<<
>>

Гельмольд СЛАВЯНСКИЙ МИР В ПРАВЛЕНИЕ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА II.

1002-1024 гг. (в 1170 г.)

Предисловие автора

Достопочтенным владыкам и отцам, настоятелям св. Любекской церкви, посвящает Гельмольд, недостойный служитель церкви, что в Бозове, как добровольную дань должного повиновения.

Долго думал я, какой бы труд предпринять мне, чтобы отблагодарить матерь свою, св. Любекскую церковь, и почтить приношением за дарованную мне должность; но ничего лучшего не мог сделать, как описать в честь ее обращение славянского народа и изобразить, трудами каких государей и каких ревностных проповедников в странах этого народа первоначально была насажена христианская вера и потом снова восстановлена. К этому труду меня побуждает достойная подражания забота прежних писателей, из коих многие по особенной любви к литературным занятиям отказывались от всех тревог общественной жизни, чтобы в уеди-

ГЕЛЬМОЛЬД, СВЯЩЕННИК в БОЗОВЕ (HELMOLDUS, PRESBYTER BOSO- VIENSIS, ум. в 1175 г.). Он жил и писал во второй половине XII в., самой важной эпохе в истории Севера Европы, когда было основано Любекское епископство, послужившее центром великого Ганзейского союза, и такой замечательный момент нашел для себя не менее замечательного историка. Гельмольд умел соединять достоверность с необыкновенной привлекательностью и оживленностью изложения и сверх того писал на превосходном латинском языке. Жизнь его нам мало известна. Из того, что его друг и наставник епископ Герольд был капелланом Генриха Льва и преподавателем наук в Браунгшвейгской школе, заключают, что и Гельмольд был родом из того же города. Когда Герольд сделался епископом Любекским, он отдал Гельмольду приход в Бозове на Плёнском озере в земле вагиров (Южная Голштиния).

Издания: Leibnitz. Script. rer. Brunsw. II, 537-751. Переводы: немецк. Laurent (Berl. 1852), в Geschichtsschr. d. d. Vortzeit. Lief. 19.- Критика: Lappenberg. Ueber Helmold und Arnold, помещ. в Pertz. Archiv, VI, с. 554-584.

Печать Святослава Игоревича (962-972 гг.)

ненном созерцании найти путь к мудрости, которую они предпочитали блестящему злату и всем драгоценностям. Они направляли свой пытливый взор даже на неосязаемые дела Провидения и старались проникнуть в тайны сокровенные в них, и в этом отношении они предпринимали то, что превышало их силы. Другие же, не заходя так далеко в своих намерениях и целях, держались в пределах доступного им; но и они, несмотря на свою скромность, содействовали к увеличению сокровищницы писаний, заключающей в себе великие тайны. Они начали даже с истории сотворения мира, рассказывали многое о царях, пророках и об изменчивом ходе войн, и перед лицом всего мира платили постоянно дань похвалы добродетельной и пороки осыпали проклятием. Если бы среди мрака этого мира не блистал луч наук, то все покрылось бы ночью. Потому достойны порицания те беспечные современники, кои хотя и видели, что многое как прежде, так и теперь совершается по определению Божества, но, тем не менее, замкнули свои уста и предались скользкой суете мира сего. Я же на страницах этого труда считаю себя обязанным превознести похвалой тех, которые в различное время содействовали просвещению славян или оружием, или словом, проливая даже свою кровь; их заслуг нельзя пройти молчанием уже и потому, что по разрушении Ольденбургской церкви они при помощи Божией довели до такого верха славы знаменитый город Любек, что между всеми замечательнейшими городами славянскими он стал выше других как по богатству, так и по своей религиозности.

Таким образом, опустив все прочее, я при помощи Божией решился верно описать все, что случилось в наше время и что я или слышал от старожилов, или сам видел, и, что естественно, описать позднейшие годы тем подробнее, чем большее число событий совершилось в наше время. К этому труду меня побуждала не моя смелость, но убеждение моего достопочтенного наставника, епископа Герольда[346], прославившего Любекскую церковь и своими назиданиями, и своей братией.

Киига первая

1. Я думаю, что не излишне будет при начале этого труда в кратком историческом обзоре сказать о быте и нравах славян и о том, в каком глубоком заблуждении утопали они, чтобы из этого, судя по качеству болезни, тем легче заключить о силе божественного их врачевания. Славянские народы весьма многочисленны. Они живут по берегам Балтийского моря. Один рукав этого моря разливается от Западного океана к Востоку и называется Балтическим, потому что он наподобие balteus, то есть пояса, тянется длинной полосой через Скифские земли до Греции (то есть Руси). Это море называется также Варварским, или Скифским оттого, что омывает страны варварских народов. Около него живут многие народы: даны и шведы, называемые у нас норманнами, занимают северный берег и все прилежащие к нему острова, а южный населяют славянские народы, из коих первые от востока руцы (руссы), далее поляне (поляки), с которыми граничат к северу пруссы, к югу богемы и морганы (моравы), или каринты, соседние сорабам. Если же и Венгрию считать за часть славянской земли, как некоторые того хотят, на том основании, что она ни нравами, ни языком не отличается от нее, в таком случае область славянского языка так увеличится, что невозможно того и представить. Все эти народы, кроме пруссов, - христиане. Давно уже и Русь уверовала. У данов она называется Острогардом, потому что она, находясь на Востоке, изобилует всяким добром. Ее называют также

Гунигардом, потому что там прежде жили гунны. Главный же город ее Киев (Chue). Но я не мог нигде узнать с точностью, какими проповедниками она обращена в христианскую веру; знаю одно, что в своих обрядах она, кажется, более подражает грекам, чем латинам, так как Русское море (то есть Черное) служит близким путем сообщения ее с Грецией.

Пруссы еще не просвещены верой, но одарены добрыми природными качествами; так, они весьма сострадательны к терпящим нужду, спешат навстречу погибающим на море и преследуемым пиратами. Золото и серебро они ценят мало и богаты одними неизвестными у нас мехами, запах которых влил смертоносный яд гордости в наше общество. Сами они считают эти меха не дороже всякой дряни, и тем, я думаю, произносят приговор над нами, которые домогаются куничьих мехов, как величайшего блаженства. Поэтому они и выменивают нам своих драгоценных куниц на простые полотняные одежды, называемые у нас фальдонами (faldones). Вообще много можно было бы сказать похвального о их нравах, если бы только они исповедывали христианскую веру, проповедников которой они жестоко преследуют: у них украсился мученическим венцом знаменитый епис-

Бой воинов Святослава с византийцами (миниатюра из рукописи Иоанна Скилицы)

коп Богемский Адальберт. Будучи в тесном сношении с нами во всем, они даже и теперь воспрещают нам доступ в священные дубравы и к источникам, думая, что они оскверняются посещением христиан. В пищу употребляют мясо вьючного скота, из молока и крови которого приготовляют одуряющий напиток. Глаза у них голубые, лицо красноватое, а волосы длинные. Неприступные в своих болотах, они не хотят признавать никаких господ над собой.

Венгры прежде были народом очень сильным и искусным в бою, опасным даже для самой Римской империи. Так, после поражения гуннов и данов венгры свирепствовали в третий раз и опустошили и разорили все пограничные области. Собрав многочисленное войско, они овладели всей Баварией, или Швабией, кроме того, опустошили пограничные Рейнские страны, а Саксонию прошли огнем и мечом до Британского океана. Каких усилий и какой потери стоило укрощение этого народа и подчинение его Божескому Закону для императоров и христианского воинства, о том многие знают и ясно говорится в истории. Каринты пограничны с баварцами. Они усердны к богослужению, и нет ни одного народа, который был бы более честен и более оказывал почтения священникам. Богемия имеет короля и людей воинственных, наполнена церквами, и народ ее богобоязнен. Она разделяется на два епископства: Прагское и Ольмюцское.

Польша - обширная славянская страна; граница ее, говорят, соприкасается с владениями руссов; разделяется же она на восемь епископств. Прежде она имела короля, а теперь управляется герцогами и подвластна императору так же, как и Богемия. Как у поляков, так и у богемцев одинаковый образ вооружения и способ ведения войны. Всякий раз, как их вызывают на войну другие народы, они храбро дерутся, но после того делаются жестоки своими убийствами и грабежом: не щадят ни церквей, ни монастырей, ни кладбищ. Впрочем, они не иначе соглашаются идти на войну с чужеземными народами, как договорившись предварительно о своем праве на разграбление сокровищ, которые охраняются в святых местах благочестием, как стеной. Вследствие такой жадности часто случается, что они и с лучшими своими друзьями обращаются как с врагом, отчего весьма редко призывают их на помощь во время войны. Этого и достаточно будет сказать о богемцах, поляках и прочих восточных славянах.

В следующих главах, от 2 до 15-й, автор излагает сначала вкратце географические сведения того времени о западных славянах, а потом рассказывает подробнее историю завоевания их и обращение в христианство, начиная от Карла Великого, при его преемниках, в течение IX и X столетий, до смерти Оттона III, 1002 г. Но эта часть хроники мало замечательна как простое сокращение труда Адама Бременского, жившего ближе к описываемому им времени (см. об Адаме Бременском и его сочинениях ниже).

1 Оттон III умер 24 января 1002 г.

Русские ладьи. По рисунку древнегреческих летописей

Начиная с главы 16 автор описывает эпоху Генриха II и хотя продолжает пользоваться материалами Адама Бременского, но уже дополняет его другими источниками, а потому с этого места хроника приобретает больший интерес.

Сосредоточение Оттоном III всего внимания на Италию было причиной ослабления господства немцев в славянских землях, почему после смерти его славяне восстали и вместе отказались от христианства, которое в их представлении было тесно связано с идеей о немецком иге. На этом-то восстании славян, в начале XI в., и останавливается несколько долее наш автор.

16. В это время приходил к концу 1001 г., от воплощения Бога слова1, когда император

Оттон III, после того, как в третий раз он вошел в Рим победителем, преждевременно умер. Престол его наследовал Генрих (II) Благочестивый, прославившийся своим правосудием и святостью, тот самый, который основал Бамбергское епископство и заботился великой щедростью о церквах и богослужении. В десятый год его правления умер Саксонский герцог Бенно, муж знаменитый своим правосудием и ревностный защитник церквей. Преемником ему был сын его, Бернгард, уже не столь счастливый, как отец. С того времени, как он сделался герцогом, распри и возмущения в этой стране никогда не прекращались, потому что он осмелился восстать против императора Генриха и возмутил против

Воины Древнерусского государства

него всю Саксонию; потом вооружился против самого Христа, и все саксонские церкви, особенно те, которые во время упомянутого восстания не хотели подчиниться ему, привел в страх и смятение. Кроме того, этот же герцог совершенно забыл то доброе расположение к славянам, какое питали к ним его отец и предки: он так жестоко угнетал винулов по своему корыстолюбию, что принудил их принять язычество. Славянами в то время владели маркграф Теодорих и герцог Бернгард, один - восточной страной, а другой - западной; их неразумное правление привело к негативным последствиям. Тогда как прежние добрые императоры кротко обращались с грубыми языческими племенами, смягчая их суровые нравы и обращая на путь спасения, Теодорих и Бернгард угнетали их до того, что они увидели себя в необходимости свергнуть иго рабства и защищать свою свободу оружием. У винулов

в то время были князьями Мистивой и Миц- цидраге[347]; под их-то руководством и вспыхнуло то восстание. А старое предание говорит, будто бы Мистивой просил руки племянницы Бернгарда, и последний обещал ему. Чтобы заслужить обещанное, Мисти- вой с тысячью всадников сопровождал Бернгарда в Италию, где герцог и почти все его войско погибло. По возвращении из похода Мистивой стал просить обещанной ему невесты; но маркграф Теодорих помешал этому делу и объявил, что кровная родственница герцога не может быть выдана за собаку! Выслушав это, Мистивой с негодованием удалился. Герцог, впрочем, изменил свое мнение и вслед за Мистивоем отправил послов объявить ему, чтобы он взял обещанную невесту; но Мистивой, говорят, дал ему следующий ответ: «Так как благородной родственнице великого герцога следует вступить в супружество с знаменитым мужем, то нельзя отдать ее за собаку. Нас довольно отблагодарили за оказанные услуги тем, что отнесли к собакам, а не к людям. Но когда собака сделается сильной, то она больно укусит». Затем он возвратился к славянам и прежде всего зашел в город Ретру, находящийся в области лутичей. Там перед собранием славян, живших на востоке, он объявил о нанесенном ему оскорблении и сказал, что на языке саксонцев славяне называются собаками. Славяне ему отвечали: «Ты и стоишь того за то, что покинул своих соотечественников и служил саксонцам, народу вероломному и корыстному. Поклянись же теперь перед нами, что ты бросишь их, и мы будем с тобой». Мистивой поклялся.

Когда герцог Бернгард, пользуясь случаем, поднял оружие против императора, славяне сочли такое время благоприятным для себя, собрали войско и опустошили всю Нордалбингию огнем и мечом; затем прошли по всей Славянской земле, сожгли все храмы и разрушили их до основания, а священников и других церковнослужителей умертвили, подвергнув их разным мучениям, и по эту сторону Эльбы не оставили даже следов христианства.

В Гамменбурге (ныне Гамбург), тогда и после того, было взято много духовных и мирян в плен, а еще более истреблено по

ненависти к христианству. Славянские старожилы, которые помнят все совершенное в ту пору варварами, рассказывают, что в городе Ольденбурге, населенном многими христианами, по избиении прочих, как скотов, шестьдесят священников были пощажены для большего над ними посмеяния; старшего между ними звали Оддаром. Ему, как и другим, крестообразно разрезали на голове кожу и оголили череп. Потом исповедников Господних, с завязанными на спину руками, волочили по всем славянским городам, пока они не умерли. Таким образом, доставив собой и ангелам, и людям зрелище, достойное удивления, они на дороге испустили свой победоносный дух. Подобных примеров рассказывают много по всем странам славян и нордалбингов, которые ныне, так как они не записаны, считаются баснями. Да, таковых мучеников в Славянской земле было много и после, так что едва ли можно записать их в одну книгу. Таким образом, все славяне, жившие между Эльбой и Одером, отреклись от тела Христова и церкви, с которой прежде были соединены. О, как непостижимо правосудие Божие в отношении людей! «Господь кого хочет милует и кого хочет ожесточает». Удивляясь его всемогуществу, мы видим, что иногда те, которые уже уверовали, снова впадают в язычество, а те, котоПечать Ярослава Мудрого

Вооружение воинов Киевской Руси (шлемы, шпоры, меч, секира, стремя, конские путы)

рые оставались последними, обращаются ко Христу[348]. Итак, Господь, праведный Судия, силен и долготерпелив. Как некогда Он истребил для испытания Израиля на его глазах семь ханаанских племен и оставил одних только чужеземцев, так и ныне ему угодно было ожесточить небольшую часть язычников, чтобы наказать нас за наше неверие. Это случилось в последние годы правления престарелого архиепископа Либенция (Гамбургского) и при герцоге Бернгарде, сыне Бенно, жестоко угнетавшем славян. Славянский же маркграф Теодорих, такой же корыстолюбивый и жестокий, как вышеупомянутый герцог, был лишен звания и всего наследства, сделался прихожанином в Магдебурге и кончил жизнь несчастной смертью, чего и был достоин. Славянский князь Мис- тивой раскаялся наконец и обратился в конце своей жизни к Господу, но за то, что он не хотел отречься от христианства, его изгнали из отечества; он убежал к бардам и там дожил до глубокой старости, оставаясь верным христианином.

В главе 17 автор делает отступление по поводу перемены в лицах епископов Бременских или Гамбургских и сокращает Адама Бременского. Но восстановление ими Ольденбургского епископства, только что разоренного славянами, назначением туда главой церкви славянских земель Бенно, дает автору повод снова обратиться к истории отношений немцев к славянам в правление того же Генриха II.

18. Бенно, человек весьма благочестивый, начал с величайшим рвением восстанавливать Ольденбургское епископство и исследовать, какие владения и доходы предоставлены были в его пользу, на основании грамот великого императора Оттона. Так как после уничтожения Ольденбургской епархии прежние постановления о приношениях князей в пользу церкви были забыты и все доходы отошли в пользу славян, то епископ лично жаловался герцогу Бернгарду, что вагиры, ободриты и другие славяне отказались платить должную ему дань. Вследствие того были призваны к объяснению по этому вопросу князья винулов. Когда их спросили, почему они отказались платить епископу десятину с полей, то они начали жаловаться на тяжесть податей вообще и объявили, что они лучше оставят землю, чем обременят себя большими налогами. Герцог, видя, что нельзя восстановить церковного права в той силе, в какой оно было при Оттоне Великом, успел, по крайней мере (и то с величайшим трудом), склонить славян на одно: чтобы по всей стране ободритов с каждого дома, богатого

Дружина русского князя

и бедного, уплачивалось по два пфеннига как должное епископу. Кроме того, всем известные дворы в Бозове и Неценне и другие владения в земле вагиров постановлено было возвратить епископу с тем, чтобы снова их отстроить. Что же касается до по- местьев, лежащих в отдаленных странах Славянской земли, и которые относились, по древним сказаниям, к Ольденбургскому епископству, например, Деришевы, Морицы, Кучины со своими угодьями, то епископ Бенно, как ни старался, никак не мог возвратить их от герцога. А когда благочестивому императору Генриху вздумалось сделать всеобщий сейм в Вербенах, что на Эльбе, с целью разведать о расположении славян, все князья винулов явились туда и в присутствии императора объявили, что

они намерены ему повиноваться и жить мирно. При этом случае ольденбургский епископ предоставил императору свою старую жалобу об имениях своей церкви; когда славянских князей спросили о таких владениях, принадлежавших прежде той епархии, они признали, что упомянутые города с их предместьями действительно должны принадлежать церкви и епископу. После этого все ободриты, кучины, полабы, ваги- ры и другие славянские народы, жившие в пределах Ольденбургской церкви, обещали вносить всю дань, какую Оттон Великий постановил вместо десятины, как церковный доход. Впрочем, это обещание было притворное, потому что едва только император распустил собрание и занялся другими делами, славяне перестали и думать об

Гробница Ярослава в Софийском соборе в Киеве. Белый мрамор. Выполнена в византийском стиле

исполнении обещанного. Между тем столько же храбрый, сколько и своекорыстный саксонский герцог начал обременять славян такими налогами, что они должны были и совсем забыть о жертвах Богу и о приношениях в пользу духовенства. Тогда исповедник Христов Бенно, видя, что светские князья ему не только не помогают, но даже всеми мерами препятствуют, утомленный тщетными усилиями и не имея нигде спокойного места, отправился к Беренварду, епископу Гильдесгеймскому, рассказал ему о своем печальном положении и искал утешения в своем горе. Как муж благодетельный, тот пастырь принял радушно Бенно, предложил ему, утомленному, все дружеские услуги и из доходов своей церкви дал часть на содержание, пока не окажется ему возможность вступить снова в свою должность, возвратиться и найти безопасное убежище, где бы он мог оставаться спокойно. В то время вышеупомянутый епископ Бе- ренвард в наследственных своих владениях построил со значительными издержками большой храм в честь св. архангела Михаила и при нем основал обширную обитель иноков для служения Богу. По окончании постройки храма на обряд его освящения собралось несметное множество народа; когда епископ Бенно освящал левый придел храма, то был так стеснен и сдавлен толпой, что спустя немного дней, так как болезнь его все увеличивалась, кончил свою жизнь (13 августа 1023 г.). Его с честью погребли в том же храме, в его северной капелле. Ему наследовал Мейнгер, рукоположенный Либенци- ем II1, а Мейнгеру - Абелин, поставленный архиепископом Алебрандом[349] [350].

В последних главах первой книги, от 19 до 94-й, автор описывает период от смерти Генриха II и вместе Бенно, епископа Ольденбургского, в 1024 г., до смерти первого Любекского епископа Герольда и назначения ему преемника, 1 февраля 1164 г. Но все XI столетие, до смерти Генриха IV в 1106 г., автор излагает коротко, вмещая все это пространство времени в 15 глав (от 19 до 33-й); хроника приобретает свое настоящее значение только с XII столетия, то есть с главы 34 и до 94-й: автор пишет эту часть или как свидетель и действующее лицо, по собственному наблюдению, или по показаниям очевидцев.

Вторая книга, состоящая из 14 глав, должна была служить продолжением начатого труда, но она останавливается на 1172 г. и посвящена в основном событиям епархии Рацебурга и Шверина и деятельности Генриха Льва Вельфа.

Chronicon Slavorum, I, 1, 16-18.

<< | >>
Источник: М.М. Стасюлевич. История Средних веков: От Карла Великого до Крестовых походов (768 - 1096 гг).. 2001

Еще по теме Гельмольд СЛАВЯНСКИЙ МИР В ПРАВЛЕНИЕ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА II.:

  1. Козьма Пражский ПЕРВЫЕ ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА III. 1039-1041 гг. (около 1125 г.)
  2. Титмар ГЕРМАНИЯ И ИТАЛИЯ В ПРАВЛЕНИЕ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА II СВЯТОГО. 1004-1014 гг. (в 1014 г.)
  3. Отберт ЖИЗНЬ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА IV. 1056-1106 гг.
  4. Правление императора Юстиниана
  5. Бруно ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ ИМПЕРАТОРА ГЕНРИХА IV ДО НАЧАЛА ЕГО ВОЙН С САКСОНЦАМИ.
  6. ЖИЗНЬ ИМПЕРИИ B ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ИМПЕРАТОРОВ ДИНАСТИИ ЮЛИЕВ-КЛАВДИЕВ
  7. Видукинд ВРЕМЯ ГЕНРИХА I ПТИЦЕЛОВА И ПЕРВЫЕ ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ОТТОНА ВЕЛИКОГО. 919-945 гг. (около 968 г.)
  8. Адам Бременский ГАМБУРГСКАЯ ЕПАРХИЯ ПРИ ГЕНРИХЕ III И В МАЛОЛЕТСТВО ГЕНРИХА IV: АДАЛЬБЕРТ БРЕМЕНСКИЙ. 1043-1072 гг. (в 1075 г.)
  9. § 2. Понятие формы правления. Факторы, влияющие на форму правления
  10. МИР ВЕЩЕСТВ И МИР ЭНЕРГИИ. ИНФОРМАЦИЯ. МИКРО-, МАКРО- И МЕГАМИР
  11. 4.4. МИРЫ ЕСТЕСТВЕННЫЙ И ИСКУССТВЕННЫЙ, ОБЪЕКТИВНЫЙ И СУБЪЕКТИВНЫЙ, МИР-СИСТЕМА И МИР ЧЕЛОВЕКА
  12. РАЗДЕЛ V ИСТОРИЯ ХХ - НАЧАЛА XXI в. ТЕМА 14 Мир в 1900-1914гг . § 69. Мир в начале ХХ в.
  13. Колонизация славянских земель
  14. Мир естественный и Мир искусственный
  15. Славянский съезд в Праге.
  16. СЛАВЯНСКИЕ ГОРОДА АДРИАТИЧЕСКОГО ПОМОРЬЯ
  17. ЛИТЕРАТУРЫ СЛАВЯНСКИХ СТРАН