Энергоэффективность и торговля углеродными выбросами в Евросоюзе

Киотский протокол, подписанный в 1997 году, вступил в силу в 2004 году после его ратификации Российской Федерацией. Он определил следующие инструменты торговли квотами: 1) механизм чистого развития — проекты в развивающихся странах, результаты которых оцениваются в сертифицированных сокращениях выбро­сов; 2) проекты совместного осуществления — проекты для разви­тых стран, результаты которых оцениваются в единицах сокращения выбросов; 3) международная торговля квотами на выбросы парни­ковых газов, которые измеряются в единицах установленного коли­чества. С 2005 года искушение торговлей «горячим воздухом» нача­лось.

Несмотря на то, что объёмы денежных средств, задействованные в указанных инструментах, в предкризисный период быстро росли, они не стали заметным источником финансирования проектов со­кращения выбросов парниковых газов. На практике чаще использу­ют проверенные и простые механизмы — бюджетное финансирова­ние разработок, налоговые и таможенные льготы, государственные программы, конкуренцию, техническое регулирование в форме стан­дартов энергоэффективности.

Главным завоеванием Киотского процесса стало то, что выбросы парниковых газов научились считать по унифицированным методи­кам, включать в официальную статистику и использовать в долго­срочных прогнозах. О результатах сегодня говорить еще рано. С од­ной стороны, за счёт повышения энергетической эффективности удалось сэкономить заметные объёмы энергоносителей, но, с дру­гой стороны, кратно выросло потребление угля в Азии, а в много­численных локальных войнах крайне неэнергоэффективной воен-

ной техникой было сожжено много топлива и выброшено в атмосфе­ру в ходе боевых действий немало разнообразных парниковых газов. Наибольших успехов по снижению выбросов парниковых газов «до­бились» страны бывшего советского блока, в которых существенно сократилось промышленное производство, а вместе с ним и углерод­ные эмиссии.

В период 2008—2012 годы больше всех углеродных квот прода­ли Чехия (90,1 млн EUA), Эстония (60,8 EUA), Украина (47 млн EUA). Россия имеет наибольший запас свободных углеродных квот, но в торговле ими не участвовала. Финансово-экономический кри­зис способствовал дальнейшим «успехам» антипарниковой полити­ки, а выпуск ничем не обеспеченных производных финансовых ин­струментов в ходе её осуществления способствовал в какой-то степе­ни усложнению проблем на финансовых рынках.

Среди итогов политики снижения выбросов парниковых газов можно отметить падение рынка углеродных единиц в Европе и уве­личение ею потребления каменного угля. Вложения в «зеленую» энергетику в 2012 году были в мире на 11 % меньше, чем в 2011 году, а торговля углеродными квотами сократилась на 36 %. В настоящее время происходит отказ от субсидий и налоговых льгот для возоб­новляемой энергетики. В январе 2013 года Конгресс США прого­лосовал против продления налоговых льгот на использование воз­обновляемой энергии в размере 2,2 долларов за 1 кВтчас. Германия после фукусимской катастрофы остановила ряд своих атомных реак­торов, увеличив ежегодные выбросы СО2 на 1,6 %.

По объёмам эмиссии углекислого газа в мире лидируют Китай и США. За ними с большим отрывом следуют Индия, Россия, Япо­ния и Германия. Более 40 % эмиссий приходится на энергетику, на транспорт 22 %, на промышленность 20 %. В энергетике основные выбросы углекислого газа дают уголь и торф, на транспорте — авто­мобильный транспорт (около 70 %).

США в перспективе до 2040 года оценивают темпы ежегодного снижения двуокиси углерода и других парниковых агентов в 0,8 %.

Торговля углеродными выбросами осуществляется в различных регионах мира — в Евросоюзе, Австралии, Новой Зеландии, Норве­гии, Японии, Швейцарии, в США (штат Калифорния). Также дей­ствуют региональные инициативы в США, Канаде (Квебек и Аль- 135

берта). Готовятся к запуску торговли углеродными квотами Южная Корея, Украина, Казахстан, Китай и Чили. Китай объявил, что бу­дет строить модель национального рынка выбросов углерода с учё­том особенностей своей экономики, хотя и с применением опыта Ев­росоюза, Австралии и других стран. Китай с 2009 года осуществляет пилотные проекты в отдельных регионах страны по созданию рын­ка углеродных выбросов. Обсуждается идея введения «углеродного» налога в размере 1,6 долларов США с увеличением ставки к 2020 году до 65,4 долларов. Япония также выступает за углеродный налог. Ка­захстан в мае 2012 года принял Правила торговли квотами на выбро­сы парниковыми газами и углеродными единицами, имея намерение создать рынок углеродных выбросов по модели Евросоюза. С 1 янва­ря 2013 года в Казахстане началась пилотная стадия отработки меха­низма торговли квотами на выбросы.

Противоречивая динамика углеродного рынка служит источни­ком многочисленных дискуссий, которые обострились на фоне фи­нансового кризиса, причиной которого стал выпуск большого объё­ма производных финансовых инструментов. С 2005 года по 2011 год мировой рынок углеродных единиц рос быстро и превысил уровень в 2011 году 92 млрд евро. Но уже в следующем году рынок рухнул. Торгуемые объёмы сократились на 21 %, а цены за углеродную еди­ницу снизились более чем на 70 %. Однако этот спад считают времен­ным явлением и ожидают, что в 2020 году объём торговли углерод­ными единицами достигнет 414 млрд евро. Основной объём торговли при этом предполагается в странах Евросоюза и в США (Калифор­ния).

В Евросоюзе система торговли углеродными квотами (ETS) охватывает 45 % эмиссий СО2 в энергетике. В ней участвуют более 11 тысяч электростанций и промышленных предприятий. Поддерж­ка возобновляемой энергетики и ограничение на выбросы увеличи­вают стоимость энергии и снижают конкурентоспособность про­дукции европейского промышленного сектора. Ежедневно торгу­ется до 70 млн углеродных единиц (1 тонна СО2 или углеродного эквивалента других парниковых газов). В 2011 году было продано 6 млрд углеродных единиц на общую сумму 77 млрд евро. На 2013 год установлена квота на 2,04 млрд углеродных единиц (EUA). Для выбросов парниковых газов гражданской авиацией установле­на квота в 210,4 млн EUA.

Точный учёт всех выданных квот осуществляется в едином для Евросоюза электронном регистре. В нем фиксируется изменение прав собственности на квоты. Движение денежных средств и направления расходов осуществляется банками. Всего в регистр включена 31 стра­на, участвующие в системе торговли углеродными квотами (ETS).

Правовую основу ETS составляет Директива о торговле выброса­ми от 2003 года. В 2009 году она была пересмотрена. Также были при­няты документы для реализации указанной Директивы — по утечкам углерода, аукционам, международным кредитам.

88 % квот, выделяемых государствами Евросоюза для продажи на аукционах, базируются на их долях в выбросах парниковых газов, по­считанных в 2005 году. 10 % дополнительно выделяют 8 самых раз­витых стран Евросоюза. Оставшиеся 2 % даются как «киотский бо­нус» тем государствам, которые к 2005 году сократили свои выбросы не менее, чем на 20 % по сравнению с определенным для них базовым годом — Болгария, Чехия, Эстония, Венгрия, Латвия, Литва, Поль­ша, Румыния, Словакия. Квоты на аукционы выставляют компании, определяемые национальными правительствами, и открыты для по­купателей из стран, являющихся участниками системы ETS. Аукци­оны проводятся на «общих» площадках, хотя Германия, Великобри­тания и Польша используют свои национальные торговые системы.

В соответствии с законодательством Евросоюза не менее поло - вины доходов от аукциона должно быть использовано для борьбы с климатическими изменениями в Европе или в других странах. Го - сударства при этом должны отчитываться перед Европейской комис­сией о том, куда они израсходовали полученные доходы. Например, Германия большую часть полученных доходов тратит на проекты в развивающихся странах и в странах с развивающейся экономикой. Чем выше цена на выбросы углерода, тем лучше система стимули­рует сокращение выбросов. Доходы от продаж квот в размере 5 % от общих продаж в 2013—2020 годы будут направлены на софинансиро­вание строительства и эксплуатацию крупномасштабных демонстра­ционных проектов по улавливанию и хранению углерода и исполь­зованию возобновляемых источников энергии (программа NER300).

Компании также могут использовать кредиты за счёт реализации проектов по сокращению углеродных эмиссий во всем мире. Эти проекты должны соответствовать механизму чистого развития Ки­отского протокола или механизму проектов совместного осущест­вления. Международные кредиты могут быть использованы для по­крытия выбросов примерно 1,7 млрд тонн СО2 с 2008 по 2020 год, что соответствует половине от общего объёма сокращения выбросов до 2020 года в рамках ETS. Почти треть этого объёма использована к концу 2011 года. Кредиты принимаются от всех проектов, исклю­чая ядерно-энергетические, проекты в области обезлесения или ле­совозобновления, а с 2013 года также проекты, связанные с утили­зацией промышленных газов.

В других секторах, помимо электроэнергетики, переход на аукци - онную торговлю осуществляется постепенно. Обрабатывающая про­мышленность в 2013 году 80 % квот получит бесплатно, но к 2020 году эта величина сократится до 30 %. В авиационном секторе до 2020 года будет выставляться на аукцион только 15 % квот.

Предприятия должны осуществлять мониторинг и сообщать своей торговой системе ежегодно о своих выбросах. Годовые квоты должны быть реализованы предприятиями до 30 апреля следующего года. Неиспользованные к этому сроку квоты аннулируются. Компа­нии подвергаются штрафу, если не накопят достаточно квот, чтобы покрыть собственные эмиссии. В 2013 году штраф составит 100 евро за одну тонну СО2 (или углеродный эквивалент двуокиси азота или перфторуглерода). Штраф индексируется в соответствии с показате­лем инфляции в Еврозоне.

В развитии системы ETS предусмотрено 4 этапа. Первый этап (2005—2007 годы) отводился на отработку механизмов распреде­ления и торговли. За этот период ETS стала самой крупной в мире системой торговли углеродными квотами. Однако объём выделя­емых квот оказался слишком большим. В результате в 2007 году цена квоты на выброс упала до нуля. На втором этапе развития ETS (2008—2012 годы) к системе присоединились Исландия, Норвегия и Лихтенштейн. Количество квот было сокращено на 6,5 %, однако экономический кризис привел к сокращению выбросов, и вновь цена квоты стала близкой к нулю. С 1 января 2012 года в торговлю были включены квоты на выбросы углерода в авиации. На третьем этапе (2013—2020 годы) вводится ежегодное снижение общего для Евро­союза объёма квот на 1,74 %, а также постепенный переход на полно­стью аукционный способ распределения квот. С 1 января 2013 года к ETS присоединилась Хорватия. Четвертый этап развития системы ETS намечен на период с 2021 по 2028 годы.

В политике снижения уровня выбросов углерода ETS отводится ключевая роль, хотя эффективность этого инструмента нельзя счи­тать доказанной. Европейская комиссия видит в системе ETS основу для создания глобальной системы торговли выбросами. К 2018 году предполагается связать системы торговли углеродными выбросами Евросоюза и Австралии. Ведутся аналогичные работы по объедине­нию торговых углеродных систем Евросоюза и Швейцарии.

Однако реальность оказалась не такой радужной, как представляли её себе организаторы углеродного рынка. В результате экономическо­го кризиса выбросы парниковых газов в Европе существенно умень­шились, и это привело к резкому снижению цен на углеродные квоты.

В настоящее время наблюдаются попытки реформировать ETS с целью улучшения стимулирования рыночными инструментами со - кращения углеродных эмиссий. Но единое мнение о мерах по рефор­мированию в сообществе отсутствует. В 2014 году истекают полно­мочия нынешнего состава Европейской комиссии. Поверженный ев­ропейский рынок углеродных квот в совокупности с удорожанием электроэнергии и увеличением сжигания угля — это «черная метка» для тех комиссаров, которые занимались экологическими вопросами.

Реформа по сценарию Европейской комиссии предусматрива­ет, в частности, что с 2013 года будет снижаться объём бесплатных квот на углеродные эмиссии, раздаваемых предприятиям. Предприя­тия к 2017 году все квоты должны будут покупать на аукционах. Для электростанций это время наступает в 2013 году. Таким образом про­даваться будет на первичных аукционах до 40 % от всего объёма угле­родных квот. Только Болгария, Кипр, Чехия, Эстония, Венгрия, Лит­ва, Польша и Румыния получили отсрочку для своих электростанций до 2019 года.

Введение платы за углеродные выбросы гражданской авиации также стало предметом международных дискуссий. Переговоры Ев­рокомиссии с Международной организацией гражданской авиации затянулись. Для ускорения выработки компромиссных решений Ев­ропейская комиссия предложила «остановить часы» для стран не членов Евросоюза и не связанных с ним соглашениями об ассоциа­ции.

Европейская комиссия также выразила обеспокоенность тем, что к началу 2012 года накопилось 955 млн тонн нереализованных квот на выбросы СО2, причем эта величина может возрасти до 1500 и даже до 2000 млн тонн. Комиссия не предвидит сокращения излишних квот в течение всего третьего этапа, что может привести к радикаль­ному ослаблению механизма влияния аукционов на цели, поставлен­ные в отношении сокращения выбросов. В качестве защитной меры Европейская комиссия предложила отложить реализацию 900 млн тонн квот с периода 2013—2015 годов на 2019—2020 годы, а также позволить ей переносить сроки аукционов для упорядочения функ­ционирования углеродного рынка. Эти меры, по мнению Европей­ской комиссии, помогут восстановить баланс спроса и предложения на рынке углеродных эмиссий, снизить волатильность цен на них без ухудшения конкурентоспособности и будут способствовать укрепле­нию источника получения дополнительных государственных дохо­дов. Для реализации указанного предложения необходимо его одо­брение Европейским парламентом. Однако 16 апреля 2013 года Евро­пейский парламент в первом чтении отклонил данное предложение. Это решение тут же привело к новому падению цен на первичных аукционах углеродных эмиссий. Если до голосования в Парламенте цена 1 EUA (эквивалент 1 тонны СО₂) была 4,67 евро за тонну СО2, то на следующий день она снизилась до 2,75. А еще 2 года назад цена 1 тонны выбросов достигала 16,17 евро. В июне Европарламент, нако­нец, согласился с предложением Еврокомиссии приостановить про­дажу квот на углеродные выбросы на общий объём до 900 млн тонн.

И это сразу привело к повышению цен на биржах, торгующих угле - родными выбросами.

Углеродные квоты, как и любой другой дериватив, являются до­вольно опасным финансовым инструментом, поскольку за ними не стоит товар, обладающий реальной рыночной стоимостью. Но обслу­живание образования и движения такого дериватива требует нема­лых затрат. Увеличение рынка углеродных единиц, о котором меч­тают его идеологи, содержит риски для устойчивости мировой фи­нансовой системы, особенно в периоды кризисов, которые регулярно повторяются. При этом успехи рынка разрешений на выбросы угле­кислого газа вряд ли повлияют на общую динамику потребления ка­менного угля и нефти, сжигание которых является основным источ­ником антропогенных эмиссий парниковых газов. Заниматься надо именно заменой угля и нефти на более безопасные источники энер­гии. Человечество ради удовлетворения своих безграничных жела­ний освободило из заточения джина, который эти желания покорно исполняет, но обязательно потребует в уплату отдать душу. Природа старательно консервировала углерод в твердых и жидких углеводо­родах, в древесине и гумусе, использовала живые организмы — молю- сков, планктон, водоросли, леса для обеспечения круговорота угле­рода на благоприятном для живых существ уровне. Мощным регу­лятором содержания углерода в атмосфере является мировой океан. На этом мощном фоне игры с электронными квотами выглядят как наивный ритуал перед жерлом, возможно, просыпающегося вулкана.