Рационализм в качестве определяющего начала

в жизнепонимании и

поведении обнаружил свою органическую враждебность по отношению к

нравственной сущности человека. Нравственные ценности превратились в

товар, цена которого определялась на рынке по меновой стоимости.

При всем том, что утилитарный расчет стал доминирующим принци-

пом регуляции поведения, нравственные постулаты буржуазного общества не

освободилась от религиозной санкции. После того, как буржуазия взяла верх,

стало очевидно, что нравственные ценности и оценки не могут держаться на

доводах, обращенных к рассудку людей, ибо в обществе, где интересы одной

группы людей противоречат интересам другой группы, не может существо-

вать таких норм и ценностей, практические значения которых были бы рав-

ными для всех. Вольнодумие и атеизм прошли, бог снова понадобился как

сила, стоящая на страже нравственных норм, навязанный обществу господ-

ствующим классом. При этом, христианство с его удивительной способно-

стью вмещать в себя самые разные нравственные умонастроения, оказалось

пригодным обслужить новый класс буржуазии. «Для общества товаропроиз-

водителей... – писал К. Маркс, – наиболее подходящей формой религии явля-

ется христианство с его культом абстрактного человека, в особенности в сво-

их буржуазных разновидностях, каковы протестантизм, деизм и т.д.»1.

Капитализм дал мощный толчок развитию науки и техники, революци-

онизировал экономику, коренным образом изменил быт и нравы общества.

Рост общественного могущества, однако, сопровождался усилением зависи-

мости, связанности и несамостоятельности отдельной личности как в матери-

альном, так и в нравственном отношениях.

С одной стороны, расширилось поле деятельности человека и его граж-

данские права, огромную роль обрела личная инициатива в условиях конку-

ренции и предпринимательской деятельности. С другой стороны, сузился ха-

1 См.: Маркс К. Предисловие к «К критике политической экономии» / Маркс К.,

Энгельс Ф. Сочинения: 2-е изд. В 50-ти тт. М.: Госполитиздат, 1955-1981. Т. 23. С. 19-20.

23

рактер деятельности индивида в соответствии с промышленным разделением

труда, сузились рамки, в которых могла свободно проявляться личность.

Дух своекорыстия, борьбы за существование подчинял себе человека и

подавлял в нем все высокие нравственные устремления и порывы. Жизнедея-

тельность и верхних и нижних слоев общества жестко определялась эконо-

мическими отношениями. Рабочий превращался в придаток промышленного

производства, предприниматель находился в тисках конкурентной борьбы за

выживание, и, хотя от него требовалась инициатива и предприимчивость, ко-

нечный успех зависел от многих независящих от него факторов и выпадал

как удача, как успех, как случай1. Сфера, в которой человек мог свободно

распоряжаться собой и строить жизнь согласно своим желаниям и убеждени-

ям, свелась к личным вкусам и привычкам.