А. Кестлер.

Известный писатель, публицист и философ венгер­ского происхождения Артур Кестлер (1905 – 1983) в труде «Акт творения» достаточно подробно рассматривает проблемы смешного и взаимоотношения юмора и творчества⁴.

Творческий процесс, согласно Кестлеру, основан на так называе­мой бисоциации (bisociation) идей. Под бисоциацией понимается фор­мирование оригинальной связи между различными элементами двух ситуаций («ассоциативных контекстов»), которая образует новое зна­чение. Любая новая научная теория основана, по мнению Кестлера, на совмещении того, что ранее казалось несовместимым. Юмор, как и творчество, основан на процессе бисоциации. «Неожиданная бисоциа-ция события с двумя обычно несовместимыми матрицами, — пишет

¹ Фрейд З. Указ. соч. С. 183.

² Там же. С. 202.

3

См.: Greig J.Y. T. The Psychology of Laughter and Comedy. L., 1923; Flugel J.C. Humor and Laughter // Handbook of Social Psychology. Reading Mass. 1954. P. 709 — 734; Kline P. The Psychoanalytic Theory of Humour and Laughter// Humour and Laughter: Theory, Research and Applications. L., 1976. P. 7 — 12.

⁴ См.: Koestler A. The Act of Creation. N. Y., 1964. Idem. Humour and Wit // Encyclopedia Britannica. L., Vol. 9. P.5. 2000.

39

философ, — производит комический эффект при условии, что смею­щийся находится в эмоциональном напряжении»¹.

В качестве подтверждения того, что комизм рождается на соедине­нии двух различных матриц, можно привести слова Оскара Уайльда: «Естественность — это поза» или «Холостяки ведут женатую жизнь, а женатые — холостую» и т. д. Матрица обыденного толкования здесь сталкивается с матрицей толкования неожиданного. Совмещение раз­нородных матриц кажется неестественным и вызывает определенное интеллектуальное противодействие. Смех возникает как разрядка на­пряжения, когда казавшееся несовместимым удается совместить, полу­чив при этом новый смысл. Таким же образом рождается комический эффект в диалоге, где сталкиваются разные взгляды; из непонимания общающихся людей рождается общее комическое понимание ситуа­ции. На мотиве общения «на разных языках», основан комизм в ряде произведений литературы: таковы, например, во всем противополож­ные Дон-Кихот и Санчо Панса, которые комичны именно из-за посто­янного контраста практичного и наивно-возвышенного.

Чувство юмора отображает, согласно Кестлеру, способность чело­века замечать точки соприкосновения разнородных понятий, реалий и совмещать их в единое суждение. В наиболее общем смысле это пока­затель творческих способностей человека, позволяющих подняться над обыденностью, увидеть новые и неожиданные возможности в различ­ных сферах общественной жизни, проявить гибкость и открытость в сложных ситуациях. Важнейшей функцией юмора для Кестлера, та­ким образом, является функция творческая. Отдельные элементы кре­ативной теории Кестлера разрабатывались в исследованиях Г. Мил-нера, А. Зива и др.²

ХХ век предложил также множество других теорий смеха, рассмотрение которых чрезмерно расширило бы данную главу. Необ­ходимо отметить, что большая их часть развивает или дополняет идеи предшественников, делая пересказ излишним. Тем не менее среди всего многообразия теорий важно отметить наиболее оригинальные или информативные. Это прежде всего фундаментальные работы Макса Истмена («Чувство юмора», 1921; «Наслаждение смехом», 1936), систематические исследования Ральфа Пиддингтона («Психология смеха», 1963), Анвера Зива («Личность и чувство юмора», 1984), Нор­мана Холланда («Психология юмора», 1982), Карла Кушеля о соот­ношении смеха и религии («Смех: теологические проблемы», 1994) и Барри Садерса, попытавшегося реконструировать историю отношения к смеху («Внезапная слава», 1995) и др. Оригинальное направление

¹ Koestler A. The Act of Creation. С. 51. В качестве дополнительных требований, необходимых для создания комического эффекта, Кестлер упоминает «нечувствитель­ ность» (Бергсон) и чувство превосходства (Гоббс).

² См.: Milner G. В. Homo Ridens: Towards a Semiotic Theory of Humour and Laughter // Semiotica. 1972. № 5. P. 9 — 30; Ziv A. Personality and Sense of Humor. N. Y., 1984.

4 0

исследованиям придают современные постмодернистские и близкие к ним концепции, в частности теории Умберто Эко («Заметки на полях „Имени Розы“», 1983), Жиля Липовецки («Эра пустоты», 1983), Жан-Люка Нанси («Смех, присутствие», 1990), Маргарет Роуз («Пародия древняя, современная и постсовременная», 1993) и др. Список теорий может быть продолжен, тем более что интерес к смеху в западной науке в последние десятилетия возрастает.

Достаточно детальный обзор теорий комического от Платона до концепций начала шестидесятых годов XX века предпринят Ральфом Пиддингтоном («Психология смеха», 1963); в России этот обзор был дополнен Александром Луком («Юмор, остроумие, творчество», 1977). Критический разбор большинства ведущих теорий представлен польским исследователем Богданом Дземидоком («О комическом»¹, 1974), а также — в России — Мариной Рюминой («Тайна смеха, или Эстетика комического», 1998).