Сравнение с предметом договора комиссии.

В основе договора комиссии лежит та же схема «принципал – агент – третье лицо», что и в договоре коммерческого агентирования. Так же, как и последний договор, договор комиссии обязан своему происхождению исключительно торговому обороту315, а именно одной из его потребностей – скрыть принципала.

В разных юрисдикциях предмет этого договора сформулирован по-разному. Например, «Комиссионер – это тот, кто действует от своего имени…но за счёт комитента» (ст. L132-1 ФКК)317, «..комиссионер обязуется по поручению комитента за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счёт комитента» (ст. 990 ГК РФ)318, «Договор комиссии – это договор поручения, заключённый с целью приобретения или продажи благ за счёт комитента и от имени комиссионера» (ст. 1731 ГК Ит.)319, «Комиссионер – это тот, кто на профессиональной основе покупает или продаёт товары или ценные бумаги от своего имени и за счёт комитента» (ст. 383 ГТУ)320.

315 См. подробнее: Гойхбарг А.Г. Торговая комиссия. Практический комментарий к закону о договоре торговой комиссии. С.-Петербург, 1914.

316 Цитович П.П. Основные понятия торгового права. Киев, 1886. С. 66.

317 Article L132-1: Le commissionnaire est celui qui agit en son propre nom ou sous un nom social pour le compte d'un commettant. // Code de commerce. Version consolidee au 20 octobre 2013.

318 Ст. 990 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая)" от 26.01.1996 N 14-ФЗ (ред. от 23.07.2013) // СЗ РФ. 1996. N 5. Ст. 410.

319 Art. 1731 Nozione. Il contratto di commissione e un mandato (1703 e seguenti) che ha per oggetto l'acquisto o la vendita di beni per conto del committente e in nome del commissionario. // Codice civile. R.D. 16 marzo 1942, n. 262 - Approvazione del testo del Codice Civile. Gazzetta Ufficiale, n. 79 del 4 aprile 1942.

320 § 383. Kommissionär ist, wer es gewerbsmäßig übernimmt, Waren oder Wertpapiere für Rechnung eines anderen (des Kommittenten) in eigenem Namen zu kaufen oder zu verkaufen. // Handelsgesetzbuch in der im Bundesgesetzblatt Teil III, Gliederungsnummer 4100-1, veroffentlichten bereinigten Fassung, das zuletzt durch Artikel 2 Absatz 39 des Gesetzes vom 22. Dezember 2011 (BGBl. I S. 3044) geändert worden ist. Ausfertigungsdatum: 10.05.1897.

83

Проф. Брагинский М.И. ёмкой фразой описал юридическое содержание договора комиссии: поручение без полномочия. Почему именно так? Полномочия не нужны, если субъект действует в торговом обороте от своего имени. Вместе с тем, именно поручение превращает субъекта, действующего в своём интересе, в комиссионера, и именно содержание поручения является одним из квалифицирующих признаков этого вида договора в ряде юрисдикций. Однако, сомнительно мнение проф. Брагинского М.И., который полагал, что «при комиссии происходит заместительство», которое выражается в том, что «одно лицо действует по поручению другого» и у этого первого лица «наступают такие последствия, как будто действовал он сам».

Приведённые формулировки предмета договора комиссии показывают, что деятельность комиссионера носит самостоятельный характер и не сводится к заключаемым им сделкам.

Проф. Суханов Е.А. отмечал, что третьи лица «рассматривают выступающего от собственного имени комиссионера в качестве самостоятельного участника гражданского правоотношения, хотя его действия предопределяются волею комитента322». Нельзя не согласиться с этим мнением. Вместе с тем, необходимо отметить, что комиссионер, действуя в интересах комитента, не перестаёт быть самостоятельным субъектом на морфологическом уровне, т.к. комиссионер, осуществляя операционную деятельность в чужом интересе, преследует всё же свой интерес в виде комиссионного вознаграждения. Более того, его действия предопределены его собственной волей, посредством которой он решил принять и исполнить поручение комитента.

Схема «принципал – агент – третье лицо», которая прослеживается на уровне процесса, породила проблему «единого комиссионного правоотношения»323, признания договора комиссии многосторонним. Ранее была отмечена причина появления этой проблемы, а именно: отвлечение абстракции на уровне процесса и переноса её на уровень законоположений, что представляется недопустимым в силу ошибки non sequitur. На уровне законоположений связи «комиссионер – третье лицо» и «комитент – комиссионер» это разные связи, поэтому и нет единства324.

321 Гражданское право. Ч. 2 / Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. С. 564.

322 Советское гражданское право. Т. 2 / Под ред. В.П. Грибанова и С.М. Корнеева. М., 1980. С. 325.

323 Кобленц И. Договор комиссии по Гражданскому кодексу РСФСР // Еженедельник советской юстиции. 1926. N 50. С. 1401; А. Фарбштейн полагал, что комиссия является сложной сделкой, состоящей из двух частей (см.: Фарбштейн А. Советское законодательство о договоре комиссии // Право и жизнь. 1927. Кн. 6 - 7. С. 18 - 19).

324 Федоров И.Р. Юридическая природа договора комиссии по советскому гражданскому праву // Труды Томского государственного университета. Томск, 1966. С. 114.

84

Проф. Шершеневич Г.Ф., анализируя деятельность комиссионера, вопрошал: за что получает комиссионер своё вознаграждение? Может ли он заключить договор сам с собой?325 Комиссионер получает своё вознаграждение за результат, который он достигает, осуществляя операционную деятельность в чужом интересе326. Откуда прибудет товар: от третьего лица или от комиссионера, - неважно, важно, чтобы комитент знал о сложившейся ситуации, и комиссионер надлежащим образом выполнил поручение. Ещё раз отмечу, что комиссионер в торговом обороте – это самостоятельный субъект, который осуществляет свою деятельность с целью получения большего дохода. Это его стремление порождает разные комбинации сделок на рынке: одна из них – закупить товар для своего постоянного клиента заранее, зная о его потребностях и имея для этого необходимые ресурсы. Получив и приняв поручение комитента, комиссионер, действуя добросовестно, должен оценить рынок, и, если его предложение комитенту будет более выгодным, то он должен получить и комиссионное вознаграждение, и цену за товар. Обратное чуждо торговому обороту, т.к. ведёт к разрыву социальных связей между торговцами: комитенту пришлось бы создать «подставного» субъекта, который бы «сыграл» роль третьего лица, - это ведёт к увеличению транзакционных издержек и снижает стабильность системы.