Существует ли диахроническое тождество?

Отрицательный ответ именно на этот вопрос Гераклит дает в знаменитом афоризме “В одну и ту же реку нельзя войти дважды”⁸⁹. Иными словами: река в момент t₂ не тождественна реке в момент t₁, а сходна с ней.

⁸⁸ Уёмов А.И. Вещи, свойства и отношения. М., 1963.,

⁸⁹ Фрагменты Гераклита // Материалисты древней Греции. М., 1955. С. 49.

92

мент t₁, принимается за тождество. Против этой-то ошибки и направлен афоризм Гераклита.

Лейбниц, первым увидевший в афоризме Гераклита пос­тановку и решение проблемы диахронического тождества, соглашается с ним, но с существенной оговоркой: “теми же самыми лишь по видимости, а не в строгом смысле слова”⁹⁰ остаются во времени только неодушевленные предметы. Одушевленные остаются тождественными на самом деле.

Почему Лейбниц отрицает диахроническое тождество неодушевленных предметов? Он отвечает на этот вопрос анализом легенды о корабле Тесея: афиняне постоянно ре­монтировали этот корабль и в конце концов заменили все его части. Лейбниц утверждает, что после этого он перестал быть тождественным тому кораблю, на котором Тесей при­плыл в Афины, а стал лишь сходным с ним — ситуация та же, что и с рекой Гераклита. Материя корабля (как и вода в реке) стала не той же, а лишь такой же, что и прежде. При этом Лейбниц, как и Гераклит, не утверждает, что материя, из которой корабль состоял в t₁,, превратились в ничто в t₂, а материя, из которой он состоял в t₂, возникла из ничего. Просто она не сохранилась в составе корабля, в его про­странственных границах.

Но почему, отрицая диахроническое тождество неодушев­ленных предметов, Лейбниц считает возможным “признать одним и тем же человеком зародыш и взрослого человека”⁹¹? Ведь тело человека полностью обновляется ещё быстрее, чем корабль Тесея, — каждые пять лет. Вот его ответ: человек “остается совершенно тем же самым индивидом благодаря... душе или ... духу, составляющему у мыслящих субстанций их “я”⁹². Заметьте принципиальную деталь: Лейбниц отходит здесь от трактовки разновременного тождества как вещес­твенного, телесного, и говорит о тождестве души или духа. Но ведь согласно ещё Аристотелю, “душа есть... форма, а не

⁹⁰ Лейбниц Г.В. Новые опыты о человеческом разумении. С. 232/

⁹¹ Там же. С. 233.

⁹² Там же: С. 232.

93

материя и не субстрат”⁹³. А форма — также по Аристотелю — это то, что образует вещь из её материи, например, корабль Тесея — из его деталей. Современный исследователь назвал бы эти детали элементами, то, что образует из них корабль, — структурой, а сам корабль — системой. После замены всех элементов корабля его субстратное тождество исчезло, точно так же, как и субстратное тождество гераклитовской реки. Здесь Лейбниц прав. Но сохранилось структурное тождество корабля (как, кстати, и структурное тождество реки). Это и позволяет утверждать, что корабль остается тождественным самому себе во времени в том же смысле и по той же причи­не, что и человек, несколько раз на протяжении с воей жизни полностью обновляющийся материально. Оба, в полном соответствии с принципом сохранения, остаются тождест­венными самим себе во времени, но не как субстраты, а как структуры или, что не меняет сути дела, формы.

Чтобы закрыть тему, подчеркну, что законы сохранения распространяются не только на материю и форму, но и на движение: оно тоже не возникает из ничего и не превраща­ется в ничто. Это позволяет различать три вида диахрони­ческого тождества: материальное, формальное и тождество движения. Например, то движение, которым обладает Сол­нечная система сегодня, было не таким же самым, а именно тем же самым миллион лет назад.