Невыделенность позиции по отношению к миру: целостность

Несколько слов имеет смысл сказать о понятии невыделен- ности. B семантиках возможных миров выделенным называют мир, относительно которого рассматриваются отношения с другими мирами: возможными, идеальными или идеально-ре­альными^[176].

Кстати говоря, как неоднократно и совершенно справедливо подчеркивал Дж. Кришнамурти, все формы диссоциации, раз­деления мира и человека, проистекают именно из занятия по­следним позиции наблюдателя по отношению к тому, что, по сути, и является жизненным процессом, жизненным потоком (неотъемлемой составной частью которого выступает чело­век). B результате изменяется и природа человека, и природа происходящего: вместо единого, целостного, органичного про­цесса жизни, включающего всё и вся и находящегося в постоян­ной динамике, которая не предполагает никакой фиксирован­ной позиции, образуются два относительно самостоятельных и независимых друг от друга, довольно статичных объекта - че­ловек и всё остальное, на что он смотрит как бы со стороны, из­вне. B это время совершается прерывание процесса (потока) жизни и фиксирование некоего положения вещей как относи­тельно устойчивого и неизменного. Если использовать идеи квантовой физики, то можно сказать, что в момент занятия че­ловеком позиции наблюдателя по отношению к происходяще­му и он сам, и весь жизненный процесс из состояния «волна» переходят в состояние «частица» - со всеми вытекающими от­сюда последствиями: и в плане искажения подлинной природы происходящего, и в плане возможности (а на самом деле невоз­можности) пережить состояние единения с миром.

B самоощущении же человека, находящегося в начале фило­генетической эволюции, никакой позиции выделенности по от­ношению к миру вообще не может быть, потому что еще не сфор­мирован инструмент, средствами которого осуществляется та­кое выделение, - эго, самость. Мир един и целостен, и все, что составляет его (включая и человека), - это не отдельные изоли­рованные объекты, не отдельные элементы, а сам этот мир. Bce в нем равновелико человеку, и человек равновелик миру. Воз­можно, некоторое представление о подобном состоянии и подоб­ном отношении к реальности дают слова шестого патриарха дзэн (чань-буддизма) Хуэйнэна: «To, что ваша собственная природа может содержать всю тьму вещей, - это и есть “великий”. Вся тьма вещей - это и есть ваша собственная природа»^[177].

Итак, я полагаю, что на ранних стадиях эволюции исполь­зовался особый тип получения информации, который сегодня мы бы назвали чрезвычайно развитой эмпатийной способно­стью. B ее основе лежала полная, всеобъемлющая включен­ность человека в универсум, обусловленная его единой с миром глубинной природой, вследствие чего для него оказывалось воз­можным познание как прямое непосредственное усмотрение происходящего в другом как во-мне-самом-совершающегося.

Информация тогда выступала как нечто гораздо более ве­щественное, чем теперь: как то, что имело ощутимый и - глав­ное - распознаваемый как ощущаемый репрезентат в форме собственных внутрителесных динамик человека, внутрен­них изменений, ответных реакций, инициированных поступа­ющими сигналами (т.е. человек был открыт к восприятию того, что в его внутреннем мире данные сигналы вызвали данные состояния-переживания).

Здесь интересно отметить следующее обстоятельство: сход­ным образом дело обстоит и сегодня, а именно,: информация по-прежнему репрезентируется человеческой телесностью. От­личие в том, что из-за диссоциации, пережитой на уровне «над­стройки», человек больше не может в прямом непосредствен­ном усмотрении воспринимать те процессы, которые имеют место на базовых уровнях его телесности. B силу этого он с тру­дом и весьма в незначительном объеме способен отдавать себе отчет в том, какие же внутрителесные динамики сопровожда­ют поступление тех или иных сигналов, выступают коррелята­ми тех или иных мыслей. Сейчас человек плохо осознаёт эти репрезентативные процессы и потому не СООТНОСИТ C ними TO, что происходит, так сказать, «в его голове». Вследствие этого информация в современной дискурсивной культуре предстает как нечто совершенно невещественное, полностью нематери­альное, лишенное какого-либо телесного статуса.

Вместе с утратой реликтового, эволюционно раннего само­ощущения человек утратил и возможность использовать дан­ный ресурс как подсказку в принятии важных жизненных ре­шений, в выборе из имеющихся альтернатив действительно благоприятного для него варианта. B настоящее время специ­алисты в области телесно-ориентированной терапии, а также те, кто разрабатывает разного рода психотехники, призванные улучшить возможности адаптации человека в мире, рекомен­дуют «слушать свое тело». Такие телесные подсказки сегодня называют «тихим голосом интуиции».

И эти рекомендации имеют под собой совершенно здравое ос­нование: наше тело действительно подсказывает нам вариан­ты благоприятных выборов, потому что вся совокупность чело­веческой телесности и сегодня выступает инструментом репре­зентации всех его жизненных процессов, связанных C объективными житейскими ситуациями. Живот действительно может заныть, голова заболеть, дыхание сбиться и т.д., когда че­ловек делает неверный выбор, - а делает он его именно потому, что связь «голова-тело» сегодня по своей природе совсем иная, чем на заре формирования человека. B условиях, когда в мир че­ловека еще не была привнесена диссоциация, когда он был един с миром, недуален, соприроден окружающему, ум не существо­вал изолированно от тела, а тело не было низведено до положе­ния неодухотворенной плоти, достойным отношением к которой являлось ее умерщвление. Ha самом деле это чудовищная реко­мендация, потому что человеческая телесность - исключитель­ный, точнейший и ценнейший инструмент постижения и репре­зентации происходящего в мире. A значит, задачей должно быть не изживание телесного в человеке, а наделение его осознанно­стью, привнесение света сознания в то, что сегодня стало пло­тью, а на ранних этапах филогенеза представляло собой неду­альную целостность . Вот что говорят мудрые:

«Тело умом прощупывайте,

Постигайте его вновь и вновь.

Тот, кто видит природу тела,

Полагает страданьям конец» (Шарипутра).

И еще:

«Te, кто постоянно предпринимают усилия, чтобы направ­лять осознавание к телу, кто воздерживается от нездоровых поступков и стремится выполнять должное, те, осознающие, исполненные постижения, освобождаются от своих загрязне­ний» (Будда Шакьямуни)^[178].

B настоящее время уже хорошо известно, что тот слой ре­альности, который разворачивается перед чувствующим суще­ством в ответ на обращение к нему заинтересованного внима­ния, соразмерен перцептивным и когнитивным особенностям организации самого этого живого существа, находящим свое выражение в специфике его телесности. Как показал в свое вре­мя H. Тинберген^[179], мир пчелы, мир летучей мыши и мир челове­ка различаются, потому что к ним обращены разные по своим характеристикам и по своим возможностям средства восприя­тия информации. Существующее и значимое для летучей мыши может оказаться несуществующим и незначимым для человека или пчелы, потому что органы чувств последних делают для них недоступным восприятие себя и мира в таком диапазоне.

Ho это вещи всем известные. A есть и более тонкие моменты, связанные со спецификой особого ресурса, доступного только человеку и привносящего в его жизненное пространство такие изменения, которые не характерны для существ других видов и для мира в целом, - я говорю о когнитивной информации^[180].

Предпосылки появления данного, не встречавшегося пре­жде ресурса освоения мира (сыгравшего ключевую роль в по­следующей истории людей), на мой взгляд, представлены в том эпизоде библейского сюжета о грехопадении, где говорится об утрате человеком присущей ему по природе «невинности» вследствие нарушения запрета вкушения от древа познания добра и зла, за что он был изгнан из рая и обречен в поте лица добывать хлеб свой и в муках рожать детей.

Как уже отмечалось, я полагаю, что речь идет о привнесе­нии в мир человека двойственности, что и привело в конечном счете к появлению такого принципиально нового ресурса освое­ния мира, как когнитивная информация. Недуальная (недвой­ственная) прежде природа человека, проявлявшаяся в способ­ности ощущать всеобъемлющее единение с миром, растворять­ся в нем и имевшая своим следствием возможность непосред­ственно переживать происходящее в другом как во-мне-самом- совершающееся, была утрачена. B результате форма познава­тельной активности, присущая многим представителям абори­генных культур^[181], которая сегодня предстает как прямое, непо­средственное знание-усмотрение в том диапазоне и в тех сферах, которые не характерны для современных людей, больше не была спонтанно и на постоянной основе доступна человеку.

Ho приспосабливаться к миру в новых, более сложных ус­ловиях человек был все равно вынужден (это обстоятельство и выражается мотивом «в поте лица добывать хлеб свой»). Для решения этой задачи в процессе эволюции пришлось формиро­вать и развивать навыки, в которых прежде не было никакой нужды: анализ, синтез, рассуждение, ментальную реконструк­цию, когнитивное моделирование и пр. Однако всё это те сред­ства познания, с которыми мы знакомы по нашей сегодняшней повседневной ментальной практике. Ha заре эволюции они еще не были представлены, - к их развитию человеку лишь предстояло прийти в ходе решения задачи приспособления к окружающей среде в условиях утраты способности прямого не­посредственного усмотрения-постижения (проживания проис­ходящего в другом как во-мне-самом-совершающегося).

2.5.4.