Свобода и самостоятельность считаются важнейшими характеристиками творческого мышления.

Разрушение мыслеформ гораздо труднее их созидания, но именно оба противоположных качества могут помочь достичь свобо­ды в мышлении. Как же добиться сознательной свободы и преодолеть произвол бессознательного, а также бескон­трольного влияния на собственный ум чужих мыслей? Успеха можно достичь только путем приобретения бес­ценной способности удерживать ум в состоянии нейтраль­ного равновесия.

Как и в работе с эмоциями, на первых порах требуется научиться дистанцироваться от предмета мысли и самого мыслительного процесса, не отождествлять себя как целое с ними. «Я» - не есть мысль, мысли зарождаются в моем сознании, проходят как конвейер через него и уходят из него. Дистанцированность постепенно приводит к устой­чивой привычке непривязанности K мыслям, что, B свою очередь, повышает степени свободы, дает возможность просмотра вариантов и интерпретаций как бы со стороны, гибкому оперированию ими, повышает скорость реакции на внезапное изменение ситуации. B современной теории аргументации в качестве одного из требований к рацио­нальным дискуссиям выдвигается требование рассматри­вать свое мнение наравне с чужими мнения, т.е. непред­взято и отстраненно. B этих целях я бы предложила вместо слов «мое мнение* использовать словосочетание «мнение от меня» (мнение, которое я предлагаю своим собеседни­кам для рассмотрения). Постоянное упражнение в непри­вязанности к идеям и мнениям вырабатывает привычку ментального аскетизма, значительно повышает эффектив­ность теоретической работы, культивирует особое состоя­ние когнитивной системы, которое именуют «пребывани­ем в настоящем», открытостью актуальной ситуации.

He привязываться к мыслям помогает развитие навы­ков объемной аргументации как просмотра аргументов «за» и «против» в каждом вопросе, как возможность виде­ния отрицательного в положительном и положительного в отрицательном, как просмотр будущих ситуаций с уче­том противодействующих факторов. Объемную аргумен­тацию можно ввести в ранг духовного упражнения, если культивировать в себе способность к объемному синтезу аналитических раскладок, к вмещению противоположно­стей. Приведу в качестве пояснения любопытный отрывок из Учения Живой Этики: «Колебание мысли между двумя

противоположными полюсами умозаключений показыва­ет, что сознание находится в центре между ними и может выбрать любой, но лучше остаться в точке уравновешива­ния, то есть в центре, который управляет обоими полюса­ми, не отдавая предпочтения ни одному. При этом условии легче понять происходящее на полюсах, будучи готовыми в каждый момент наложить печать окончательного реше­ния на их проявлении. Равновесие утверждается в центре и от центра. Качание противоположностей обуславливает­ся существованием нейтральной точки. Когда сознание в центре ее, а не на полюсах, оно может управлять поло­жительной и отрицательной противоположностями. Ho при этом следует твердо запомнить, что предвзятости и предубеждения быть не должно. Явления восприни­маются при полной нейтральности, равновесии сознания, чтобы они могли говорить сами за себя, а не предпослан­ная им предубежденная мысль»¹.

Если собрать лучшее, что наработано когнитивными практиками, то общая картина даст представление о перс­пективах эволюции мышления и улучшении его качеств.

Мышление:

Виртуальное(внутренний, конструктивный нлан сознания, активизация воображения и интуиции)

Творчески- спонтанное (хаос, ассоциации

Дисциплинированное (порядок, логика)

Прагматическое или ситуативное (внешний, объективный план сознания активизация наблюдательности)

софистов можно считать первыми синергетиками - они разработали множество оригинальных приемов «творче­ского хаоса», способов разрушения логических связей (в отношении конкретных ситуаций, главным образом речевой практики). Цель образования у софистов отлича­лась от идеалов классической традиции в философии, ори­ентированной на познание истины (для непосвященных казавшейся далекой и непонятной). Софисты выдвигают на первый план арете как способность личности к само­утверждению. Природа arete - творческие возможности личности. Софисты разрабатывают техники эристическо- го спора, в котором пробуждается воля и оттачивается ум, воспитывается изобретательность, развивается живая реакция в условиях интеллектуального состязания. To, что для логики (дисциплинированного мышления) выгля­дит бессмысленным, в софистике (спонтанном мышлении) приобретает смысл.

Софисты разработали приемы разрушения логических связей, которые и по сей день используются в иннова­ционной педагогике и практической психологии. Назову некоторые из них. Техники вопросов, которые предпола­гают возможность задать чрезмерный и избыточный вопрос, провокационные вопросы-капканы. Игра на мно­гозначности, омонимия и техника создания каламбура, преувеличение, доведение до крайности или абсурда, про­воцирование парадоксальных ситуаций. Софистические техники успешно использовались в суфизме, если вспом­нить несравненного Ходжу Насреддина. B духовной суфийской традиции борьба с догматизмом и воспитание гибкого творческого мышления, сочетающего спонтан­ность с дисциплинированностью, мыслились как пути к самосовершенствованию. Кстати, суфии придавали большое значение воспитанию умения воспринимать целостность и богатство конкретной ситуации, а также подчеркивали тупиковость чисто абстрактного, отвлечен­ного мышления.

Доведение до абсурда, преднамеренная бессмыслица являются великолепными профилактическими средства­ми против тупости, лености мышления и догматизма. Бессмысленное в логическом аспекте - нонсенс - выраже­ние, в составе которого слова занимают места, не соответ­ствующие их семантическим категориям, в результате образуется семантический беспорядок. Семантически бес­смысленное выражение означает невозможность сопоста­вить ему никакое осмысленное положение дел. Если помыслить познание как процесс, то бессмысленное или лишенное смысла выражает одну из граней еще неосмыс­ленного. B любом виде творчества, в том числе и научном, переходы от более осмысленного (более ясного) к менее осмысленному (размытому) и наоборот, постоянны. Зачастую бессмысленное в процессах творчества нового означает разрыв с устоявшимися правилами, теоретиче­скими представлениями, языковыми стилями, что ведет к конфликтам из-за полного непонимания и невозможно­сти представить определенное содержание. Конечно, оши­бочны крайности безмерного расширения смысловой области или ее сужения. Например, неопозитивисты сужают осмысленное, считая бессмысленными все выска­зывания, которые несводимы к тому, что дано в чувствен­ном опыте. B публичных спорах нередко используются приемы преувеличения до абсурда в целях усиления наглядности опровержения.

Парадоксы и абсурд играли эвристическую роль в исто­рии науки, отражая ощущение необычности нового зна­ния и стимулируя качественный скачок в мышлении. Например, отрицательные числа поначалу казались абсурдными. Они возникли в результате обобщения опе­рации вычитания на случай, когда она невозможна, ска­жем, попробуйте со стола, где лежат 5 яблок, взять 7 яблок. B Средние века математики использовали отри­цательные числа с отвращением - Декарт называл их лож­ными, а Паскаль считал вычитание из нуля операцией, лишенной смысла. Кардано включал отрицательные величины в число корней уравнений, но полагал, что это npocmo символы, лишенные реального смысла. Он назы­вал их фиктивными корнями^[155].

Ассоциативное мышление, построенное на разрыве логических связей, - непременная составляющая творче­ского процесса. Приведу примеры из музыкальной

Оппозиция спонтанное-дисциплинированное мыслится как вектор проявлений мышления от хаоса (спонтанности, размытости, неопределенности, бессознательности или полуосознанности) к порядку (четкости, ясности, опреде­ленности, сознательности, к созданию форм - грамматиче­ских, логических, структурных, образных). Дисциплини­рованное мышление в европейской культурной традиции аналитично, но не обязательно вербально-логического типа. Вербально-логическими стратегиями пользуются в научном познании при создании системы понятий, моде­лей, теорий, которые предполагают выработку уточненного понятийного языка. B искусстве дисциплинированность как аналитическая деятельность реализуется на этапе раз­работки концепции создания образа, например концепции интерпретации музыкального произведения у исполните­лей . Различают логико-вербальное мышление и перцептив­ное мышление, понимание через осмысленное слово и понимание через осмысленный образ (чувствознание).

Под виртуальным мышлением я буду понимать любую внутреннюю когнитивную работу, связанную с деятельно­стью представления, воображения, фантазии, интуиции, умственного моделирования, мысленного эксперимента, визуализации. B науке виртуальное мышление в аспекте спонтанности связано с воображением, а в аспекте дисцип­линированности стремится к систематизации, аналитиче­скому упорядочиванию и носит отвлеченный характер. Отвлеченное мышление также называют теоретическим. Прагматическое, объективное мышление эффективно при поддержке способности к наблюдению и решает двоякую задачу: (1) направлено на восприятие объекта и на «про­чтение» конкретных ситуаций внутреннего мира (внутрен­нее наблюдение и самоотчет) или внешнего мира (внешнее наблюдение и самоотчет); (2) направлено на реализацию идей, моделей, образов и интерпретаций в «материи жизни» (как внешнепрагматической, так и внутренней - работы над собой). Отвлеченному-прагматическому могут соответствовать оппозиции абстрактного-конкретного, общего-частного, теоретического-эмпирического, внут- реннего-внешнего. Оппозиция отвлеченное-прагматиче- ское опять-таки представляет собой вектор различаемых переходов между крайними позициями.

Стоит различатьаналитически-дуалистические и холи- стически-синтетические модели оперирования оппози­циями. Аналитический дуализм предполагает разделение оппозиций, выбор одной из них (при этом в худшем случае не осознают, что, задействуя одно противоположное нача­ло, тем самым задействуют и другое). Холистические стра­тегии соединяют оппозиции, описывая модели динамики противоположностей, их комплементарность, а также проявления принципа недвойственности^[156]. Методологиче­ский принцип дополнительности, введенный в квантовой теории, выражает дуализм синтетического толка - одно начало дополняет другое, но при условии взаимоисключе­ния. Что произойдет, если сделать акцент на одном из выделенных в квадрате оппозиций типов мышления? Дисциплинированность обернется узким логицизмом, догматизмом и фундаментализмом, а спонтанность потя­нет в интуитивизм, вседозволенность постмодернизма и нигилистический антифундаментализм. Виртуализм («от идеи*) грозит перерасти в беспочвенный романтизм и спекуляции, а прагматизм в крайних формах идет «от жизни*, но при этом вообще не восприимчив к идеям и их созидательной силе. Ясно, что в культивировании холи­стического мышления должны использоваться методики синтеза, учитывающие динамику всех аспектов обозна­ченного квадрата оппозиций. Остановимся на некоторых из них.

Дисциплинированное, отвлеченное мышление созида­ет порядок в виде схем, систематизаций, обобщений. B научном познании с ним связывают идеалы логичности как последовательности, связности, непротиворечивости, ясности. Интересно, что при зарождении европейской рациональности формирующейся научной, логической традиции противостояла прагматическая, софистическая традиция в познании и педагогике^[157]. B каком-то смысле жизни. Рассказывая о своем творчестве, Владимир Спиваков, отметил, что ассоциации незаменимы, когда хочешь рассказать о своем понимании музыки кому-то другому: «С помощью одних лишь специальных музыко­ведческих терминов многого ведь не передать: они дей­ствуют на весьма ограниченном «пространстве». Поэтому волей-неволей обращаешься к образным сравнениям и метафорам. Например, я могу сказать на репетиции своим коллегам-музыкантам, что данное место нужно играть словно бы обожженными пальцами - и они тотчас поймут меня. Почувствуют тот особый звуковой колорит, который необходим » ’.

Стирание логических связей, сознательное порожде­ние «нелепых ассоциаций», образов-кентавров имеет исключительное значение в обучении стратегиям запоми­нания^[158], в которых специально завышается эмоциональ­ная энергетика, провоцируются ее неожиданные вспле­ски. Нелогические ассоциации смешны, позволяют добиться расслабления и настроиться на цель, но при этом, конечно, приходится обращать внимание на сохра­нение самообладания. Например, профессиональный пси­хотерапевт JIann предлагает своим пациентам в качестве упражнения мысленно представить себе следующее: рука и перчатка; корабль и море; бутылка и море; шляпа и море; карандаш и море^[159]. Упражнения на ассоциации и визуализацию развивают, кроме вербальной, чувствен­ные виды памяти - визуальную, обонятельную, осяза­тельную, слуховую, кинестетическую и пр. Восприятие и обработка информации становятся полными, при задей- ствии всех сенсорных возможностей организма.

У логического мышления - свои достоинства и свое особое предназначение, He стоит сводить логическое к узкому логицизму, так как современная логика имеет достаточный арсенал средств, чтобы представить гибкость мышления и даже стирание мешающих умственных связей. Великое множество логических систем можно условно подразделить на классическую логику и неклас­сические логики. Грубо говоря, классика - это определен­ность, а неклассика - вектор в сторону неопределенности (с разной степенью). Классика - это мышление в катего­риях действительного (да или нет), а неклассика - это мышление в категориях возможного. Там, где требуется дисциплинированность, следование оправданной норме, востребована классика, тем более что мышление по своей сути есть конструирование смыслов через форму - грамматическую и логическую. Изобретение формы не­оценимо важно в познавательном отношении - без формы невозможно никакое понимание вообще. B реальном твор­ческом процессе мышление в категориях действительного дополняет мышление в категориях возможного.

У классики и неклассики есть свои возможности и гра­ницы. Самые простые ситуации классичны и не требуют излишней информации для оценки или действия. Например, для того, чтобы включить свет, достаточно нажать на кнопку белого выключателя, не вдаваясь в под­робности, скажем, какого точно цвета выключатель - молочного, серовато-беловатого, розовато-беловатого, яркой белизны, бледно-желтоватого, грязно-белого и пр. Свет включен, и выключатель в одном положении, свет выключен, и выключатель в другом положении. Классика отрезает бесконечность выстраивания альтернатив, сужа­ет выбор, позволяет принять решение и совершить дей­ствие. Неклассика дает простор воображению, которое конструирует все возможные варианты и перспективы.

Откуда же возникает потребность в конструировании возможных положений дел? Одна причина объективна и связана с неполнотой информации относительно ситуа­ции, но другая причина, субъективная, кроется в самом человеке. Это - его желания, убеждения и намерения! B самом деле, прочтение ситуаций, их интерпретации личностно-нагружены по естественным причинам особен­ностей индивидуального когнитивного стиля (индивиду­альных способов решения проблем), заинтересованности самого человека, обусловленности его представлений о мире социальными, культурными обстоятельствами и жизненным опытом. Кроме того, при моделировании будущих ситуаций человек активно вводит свои желания в действия будущего. Искусство мышления и аргументи­рования развивает особую способность лавирования между определенным и неопределенным в постановке задач, выстраивании оценок, приведении аргументов и, вообще, выражении своих мыслей. При ведении пере­говоров, если есть согласие, усиливается определенность и детализация в деловых соглашениях, а если появляют­ся разногласия, то делаются шаги в сторону общности и неопределенности в формулировках, так чтобы они устраивали всех.

Можно подвести итог: мы нуждаемся в определенности при принятии решения и выборе. Она возникает в кон­структивных и конвенциональных ситуациях, в случаях простой очевидности. Ho также и... полная или абсолют­ная определенность возможна для совершенного челове­ка. Почему? Совершенный человек (мудрец) сразу распо­знает ситуацию, безошибочен в своих оценках и, кроме того, знает, как ему поступать, у него нет сомнений-аль- тернатив, его выбор определен. B большинстве же случаев обычный человек вынужден мыслить в условиях неопре­деленности (для этого логика и воображение как раз и необходимы), но эта неопределенность опять-таки чере­дуется с определенностью. Находясь на пределе познанно­го и непознанной тайны в творчестве, человек вынужден иметь дело с виртуальными объектами (далекими от того, что воспринимают его физические чувства), и отсюда его гипотезы и новое видение реальности представляются ему как потенциально возможное. Для обыденного ума верна формула «все, что может быть, еще не обязательно будет». Однако чувство уверенности в своей правоте придает чет­кость и ясность мысли. Классика и неклассика дополняют другдруга в процессе обдумывания проблемы и принятия решения.

Если же человек мыслит категорично, исключительно в измерениях действительного («да* или «нет»), это может быть показателем проявления фанатизма и отсут­ствия объемного, многомерного мышления. Замечу, что мышление в категориях действительного не стоит отож­дествлять с действительностью. Любая логика как мысли­тельный процесс выстраивает модели действительности. Скажем, классическая логика просматривает все возмож­ные значения рассматриваемого высказывания на пред­мет его истинности или ложности. Для простого высказы­вания «А или В» таких семантических вариаций четыре: , , , . Дизъюнктивное высказывание ложно только в последнем случае. Логик рассуждает так: предположим, что данное высказывание истинно (выска­зывания истинны), - посмотрим, что из него можно вывес­ти. Если имеются конкретные данные относительно эле­ментарных составляющих сложного высказывания, то решение вопроса об истинности сложного однозначно - оно истинно или ложно. Однако в случае неклассики неполнота информации сохраняется, и ответить опреде­ленно нельзя.

Исследование сложных, эволюционирующих, челове­коразмерных систем в синергетике расширяет границы научного поиска и решений, ориентируя его на отход от упрощенных схем в сторону моделирования уникально­конкретного (постнеклассическая наука в терминологии В.С. Степина, методология трансдисциплинарных иссле­дований). Среди гуманитариев становится популярной методология case-study (исследования индивидуальных конкретных ситуаций). Bce это свидетельствует о разви­тии новых форм прагматически-ситуативного мышления. Также можно наблюдать еще одну примечательную тен­денцию, связанную с активизацией противоположного полюса. Я назвала мышление виртуальным, имея в виду способность воображения создавать умственные картины, изобретать смысловые модели, как бы протаскивая их в настоящее из будущего. Этих воображаемых ситуаций еще нет, они далековаты от нынешнего, т.е. виртуальны. B двадцать первом веке не только искусство, но и наука в реалиях технонауки конституирует виртуальные миры, о чем немало пишут, например, в связи с проблемой Интернета. Ho в условиях техногенного рая (или ада) в конституировании новых миров, новых отношений и новой жизни партнером человека становятся машины. Машины - со-творцы, но машины - и костыли!

Подведем итоги.

B построении системной модели мышления целесооб­разно придерживаться гипотезы о двойственной природе мысли, обусловленной единством информационного и энергетического аспектов. Информационный аспект мышления предполагает процессы упорядочивания, орга­низации, создания форм, а также восприятия, передачи, хранения, обработки информации. Энергетический ас­пект мышления можно обсуждать в психологических тер­минах устремлений (интенций), желаний и воли, а так­же - энергий психических процессов.

Совершенствованию мышления препятствует ряд серьезных трудностей: беспорядочность мыслей; влияние на мысль аффектов, неизжитых желаний и переживаний, укоренившихся в недрах бессознательного; негативные следствия специализации; рефлекторность мышления, догматизм, отвлеченность и пр.

Овладение мыслью предполагает развитие комплекса навыков, связанных как с созиданием, так и с разрушени­ем мыслеформ. Среди важнейших - упражнение в непри- вязанности к идеям и мнениям, которое способствует под­держанию открытого состояния когнитивной системы, называемого «пребыванием в настоящем*.

Представляют интерес практики работы с энергетиче­ским аспектом мысли. Несмотря на различия, все они придерживаются общей стратегии - сначала сознание настраивается на определенную психоэнергетическую конфигурацию, а затем волей направляют поток энергий в нужное русло. Примерами могут служить практики мантры (звукоритмических формул) и янтры (зрительных образов).

Идеальный образ целостного, синтетического творче­ского мышления должен сочетать множественные аспек­ты мышления, вмещать противоположности. Мышление должно быть созидательным и очистительным, спонтан­ным и дисциплинированным, творческим (интуитивным) и критическим, образным и логико-вербальным, теорети­ческим и прагматическим. Синтетическое мышление в традиции западноевропейского рационализма возмож­но только на основе развитой аналитики, оно воспитыва­ется развитием объемной аргументации.