СУЩНОСТЬ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРИНЦИПОВ ПРАВА

Основным итогом предыдущего очерка явился вывод о том, что сущность и социальное назначение права заключаются в регу­лировании поведения людей, а не общественных отношений, как принято полагать. В связи с этим логика исследования проблемы развития методологии белорусской юриспруденции диктует необ­ходимость выяснения и описания основных элементов механизма правового регулирования поведения людей.

Представляется, что ведущая роль в числе таких методологи­чески значимых категорий заслуженно принадлежит принципам права. В настоящее время нет ни одной общеюридической или отраслевой, а равно прикладной юридической дисциплины, кото­рая бы не рассматривала принципы права с позиций своего пред­мета, не отмечала бы их теоретическую и практическую значи­мость. Как соответствующая категория законодательства принципы нашли нормативное закрепление на конституционном и иных за­конодательных уровнях. На первый взгляд складывается впечат­ление, что вопрос научной разработанности и практической реали­зации принципов права в национальной юриспруденции достаточно исследован. Однако реальное положение дел свидетельствует об обратном. Во-первых, в настоящее время вопрос понимания сущ­ности права и его принципов в теории юриспруденции стоит как никогда остро. Свидетельством этому является принципиальная научная дискуссия, развернувшаяся на страницах специальной ли­тературы. Во-вторых, закрепленные в законодательстве принципы недостаточно реализуются субъектами правоприменительной дея­тельности. В-третьих, принципы права мало известны широким слоям населения, поэтому их воздействие на повседневное поведе­ние людей минимально. В-четвертых, дискуссионным является воп­рос, какие конкретно идеи следует считать принципами права.

Думается, что основная причина сложившегося положения обус­ловлена наличием серьезных расхождений в мировоззренческих позициях, в том числе по вопросу о сущности права и его принци­пов, как среди ученых-юристов, так и государственных служащих, управленцев, предпринимателей и иных членов общества. Харак­терным примером проявления этих мировоззренческих (методо­логических) различий является развернувшаяся в печати научная дискуссия о сущности права, затрагивающая и его принципы. Изу­чение материалов данной дискуссии свидетельствует о наличии в белорусской юриспруденции двух основных подходов к сущнос­ти права. Это, во-первых, естественно-правовой подход, ярким вы­разителем которого является С. Г. Дробязко. По мнению ученого, правильное понимание сущности права является методологичес­кой основой решения всех правовых проблем. Без достоверного понимания природы права невозможно обстоятельно и эффек­тивно разрешить любую теоретическую, практическую, правотвор­ческую задачу. Истинную сущность права как регулятора верхо­венствующего, обшесоциального, интегративного он зидит в общесоциальной (общечеловеческой) справедливости (балансе интересов всех социальных групп, личности и общества), охраняе­мой государством |1, с. 11—12).

Сторонники другой точки зрения на сущность права (А.

Исследуя вопрос о сущности и методологическом значении принципов права, невозможно обойти вниманием сущность права как такового, являющегося родовым понятием по отношению к правовым принципам. Часто работы, посвященные сущности права, иным методологическим вопросам юриспруденции, изобилуют сложными семантическими конструкциями юридическими и иными специальными терминами и их сочетаниями, в том числе заим­ствованными из других наук. Внутренняя логика мысли авторов в таких работах надежно скрыта за пышными терминологическими формами. Подобный стиль изложения делает крайне затрудни­тельным формирование основ нового научного мировоззрения и еще больше запутывает решение проблемы выработки новой ме­тодологии юриспруденции. В связи с этим одним из способов, повышающих эффективность научных изысканий в мировоззрен­ческо-методологической сфере, является максимальное упроще­ние существующих теоретических конструкций, их изложение пре­дельно простым языком, доступным для восприятия исследовате­лю-юристу любого уровня, а также иным заинтересованным субъектам.

Анализ научной литературы свидетельствует, что под принци­пами права принято понимать основополагающие идеи, начала, фундаментальные положения, лежащие в его основе, на которых оно базируется |4. с. 102—112; 5, с. 49-56; 6, с. 200]. Иными словами, это квинтэссенция права, его основные содержательные моменты, сформулированные в предельно сжатой форме. Приведенное выше определение принципов права содержит общие существенные при­знаки данной категории, с которыми согласны практически все исследователи данного вопроса. В отношении иных аспектов ана­лизируемого понятия единодушия не наблюдается. Представляет­ся, что вопрос о принципах права в современной юриспруденции также сложен и порой излишне теоретизирован, как и вопрос о сущности права. По этой причине в своих дальнейших рассужде­ниях мы будем базироваться на вышеуказанных общепризнанных признаках правовых принципов и избегать ненужных дискуссий.

Явления права и государства имеют смысл лишь в связи с наличием человека и общества. В отсутствие людей, чья жизнеде­ятельность нуждается в организации, государство и право просто не могут существовать. Это аксиоматично. Вне зависимости от типа правовой системы, особенностей правотворческого процесса в кон­кретном государстве в создании норм права в обязательной мере участвуют люди, которые воплощают, конкретизируют, реализуют в них свои идеи. Этот процесс может осуществляться непосред­ственно через жизнедеятельность людей (правовой обычай), через нормативные правовые документы, через религиозные правила (об­ряды) и т. д. В зависимости от мировоззрения, господствующего в конкретном историческом типе общества, источником этих идей, которые легли в основу норм права, может объявляться человек. Бог, монарх, социальные группы или иной феномен. Однако во всех случаях (и это важно помнить) принцип является результа­том (продуктом) работы человеческого сознания, ума, интеллекта. Это не материальный, а идеальный продукт. Таким образом, иде­альный характер принципов права является их сущностной ха­рактеристикой. Данная характеристика непосредственно следует также из семантики понятия принципа как идеи. т. е. главной, существенной мысли чего-либо. В нашем случае это право.

В контексте сказанного при анализе сущности права и его принципов на первое место выходит мировоззренческая характе­ристика человека и общества в конкретный исторический период. Иными словами, совокупность идей, с помощью которых человек создает целостную картину мира и определяет свое место в нем Мировоззренческие идеи (принципы) — это базис для иных, в том числе правовых, идей. В основе любого исторического типа права как регулятора поведения людей лежат определенные идеи, отражающие уровень гуманитарного развития человека и обще­ства, а также его национальные, культурные, религиозные и иные особенности. Таким образом, схематично правотворчество в любой правовой семье и историческом периоде можно представить как процесс конкретизации и воплощения людьми своих идей в сфе­ре организации жизнедеятельности общества на индивидуальном, групповом и общесоциальном уровнях. Эти идеи рассматриваются нами в качестве правовых принципов, лежащих в основе создания регулирующих поведение людей норм, обеспеченных силой госу­дарства. В этом случае вполне допустим вывод, что право и его принципы не идентичны принципам законодательства, а предше­ствуют им. Представим себе такое раннее социальное образование, как стадо древнейших людей, основным принципом управления которым было право силы (кто сильнее, тот и прип). Речь идет о тысячелетнем прошлом. А сейчас ответьте на вопрос: имеет ли место применение данного «человекоподобного» правового прин­ципа в отношениях на международном и внутригосударственном уровнях в настоящее время? Согласитесь, что этот принцип имеет место, особенно на межгосударственном уровне, где более развитые в экономическом и военном отношении страны, не стесняясь, пользуются правом сильного. Таким образом, принцип, которым руководствовались наши предки в управлении своим коллекти­вом, широко используется для регулирования поведения людей и в XXI в., в том числе в так называемых правовых государствах, законодательство которых декларирует идеи прав человека и граж­данина. Примеров этому множество. В первую очередь серия войн и вооруженных агрессий против суверенных государств, развязан­ных по надуманным предлогам США и их союзниками на рубеже XX и XXI вв. по всему миру (Гренада, Панама, Югославия, Ирак, Ливия и др.). Сюда же следует отнести применение пыток, внесу­дебного ограничения свободы, иных негуманных методов воздей­ствия на людей в странах с недемократическими и демократичес­кими политическими режимами. Все это практическая реализация права силы на различных уровнях и в разных формах. В чем при­чина устойчивости, живучести принципа силы (права сильного), берущего начало от животного мира? Думается, ответ лежит на поверхности. Это состояние человека, степень его духовного раз­вития и соответственно степень развития мировоззрения, морали, культуры и т. п. Другим характерным примером предшествования правовых идей законодательству является революционная закон­ность большевиков после октябрьского переворота 1917 г. В этот период суды и иные государственные органы большевистского государства руководствовались в большей степени революцион­ным правосознанием (своими представлениями, идеями о праве), нежели конкретными законодательными нормами, в том числе по причине отсутствия последних [7, с. 76—78).

Таким образом, принципы права в широком смысле этого сло­ва суть мировоззренческие ориентиры человека, социума и его политической элиты в сфере нормативной организации его жиз­недеятельности, используемые людьми в качестве оценочных кри­териев своего поведения. Ту часть из них, которая реализована в законодательстве и иных официальных источниках права, можно обозначить как принципы права в узком, формально-юридичес­ком смысле данного понятия. Выделение принципов права в ши­роком (мировоззренческом) и узком (формально-юридическом) смыслах оправданно с позиций выработки гуманистической ме­тодологии юриспруденции, отправной точкой которой является человек во всем единстве и многообразии своего существования.

С позиций методологии принципов права важен вопрос о воз­можности существования права вне государственной воли, по сути, вне государственных механизмов. Вышесказанное свидетельствует, что такая возможность присутствует. Дополнительным аргумен­том является то. что человек в своей повседневной жизнедеятель­ности, как правило, не руководствуется конкретными правовыми нормами. Это очевидно из анализа опыта принятия решений каж­дым человеком. Самоанализ персонального поведения может под­твердить это. Еще один аргумент — огромное количество действу­ющих норм права, которые мы просто не в состоянии даже прочитать, а не го чтобы знать. Даже высококлассный юрист ока­зывается бессильным, сталкиваясь с новым для себя казусом. Тог­да чем руководствуется человек в своей жизнедеятельности? С высокой степенью вероятности можно предположить, что он руководствуется более или менее конкретными представлениями о праве, в том числе существующими в форме идей, принципов, о том, что он считает выгодным для себя и справедливым по отно­шению к другим в рахтичных жизненных ситуациях.

Вышесказанное подтверждается результатами проведенного нами опроса, посвященного знанию и использованию людьми в своей жизнедеятельности закрепленных в законодательстве прин­ципов. Результаты опроса свидетельствуют, что принципы законо­дательства (права) мало известны широким слоям гражданского общества страны. Исключение составляют лишь юристы-профес­сионалы, которые под принципами законодательства (права) по­нимают его основные закрепленные в законодательстве начала (основы, базу, идеи), могут перечислить от трех до пяти принципов и указать нормативные правовые акты, их закрепляющие (около 97 % опрошенных) Иная картина наблюдается среди респонден­тов, не имеющих высшего юридического образования: 85,6 % опро­шенных затрудняются хотя бы в общих чертах сформулировать, что они понимают под принципами права. Примерно половина из них вообще никогда не задумывалась над этим вопросом и не смогла назвать существующие принципы даже примерно. Другая половина чаще всего отмечала, что право (законодательство) дол­жно быть справедливым, гуманным, равным для всех. 14,4 % рес- пондентов-неюристов в целом понимали принципы права (зако­нодательства) как основные идеи, базовые начала, основу законодательства. В качестве таковых назывались: законность, гу­манность, справедливость, равенство людей перед законом, участие граждан в создании законодательства и т. д.

Разумеется, приведенные данные не претендуют на репрезен­тативность в полной мере и являются вспомогательными, ориен­тирующими. Думается, что организация и проведение полномасш­табного комплексного исследования в этом направлении было бы весьма актуально. Основной целью такого исследования могло бы стать выявление основных оценочных критериев, принципов, ко­торыми руководствуется население страны в своей повседневной деятельности. Полученные обобщенные данные по этому вопросу иллюстрировали бы представления людей о праве, их соответствие законодательным принципам. Эти представления являются право­выми принципами, существующими в общественном сознании на данном историческом этапе. Правовые принципы, доминирующие в общественном сознании, не тождественны принципам права в узком смысле, которые в той или иной форме реализованы госу­дарством в соответствующих правовых источниках, поддержива­ются его принудительной силой. Степень расхождения между пра­вовыми принципами в широком и узком смысле можно рассмат­ривать в качестве показателя демократичности политического режима, а также для оценки иных государственно-правовых и со­циальных параметров. Чем больше людей воспринимают закреп­ленные в законодательстве принципы в качестве своих мировоз­зренческих ориентиров, тем стабильнее общество, выше уровень его правовой культуры, ниже криминогснность, тем устойчивее общество к любым потрясениям.

Каковы источники принципов права, откуда они появляются? Анализ научной литературы свидетельствует, что в ряде случаев источники принципов права отождествляются с источниками нрава, что определяется видом правовой системы. Как известно, правовая система Беларуси имеет черты романо-германской правовой се­мьи, для которой наиболее характерно писаное право, т. е. норма­тивные правовые акты. В качестве правовых источников допуска­ется также нормативный договор и правовой обычай. Очевидно, что право Беларуси в основном построено на нормативных право­вых актах. Примерно такая же модель существовала как минимум несколько веков. В таком случае возникает вопрос: если источни­ки права и его принципов совпадают, то на какие принципы (идеи, начала) опирались первые образцы писаного права⁹ Или первые законодательные акты творились «беспринципно», на авось, хао­тично? Это мало похоже на правду. Сказанное еще раз подтверж­дает вывод, что принципы права всегда в какой-то мере предше­ствуют законодательству.

Принципы права тесно переплетаются с нормами морали (нрав­ственности). И это неслучайно. Нормы морали составляют основу для формирования людьми принципов права. Мораль в этом пла­не носит всеобъемлющий характер в отличие от права, которое в основном направлено на управление обществом.

В контексте методологии принципов права представляет науч­ный интерес вопрос об их конкретном содержании, т. е. перечне этих руководящих регулятивных идей. Принципиальное решение данного вопроса находится в прямой зависимости от взглядов исследователей на сущность права. Так, для сторонников юриди­ческого нормативизма, отождествляющих правовые и законода­тельные принципы, ориентиром являются нормы законодатель­ства, их закрепляющие [8, с. 44-49]. Сторонники естественно-пра­вовой школы исходят из идеи о социальной справелпивости права, поэтому справедливость рассматривается ими в качестве его осно­вополагающего принципа [I, с. 11-12; 9, с. 32-41]. Иными словами, содержание принципов права варьируется р зависимости от под­хода исследователя к пониманию его сущности и источников. Дис­куссия по этой проблеме ведется уже несколько веков, поэтому есть все основания абстрагироваться от нее и начать исследовать вопрос максимально «с чистого листа», насколько это возможно. В качестве научной гипотезы можно предположить, что основным принципом права является целесообразность (целеполагание). Не справедливость, не равенство, не демократизм, не законность и тому подобные принципы, а именно целесообразность.

Почему целесообразность следует считать главной идеей права как регулятора поведения человека и общества? В первую очередь потому, что все люди как вершина эволюции живых существ на планете Земля имеют общее начало, объединяющее их вне зависи­мости от расы, пола, цвета кожи, национальности, религии, культу­ры языка, традиций, образования и прочих различий. Речь идет о феномене человеческой души, которая присутствует у всех нас. натичие которой в настоящее время оспаривается лишь вульгар­ными материатистами. Общее начало, базовый элемент у всех лю­дей позволяет констатировать наличие у всех нас обшей цели жизни, т. е. того результата, к достижению которого следует стре­миться людям вплоть до момента физической смерти. Речь идет не об индивидуальном предназначении человека в плане макси­мального раскрытия своих индивидуальных способностей, а о стра­тегической цели жизни, одинаковой для всех человеческих су­ществ. Дополнительным аргументом в пользу такой обшей для всех цели является то, что в природе все имеет свою причину, все целесообразно, ни одна случайность не случайна. Таким образом, жизнь человеческого рода также имеет свою цель, его существова­ние целесообразно.

Соответственно, признавая наличие общей стратегической цели жизни, следует признать, что в идеале право и государство должны способствовать ее достижению людьми. Отсюда основным прин­ципом права является целесообразность, т. е. регулирование пове­дения человека с позиций максимально полного использования им своих возможностей, создания необходимых условий для по­иска, осознания и достижения людьми стратегической цели своей жизни. Думается, что все остальные принципы права, изложенные в научной литературе, закрепленные в законодательстве, носят вспо­могательный характер по отношению к вышеназванному основ­ному.

Список использованных источников

1. Дробязко, С. Г. Отрасли права и отрасли законодательства в право­вой системе Республики Беларусь и их совершенствование / С. Г. Дробязко // Право в современном белорусском обществе : сб. науч. тр. — Минск : Право и экономика, 2010. - Вып. 5.

2. Вишневский, А. Ф. Общая теория государства и права / А. Ф. Виш­невский, Н А Горбаток, В, А Кучинский. Минск : Тесей, 2002.

3. Вишневский, Л. Ф Право и законодательство — проблемы соотно­симости : сб. науч. тр. / А. Ф. Вишневский, В. А. Кучинский. — Минск: Право и демократия, 2012. — Вып. 23.

4. Алексеев, С. С. Проблемы теории права / С. С. Алексеев. Свердловск: Сверял, юрид ин-т, 1975. - Т. 1.

5. Мариков, О. П. Правовые принципы в национальной правовой сис­теме / О.П. Мариков // Право в современном белорусском обще­стве : сб. науч. тр. -Минск: Белорус, наука, 2008. - Вып. 3.

6. Лазарев, В. В Теория государства и права / В. В. Лазарев, С. В. Липень. М.: Спарк. 2005.

7. Віїинеускі, А. Ф. Асаблівасці палітьїка-прававога рэжыму савецкай дзяржавы і яго вьітокі (1917-1953 гг.) / А. Ф. Вішнеускі. - Мінск : Тесей,2006.

8. Вишневский. А. Ф Теория и практика подготовки нормативного правового акта / А. Ф Вишневский, В. Н. Дмитрук. - Минск: Дикта, 2004.

9. Петрова, Л. В. О естественном и позитивном праве (критические заметки по поводу учебника С. С. Атексеева)/Л. В. Петрова // Госу­дарство и право. — 1995. — № 2.

Впервые материал опубликован: Вестн. Акад. МВД Респ. Бела­русь. - 2014. - № 1. - С. 174-179.