Культ разума,

стремление к рассудочной упорядоченности, регламентации, соразмерности породили на Западе рационалистическую юриспруденцию, в которой разум становится главным законодателем. Принцип рациональности, воплощающийся в инструменталистском подходе к правовой сфере, повлек разрастание нормативного массива и административного бюрократического аппарата при торжестве ценностей прагматизма и утилитарности.

Рационализм открывал порядок внешних отношений, не доверяя душе человека и идеалам духовности. Природа в механической картине мира приобрела облик мертвой материи, которую человек решил полностью подчинить утилитарно-паразитическим потребностям. Для Гегеля история - единый, закономерный, внутренне необходимый процесс саморазвития Идеи. Он, подобно Платону, был идеалистом, для которого «идея» являлась большей реальностью, чем мир физических ощущений. «Идеей»

псп

Гегеля, направляющей развитие человеческой истории, был разум

Б.Н. Чичерин воспроизводил данную позицию: «разум составляет для нас единственное орудие познания, поэтому мы во внешнем мире можем познавать только то, что соответствует внутренним его свойствам и определениям^{[205] [206], - писал он, -Только светская наука, основанная на разуме, свободная от религиозных пристрастий, даст объективный ответ на самые насущные проблемы бытия»[207]. Апостол Павел предупреждал: «И так они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму - делать непотребства. Так что они исполнены всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы, исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия, злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безрассудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы. Они знают праведный суд Божий, что делающие такие дела достойны смерти, однако не только их делают, но и делающих одобряют» (Рим. 1,28-32).}

Благодаря новому подходу сложилось научное объяснение законов как незыблемых принципов, управляющих физическим миром. Вопрос об их источнике или происхождении был отделен от вопроса об их существовании и действии. В результате произошло отделение науки от теологии, и природа была определена как объект безпощадной эксплуатации. Познавший все законы мира человек рассчитывал управлять этим миром по собственному желанию. Именно поэтому, начиная с XVII в., одними из важнейших тенденций в развитии западной юридической мысли стали рационализм и эмпиризм, объединенные уже в XVIII в. в русле «просветительской» идеологии, которая, в свою очередь, породила материализм и атеизм.

Антидуховным процессам, протекающим в Европе и Америке в XVIII в., потребовалось, чтобы среди человеческих ценностей была возвышена юриспруденция, удобная для новой, либеральной эпохи. Господства юснатуралистской юриспруденции «требует сам разум», притом «чистый, a priori законодательный разум», не принимающий в соображение ни одной из религиозно-нравственных целей^[208]. Рассудочность взяла верх над целостностью духа.

Православные мыслители обращали внимание прежде всего на религиозно-мистические способы постижения Права, ибо в Православии считается, что понимание Божественных истин доступно «чистому сердцу», но не разуму. Гпавным понятием русской философии Права с древних времен является душа и связанные с ней духовно-нравственные категории. Русская правовая мысль - это прежде всего духовная философия, наука о духовном, о связи человеческого духа с духом Божиим.

Западные юристы утверждали, что их дело может делаться помимо какой бы то ни было религии вообще, значит, и помимо христианства. Гуго Гроций уверял, что так называемое «естественное право» существует и может существовать, если даже сделать преступное предположение, что Бога нет. Лейбниц утверждал, что как атеист может быть геометром, так он может быть и юристом. И. Бентам учил, что религиозный авторитет вообще не может считаться достаточным основанием для юриспруденции. Современные западные юристы уже гордятся тем, что они освободились не только от религии, но и от полноценной этики, которой не суждено быть безрелигиозной.

Организация общества в эпоху «Просвещения» достигалась уже не верой, а, наоборот, выходом государства из религиозной сферы. Это отход от христианской веры к «объективному разуму». Пропаганда «просветителями» научного знания, открытое воспевание человеческой свободы чрезвычайно раскрепостили человеческую личность. Результатом такого мировосприятия стало все более ширящееся убеждение людей в их способности жить без Бога, более того, устраивать жизнь лучше Бога. Отказ от понимания мира как Божественного Творения означал и отказ от вечных и Высших истин. Если нет Бога с Его законами,

то человек должен сам устанавливать свои законы, сам решать, как ему жить.

Исторический же опыт свидетельствует, что отказ от Высших, Божественных истин, всегда приводит человека не к счастью, но к торжеству самопроизвола, росту преступных деяний в обществе, культу пороков и идолопоклонству. Рационалистическое мышление заставляло в XVIII в. искать в любом деле прежде всего «пользу», удовольствий, наслаждений. Из одухотворенного и воцерковленного человека, обладающего живой связью с Богом-Творцом и Спасителем, целенаправленно делали низшее существо, которым можно легко манипулировать, разжигая его пороки.

Юридическая мысль Нового времени поняла свободу как

индивидуализм, как формальное право каждого человека на самоопределение. Сама эпоха Нового времени была понята как освобождение. Но освобождение от чего? Н.А. Бердяев писал: «Нельзя освободить человека во имя свободы человека, не может быть сам человек целью человека. Так упираемся мы в совершенную пустоту. Человек лишается всякого содержания, ему не к чему восходить»²⁵⁴. Свобода человека оказывается совершенно формальной и безсодержательной свободой. Освобождение людей происходило, по сути, от Бога. Это становилось возможным благодаря гуманистическому индивидуализму, означающему буржуазный эгоизм итальянских, французских, немецких и английских горожан. Возрождение античных и языческих идеалов давало приемлемую базу для атеистической пропаганды и подмены правоведения законоведением. Стремление самостоятельно контролировать воспроизводство вечных абсолютов и управлять «матрицей» культуры приводит человека к замещению Божественных истин вполне человеческим нормативным знанием.

В наши дни можно определенно констатировать, что после ниспровержения Божьих заповедей и религиозно-нравственных святынь человеку так и не удалось устроиться на земле без Бога одною лишь силой ограниченного человеческого рассудка. Действительным идеалом общественной жизни является соборное единство, пронизанное началом христианской любви и стремлением к Богу, ибо только через путь к Богу в человеке открывается путь к ближнему. Таково условие подлинного правового порядка в человеческом обществе. Внутреннего преображения личности на началах Любви, Добра и Красоты можно ожидать не от сотен и тысяч юридических актов, а от осознания ею Высших религиознонравственных абсолютов.

Не политическое или хозяйственное единение является основой государственного единства, но правовая культура, идеалы Любви, Добра и Красоты, духовные святыни. Путь автономизации личности и атеизма привел к разрушению в человеческой душе вечных связей и вековых святых, включая Право. «Правовое государство» высшей своей целью ставит свободу, но признать это люди могут только глубоко осознав отношение свободы к высшим ценностям жизни, осознав свободу как проводник благодатных сил.