ТОЛКОВАНИЕ ПРАВА ПО ОБЪЕКТАМ И ПО ОБЪЕМУ

Толкование права по объектам разграничивается в зависи­мости от того, что именно интерпретируется. Если говорить о непосредственном объекте толкования права, то им будет соот­ветствующая норма права, индивидуальное правовое установле­ние, их выражение (как правило, текстовое^[111]).

Классификация толкования права по источникам права.

1. Толкование нормативных правовых актов (законов и подзаконных нормативных актов). В большинстве стран, вклю­чая и Россию, является наиболее распространенным видом тол­кования права ввиду особой значимости этого рода документов. Так, в ст. 9 Кодекса административного судопроизводства Рос­сийской Федерации (далее - КАС РФ) содержится правило о том, что законность и справедливость при рассмотрении и раз­решении судами административных дел обеспечиваются, в том числе, точным и соответствующим обстоятельствам дела пра­вильным толкованием и применением законов и иных норма­тивных правовых актов. В Договоре «О создании Союзного гос­ударства», заключенном между Российской Федерацией и Рес­публикой Беларусь 08.12.1999^[113], в ст. 50 оговорена компетенция Суда Союзного государства, главной задачей которого является обеспечение единообразного толкования и применения как са­мого договора, так и нормативных правовых актов Союзного государства.

2. Толкование юридических прецедентов. В своих актах Ар­битражный суд Московского округа (постановление от 02.06.2009 № КА-А40/4854-09^[114]) и Московский городской суд (определе­ние от 12.01.2017 № 4г-0014/2017^[115]) заметили: «... Юридический прецедент не является официальным источником права в Рос­сийской Федерации, а представляет собой толкование нормы права и пример ее применения с учетом конкретных обстоятель­ств дела». И хотя вопрос о наличии в системе источников отече­ственного права юридических прецедентов остается открытым, в странах, правовые системы которых тяготеют к англосаксонской правовой семье, а также в деятельности международных юрис­дикционных органов прецедент зачастую рассматривается наравне с иными источниками. Так, в параграфе 80 Пояснитель­ного доклада к Протоколу № 14 к Европейской конвенции о за­щите прав человека и основных свобод говорится: «Главный элемент, содержащийся в новом критерии, это вопрос, был ли заявителю причинен существенный ущерб... это относится и ко многим другим терминам, используемым в Конвенции... Как и те другие термины, они являются юридическими терминами, которые могут толковаться и требуют толкования, устанавлива­ющего объективные критерии посредством постепенного разви­тия прецедентного права, создаваемого Европейским Судом»^[116].

3. Толкование санкционированных обычаев. В отдельных сферах, регулируемых правом общественных отношений, для обеспечения правомерности действий их участников и правиль­ной квалификации данных действий необходимо обратиться к содержанию санкционированных (правовых обычаев). Так, абз. 3 и. 1 § 26 Московского регламента коммерческого арбит­ражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации гласит: «Во всех случаях МКАС принимает решения в соответствии с условиями договора и с учетом торговых обы­чаев, применимых к данной сделке»^[117]. Пленум ВС РФ в Поста­новлении от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Рос­сийской Федерации» (и. 2) дал определение гражданско- правовому обычаю: «...не предусмотренное законодательством.

но сложившееся, т. е. достаточно определенное в своем содер­жании, широко применяемое правило поведения при установле­нии и осуществлении гражданских прав и исполнении граждан­ских обязанностей»^[118].

4. Толкование нормативных договоров. Ввиду большого разнообразия нормативных договоров, которые необходимо ин­терпретировать, становится возможным говорить о толковании международных договоров, федеративных договоров, админи­стративных договоров, договоров о разграничении полномочий, коллективных договоров и т. д. Причем по отношению к отдель­ным видам нормативных договоров даже устанавливаются спе­циальные правила их толкования. Так, в ст. 31 Венской конвен­ции о праве международных договоров определено общее пра­вило толкования, согласно которому «...договор должен толко­ваться добросовестно в соответствии с обычным значением, ко­торое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора»^[119].

5. Толкование правовой доктрины подразумевает интерпре­тацию положений научных трудов наиболее известных и авто­ритетных ученых в области права для осуществления правиль­ной правовой квалификации обстоятельств и ситуаций, попав­ших в поле зрения субъектов правотворчества и правопримене­ния. В Российской Федерации самостоятельное значение право­вой доктрины как внутринационального источника права офи­циально не признается (хотя и учитывается), однако практиче­ские проблемы взаимодействия правовой системы нашего госу­дарства с другими охватывают также и вопросы толкования пра­вовой доктрины. Например, и. 1 ст. 166 СК РФ гласит: «При применении норм иностранного семейного права суд или органы записи актов гражданского состояния и иные органы устанавли­вают содержание этих норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответ­ствующем иностранном государстве». В и. 22 информационного письма Высшего Арбитражного суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) от 09.07.2013 № 158 «Обзор практики рас­смотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц» разъясняется обязанность судов по установлению содержа­ния норм иностранного права. В данном акте к информации о содержании норм иностранного права ВАС РФ отнес «... ссылки на нормы права, практику их официального толкования и при­менения, включая разъяснения судебных инстанций, примеры разрешения сходных конфликтных ситуаций, выдержки из пра­вовой доктрины». В одном из своих решений Суд по интеллек­туальным правам (после соотнесения норм международного до­говора и норм национального законодательства) отметил, что их систематическое толкование «не соответствует установленным в доктрине правилам толкования правовых норм, поскольку выяв­ление действительного содержания определенной нормы права (воли законодателя либо сторон международного договора) при систематическом толковании осуществляется путем установле­ния системных связей с правовыми нормами, действовавшими в период принятия анализируемой нормы»^[120].

Классификация толкования права по индивидуальным пра­вовым актам является достаточно сложной, ввиду их большого разнообразия^[121], поэтому мы сделаем акцент на основных актах реализации права (индивидуальных правовых договорах и актах применения права).

1. Толкование индивидуальных правовых договоров является общераспространенным и наиболее масштабным видом толко­вания права, поскольку охватывает значительную часть сферы частного права и подразумевает уяснение и разъяснение смысла гражданско-правовых, брачных, трудовых и иных индивидуаль­ных правовых договоров в процессе их составления, согласова­ния содержания, заключения, исполнения и прекращения. Спе­циальные нормы о толковании названных договоров могут быть обнаружены в ст. 431 ГК РФ (для толкования гражданско­правовых договоров), ст. 19.1 ТК РФ (для толкования трудовых договоров), ст. 2.17, 4.1, 4.4-4.7 принципов УНИДРУА^{1 ь} (для толкования международных коммерческих договоров) и в дру­гих многочисленных, в том числе официальных, источниках.

2. Толкование актов применения права осуществляется для их правильного издания и исполнения, а также отмены. В юри­дической науке не принято говорить о толковании актов приме­нения права, ввиду того, что сами правоприменительные акты рассматриваются как результат предшествующей правоинтер­претационной деятельности. Между тем правильное уяснение индивидуальных властных предписаний - необходимое условие для их надлежащей реализации. Так, осознание законодателем первостепенной важности таких актов применения права, как судебные акты, привело к появлению в каждом из процессуаль­ных кодексов статей, посвященных процедуре разъяснения су­дом принятого им судебного акта (УПК РФ - п. 15 ст. 397, КАС РФ - ст. 185, ГПК РФ - ст. 202, АПК РФ - ст. 179). Согласно соответствующим нормам, суд, в случае неясности решения по заявлениям отдельных лиц, вправе разъяснить свое решение, не изменяя его содержания, а в уголовном процессе - принять по­становление о разъяснении сомнений и неясностей, возникаю­щих при исполнении приговора.

Толкование права по объему производится в зависимости от совпадения или несовпадения текста и смысла нормы права. Следует учитывать, что подавляющее большинство норм права имеет текстовое выражение (формальную определенность) и все без исключения нормы права обладают внутренним содержани­ем (смыслом). Исходя из этого, объем нормы права складывает­ся из двух элементов: 1) текст («буква закона»); 2) смысл («дух закона»). Вопреки правилам формальной логики нередки случаи, когда текст и смысл интерпретируемых норм права не совпада­ют, что и является основанием данной классификации, обособ- ^[122] ляющей буквальное (адекватное), расширительное и ограничи­тельное толкование¹"⁷.

В той ситуации, когда текст и смысл нормы права совпада­ют, эту норму следует трактовать буквально (адекватно), что отвечает сути латинского выражения Quod scripsi, scripsi («Что написано, то написано»). В качестве примера такой нормы вы­ступает правило ст. 19 УК РФ: «Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее воз­раста, установленного настоящим Кодексом».

Большая часть правовых норм и положений адекватно от­ражает их смысл, в связи с чем буквальное толкование права является приоритетным. Как указано в ст. 1132 ГК РФ, «при толковании завещания нотариусом, исполнителем завещания или судом принимается во внимание буквальный смысл содер­жащихся в нем слов и выражений». Между тем, как верно указал ВС РФ в одном из своих решений, «... при истолковании любого нормативного правового акта следует исходить не только из буквального толкования его положений, но и в системной связи с иными нормами учитывать выраженный в них смысл»^{[123] [124]. Ска­занное означает, что в отдельных случаях (когда текст и смысл правового предписания не совпадают) возникает необходимость прибегать к расширительному или ограничительному толкованию.}

Расширительное толкование требуется для интерпрета­ции тех норм права, текст которых сужает (ограничивает) их ис­тинный смысл. Так, например, норма ч. 1 ст. 120 Конституции РФ гласит: «Судьи независимы и подчиняются только Консти­туции Российской Федерации и федеральному закону». Если данную норму толковать буквально, то можно прийти к выводу, что судьи не должны руководствоваться иными нормативными правовыми актами (федеральными конституционными закона­ми, законами субъектов России, указами Президента России, постановлениями Правительства РФ и т. д.), а также целым ря­дом источников права (нормативными договорами, санкциони­рованными обычаями и т. д.). В другом случае Комитет по пра­вам человека ООН в своем сообщении № 1875/2009 примени­тельно к разъяснению положений ст. 6 Международного пакта «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 обратил вни­мание, что «понятие произвольности не равнозначно понятию про­тивоправности, однако должно толковаться расширительно и включать элементы неуместности, несправедливости, отсутствия предсказуемости и надлежащих процессуальных гарантий»¹’⁹.

В нашем государстве устанавливаются границы для расши­рительного толкования права. Например, в одном из своих по­становлений КС РФ, разъясняя положения ст. 55 Конституции Российской Федерации, указал, что, вводя особые правила до­пуска граждан к профессиональной деятельности, законодатель должен формулировать соответствующие нормы формально­определенно, четко и не допускать расширительного толкования установленных ограничений¹’". В силу пп. «н» п. 7 методики осуществления мониторинга правоприменения в Российской Федерации необходимо оценивать случаи использования «...норм, позволяющих расширительно толковать компетенцию органов государственной власти и органов местного самоуправ­ления». В пункте 4 методических рекомендаций «Привлечение к административной ответственности за невыполнение законных требований прокурора» (одобренных Главным управлением по надзору за исполнением федерального законодательства Ген­прокуратуры России) ^{[125] [126] [127] прямо указывается на необходимость избегать расширительного толкования требований закона.}

Рассматривая риски расширительного толкования права в деятельности ВС РФ, Н. В. Лепихина заявила, что «Пленум Вер­ховного суда РФ под видом расширительного толкования в не­которых случаях фактически создает норму, не содержащуюся в законодательстве, например, давая себе право включать и ис­ключать субъектов, из числа имеющих право на обжалование решений суд...», и привела пример, когда Пленум ВС РФ своим Постановлением расширил перечень лиц, обладающих правом об­ращения в суд апелляционной инстанции в уголовном процессе^[128].

Ограничительное толкование применяется в отношении правовых норм, текст которых необоснованно расширяет их подлинный смысл. Так, например, согласно и. 1 ст. 64 СК РФ «защита прав и интересов детей возлагается на их родителей». При буквальном толковании данной нормы неизбежен вывод о наличии пожизненной обязанности у родителей защищать права и интересы своих детей (независимо от возраста последних и трудоспособности первых). Очевидно, что в тексте нормы идет речь о несовершеннолетних детях, но тем не менее непосред­ственно из текста такого вывода сделать нельзя.

В п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ «О свободе догово­ра и ее пределах» от 14.03.2014 № 16^[129] содержится разъяснение, согласно которому норма, содержащая прямое указание на воз­можность предусмотреть иное соглашением сторон, может быть истолкована судом ограничительно, исходя из пределов свободы договора. Иными словами, здесь была установлена возможность применения судом данного вида толкования даже при наличии соглашения сторон.

При пересмотре конкретного судебного казуса в порядке апелляции палата Суда Евразийского экономического сообще­ства не согласилась «...с ограничительным толкованием заяви­телем формулировки "договоры, регулирующие отношения ис­ключительно в рамках ТС”, так как такое толкование искажает правовую природу международных договоров и не учитывает их действие как во времени и пространстве, так и по кругу лиц»¹’⁴.

КС РФ, проанализировав правовые позиции ЕСПЧ в одном из своих постановлений, отметил, что этот международный ор­ган правосудия «...в своей практике применения статьи 11 Кон­венции о защите прав человека и основных свобод последова­тельно руководствуется тем, что в демократическом обществе свобода собраний является фундаментальным правом и наряду со свободой мысли, совести и религии составляет основу такого общества, не подлежащую ограничительному толкованию»

Субъект толкования права не может по своему усмотрению давать правовым установлениям расширительное или ограничи­тельное толкование (что может быть расценено как произвол и беззаконие). Необходимость любого толкования права (помимо буквального) должна быть оправдана объективным основанием (несовпадением текста и смысла нормы права) и обоснована действующей в государстве системой позитивного права и юри­дической практики. Возможность расширительного или ограни­чительного толкования устанавливается властными субъектами, уполномоченными на применение соответствующих правовых положений на основе их содержания. Так, в ч. 4 ст. 4 Федераль­ного закона «О саморегулируемых организациях» от 01.12.2007 №315-Ф3 устанавливается, что саморегулируемая организация вправе обращаться в суд с заявлением о признании недействую­щим нормативного правового акта, содержащего недопускаемое федеральным законом расширительное толкование его норм в целом или в какой-либо части.

¹³⁴ Об оставлении без изменения Решения Суда Евразийского экономического сообщества от 24.06.2013, которым Решение Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 904 «О мерах по защите экономических интересов производите­лей стальных кованых валков для прокатных станов в Таможенном союзе» было признано соответствующим международным договорам, заключенным в рамках Таможенного союза и Единого экономического пространства : решение Суда Евразийского экон. сообщества от 21.10.2013 // Бюл. Суда Евразийского экон. сообщества. 2013. № 2.

¹³’ По делу о проверке конституционности положений статьи 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И. И. Дадина : по­становление Конституц. Суда РФ от 10.02.2017 № 2-П // Государственная система правовой информации: офиц. интернет-портал правовой информации. URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201702140020 (дата обраще­ния: 10.02.2016).

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Какие выделяют основания дифференциации видов (форм) толкования права?

2. Может ли народ (население) являться субъектом толкования права и в каких случаях?

3. В чем заключается практическая необходимость (ценность) выделения видов (форм) толкования права по объектам?

4. Каким образом соотносятся категории «расширительное толкование права» и «применение права по аналогии»?

КОНТРОЛЬНЫЕ ЗАДАНИЯ

1. На основе изучения учебной и научной литературы предложите (выде­лите) три классификации толкования права, не обозначенные в данной главе.

2. На основе изучения Гражданского, Семейного, Трудового и Лесного кодексов Российской Федерации выявите по три нормы права, которые (по Вашему мнению) нуждаются в: а) расширительном толковании права; б) ограничительном толковании права.

3. Заполните таблицу.