§ 2. Возникновение и прекращение правосубъектности граждан по советскому праву

Значение советского гражданства заключается в том, что оно яв­ляется официальным выражением принадлежности лица к советско­му народу, к населению Советского государства. Из этой принадлеж­ности вытекает обязанность государства охранять интересы советских граждан как на территории СССР, так и за его пределами, а также возможность применения к лицу всех законов, определяющих правовое положение личности на территории СССР и за его пределами^{[429] [430].}

Как же влияет признание лица гражданином СССР на объем и содержание его правосубъектности?

Приобретение советского гражданства предполагает, что с дости­жением совершеннолетия лицо приобретает полный объем правосубъ­ектности, допускаемой советскими законами.

Единое союзное гражданство, установленное ст. 21 Конституции СССР для граждан всех союзных республик, является важнейшим условием обеспечения равноправия граждан независимо от нацио­нальности. Согласно конституциям союзных республик граждане дру­гих союзных республик пользуются одинаковыми правами с гражда­нами данной союзной республики. Прием иностранцев в советское гражданство также не зависит от их национальности и расы.

Правосубъектность, возникающая на основе советского граждан­ства, не может быть изменена без указанных в законе оснований. Та­ким образом, советское гражданство является условием равного при­менения к лицу всех советских законов.

Лица, проживающие на территории СССР и не имеющие советского гражданства, обладают статусом иностранцев^[431] или лиц без гражданства.

В настоящей работе мы рассматриваем лишь вопрос о предпосыл­ках действия советского законодательства в отношении иностранцев, т.е. о предпосылках их правового статуса по советскому праву^[432].

Особенность правового статуса иностранцев заключается прежде всего в том, что они не утрачивают связи с государством, гражданами которого являются и, в то же время, находясь на территории СССР либо вступая в правоотношения, возникающие на его территории (например, в силу открытия наследства), подпадают под суверенитет Союза ССР.

На лиц без гражданства, наличие которых в СССР в каждый дан­ный момент объясняется различными причинами, распространяется советское законодательство, и на территории СССР они выступают только как субъекты советского права.

Источником правосубъектности иностранцев согласно п. «п» ст. 14 Конституции СССР является союзное законодательство о правах иностранцев, а также действующее республиканское законодатель­ство¹.

Правовое положение иностранцев и лиц без гражданства опреде­ляется советским законодательством на основе принципа полного равноправия граждан независимо от пола, национальности, расы, цвета кожи, вероисповедания. Иностранцы и лица без гражданства пользуются в принципе всеми социально-экономическими и личны­ми правами, предоставленными законом гражданам СССР^{[433] [434]. Они несут также уголовную ответственность наравне с гражданами СССР, за исключением дипломатических представителей и иных лиц, пользу­ющихся правом экстерриториальности, а также иностранцев, совер­шивших преступления вне пределов СССР[435].}

Таким образом, социальные и личные права иностранцев и лиц без гражданства по общему правилу приравнены к статусу советских граж­дан. В указанных выше областях им предоставлен так называемый «национальный режим», т.е. действует принцип общепризнанных норм международного права.

Но начала «национального режима» применимы не везде и не все­гда. Например, объем политических прав и обязанностей иностранцев и лиц без гражданства уже, чем объем прав и обязанностей советских граждан. Советский закон не предоставляет иностранцам избиратель­ных прав¹, а также не возлагает на них обязанности нести военную службу. Это связано с тем, что политические права и обязанности каждый гражданин осуществляет в своей стране.

Вместе с тем ст. 129 Конституции СССР предоставляет иностран­ным гражданам, преследуемым за защиту интересов трудящихся, за научную деятельность или национально-освободительную борьбу, осо­бое политическое право — право убежища. В отличие от капиталисти­ческих правительств, не только предоставляющих право убежища тер­рористам и военным преступникам, но и активно поддерживающих их деятельность, враждебную Советскому Союзу, другим социалистичес­ким странам и странам, освободившимся от колониальной зависимо­сти, право убежища в Советском Союзе предоставляется только борцам за демократию, за дело трудящихся и без какого бы то ни было вмеша­тельства в дела других государств. Право убежища в СССР предпола­гает гарантию безопасного проживания в стране (невыдачу эмигранта преследующему его правительству) и пользование всеми демократиче­скими правами и свободами на началах национального режима.

В области административного права граждане иностранных госу­дарств, разумеется, несут обязанности соблюдать общественный по­рядок и могут быть привлечены к административной ответственности. Защита их прав и интересов, в частности регистрация актов граждан­ского состояния, обращение в органы советского государственного управления, осуществляется иностранцами через свои консульские представительства.

В области советского гражданского и трудового права допускается возможность установления специальными законами ограничений отдельных прав иностранцев и лиц без гражданства. К числу таких специальных ограничений относится, например, правило ст. 19 Воз­душного кодекса СССР, согласно которому в состав экипажа граждан­ских воздушных судов могут входить только граждане СССР, анало­гичное правило Кодекса торгового мореплавания 1929 года для заме­щения должностей капитанов и некоторых других должностей экипажа судов. Советское законодательство допускает также приме­нение реторсии, т.е. ограничения правового статуса иностранцев тех государств, в которых установлены ограничения для прав советских граждан^{[436] [437].}

Однако все эти ограничения прав иностранцев не означают какого- либо отступления от демократических начал определения правового положения иностранцев и лиц без гражданства в СССР. Они являют­ся общепринятыми в международной практике, вытекают из самого существа государственного суверенитета и необходимости охраны интересов советского народа.

* * *

Предпосылкой возникновения полной правосубъектности со­ветских граждан является достижение определенного в законе воз­раста.

По советским законам гражданин становится субъектом права с момента рождения¹. Но при этом возникает еще неполный объем правосубъектности. С момента рождения возникает право лица на признание за ним советского гражданства, право на имя, гражданская правоспособность. Малолетние граждане пользуются правом на об­разование, а также правом на материальное обеспечение в случае потери кормильца^{[438] [439] [440], правом на медицинское обслуживание, правом на получение земли в пользование в составе семьи[441]. Таким образом, за матолетними детьми в СССР признается и обеспечивается возмож­ность пользоваться некоторыми правами, необходимыми для охраны их интересов и потребностей, соответствующих норматьному здоро­вому развитию ребенка, для подготовки его к общественно полезной деятельности. Естественно, что малолетние не в состоянии самосто­ятельно защищать свои права и разумно пользоваться ими. Поэтому они по закону не обладают дееспособностью, а защита их прав и ин­тересов возлагается на законных представителей, которые могут дей­ствовать исключительно в интересах детей.}

С достижением 14 лет правосубъектность граждан несколько рас­ширяется. Несовершеннолетний частично приобретает гражданскую дееспособность^[442]. Изменение гражданства детей в возрасте от 14 до 18 лет может последовать только с их согласия^[443]. С 16 лет признается возможность вступать в трудовые правоотношения¹, право поступ­ления в колхоз и другие кооперативные организации^{[444] [445]. С достижени­ем 16 лет возникают административные права и обязанности (право получения паспорта, обязанность прописки, состоять на воинском учете).}

По советскому уголовному праву достижение 16-летнего (в исклю­чительных случаях — 14-летнего) возраста является одним из условий привлечения лица к ответственности^[446]. Привлечение к административ­ной ответственности также имеет место лишь с достижением опреде­ленного возраста. К сожалению, нормы советского административно­го права не всегда четко определяют этот возраст. Ц.А. Ямпольская правильно указывала, в частности, что «правила поведения детей и подростков в общественных местах» устанавливают ответственность родителей только за действия детей, но не говорят о подростках от 14 до 16 лет. Она правильно предлагает установить общий возраст адми­нистративной ответственности с 16 лет^[447]. Ответственность подростков с 14 до 16 лет должна носить общественно-воспитательный характер.

Г.И. Петров ошибочно полагает, что частичная административная ответственность граждан возникает со школьного возраста, ссылаясь при этом на «наказания», установленные приказом Министра просве­щения РСФСР от 12 декабря 1951 г. «Об укреплении дисциплины в школе»^[448]. Меры взыскания по отношению к школьникам носят харак­тер общественного воздействия, а не юридической ответственности.

Полный объем правосубъектности гражданина наступает с дости­жением 18 лет. С этого момента гражданин наделяется полной дееспо­собностью и получает, за некоторыми исключениями, все права в политической, хозяйственной и культурной жизни, несет все обязан­ности. Низкий возраст совершеннолетия позволяет предоставить ши­рокие права молодежи.

Как правило, после достижения совершеннолетия правосубъект­ность советских граждан не изменяется. Отдельным исключением является возникновение права быть избранным в органы государства с 21 года или с 23 лет. С достижением престарелого возраста или в случаях инвалидности граждане освобождаются от несения некоторых обязанностей (обязанности трудиться, нести военную службу). Право на материальное обеспечение в полном объеме возникает лишь с до-

стижением престарелого возраста (право на пенсию по старости). Но частично это право существует и раньше (право на пенсию по инва­лидности, в случае потери кормильца, на пособие по временной не­трудоспособности).

Правосубъектность гражданина прекращается с его смертью. Пре­кращение правосубъектности гражданина презюмируется также в случае признания безвестно отсутствующего умершим. Вопросу о безвестном отсутствии и его юридическом значении посвящена об­ширная литература в области советского гражданского права¹. Поэто­му нам нет необходимости возвращаться снова к исследованию этого вопроса. Мы присоединяемся к той точке зрения, согласно которой признание безвестно отсутствующего умершим является актом, уста­навливающим презумпцию смерти лица со всеми вытекающими от­сюда последствиями. Одним из этих последствий является прекраще­ние правосубъектности гражданина, которое так же презюмируется, как и факт смерти. Как и всякая другая презумпция, известная совет­скому праву, признание безвестно отсутствующего лица умершим может быть опровергнуто явкой лица, вследствие чего будут восста­новлены как правосубъектность, так и сохранившие свое действие субъективные права гражданина.