким социальным явлениям, как глупость и педантизм. Бергсон выделяет общую социально-кор­ректирующую функцию смеха. Фрейд отмечает, что остроумие может успешно сублимировать желания, исполнение которых противоречит социальным нормам. Кестлер акцентирует креативное значение сме­ха. Гегель, Маркс, Энгельс указывают на особый статус комического в социальной истории человечества, стремление смеха к «погребению отживших социальных форм».