Нарушения ныне действующей Конституции Российской Федерации настолько серьёзны, что налицо расшатывание усто­ев общества, его стабильности

. В связи с этим назрела необхо­димость вырабатывать концептуальные подходы к конституци­онной законности на основе анализа ныне действующего рос­сийского законодательства и практики его реализации.

По мнению Н.В. Витрука конституционная законность есть реально действующая система конституционализма, обеспечи­вающая полное действие правовой Конституции?'"'

Однако подобный взгляд на понимание конституционной законности вызывает возражение. В связи с этим представляется необходимым обратиться к выяснению смысла термина « кон­ституционализм».

В словаре иностранных слов термин «Конституционализм (constitutio установление)...» в одном из значений трактуется как «политическая система, опирающаяся на конституцию, консти­туционные методы правления»?⁶

Итак, конституционализм - это политическая система, пред­полагающая наличие органов (организационных структур), вы­ступающих в качестве субъектов определённой деятельности в соответствии с конституцией и во исполнение конституции.

Признание этого не даёт основания для отождествления по­нятий конституционализма и конституционной законности.

Представляется, что ближе к пониманию конституционной законности подошёл А.Б. Венгеров. «Конституционная закон­ность, - писал он, это ядро, обеспечивающее единство закон­ности»'' И он прав. Конституционная законность не есть нечто новое, существующее отдельно от законности, понимаемой в традиционном смысле и функционирующее параллельно, или стоящей над ней. Это - специфический аспект законности, рас­сматриваемой на конституционном уровне - её сущностная ос-

¹⁵ См.: Витрук Н В. Указ. соч.С.64

^м Словарь иностранных слов -11-е издание, стереотип.-М.: рустп 19.44 С 247

¹ Венгеров А.ё. Тсорил государства и права. Часть 2 Іеорня права Том 2 - М. Юрист. 1996С. 144 В рябо- те сказано;" Конституционная законность обеспечивает свободу личности, обладания гражданами пра вами и слободами.

нова. В условиях Российской Федерации она « обеспечивает свободу личности, включает в себя равенство всех перед зако­ном и судом, принципы федерализма, народовластия, разделения властей, обладания гражданами правами и свободами.»

Конституционная законность законность, основанная на конституции, опирающаяся на конституционные методы управле­ния жизнедеятельностью обществом - законодательной, исполни­тельной, судебной и иной правоохранительной деятельностью.

Конституционная законность - это не «вторая», не «выше­стоящая» законность, не «составной элемент» законности, а юридическая характеристика её сущностного аспекта, означаю­щая, что законность зиждется на правовой конституции. Закон­ность есть там, где последовательно и чётко соблюдается кон­ституция во всех сферах жизнедеятельности общества, начиная от выработки нормативно-правовых актов всех видов и форм и кончая реализацией норм права во всех формах и всеми субъек­тами права. В противном случае говорить о стабильности закон­ности и устойчивости правопорядка проблематично.

В настоящее время назрела необходимость концептуальных подходов к конституционной законности на основе анализа дейст­вующего законодательства и практики его реализации. В этой связи представляется целесообразным обратиться к содержанию некото­рых положений Конституции России и практике их реализации.

В части 1 статьи 15 основного закона Российской Федерации сказано: «Конституция Российской Федерации имеет... прямое действие... на всей территории Российской Федерации». «Пря­мое» - значит непосредственное, то есть, не требующее издания каких-либо иных нормативно-правовых актов, определяющих порядок реализации её положений, если на это нет указаний (оговорок) в самой Конститу ции Российской Федерации?^х

Гак, например, статья 31 Конституции Российской Федера­ции гласит: «Граждане Российской Федерации имеют право со­бираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и де­монстрации, шествия и пикетирование».

^м Примером таких указаний может служить следуешес: "Обвиняемый в совершении преступления име- ст право на рассмотрение его деле судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотрен­ных федеральным законом" /часть 2 ст. 47 Конституции РФ/.

тьи 18, в которой скатано, что «Права и свободы человека и гра­жданина являются непосредственно действующими», граждане Российской Федерации могут в любое время, по своему усмот­рению, собираться для проведения, например, митингов и пике­тирований. Однако в действительности, например в Москве, для реализации этого конституционного права гражданам требуется получить санкцию территориальных органов исполнительной власти на проведение митинга, хотя в Конституции России ни­каких оговорок на этот счёт не содержится. И что бы ни говори­ли по этому поводу представители московских властей, очевид­но, что это - нарушение Конституции, а, следовательно, и кон­ституционной законности.

В части 3 статьи 59 Конституции Российской Федерации го­ворится: «Гражданин Российской Федерации в случае, если его убеждениям или вероисповеданию противоречит несение воен­ной службы, а также в иных установленных федеральным зако­ном случаях имеет право на замену её альтернативной граждан­ской службой».

Известно, что в прошлые годы ряд призывников, отказав­шихся от военной службы, были привлечены к ответственности и подвергнуты суду. При этом военкоматы, стремясь призвать «отказников» на военную службу, мотивировали свою позицию тем, что в то время не было закона об дльтернативной граждан­ской службе.

Анализ текста части 3 статьи 59 позволяет утверждать, что ссылки на отсутствие закона об альтернативной гражданской службе были юридически несостоятельными в силу следующего.

1. Очевидно, что смысл части 3 статьи 59 Конституции Рос­сийской Федерации в том, чтобы определить основания для за­мены военной службы на альтернативную гражданскую. Два конкретных основания названы в самой Конституции: а) проти­воречие несения военной службы убеждениям гражданина: (на­пример, пацифистского характера); б) вероисповедание. Кроме этих конкретных оснований Конституция России предполагает и иные, не конкретизированные Конституцией, случаи, не связан­ные с личными убеждениями граждан или с их вероисповедани­ем. Они -то и должны быть определены в федеральном законе.

Итак, основной смысл упоминаемого в части 3 статьи 59 Конституции Российской Федерации федерального закона дол­жен состоять не в том, чтобы определить виды альтернативной гражданской службы и сроки её длительности. Это не вытекает из содержания части 3 статьи 59 Конституции России, а основа­ния («случаи») замены на нее военной службы.

2. То обстоятельство, что в прошлые годы не было закона об альтернативной гражданской службе, не лишало граждан права на замену военной службы на альтернативную гражданскую службу и отказ им в этом военкоматами, а тем более - привлече­ние «отказников» к судебной ответственности, по сути, были на­рушением конституционного права граждан, а следовательно - нарушением конституционной законности.

Непризнание же заявлений об отказе от военной службы в силу того, что несение военной службы противоречит их убеж­дениям, также не выдерживает критики.

Во - первых, что может служить доказательством натичия у кого либо тех или иных убеждений?

Во - вторых, почему наличие тех или иных убеждений нуж­но доказывать работникам военкоматов или суду?

Представляется, что никакие тестирования с целью установ­ления убеждений, которым противоречит несение военной службы, с точки зрения естественных прав человека и гражда­нина, безоговорочно признаны справедливыми быть не могут.

Обращают на себя внимание проявления нигилистического отношения к Конституции России со стороны законодательных органов. В реальной действительности субъекты законодатель­ной деятельности при издании нормативно-правовых актов во многих случаях проявляют неуважение к ранее принятым и уже действующим законам. Даже в конституциях и уставах некото­рых субъектов Российской Федерации содержатся положения, противоречащие Конститу ции России.⁸^ Нетрудно понять, что от несоответствующих Конституции России положений этих нор­мативно - правовых актов, как круги по воде, распространяются несоответствующие Конституции Российской Федерации и

IV

См.. Бирюков Г. Прокуратура быстрого реагирования // Независимая газета. 2001г.28февраля.

иным федеральным законам положения в законодательстве субъектов Российской Федерации.

О степени распространения этого явления можно судить по сказанному Президентом Российской Федерации В.В. Путиным в телеобращении в мае 2000 года о том, что каждый пятый за­кон, принятый в субъектах Российской Федерации противоречит её Конституции.

Совершенно очевидно, что речь идет о фактах откровенного нарушения конституционной законности теми, кто должен стро­го следить за её соблюдением и принимать меры к её восстанов­лению в каждом случае её нарушения.

Между тем конституционная законность предполагает, что:

а) Конституция сама имеет правовой характер;

б) Конституция является Основным законом государства и общества;

в) Конституция обладает верховенством на всей территории государства.

В условиях федеративного устройства России Конституция Российской Федерации действует на всей территории всех её субъектов.

Правореализующая практика всех государственных органов должна соответствовать Конституции Российской Федерации. Все должностные лица, независимо от их ранга и положения, от­ветственны за нарушения её принципов и норм.

Согласно части 2 статьи 15 Конституции Российской Феде­рации «органы государственной власти, органы местного само­управления, должностные лица, граждане и их объединения обя­заны соблюдать Конституцию Российской Федерации и зако­ны». Однако, если судебные или иные правоприменительные ор­ганы обнаруживают, что закон или иные отдельные его положе­ния не соответствуют Конституции, то они непосредственно применяют нормы Конституции Российской Федерации Поста­новлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении право­судия»,⁹' установлено, что суд, разрешая дело, применяет непо- ^[59] средственно нормы Конституции, когда он придёт к выводу, что федеральный закон, действующий на территории Российской Фе­дерации до вступления в силу Конституции Российской Федера­ции, либо принятый после вступления её в силу, противоречит ей.

Как отмечалось выше, согласно части 1 статьи 15 Конститу­ции Российской Федерации: «Конституция Российской Федера­ции имеет высшую юридическую силу... Законы и иные право­вые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.»

Все законы и иные акты органов государственной власти и органов местного самоуправления Российской Федерации, Зако­ны и подзаконные акты, в том числе ведомственные, противоре­чащие Конституции России, не имеют юридической силы. Одна­ко в действительности («в жизни») это часто бывает не так. Ма­ло принять тот или иной нормативный правовой акт, надо соз­дать механизм его реализации, (его проведения в жизнь) и пре­дусмотреть санкции за нарушения закона, порядок обжалования незаконных действий должностных лиц и органов управления.

Конституционная законность распространяется не только на сферы правотворческой и правоприменительной деятельности, но и на реализацию прав и свобод человека и гражданина.

Для установления и поддержания конституционной закон­ности в этой сфере принципиальное значение имеют положения Конституции Российской Федерации. Исходным, базисным яв­ляется положение, закреплённое в Основах конституционного строя Российской Федерации (статья 2 Конституции России): «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гра­жданина - обязанность государства».

Другим, не менее важным является положение о том, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, со­держание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечи­ваются правосудием.

Права и свободы человека - явление объективной социаль­ной реальности. Государство не дарует человеку права и свобо­ды; они принадлежат ему от рождения.

В современном демократическом обществе интересы чело­века, его права и свободы являются приоритетными и должны находиться в центре внимания государства и общественных объ­единений. Именно принцип приоритетности прав и свобод чело­века и гражданина пронизывает все содержание Конституции Российской Федерации (ч.2 ст.6,ч.ч.1 и 2 ст. 17, ст. 18,ст.55).

Это - конституционная реальность, которая должна опреде­лять практику законотворчества и применения законодательства, деятельность всех ветвей государственной власти - законода­тельной, исполнительной, судебной, органов и должностных лиц местного самоуправления. В силу этого все органы государст­венной власти и местного самоуправления должны сверять свою деятельность с непосредственно действующими правами и сво­бодами граждан.

Из конститу ционного принципа признания человека в каче­стве высшей ценности вытекает ряд обязанностей государства: признание прав и свобод человека и гражданина, их соблюдения и защиты.

В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации со­держится и другое важное положение о том, что нрава и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и одновременно в соответствии с Конституцией России. Следова­тельно, это означает, что как признание, так и обеспечение и ох­рана (защита) прав и свобод человека и гражданина, на основе общепризнанных принципов и норм международного права пре­дусматривается российской Конституцией, они не могут быть ограничены или умалены другими нормазивными актами По­этому, к примеру, все конституционно закреплённые права и свободы человека и гражданина подлежат судебной защите. Этот принцип неоднократно подтверждал в своих решениях Констигуционный Суд Российской Федерации, устраняя лише­ние той или иной группы граждан права на судебное обжалова­ние нарушений как индивидуальных, так и коллективных кон­ституционных прав и свобод граждан.

” См : Ст. 18 Конституции Российской Федерации. ] 993 года

В части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации оп­ределен один из фундаментальных критериев признания и га­рантирования прав и свобод гражданина в качестве конституци­онных: основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. В данном случае выделяется категория основных прав и свобод человека, то есть таких соци­альных возможностей личности, без которых невозможны суще­ствование и достойная жизнь человека. Но это не просто элемен­тарные права и свободы, а именно основные с точки зрения дос­тигнутого прогресса человечества. К числу основных прав и свобод человека могут быть отнесены не только право на жизнь, на неприкосновенность, на свободу убеждений, но и такие, как право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на бла­гоприятную окружающую среду, право на образование, на сво­боду всех видов творчества и преподавания, что связано как с защитной функцией государства, так и с её социальной полити­кой и практикой, вытекающих из правового и социального ха­рактера демократического государства.

Права и свободы человека и гражданина, неотчуждаемы от человека, общепризнанны мировым сообществом, являются не­посредственно действующими, на что указывает статья 18 Кон­ституции Российской Федерации.

Сформулированные в статье 18 Конституции Российской Федерации принципы находят своё обеспечение в ряде консти­туционных положений, к примеру, о прямом действии Консти­туции России, о судебной защите прав и свобод, о проверке кон­ституционности законов в случаях нарушений конституционных прав и свобод граждан. Прямое действие конституционных норм относительно прав, и свобод человека и гражданина использу­ются судами общей юрисдикции при рассмотрении дел, связан­ных с обжалованием решений и действий (или бездействия) ор­ганов государственной власти, органов местного самоуправле­ния, общественных объединений, должностных лиц, нарушаю­щих права и свободы граждан, а также арбитражными судами.

Современное гражданское общество, в котором утвердилась конституционная законность - это общество подлинной свободы его членов. Но подлинная свобода - это не вседозволенность, не безграничность произвольного усмотрения каждого индивида. Напротив - это общество, в котором господствует стабильная правовая дисциплина, которая предполагает, что наряду с демо­кратическими правами и свободами, граждане имеют и справед­ливые обязанности. Причём права, свободы и обязанности граж­дан действуют в диалектическом единстве.

Единство прав и обязанностей человека и гражданина долж­но сочетаться с его ответственностью перед государством и об­ществом. Подобное сочетание прав и обязанностей с ответст­венностью перед государством и обществом имеет принципи­альное значение для поддержания конституционной законности. И это вполне естественно, ибо без ответственности не может быть стабильной правовой дисциплины, не может быть должной осмотрительности при использовании своих прав и свобод. Весьма нередко именно перспектива ответственности побуждает граждан осуществлять свои права и свободы таким образом, чтобы при этом не нарушались права и свободы других лиц, что предусмотрено частью 3 статьи 17 Конституции России.

Оценивая нынешнее состояние конституционной законности в России необходимо признать, что оно является неудовлетвори­тельным. В пользу этого утверждения свидетельствуют много­численные факты нарушения различных положений Конститу­ции Российской Федерации, допускаемые как на уровне субъек­тов Российской Федерации, так и, что тем более вредно, на фе­деральном уровне, включая Президента Российской Федерации, высокопоставленных сотрудников его администрации, а также министров и иных должностных лиц.

Неудовлетворительное состояние законности в России в на­стоящее время является следствием традиционного пренебреже­ния к праву и слабости государственной власти.

Обеспечению реализации верховенства Конституции Рос­сийской Федерации и охраны конституционной законности слу­жит институт конституционного контроля.

Конституционный контроль - это специфическая функция компетентных органов государства, предназначенная для обес­печения верховенства конституции в системе нормативно - пра-

^и См.: Законность в Российской Федерации М. 1998 С.6-7.

вовых актов, её прямого, непосредственного действия в деятель­ности субъектов права и таким образом - обеспечения конститу­ционной законности.

Органами государства, осуществляющими конституцион­ный контроль, как свидетельствует мировая практика, являются:

глава государства, парламент, правительство, осуществ­ляющие конституционный контроль при выполнении своих функций, либо наряду с другими функциями;

специализированные органы конститу ционного контроля в ли­це органов конституционного надзора (квазисудебные органы);

судебные органы.

Конституционный контроль, осуществляемый главой госу­дарства, парламентом, правительством и другими органами го­сударства (исключая судебные), в значительной мере отражает влияние проводимой ими политики. Он может быть квалифици­рован как общий (общеполитический) конституционный кон­троль. Для его осуществления органы государства могут созда­вать специальные органы и учреждения: Комитеты, советы, ко­миссии? специализированные органы, подобно парламентскому институту' омбудсменов (уполномоченных по правам человека, народных защитников).

Органы конституционного надзора (квазисудебные органы), осуществляющие конституционный контроль, функционируют на постоянной основе. Их решения, как правило, не являются окончательными и имеют предварительный, консультативный характер (Конституционный Совет Франции, Констигуционный Совет Казахстана).

Судебный конституционный контроль могут осуществлять: суды общей юрисдикции;

специализированные (административные, арбитражные) суды; специализированные суды конституционного - контроля

конституционные Суды.

Судебный конституционный контроль - это проверка на со­ответствие Конституции объектов такого контроля судебными органами.

Такими органами были: во Франции до 1958 года Конституционный Комитет под председательст- вом Президента Французской Республики; в Венгрии Конституционно - правовой Совет: в Швеции, в настоящее время - законодательный Совет.

Можно выделить следующие разновидности судебною кон­ституционного контроля:

- конститу ционный контроль, осуществляемый судами об­щей юрисдикции;

- конституционный контроль, осуществляемый специализи­рованными судами.

В ряде государств, например: США, Аргентине, Норвегии, суд общей юрисдикции может признать закон неконституцион­ным. Если дело доходит до Верховного Суда, который также признает этот закон неконституционным, то это решение Вер­ховного Суда становится обязательным для всех судов.

В Австралии, Индии, на Мальте конституционность законов вправе проверять только Верховный Суд, когда дело поступит к нему после рассмотрения его нижестоящим судом, не имеющим права проверять закон на соответствие Конституции. Закон, при­знанный Верховным Судом неконституционным, формально со­храняет силу - считается действующим, но его действие блоки­ровано судом, вследствие чего ни один суд не будет его приме­нять. Таким образом, закон, признанный неконституционным, лишается судебной защиты и фактически утрачивает юридиче­скую силу, в связи с чем парламент отменяет его.

Для осуществления конституционного контроля в Верхов­ных судах ряда государств создаются специализированные кол­легии или палаты (например: конституционная палата Верхов­ного суда правосудия Коста - Рики; конститу ционная коллегия национального суда Эстонии).

Специфика конституционного контроля, осуществляемого специализированными судами, состоит в том, что конституци­онность объектов контроля проверяют специализированные Конституционные суды. Однако наличие Конституционного Су­да не означает, что другие суды, функционирующие в том или ином государстве, не имеют права осуществлять конституцион­ный контроль. Конституционные же Суды наделены специаль­ной конституционной юрисдикцией, реализуемой ими в процес­се специфического конституционного судопроизводства.

Судебная конституционная юрисдикция в совокупности с со­ответствующим ей судопроизводством, составляет конституцион­ную юстицию, или, что то же - конституционное правосудие.

Конституционное правосудие представляет собой синтез двух начал: сущности конституционного контроля и формы пра­восудия, в результате чего на государственно-правовую арену выступает дело с самостоятельным видом государственно­властного контроля деятельности в специализированной форме конституционного правосудия.

Конституционное правосудие это высшая форма консти­туционного контроля.

Признание органами конституционного правосудия, напри­мер, закона неконституционным, практически означает прекра­щение действия этого закона, а по существу его отмену. После этого решения парламента об отмене неконституционного зако­на не требуется.

Ныне можно часто слышать о том, что действующая Кон­ституция Российской Федерации несовершенна, что многие её нормы недостаточно конкретны, и механизм их реализации не определён даже в принципе, (например, положение о досрочном прекращении Президентом Российской Федерации исполнения полномочий в соответствии с частью 2 статьи 92 Конституции Российской Федерации в случае стойкой неспособности по со­стоянию здоровья осуществлять их).

Можно сколько угодно сетовать на несовершенство Основ­ного закона и конституционных законов, но нельзя объяснять неудовлетворительное состояние законности только этим. Куда более важные причины кроются в личном отношении к закону, в первую очередь к соблюдению Конститу ции России, главы го­сударства, его администрации и иных должностных лиц, состав­ляющих аппарат государства в целом. Отсюда следует непре­ложный вывод: прежде чем искать изъян в Конституции России и видеть в их устранении панацею от ущербности законности, надо научиться жить по Конституции, надо привыкнуть уважать Конституцию и иные, соответствующие ей законы и подзаконные нормативные правовые акты. Только тогда можно будет говорить об истинной законности в стране. Только тогда она может быть конституционной не только по определе­нию, но, и, по сути.