"Покажи мне твоего человека, и я покажу тебе моего Бога". Св. Феофил Антиохийский

Мир был приведен в бытие Божественной волей, Творение - основной принцип отношения Бога к миру. Человек - центральное су­щество во Вселенной. Поставленный на грани двух миров, мате­риального и духовного, и соединяя их в себе, человек был призван к обожению.

Обожение — центральная идея в христианстве. Возве­дение тварного к Богу и преображение мира - в этом высший смысл и цель бытия. Носитель образа Божия, человек, уподобляясь Первооб­разу, должен был привести к полноте Божественной жизни все тво­рение. В этом была его особая миссия и предназначение. Таков был замысел Творца, приведшего мир в бытие из небытия, ex nihilo.

Здесь мы намеренно остановимся на этом вопросе, так как для христианской догматики и христианской психологии он имеет прин­ципиальное значение. Творение мира - это не истина философского порядка, это - истина Откровения. Ни античная философия, ни ре­лигиозно-философские системы Востока не знают идеи творения из небытия. Как и всякий догмат, она не была доступна "естественному" человеческому разуму, в своих попытках постичь тайну мироздания он никогда не мог возвыситься до нее. В самой форме "из небытия", "из ничего" мы не можем освободиться от пространственно-временных представлений. "Из" предполагает нечто, но до мира ничего не было. Таким образом, мы видим, что непостижимая тайна творения оказы­вается невыразимой в слове. Бог - всесовершенное бытие. Тварного могло и не быть. В природе Божества нет и не может быть никакой "необходимости" создавать иное бытие. Воля Творца, Его благость -единственное основание появления мира. Творение - свободный дар Бога, и это уже предполагает приведение сотворенного к обожению. Здесь нам необходимо осознать принципиальное отличие библейского учения о творении как от эллинистической идеи создания (вернее, оформления) мира богом - демиургом - из совечной ему бесформенной материи, так и от пантеистического монизма, где мир появляется как эманация божества и основа растворяется в безразличном абсолюте. В мировоззренческих системах вопрос о происхождении мира - один из основополагающих. Только на поверхностный взгляд он может казаться чисто теоретическим и умозрительным. От того или иного решения его зависит сам принцип отношения к бытию, признание или непризнание его ценности, отношение к материи и телу, решение во­проса о происхождении зла, определение высшего смысла и цели бытия мира и человека - словом, вся шкала ценностей и совокупность отно­шений в мировоззрении.

Творение — дело Пресвятой Троицы. Не углубляясь в чисто бого­словскую проблематику Троицы, ограничимся указанием лишь на особенности участия в творении Божественных Лиц. Творит мир Бог-Троица: Отец, Сын и Святой Дух. По учению Василия Великого, Отец - первопричина всего тварного; Сын (Слово) - причина действую­щая и осуществляющая волю Отца, создавая мир в его онтологической конкретности; Дух Святой - причина совершенствующая, сообщаю­щая тварному полноту красоты и завершенности. Пролог Еванге­лия от Иоанна говорит о Сыне, превечном Логосе, через Которого "все начало быть, что начало быть" (Ин. I, 3). Бог абсолютно иноприроден миру, но православное богословие различает в Боге два модуса бытия: сущность и энергию.

"В начале сотворил Бог небо и землю" (Быт. I, 1) "Небо и земля" -это символическое выражение всей совокупности тварного бытия, где "небо" -не то видимое небо, которое появляется с "твердью", а мир бесплотных ангельских сил, о создании которых книга Бытия не говорит явно. "Начало" означает сотворение времени. Тварное время возникает мгновенно. Это начало времени, которое еще не есть время, но грань, с которой оно начинается, и вместе с пространством оно становится одной из форм тварного бытия. Откровение повествует о мире видимом, материальном, и прежде всего о земле. Это не случайно. Библейский геоцентризм - не отражение примитивности древней космологии. Это символический, духовный, а не физический геоцен­тризм. Земля духовно центральна потому, что на ней и из нее Бог сотворил человека - центральное в творении существо, объединяющее в себе мир чувственный и духовный, которое с большей полнотой, чем мир бесплотных, участвует в жизни вселенной и ее строе. И здесь уже просвечивает пророческий, мессианский смысл библейского повество­вания о творении. Ибо земля - это место воплощения Слова, пред­вечного Логоса.

Книга Бытия говорит о том, как совершалось творение. Это не научная космология, и библейские "шесть дней творения", симво­лически запечатленные в наших днях недели, суть этапы более иерар­хического порядка, чем хронологические. Из элементов, созданных одновременно в первый день, постепенно создаются как бы концен­трические круги бытия -или, вернее, многоступенчатая пирамида, устремленная к горнему миру. К шестому дню земной космос подходит к своему завершению. Созданы основные стихии - земля, вода, воздух, сотворены светила на "тверди"; появляется жизнь - царство растений, сфера психической жизни - пресмыкающиеся, птицы, млекопитающие. Творческие логосы-воления постепенно созидают иерархические части земного космоса. Каждая из низших форм тварного мира, пресу­ществляясь, своей субстанцией входит в последующую высшую. Но человек - не "часть природы", хотя органически и связан со всем строем мироздания. В шестой день творения книга Бытия приот­крывает тайну "превечного совета" Бога о создании человека. "Сотво­рим человека по образу Нашему и по подобию Нашему" (Быт. I, 26). Как бы останавливаясь в поступательном процессе творения, Бог обращается к Самому Себе. "Сотворим" - указывает на множествен­ность Лиц, участвующих в совете: православные толкователи всегда видели в этом прикровенное, но несомненное указание на то, что Бог есть одновременно Единица и Троица, Единый по естеству и троичный по ипостасям.

Теперь мы уже вплотную подходим к христианской антропологии, и один из важнейших здесь вопросов - это образ и подобие Бога в человеке.