<<
>>

РАЗВИТИЕ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА ГЕРМАНИИ В XIX в. ГЕРМАНСКИЙ ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС 1896 г. (1900 г.). геРмАнское тоРГовое уложение 1897 г.

В XIX в . пришедшая к политической власти буржуазия стремилась к законодательному оформлению следующих основных юридических принципов: формального равенства, автономии личности, свободы и неприкосновенности собственности В начале века эти принципы закрепил во Франции знаменитый Кодекс Наполеона 1804 г .

В конце века в Германии был принят известный законодательный акт — Гражданский кодекс 1896 г . (далее — БГБ[70]). Можно без преувеличения сказать, что в континентальной (романо-германской) системе права германский Гражданский кодекс наряду с французским является наиболее выдающимся достижением буржуазной юридической мысли . Как и Кодекс Наполеона, он приобрел мировую известность и оказал значительное влияние на законодательство ряда государств (Японии, Китая, Греции, дореволюционной России и др . ) . В самой Германии составление БГБ было целой эпохой .

К середине XIX в . Германия в правовом отношении была глубоко разобщена. Множественность и фрагментарность правовых систем тормозили экономическое и юридическое развитие страны. Многочисленные институты и нормы пандектно- го (римского) права и партикулярного (германского) законодательства были явно устаревшими, не соответствовали новым капиталистическим отношениям . Среди них выделялись нормы, охранявшие феодальные отношения в праве собственности, ограничивающие свободу договоров и наследования отдельных видов имущества

Попытки кодификации законодательства предпринимались неоднократно . В Саксонском королевстве был создан наиболее современный для Германии XIX в. Гражданский кодекс 1863 г . , юридическую силу получил общегерманский Вексельный устав 1850 г . В 1861 г . появился общегерманский Торговый кодекс . Однако эти уступки касались лишь отдельных институтов договорного и незначительной части вещного права, обслуживающей отношения торговопромышленного капитализма

Вопрос об унификации гражданского права с самого начала приобрел в Германии не только юридический, но и социально-политический характер, в результате чего борьба за выработку БГБ растянулась на четверть века . Начало было положено созывом так называемой Предварительной комиссии, назначенной бундесратом в 1874 г. , состоявшей из пяти видных германских юристов .

2 июля 1874 г . бундесрат назначил первую официальную комиссию по выработке всегерманского БГБ, работавшую до 1887 г. , то есть 13 лет . Прежде всего весь обрабатываемый материал был разделен на пять частей (книг): общую часть, вещное, обязательственное, семейное и наследственное право. Это была обычная система в пандектном праве, принятая ранее и саксонским Гражданским кодексом 1863 г . Система Кодекса Наполеона, состоящая из трех частей (институционная), была единодушно отвергнута членами комиссии

20 ноября 1887 г. комиссия объявила о завершении работы по составлению общегерманского Гражданского кодекса Проект БГБ был опубликован, однако получил отрицательную оценку специалистов и общественности . Коренным недостатком первого проекта (и в этом пункте сходились критики разных политических и юридических направлений) было резкое несоответствие его содержания реальным условиям социально-экономической действительности Германии конца XIX в .

4 декабря 1890 г . бундесрат сформировал вторую комиссию, пополнив ее новыми членами

На заключительном заседании рейхстага, призванном утвердить проект БГБ, с трудом был обеспечен кворум в 2/3 депутатов (присутствовало 288 человек из 396) . Германский Гражданский кодекс был принят в июле 1896 г. 222 голосами против 48. 96 депутатов отсутствовали и 18 депутатов воздержались[71]. 14 июля того же года бундесрат одобрил законопроект Гражданского кодекса совместно со Вступительным законом . Наконец, 18 августа 1896 г. , после утверждения этих актов императором, БГБ стал законом

В целях приведения законодательства отдельных германских союзных государств в соответствие с новым общегерманским Гражданским кодексом вступление его в силу было отложено, как указывалось в ст . 1 Вводного закона, до 1 января 1900 г. Одновременно с БГБ вступал в силу новый Торговый кодекс Германии, утвержденный 10 мая 1897 г. , и важный Закон о поземельных книгах (утвержденный 24 марта 1897 г ), а также некоторые другие гражданско-правовые акты по отдельным социальным вопросам

В книге 1 Кодекса (общей части), состоящей из семи разделов (§ 1-240), был изложен статус физических и юридических лиц Наибольшее внимание германский законодатель уделял юридическим лицам (обществам и учреждениям) — им посвящено более 60 параграфов . Другая многочисленная группа предписаний (80 параграфов) посвящена вопросам, связанным с юридическими сделками (дееспособность, волеизъявление, виды сделок, представительство и т п ) К остальным вопросам общей части относилось учение о вещах и о так называемых материальных сроках и давности . Интерес представляли также последние предписания этой книги Кодекса: об осуществлении прав, самозащите и самопомощи

Во книге 2 Кодекса (семь разделов, § 241-853) содержались нормы обязательственного права Это право было поставлено в Кодексе раньше вещного, что означало возросшее значение капиталистического оборота, перед интересами которого отступали традиционные институты права собственности и владения, господствовавшие в Гражданском кодексе Франции 1804 г. В данной книге БГБ излагались как общие положения об обязательствах из договоров (их возникновение, содержание, исполнение и т. п.), так и отдельные договоры, традиционные (купля, заем, ссуда, товарищество и др.) и новые (наем рабочей силы, игра, пари, приказ и др.). В этой книге регулировались важные в социальном отношении нормы о «недозволенных действиях» (§ 823-853).

Вещному праву посвящена книга 3 Кодекса (девять разделов, § 854-1296). Кроме институтов права собственности и владения, в ней подробно регламентировались «служебности» (сервитуты, обременения) и различные формы залога движимости и недвижимости (например, ипотека) . Они составили основную часть третьей книги предписаний (примерно 2/3 от общего числа норм) . Именно в этой книге Кодекса наиболее полно представлены устаревшие феодальные институты германского права — преимущественной купли (§ 1094-1104) и поземельные обременения (§ 1105-1112).

Книга 4 содержала нормы брачно-семейного права (три раздела, § 1297-1921) . Она открывалась разделом о гражданском браке, в котором были изложены условия вступления в брак, правила, посвященные личным и имущественным отношениям супругов, а также условиям расторжения брака. Среди других разделов книги выделялся институт родительской власти и юридическое положение детей (законных и незаконных), опека и попечительство

Книга 5 посвящена наследственному праву (девять разделов, § 1922-2385) . В ней регламентировались два основных порядка наследования — по закону и по завещанию, а также юридическое положение наследника, особый договор о наследовании и правила об обязательной доле так называемых «необходимых наследников» .

Вместе с основным текстом БГБ был принят и вступил в силу особый Вводный закон, представлявший собой достаточно крупный юридический акт, насчитывающий 218 статей . Статьи 1 -31 этого закона посвящены общим правилам о времени вступления в силу БГБ, применении иностранных законов в Германии и немецких законов за границей . Статьи 32-54 регулировали отношения БГБ к старому имперскому законодательству . Как общее правило старые имперские законы оставлялись в силе, поскольку обратное не было указано в БГБ (ст. 32) .

Наиболее значителен по объему (ст . 55-152) и интересен по содержанию третий раздел Вводного закона, посвященный отношениям БГБ с земским законодательством . Указанные статьи представляют собой длинный перечень прав, оставленных в компетенции земских законодательств отдельных германских государств — членов империи Формула, с которой начиналась большая часть статей третьего раздела, гласила: «Нетронутыми остаются предписания земского права...» К перечню таких «нетронутых» областей были отнесены:

♦ особый статус главы и членов владетельных (королевских и княжеских) домов бывших самостоятельных германских государств;

♦ различные феодальные формы дворянского родового имущества (ст. 59);

♦ рентное имущество и право наследственной аренды (ст. 63);

♦ право крестьянского единонаследия (ст . 64);

♦ водное право (ст. 65);

♦ право охоты и рыболовства;

♦ горное право (ст . 67);

♦ право о регалиях (ст. 73);

♦ правовое положение прислуги и домашних рабочих (ст . 95).

В качестве примера можно привести важное правило ч . 1 ст . 113 Вводного закона: «Нетронутыми остаются предписания земского права как об объединениях и разделениях земельных участков, о регулировании и порядке помещичье- крестьянских отношений, так и о заменах, переоборудованиях и ограничениях служебностей и вещных обременений»1 .

Вводный закон наносил существенный удар по идее и практике единства гражданского права Германии . По существу, полного правового единства создать не удалось . Даже буржуазные юристы вынуждены были признать, что все эти исключения являлись неизбежным злом . В буржуазных кругах Германии Вводный закон оценивали, и не без основания, как реальное ограничение буржуазного характера БГБ .

Форма изложения и язык германского Гражданского кодекса воспринимались, как правило, критически . Считалось, что БГБ может быть освоен только специалистами- юристами . Действительно, для этого Кодекса характерны длинные, сложно сформулированные параграфы и обилие специальных юридических терминов . Вот только один из многочисленных примеров: «Изъявление воли не признается ничтожным, когда лицо, изъявляющее ее, умалчивает о том, что действительная воля его отлична от выраженной Изъявление ничтожно, если оно должно быть обращено к другому лицу и последнему известна невыраженная вовне действительная воля противной стороны» (§ 116) . Чтобы правильно уяснить эту норму, нужны специальные знания о так называемой теории волеизъявления, необходимо ясно понимать не вполне совпадающий объем и характер терминов «воля действительная» и «волеизъявление» и т . п . Наряду с чисто юридической терминологией в Кодекс были введены особые обороты не правового, а скорее социального и морально-этического содержания, например «обычаи гражданского оборота» и др

Отмеченные особенности Кодекса не мешают, однако, утверждать, что юридическая терминология и форма изложения закона в общем весьма продуманны. Его язык очень непрост, но достаточно точен В стремлении к точности и подробности авторы БГБ нередко доводили изложение того или иного института до казуистичности . Так, правилам о находке уделено в Кодексе почти 20 объемных параграфов (для сравнения: в Кодексе Наполеона — всего пять статей), моменту возникновения договора посвящено свыше 10 параграфов (в Кодексе Наполеона — три статьи) и т . д.

Характерной чертой германского Гражданского кодекса выступает отсутствие общих юридических определений: в нем нет определений, данных Кодексом Наполеона собственности, договору и другим гражданско-правовым институтам Соответствующие параграфы германского Кодекса (§ 145, 320 и 903) носили скорее описательный характер. Законодатель намеренно избегал общих определений, что явилось своеобразной реакцией на обилие терминов, данных в первом проекте Кодекса. Комментируя БГБ, германские буржуазные юристы единодушно подчеркивали, что выработка определений — дело опасное для законодателя, поскольку «определения часто бывают неверными вследствие трудности найти подходящее выражение»

Цит . по: Соколов А. В. Германское гражданское уложение 1900 года. [См . : http://www. xserver.ru/user/ggugg/3 .shtml. — 12.02.2010. ]

В содержании БГБ довольно точно отражались общие черты, свойственные Германии конца XIX в. , когда «специфическим признаком германского империализма стал его юнкерско-буржуазный характер». Следовательно, для политической структуры Германии и ее государственного строя был характерен дуализм (двойственность), обусловленный системой компромиссов, заключенных старыми противниками (юнкерством и буржуазией) в целях борьбы с общим классовым врагом — резко усиливающимся рабочим классом Германии . По этой причине Гражданский кодекс, созданный в таких условиях, содержал элементы социально-политической двойственности В отдельных существенных вопросах Кодекс проявил явно консервативные черты, по выражению современного немецкого историка права Г. Весенберга, «глядит назад в XIX век»[72].

Характерным примером чисто юридического консерватизма являлось понимание Кодексом важной категории — вещей. В соответствии с § 90 Гражданского кодекса «вещами настоящий закон признает только телесные предметы»; на предметы «бестелесные», по правилам БГБ, не могло быть права собственности . Иными словами, германский Гражданский кодекс 1896 г. не желал знать такие категории движимых вещей, как, например, ценные бумаги — акции, доли, патенты и т п Вместе с тем, реагируя на обострившиеся в стране классовые противоречия, Кодекс закрепил ряд особых правил, имевших социально-этическую направленность и защищавших интересы «маленького, слабого» человека Характерным для подобных предписаний являлось введение в правовые нормы неюридических, главным образом моральных критериев — «злоупотребление правом», «добрая совесть», «добрые нравы» и т п

К числу наиболее знаменитых и цитируемых относятся два параграфа общей части Кодекса — § 138 и 226. Так, § 226 запретил злоупотребление правами: «Не допускается осуществление права, если целью такого осуществления может быть только причинение вреда другому лицу»

Злоупотребление правом, или так называемая шикана, как особый юридический институт неизвестно догерманскому гражданскому законодательству . Шикана была неизвестна и ранним буржуазным кодификациям, базирующимся на римском праве (Кодексу Наполеона и Саксонскому кодексу) . По происхождению это правило было, видимо, прусским . Именно в прусском ландрехте 1794 г. можно найти аналогичные формулировки, например: «Никто не может злоупотреблять своей собственностью для нарушения или причинения вреда другим» . Далее пояснялось: «Злоупотреблением называется такое использование собственности, которое по своей природе может проводиться только с умыслом для оскорбления других»

Очевидно, что на практике обнаружить злоупотребление правом с такой целью можно только в единичных случаях И действительно, современные германские юристы признают, что практическое применение этого правила было незначительно Однако сам факт законодательного признания недопустимости шиканы имел определенное социальное звучание

Вполне очевидно, что подобные нормы БГБ должны были превратиться на практике в свободно толкуемые судейским усмотрением Надо подчеркнуть, что авторы

БГБ сознавали эти последствия: в «Мотивах к проекту» в § 138 сказано: « . . .судейскому усмотрению представляется такая область действия, которая была прежде неизвестна в этой области права. . . » Далее следовало характерное рассуждение: « . . .при добросовестности немецкого судейского сословия можно без сомнения положиться на то, что в общем и целом предписание будет применяться только в смысле, в каком оно сделано»[73] .

Наличие в Кодексе особой группы норм, имеющих социально-этическую ориентированность, основывающихся на неоднозначно понимаемых, неюридических критериях («злоупотребления правом», «добрых нравов», «доброй совести), с помощью которых германский законодатель существенно расширил область свободного судейского усмотрения, получило в науке название «каучуковых норм».

Тем не менее значение БГБ было и остается огромным . «В истории германского права вообще не было другого события, которое могло бы сравниться по своей всеобщности и глубине с тем, которое совершилось благодаря введению в действие общего Гражданского кодекса», — подчеркивает Ф . Бернгефт[74] . Гражданский кодекс 1896 г. действует в Германии с отдельными исправлениями и дополнениями до настоящего времени

Ускоренное развитие товарно-денежных отношений с середины XIX в . обусловило необходимость детализации правового регулирования этой сферы . Проект Торгового уложения был готов в 1861 г. , в течение 1861-1865 гг. принят отдельными германскими государствами за немногими исключениями и издан в качестве особого уложения для каждой страны . Торговый кодекс был введен в качестве единого законодательства для всей Германской империи

Однако вскоре обнаружилось, что данный Кодекс стал во многих отношениях излишним, а в некоторых — недостаточным Поэтому был предпринят пересмотр Торгового кодекса 1861 г. , законченный к 1897 г . и давший в результате новое Торговое уложение

Кодекс был значительно сокращен в объеме, но в то же время отличия торгового права от гражданского выдвинуты гораздо резче, чем в старом . Эти отличия состояли в следующем:

1) в организации торговой регистрации и книг как основ купеческого кредита и в постановлениях о защите особого купеческого достояния — фирмы;

2) в особых правилах, применяемых к лицам, заключавшим торговые сделки, а именно:

• в толковании сделок, их содержания и смысла по обычаям и условиям купеческого быта;

• обязательности при исполнении соглашений добропорядочного купца;

• неограниченности торговой неустойки;

• освобождении поручительства, абстрактного обязательства и признания долга от установленных в Гражданском кодексе форм;

• устранении некоторых ограничительных правил Гражданского кодекса о процентах;

• праве поверенного на вознаграждение, хотя о том могло и не быть условия;

• праве удержания в заклад вещей должника;

• ограничении виндикации проданных или заложенных купцом чужих вещей и бумаг на предъявителя даже при отсутствии добросовестности;

• праве удержания в заклад вещей, находящихся во владении купца, если должник впал в несостоятельность

Германское Торговое уложение состояло из трех книг. Первая определяла круг лиц, чья деятельность была охарактеризована лишь как торговая . Вторая содержала предписания о торговых товариществах (акционерных обществах и т . д.) . Третья регулировала торговые сделки

Торговым уложением регулировались сделки, не вошедшие в состав гражданского уложения: комиссионная, экспедиционная, складочная и перевозки, хотя принципы их и были даны в гражданском уложении . По отношению к купле-продаже давался лишь ряд дополнительных постановлений. Сюда же относились постановления о специальных видах товариществ, встречающихся по преимуществу в торговом быту

По отношению к некоторым другим отношениям (маклерским, купца к приказчикам и т п ) давались предписания, охранявшие общественный интерес и дополнявшие или развивавшие принципы гражданского уложения о маклерах, личном найме и т п

Торговое уложение определяло, что купец — это тот, кто занимается каким- нибудь торговым промыслом Под это понятие подходили прежде всего купцы в старом смысле слова:

♦ лица, занятые в виде промысла приобретением и отчуждением товаров и ценных бумаг;

♦ фабриканты, занимающиеся страхованием за премию;

♦ банкиры и менялы;

♦ профессиональные перевозчики по морю и суше;

♦ содержатели буксирных пароходов;

♦ комиссионеры, экспедиторы, содержатели товарных складов, маклеры, издатели, типографщики и т п

По словам уложения, это были «несомненные купцы». Всякое другое промышленное предприятие, по виду и объему требовавшее купеческого обзаведения, также должно было подлежать действию Торгового уложения (например, содержание справочной конторы, библиотеки, завода для обработки материалов, добытых на земле заводчика) . Эти промыслы подлежали по приговору суда торговой регистрации и всем последствиям, с ней связанным

Безусловно подлежащими действию норм торгового права были признаны все торговые товарищества, так как основывать их могли только лица, принадлежавшие к упомянутым выше категориям

Характерное изменение вносило новое германское Торговое уложение в определение отношения двух основных источников права: закона и обычая. Торговое уложение признавало силу обычая как основного источника, имеющего применение при недостатке торговых норм . Это правило было прямо санкционировано в ст . 1 Уложения .

Германское Торговое уложение содержало специальные предписания при осуществлении хозяйственной деятельности для отдельных личностей (предпринимателей, коммерсантов, маклеров и комиссионеров), деятельность которых способствовала потребностям торгового оборота Уложение также определяло ответственность за нарушение участниками торгового (хозяйственного) оборота (нарушение договоров, непроявление «заботливости» о партнере, необеспечение качества товара и т . д.) .

В последующие годы германское Торговое уложение было подкреплено уголовной ответственностью (за обман и небрежность в торговых делах, сокрытие имущества при банкротстве, при составлении балансов и отчетов, злоупотребления и т д )

Нормы германского Торгового уложения носили общий характер, поэтому они часто употреблялись при заключении международных торговых соглашений в связи с их ориентацией на охрану прав индивидуальных коммерсантов

В целях усиления весомости германского Торгового уложения оно подкреплено многочисленными специальными законами, которыми необходимо было руководствоваться при решении конкретных вопросов (биржевое законодательство, законы об акционерных обществах, а также законодательство, регулировавшее отдельные виды перевозок)

Германское Торговое уложение (1897 г. ) действует с некоторыми изменениями и дополнениями по сегодняшний день .

4.

<< | >>
Источник: Рубаник В. Е.. История государства и права зарубежных стран. 2011. 2011

Еще по теме РАЗВИТИЕ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА ГЕРМАНИИ В XIX в. ГЕРМАНСКИЙ ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС 1896 г. (1900 г.). геРмАнское тоРГовое уложение 1897 г.:

  1. ЭВОЛЮЦИЯ НЕМЕЦКОГО ПРАВА НОВОГО ВРЕМЕНИ. ГЕРМАНСКИЙ ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС 1896 r.
  2. Германское гражданское уложение 1896 г.
  3. § 70. Германское гражданское уложение 1896 г.
  4. ГЕРМАНСКОЕ ГРАЖДАНСКОЕ УЛОЖЕНИЕ 1900 г.: ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ, СТРУКТУРА, ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТОВ
  5. Глава 2. Германия в XIX в.: от Германского союза к Германской империи
  6. § 20. Гражданское уложение Германской Империи (Bьrgerliches Gesetzbuch fur das Deutsche Reich)
  7. РАЗВИТИЕ ГЕРМАНСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И БОРЬБА ЗА ОБЪЕДИНЕНИЕ ГЕРМАНИИ В XIX в.
  8. § 2. НеосНоВАтеЛьНое обогАщеНие В стРАНАх геРМАНской пРАВоВой сеМьи. геРМАНскАя МоДеЛь геНеРАЛьНого коНДикциоННого искА германия
  9. РАЗВИТИЕ ФРАНЦУЗСКОЙ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС 1804 г. УГОЛОВНЫЙ кодекС фрАнции 1810 г.
  10. РАЗВИТИЕ ГЕРМАНСКОГО ПРАВА НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ
  11. Под принципами гражданского законодательства принято по­нимать его основные начала (ст. 2 Гражданского кодекса Респуб­лики Беларусь (далее — ГК)), руководящие фундаментальные по­ложения, определяющие и регламентирующие гражданские отношения.
  12. Гражданское и торговое законодательство Франции начала XIX века
  13. План германского командования и стратегическое развёртывание германских вооружённых сил