Подробности

К сожалению, с самого начала, в пункте постановки задачи, приходится говорить не о синергетике в социологии, а о представ­лениях диссертанта о собственно общественнонаучном: о задаче государства. “Отчуждаясь от общества (имеется в виду - вообще, во всем мире, а не только у нас.

На следующей странице в качестве одной из основных причин неудач административных реформ в предыдущие годы (очевидно, еще до перестройки) указывается “классическая парадигма управления, переживающая в наше время кризис ввиду присущей этой парадигме ориентации на линейные подходы и силовые методы в управлении социальными процессами”. О других неясностях мысли и об общей ее правильности или неправильности мы не будем спорить, а обратим внимание только на слово “линейные”. Что оно здесь означает помимо чего-то очевидно монотонного и нехорошего, не объясняется. Однако столь же очевидно, что после его появления мы должны так же ненавязчиво перейти к более хорошему, явно высшему уровню - к нелинейному (наверно - синергетическому?) подходу.

Так оно и есть. “В поисках новых подходов к управлению внимание современных ученых (а какие еще сейчас есть? Или несовременные - это несогласные ученые? - В.Г.) фокусируется на синергетике как постнеклассическом (что дает это слово? - В.Г.) междисциплинарном (по существу неправильное употребление термина, поскольку обычно он означает нечто, получающееся на стыке дисциплин, а здесь используется как «встречающееся в разных дисциплинах». - В.Г.) направлении в исследовании процессов самоупорядочения в сложных динамических системах.” Мысль хорошая, осталось только проверить, решается ли (“реша­бельна” ли) сколько-нибудь точно впрямую задача взаимодействия “миллионов человеческих воль”, как выразился классик об общест­венных делах. Поскольку правильное понимание синергетики как раз и предостерегает от огульного применения простых классиче­ских “макроскопических” решений и указывает на необходимость намного более подробного, желательно прямого точного, а не слишком приближенного рассмотрения конкретной задачи.

Далее: “Основная проблема социосинергетики заключается в том, что спонтанное упорядочение в обществе часто сопряжено с существенными потерями,...” Прервемся. Видимо, имеется в виду приход к власти криминала, если его не сдерживать. Все же надо сказать, что по-моему основной проблемой социосинергетики, если ее хоть как-то связывать с синергетикой механических или физико-химических систем, является проблема правильного предсказания результатов развития общества или его частей в конкретных условиях.

Далее. “В то же время исследование соотношения самоорга­низации, организации и управления (самоуправления) в социаль­ной практике, особенно в части, касающейся места и значения в ней государства, пока только начато, в связи с чем эта пробле­матика имеет актуальное значение.” Добавлю: хотя и неясно, сможет ли она что-нибудь дать. Посмотрим позже по выводам.

На этом обоснование актуальности завершено. Мне оно не кажется основательным, поскольку не показана весьма сомнитель­ная возможность в социологии решать задачи впрямую, начиная от набора индивидуумов подобно началу с концентраций и скоростей реакций, как это делалось бы в случае кооперативного поведения в механической или физико-химической системе.

Затем в половине раздела “Степень научной разработан­ности проблемы” перечисляются Пригожин и отряд математиков, причастных к работам с кооперативными системами. Не указывает­ся, какое отношение их работы имеют к разработанности проблемы нахождения точного решения “многочеловеческой” задачи в социо­логии, чем, по-видимому, намеревается заниматься диссертант. В другой половине перечисляются современные гуманитарные авторы, что-то говорившие о самоорганизации и синергетике в общественных науках, причем не указываются никакие конкретные результаты их деятельности, только “разрабатывались”, “рассмат­ривается”, “обсуждены”. По-видимому, их там и не было.

“Основная цель и задачи исследования”: “...был применен синергийно-информационный подход и определены следующие исследовательские задачи:”

(Вот я, давно работающий в физике и математическом моделировании, не понимаю, что за подход был применен, какие основания заставили и позволили применить слово “синергийный” и вообще зачем оно там.)

“осуществить методологический анализ сущности социаль­ной самоорганизации и управления, основанный на принципах постнеклассической науки.” Во-первых, интересно, что такое сущность самоорганизации. Во-вторых, непонятно, что такое принципы постнеклассической науки. Что это за наука? Может быть, слово-то неудачно взято где-то, чтобы придать научного веса бессодержательному утверждению? Ведь выше было сказано, что “постановка и разработка проблемы самоорганизации имеют глубокие корни в философии (в сноске указываются Гегель и Кант. - В.Г.), тектологии (А.А.Богданов. - В.Г.), общей теории систем (Л.Берталанфи, который между немногими прочими как теоретика системности упоминал Маркса. - В.Г.)”. Почему от читателя скрывают, как собирается работать диссертант, да еще прикрывают это флером мудреных словечек? Может быть, это и есть новое платье короля?

Опустим несколько столь же претенциозных и расплывча­тых “исследовательских задач” и отметим одну оригинальную: “осуществить анализ (вроде выражения «По какому вопросу плачете?». - В.Г.) причин и условий аномальных проявлений (так и хочется спросить: проявлений чего? - В.Г.) в системе государственного управления в условиях перехода к новому типу общественно-политических и социально-экономических отношений в России.” Вероятно, диссертант намеревался поискать приемы против лома. Надеюсь, о нежизненности задачи при дежурном демонстрировании ее осмысленности и актуальности я выразился достаточно понятно.

“Рабочая гипотеза”. Сначала диссертант развенчивает возникшую “в прошлом, когда социальные отношения не отличались большой сложностью” (интересно, где он нашел такие времена? Например, в средневековой Германии или в России начала XX века? Как бы не так! - В.Г.), “классическую рациона­листическую парадигму, поставившую человека над природой, а субъекты государственного управления - над обществом как объектом.” Любопытно, слышал ли он о теории общества, в согласии с которой когда-то высказывалось утверждение, что На­циональное собрание Франции выбирается французским народом, а управляет Францией Лионский банк? Неужто Лионский банк был субъектом государственного управления? Странные представления у диссертанта о сущности государства, рекомендации по методике улучшения которого он собрался выработать!

Но, само собой, пассаж о недостатках прежней “паради­гмы” (как будто она была одна! - В.Г.) потребовался для обоснования преимущества и необходимости новой, хорошей. “Теория самоорганизации ориентирует на иной подход в управлении: «не рубить проблемные узлы», а создавать условия для спонтанной и направленной их развязки.” Во-первых, я бы подчеркнул, что сказано совершенно неконкретно и невнятно: можно понимать многое и/или ничего не понимать. Это не дело для научного издания, хотя бы и на правах рукописи. Ведь тут можно вспомнить классический пример создания условия для возникно­вения у клиента желаемого вам желания - сказка про вершки и корешки. Мошенники - это ведь не гангстеры, они не рубят, а ловко развязывают. Литературный пример ненасильственного выжима­ния сока из человека есть в “Трехгрошовом романе” Брехта. Так что “спонтанные аномалии” - не новость, однако такие ли “подходы” имеет в виду диссертант?

Во-вторых, непонятно, почему к разряду создания условий для естественного решения тяжелых общественных проблем не отнесено известное всему миру обобществление частной собствен­ности на средства производства. По-моему, некоторым ответом на последний вопрос является отсутствие в следующей фразе - “Ключевыми понятиями такого (нового. - В.Г.) подхода являются «свобода», «открытость», «духовные ценности», «информация», «коммуникация», «синергия»” - таких слов и понятий, как “собст­венность”, “отношение к производству”, “труд”, “распределение”, не последних в отношении создания той или иной социальной ситуации. Перечисленные же диссертантом ключевые слова представляются искусственным, метафизическим и в научном плане бесплодным гибридом стандартных терминов либеральных взглядов и модного, с претензией на современность, прожектер­ского жаргона.

“Теоретико-методологическая основа исследования.” “Мировоззренческой основой исследования является представление о мире как единстве природы, человека и общества.” Эти слова - совершенно пустые, поставлены ради красивой и глубокомыслен­ной завершенности. Природа - неживая, как следует понимать процитированную фразу, - никаким боком в изучаемом общест­венном вопросе не фигурирует, если не считать канцелярских принадлежностей, используемых в госучреждениях. Следовало бы напомнить диссертанту, когда-то несомненно сдававшему филосо­фию, об относительной самостоятельности частных наук, ни одна из которых не объемлет необъятного, так что так уж сильно притягивать к весьма частной проблеме столь высокие материи, как природу и мировоззрение, может быть, и не стоило бы, тем более что на них вернее всего нет никаких ссылок в дальнейшем.

Затем: “Парадигмальным основанием выступает постне­классическое (еще раз сослужило свою респектабилизирующую службу это словечко болтунов в науке) представление об открытости мира (любопытно, где в прежних подходах исполь­зовалось представление о закрытости мира и о закрытости где, какой и чем? - В.Г.), универсальности явления самоорганизации, антропо-социальной коэволюции (пропустим без критики, слишком уж это тонко! - В.Г.) в направлении духовно-познавательного становления человека.” А на мой взгляд - совершенно напрасно пропущен важный в социологическом понимании материальный фактор, от которого “духовно-познавательное становление человека” весьма зависимо. Я бы даже рискнул утверждать, что без его учета исследование “антропо-социальной коэволюции” является совершенно ненаучным. Здесь можно посоветовать притчу Амброза Бирса “Нравственность и материальный интерес” [16]. Вряд ли кто будет отрицать, что многие “аномальные проявления в системе государственного управления” в последнее десятилетие обусловлены как раз в первую очередь барашками в бумажках, а не духовно-познавательным становлением человека. Как раз эти барашки-то и следовало бы учесть как сильнейший синергезирующий фактор - катализатор постоянно-периодических “аномалий”.

С большим сожалением пропускаю следующий далее длинный набор умных и современных словечек, оканчивающийся словосочетанием “социальной синергетики” - в предвкушении бли­зкой перспективы разъяснения, в чем же заключается синергетиче­ский подход в социологии и как он конкретно реализуется.

Следующие две страницы автореферата заняты перечисле­нием названий опросов примерно 10 тысяч человек. Больше чем половиной опросов руководил “профессор Романов В.Л.”

Раздел “Научная новизна результатов исследования, полученных лично автором, и положения, выносимые на защиту” начинается с утверждения о недостаточности исследова­ний, “которые методологически базируются на классической пара­дигме, ... поскольку мировоззренческая составляющая неклассиче­ской и постнеклассической науки остается невостребованной.” По-видимому, к этому моменту в автореферате уже достаточно было сказано неконкретных слов о преимуществах чего-то нового над чем-то старым, так что можно было бы и не повторяться. Пора бы уж и расшифровывать эти интригующие загадки. Возможно, необходимое пояснение следует дальше: “В настоящем исследова­нии государственно-общественные отношения рассматриваются в контексте синергетической парадигмы, положений об открытости социума, его неравновесности, необратимости изменений, нелиней­ности развития.” Но это тоже уже писалось и тоже помимо псевдо­научного антуража ничего не содержит. Никакой специальной синергетической парадигмы нет. В действительности в качестве основной есть только парадигма необходимости рассматривать явления достаточно полно, адекватно и доказательно. Еще раз подчеркну, что синергетические эффекты в механике и физхимии получаются так далеко не всегда, что полтораста лет почти безраздельно господствовала наука, их не предусматривающая. Так что никакая “синергетическая парадигма” в принципе не может быть вообще, во всех случаях лучшей, чем, скажем, старая термодинамика. Например, если подойти к эффектам классической термодинамики с “синергетической парадигмой”, то получится пшик. Так откуда автор знает, что в данном случае в исследовании надо применять “синергетическую парадигму”? И что, в конце концов, конкретно означает “рассмотрение в контексте синергети­ческой парадигмы”? Аналогично - с “открытостью социума”. С этими физико-химическими метафорами можно попасть в неприятную историю. Например, не знать, что понятие неравновесности весьма парадоксально, и не все с ней ясно в самой статистической механике, а уж в общественной науке и подавно непонятно, что оно должно означать. С другой стороны, и неравновесность в обычном понимании, и необратимость, и нелинейность развития, хотя бы из-за пресловутой диалектической спирали, вовсе не “постнекласическая” и даже не “неклассическая” новость в науках об обществе. Так что доводы диссертанта в обоснование его исследования не представляются удачными, убедительными и вообще научными, а как раз наоборот.

Дальше. “С этим связан синергийно-информационный подход к изучению социальной реальности, позволивший по-новому представить отношения самоорганизующегося общества с государственным управлением, механизм которого базируется не на силовом, а на информационно-коммуникативном взаимодейст­вии.” Но почему “силовые” взаимодействия не могут привести к “синергийным” эфектам - диссертант не объясняет. А вот в механике это возможно. Например, прокачивай воду с силой - появится турбулентность. Кстати говоря, именно сейчас в обществе как раз и есть времена “силовых взаимодействий”: р-р-раз - и уволен без разговоров. Еще раньше говорили нерадивым работникам: “Нет на вас капитализма!”- подразумевая, что он не стал бы церемониться. В общем приходится заключить, что диссертант не может выделить и внятно пояснить заявляемую специфику своей работы. А ведь обосновывается новое научное направление: “Результаты исследования формируют методологиче­скую базу нового научного направления - синергийно-информационной теории государственного управления.” Добавлю, что о месте и роли здесь еще одного явления - информации - в постановке вообще не было речи. Странно, конечно, но факт.

“Первая глава «Мировоззренческие и методологические основания социальной самоорганизации и управления в контексте постнеклассической науки»”. Поскольку самоорганизация явно рассматривается как при данных условиях происходящая неуклонно (“спонтанно”), т.е. независимо от сознания, а речь в тексте идет о теоретическом описании ее, то, конечно, мировоззренческие и методологические основания могут относиться только к подходу к построению теорий, описаний самоорганизации, но не к самой самоорганизации. А в остальном в этой главе повторяются уже отмеченные ранее неосновательная и несправедливая критика предыдущих, якобы несостоятельных и якобы “линейных” “рационалистических” концепций процессов в природе и обществе и упование на “постнеклассическую науку”. Ни один пример не приведен, утверждения вполне голословны и представляют собой пустую, декларативную попытку создать впечатление осмысленности, содержательности и научности пред­лагаемой диссертации.

Стоит все же особо указать на назойливое и несправедливое обвинение диссертантом предшествовавших теорий и методологии в рационализме, который к тому же понимается диссертантом как представление о возможности человеком переломить природу через колено, настолько назойливое, что даже создается впечатление о необходимости отказа от разума. Например, “трудности, связанные с сохраняющимся до настоящего времени мировоззренческим грузом рационализма, проявляются в наличии противоречий и на постнеклассическом этапе развития науки.” Никаких подробно­стей, уточнений и разъяснений нет. Какие трудности, какой груз и в чем проявляется, какие недостатки порождает, какие противо­речия наличествуют в каких конкретно постнеклассических теориях, и чем постнеклассические теории отличаются от каких-то неклассических - одному богу известно. Я уж не говорю об отсутствии понимания того, что рационализм - это не совсем уж пустое и произвольное порождение “классических” ученых. В общем, если это научное изложения, то что же тогда назвать пылью в глаза?

Дальше. “Мы исходим из синергийно-информационного мировоззрения (господи, как можно так смешать с мусором мировоззрение? - В.Г.)... Базовыми понятиями при этом выступают «открытость», «неравновесность», «нелинейность», «необрати­мость», «динамический иерархизм». (Интересно, что автор понимает под этими терминами в теории социологии и как он будет оперировать с ними математически? Или он и не собирается ничего считать? - В.Г.) ... Пусковым началом самоорганизации являются уже не причина, а случай (а я вот думаю, что движение и взаимодействие, поскольку кооперативность возобновляется и поддерживается непрерывно, поддержание осуществляется непре­рывным возобновлением. - В.Г.), движущим фактором выступает неопределенность...” (почти как “ничто”! Да не может неопределенность быть движущим фактором чего бы то ни было! В крайнем случае она может быть условием, обстоятельством движения. - В.Г.)

“Понятие «самоорганизация» определяется следующими его сущностными составляющими:

а) самоорганизация есть процесс спонтанного возникнове­ния новой системы. (Вообще-то с определением системы есть большие и пока никак не снимающиеся трудности [17-18], что диссертант почему-то проигнорировал, хотя, возможно, об этом и не слышал. А в таком основополагающем пункте следовало бы пояснить более определенно, что именно автор понимает под возникновением новой системы. Таким образом, он здесь пояснил только “само” через “спонтанность”. - В.Г.);

б) трансформация систем происходит в момент их крайней неустойчивости и высокой чувствительности к любым сигналам, в том числе и слабым. (Что ж, этот момент входит в известную теорию революции, а конкретно - в определение революционной ституации. Я только не знаю, куда диссертант относит эту теорию: к разряду классических, неклассических или постнеклассических или, может быть, даже к “синергийно-информационным”? И речь, конечно, должна идти только о самостоятельной, самопроизволь­ной трансформации, а не запланированной и проведенной. - В.Г.);

в) система сама находит выход в точке бифуркации из положения неустойчивости. (Я бы уточнил: если ей позволят самой находить! Она же “открыта” внешним воздействиям, о мощи которых ничего не говорится! В остальном этот пункт не сообщает ничего нового по сравнению с тем, что новое состояние как-то проистекает из предыущего в данных условиях. Кроме того, неясно, где диссертант, якобы намеревающийся применить синергетику к госаппарату, так хорошо сидящему, найдет в его сидении точки бифуркации? Есть ли они там вообще? В математике это называется вопросом о существовании решения: решения, которого может и не быть. - В.Г.);

г) вновь образованная (трансформированная) система обладает более высоким уровнем сложности и активности по сравнению с исходным состоянием. (Это напоминает старый рефрен о все более повышающейся роли партии. Только повышение роли партии - вещь довольно понятная, а уровень сложности системы - вещь не менее темная и многосмысленная, чем понятие системы. - В.Г.).

Универсальность явления самоорганизации позволяет обеспечить синтез научных знаний...”

Судя по перечисленным составляющим и по утверждению об универсальности “явления самоорганизации”, можно подумать, что если человека или огромные толпы людей поместить в откры­тую пустыню, пусть даже питаемую низкоэнтропийной энергией солнца, что создает постоянную неравновесность, то в результате неизбежно получится нечто более сложное, активное, хорошее, живое и даже более умное. Но нет! Явление самоорганизации не универсально (если под этим не понимать просто самостоятельного движения элементов), не всесильно и возникает только при особых условиях (известно, например, что революции не происходят по заказу и не экспортируются) с вытекающими отсюда последствия­ми как для нормальных ученых, так и для дежурных оптимистов.

Затем в автореферате определяется “вектор” движения индивидуума в сообществе. Автор считает, что “в связи с жизненным циклом индивида ... на первый план выступает ... активное взаимодействие индивида со средой... В этом случае определяющую роль в социо-индивидуальных отношениях играет личность, активно устремленная к идеальной ценности - свободе.”

Это, конечно, полный нонсенс как в теоретическом, так и в практическом отношении. Возрождаются метафизические предста­вления теории общественного договора. То-то даже до перестройки массы людей говорили, в противовес советской пропаганде, что лучше быть в кабале у капиталистов, хотя бы и иностранных, да хорошо получать - как “за бугром”. Нужна была им эта свобода от эксплуатации! Можно себе представить, как свободно становятся в гордую позу чиновники при робких попытках дать им взятку! Неужто диссертант намеревается предложить правительству бороться с продажностью чиновников предоставлением им какой-то такой свободы?

Затем автор многословно и смехотворно разъясняет превос­ходство “постнеклассического” понимания общества с итогом: “Социальная жизнь, т.е. жизнь общества, жизнь человека в обществе, есть устремленный в будущее поток необратимых перемен, одни из которых способствуют жизни, другие угрожают ей. (Сие уж-жасно научно и очень конструктивно! - В.Г.) Возникающие в этом потоке от столкновений организации и дезорганизации (чего и в каком отношении? - В.Г.) экстремаль­ности производят параметры порядка (новый термин, который здесь не определен. - В.Г.) и соответствующие им структуры, упорядочивающие отношения, но в то же время связывающие свободу индивидов. Преодолевая эту связанность, креативные индивиды преобразуют способ деятельности (например, присваивая средства производства и прибавочную стоимость? - В.Г.), который изменяет социальную организацию, выводя ее на качественно новый уровень.” Ну чем не истмат? Только почему такой темный и почему на него нет ссылки? Может быть, мы сейчас увидим гораздо более точный расчет событий, чем их может предсказывать истмат? Способ, основанный на точном расчете совместного действия “миллионов воль” - иначе какой смысл огород городить? Однако автор в противоречие с истматом вдруг из воздуха достает идеалистический вывод: “Питаясь энергией стремления к свободе через познание, разум одухотворяется сам и одухотворяет процесс становления человека как органа самосознания природы, выдвигая тем самым на первый план в отношениях людей духовно-познавательные ценности, отводя на зависимое от них место материальные ценности.” То-то у нас сейчас все бросились познавать номера на купюрах. Нет никакого сомнения, что специалист с таким методологическим багажом нужен только для того, чтобы мутить воду.

Изложение “2-й главы - «Самоорганизация, организация и управление в социальных процессах»” - содержит 5 с половиной страниц еще более неконкретного, необязательного и неинтересного текста. К примеру, сказано: “В первом параграфе рассмотрена сущность понятия «становление». Показано, что становление как процесс возникновения и развития специфических качественных характеристик социальных систем является результатом непрерыв­ной самоорганизации индивидов и их сообществ.” Очень глубоко и поучительно. В республике ШКИД подобных “халдеев” воспитывали так: “Обратите внимание. Это - печка... А печка - каменная. А это - дверцы. А сюда дрова суют...А вот тут - дверь. А вот это - парты. Они деревянные. А это - стенка. Не расшибитесь.”

Приятным исключением является нечастое в наше время признание, “что управление есть продукт «второй природы» - человеческой, и (можно. - В.Г.) согласиться с точкой зрения, обобщенной Г.В.Атаманчуком, что «управление в буквальном смысле этого понятия начинается тогда, когда в каких-либо взаимосвязях, отношениях, явлениях, процессах, присутствуют сознательное начало, интересы, знания, цели и воля, энергия и действия человека»”. Правда, это признание расходится с признанием наличия информации в природе без человека, сделанным в первой главе со ссылкой на В.С.Егорова, научного консультанта диссертационного исследования. Ведь несомненно, что информация и управление существуют в одной и той же сфере.

В общем, и во второй главе, судя по ее изложению в автореферате, нельзя увидеть ничего конкретного и полезного о “синергийно-информационном” подходе.

“Третья глава «Государственное управление как средство общественной упорядоченности».” Вначале автор критикует “классическое представление”, что “главная цель государственного управления состоит в принуждении силой закона граждан и их ассоциаций к поведению или деятельности в соответствии с законодательно установленными нормами”. Ясно, что критике подвергается понимание государства как орудия подавления того или иного класса, а уж силой закона или беззакония - это особь статья. Оригинально, что всё население причисляется к гражданам, по-видимому, даже, например, крепостные крестьяне в далекие времена феодального государства. Это вынуждает в очередной раз осознать, что автор имеет перед своим взором и предлагает рассматривать либерально-утопическое идеальное государство в общем добродетельных, честных, сознательных и вдобавок умных людей, сообща пекущихся об общем благе, ради достижения которого они вырабатывают оптимальные законы поведения и сами себя принуждают их соблюдать. Отчасти это его государство смахивает на модельное, идеализированное, не освещенное теорией коммунистическое общество на начальной стадии.

Автор утверждает, что указанное классическое (“принужда­тельное”, я бы тут сказал) понимание “государственного управления противоречит обоснованным в предыдущих главах по­ложениям о неприемлемости противопоставления самоорганизации и управления.” Ну, это как понимать самоорганизацию и управление в государстве. Управление вне собственной саморгани­зации - это нечто производимое кем-то вне рассматриваемой сферы “граждан”. Внутри же нее самой, т.е. в государстве в целом, то, что мы называем государственным управлением, вполне может и даже должно рассматриваться как результат и форма самоорганизации, поскольку возникает вполне обусловленно и спонтанно (если не привнесено некими завоевателями), как это и трактует “классический” подход. Возможно, автор здесь хотел сказать нечто иное, более тонкое, или об ином, но оно ускользает от понимания, ибо выражено весьма туманно. Обычно так говорят дилетанты со стороны, бесплатно раздающие свои советы. Пока что нельзя считать, что вопрос здесь четко разъяснен и поставлен.

Затем почти на двух страницах вроде бы обязанного быть сжатым реферата автор своими словами разъясняет, что при превалировании в “незрелом обществе” материального интереса “выигрывают преимущественно личности активного социально негативного склада”, и из-за результирующего “материального расслоения общества социальное напряжение угрожает безопасности таких лиц и сохранению их собственности. В связи с этим они интегрируются в государственную власть... Государство ... становится инструментом службы интересам тонкого экономиче­ски доминирующего слоя.” Вот вам и критика государства как орудия подавления!

Но, как ни крути, а “и в условиях «зрелого» общества” при превалировании материального интереса “сохраняется противо­поставление государственного управления и социальной самоорганизации”. Делается вывод о недостаточности для государства “роли ... регулятора с принудительными функциями”, что приводит к “замыканию общества в рамках стабильности”.

Затем следуют глубокомысленные и никчемные фразы о неизбежности корреляции “гражданского общества” с государственной властью и наоборот. “Очевидно, что гражданское общество и государство имеют достаточно прочную «связку», обеспечивающую совместность их трансформационного движения. Условия и причины ... движения в сопряженном становлении определяются с позиции синергийно-информационного подхода. Фундаментальное условие - наличие фактора, увлекающего национальное сообщество в единое движение.” Не совсем понятно, зачем нужны какие-то условия, если, как сказано, очевидно, что связка достаточно прочна? Но, во всяком случае, всё равно ничего не выходит: “Попытки использования в качестве такого фактора идеи быстрого общего достижения материального благополучия по образу успешных в этом отношении стран (а о чем говорили образы неуспешных? - В.Г.) в России явно провалились.” Странно! Кто это пытался у нас быстро достичь общее материальное благополучие? Жаль, что диссертант не назвал фамилий, мы бы тогда смогли бы о них узнать! И вот указана причина неуспеха: “Материальный интерес неизбежно связан с присвоением, а присвоение разъедает.” Но что же оно не разъело “успешные в этом отношении страны”? Какая примитивная бессмыслица в сфере, где существует настоящая научная теория! И при этом автор претендует на научные лавры?

Но, оказывается, “материальное достояние - это не цель, это средство, обеспечивающее достижение чего-то более существенного для человека, некого идеального в его жизни. Это идеальное - свобода.” Однако “следует согласиться с Н.А.Бердяевым, утверждающим вслед за К.Марксом, что доминирование в жизни человека материального интереса есть экономическое рабство, которое «означает отчуждение человеческой природы, превращение человека в вещь».” По-видимому, Бердяев здесь фигурирует отчасти по той причине, что диссертант не нашел этого или подобного высказывания у самого Маркса. Возможно, он и познакомился с ним через Бердяева. Заодно удалось отметиться модным философом, хотя и не всемирно признанным специалистом в государственных делах.

И тут мы переходим, по-видимому, к отказу от хождения на наемную работу, а также от получения прибыли от наемных работников, поскольку это превращает и того, и другого в раба. А зачем человеку ходить на работу, раз главное - свобода? “Свобода предполагает духовное начало в человеке. Духовное проявляется в движении человека к свободе, преодолении ... собственной замкнутости и ограниченности среды жизнедеятельности. Это преодоление - функция не экономическая, а интеллектуальная. ... Движение к этой цели реализуется в процессе информационного становления человека в становящемся информационном обществе.” Вот только непонятно, что такое информационное становление человека: что, ему бывшие газеты заменяют интернетом или анализ ситуации заменяют опросом населения? “Обеспечить этот процесс, защищая свободу и права человека в самоорганизующемся социальном мире, и есть высшая миссия государства.” Но ведь и тут непонятно, до какой степени следует защищать свободу и какие права есть у человека, например, есть ли у него право отбирать прибавочную стоимость, созданную другими?

И вот автор предлагает “основные принципы, определяю­щие реализацию этой миссии посредством управления”.