§ 4. Национальные общности

Роды, племена, народности, нации образовывались на опре­делённой ступени развития производства, системы управления и цивилизации. Для первобытнообщинного строя типичными были родовые и племенные связи.

В результате узости семейных и родовых связей, различных природно-климатических и других жизненных условий начали проявляться антропологические особенности людей, которые усиливались закреплением территориальных границ. Скла­дывалась «естественная коллективность». В ней люди были неот­личимы друг от друга, не оторвались ещё от пуповины общины. Но этот процесс не был однонаправленным.

Племена имели уже имя, территорию и особый диалект. Родственные, а затем и разнообразные племена заключали между собой союзы, делая первый шаг к образованию наций. Подробно проанализировав предысторию, Ф. Энгельс пришёл к выводу, что четыре столетия (V-IX века н. э.) «оставили один крупный ре­зультат: современные национальности, новое формирование и расчленение западноевропейской части человечества для гряду­щей истории» (т. 21, с. 154).

Среди важнейших факторов, подорвавших родовые устои и благоприятно сказавшихся на становлении народностей, Ф. Эн­гельс выделил развитие производительных сил, производствен­ных и семейных отношений, подвижность людей и их смешение, территориально-государственное объединение, рост и плотность населения.

По сравнению с родами и племенами народности были бо­лее качественными образованиями, так как представляли собой более обширную совокупность разнородных людей, говоривших на одном языке и имевших общую, более совершенную систему управления. Рождённые рабовладельческим строем, они развива­лись в основном при феодализме. Развитие это затянулось, ибо феодалы не хотели утратить свою самостоятельность и целиком признать королевскую власть и оказывали яростное сопротивле­ние. Лишь во второй половине XV в. короли, опираясь на горо­жан, сломили дворянскую мощь и создали крупные монархии, в которых начались развиваться европейские нации. Но разрознен­ность не была преодолена.

То, чего так долго не могли добиться королевские дружины, сделал господин «капитал». Ф. Энгельс заметил, что «ещё задолго до того, как стены рыцарских замков были пробиты ядрами но­вых орудий, их фундамент был подорван деньгами» (т. 21, с. 408). В «Манифесте Коммунистической партии» констатировалось, что капиталистический способ производства вызвал национальную консолидацию, что буржуазия, организовавшаяся в национальном масштабе, придавшая своим интересам всеобщую форму, завое­вавшая себе исключительное политическое господство и разру­шившая все феодальные, патриархальные, идиллические отноше­ния, сгустила население, централизовала средства производства, концентрировала собственность в руках немногих. Необходимым следствием этого была политическая централизация. Независи­мые, связанные почти только союзными отношениями области с различными интересами, законами, правительством и таможен­ными пошлинами оказались объединёнными в одну нацию, с од­ним правительством, с одним законодательством, с одним нацио­нальным классовым интересом, с одной границей.

К. Каутский к этапам развития наций отнёс: сплочение осед­лых, но ещё обособленных общин, на которое повлияла преобла­дающая сила внешних врагов, сила природы и особенно произ­водство и торговля; накопление в феодальных городах торгового капитала, вместе с которым родились национальности; развитие мировой торговли, капитализма и образование национальных го­сударств; утверждение и расцвет национального языка, литерату­ры и искусства. Буржуазия и национальности выросли на одной и ^ 6 той же почве.

На социально-экономические условия как на фундамент буржуазных наций, на закономерность их возникновения указы­вал В. И. Ленин. В работе «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» он вскрыл несостоятельность метафизического представления одного из идеологов на­родничества, «субъективного философа» Н. Михайловского о процессе становления наций как о простом продолжении (разрас­тании) и обобщении семейно-родовых связей. В. И. Ленин вовсе не отрицал, что часть территории, основы языка принадлежали тому или иному народу в глубокой древности и передавались из поколения в поколение (т. е. преемственности), но первостепен­ное значение также придавал разложению феодализма, победе капиталистического способа производства и образованию госу­дарств, содействующих усилению торгово-экономических связей, активизации общественно-политической жизни, крутому подъёму культуры и оказавшихся той цементирующей силой, которая объ­единила людей в целостной организм.

Нации как неизбежный продукт буржуазной эпохи сложи­лись сперва в наиболее развитых странах и оказались одной из высших форм общностей, важным и сложным элементом в струк­туре общественного прогресса.

Предшествующие теоретические разработки и дискуссии, многолетняя практика диктуют следующее определение:

Нация - это исторически сложившаяся общность людей, проживающих на общей территории, говорящих на одном языке, создавших в процессе совместной экономической, политической и культурной жизнедеятельности те или иные формы государст­венного правления и выработавших под их непосредственным воздействием соответствующее общественное сознание, психо­логию и нравственность, которые способствовали становлению типа личности.

Её атрибуты, обладающие всеобщностью, перечислены не по степени их важности (доминирующая роль отведена центро­стремительной силе, т. е. торгово-экономическим связям, функ­ционированию органов и институтов национального государства и его идеологии), а по принципу их исторической последователь­ности и развития. Нации могут быть присущи и другие специфи­ческие признаки, элементы жизнедеятельности (особенности пси­хологии, традиций, обычаев, верований, одежды, архитектуры и убранства жилищ, пищи, быта и т. д.), но они являются второсте­пенными и вовсе не обязательны для её существования, т. е. мо­гут присутствовать и отсутствовать.

По целому ряду объективных и субъективных причин неко­торые народности в XVII-XVIII веках переросли в нации и подня­лись на довольно высокую ступень цивилизации, другие подошли или приближаются к этому только теперь.

Современные народности во многом не похожи на прежние, ибо времена не те. Они относительно быстро могут перенять и использовать в своих интересах и целях международный опыт, лучше достижения мировой науки и культуры. Так, в СССР ранее отсталые народы, благодаря всесторонней и бескорыстной, поис- тине братской помощи великого русского народа, в короткий срок достигли небывалого прогресса и превратились в нации. Ос­тавшиеся народности мало чем отличались от наций.

В специализированных научных публикациях некоторые ав­торы высказали мнение, что главной отличительной особенно­стью, причиной сохранения народностей является их малочис­ленность, так как она не позволяет развить экономику и культуру на «национальной почве». Становятся они нациями тогда, когда достигают 80-150 тысяч.

Абсолютизацию количественной характеристики принципи­ально нельзя признать строго научной, так как преуменьшается качественная, исходит из экстерриториального конституирования наций. Евреи, немцы, поляки (граждане СССР, рассредоточенные по всей территории) исчислялись миллионами, но не являлись на­циями, точно так же, как и другие национальные группы ино­странного происхождения - болгары, венгры, греки, китайцы, ко­рейцы, румыны, турки, финны и т. д. Большинство из них не го­ворило уже на своём языке. Аналогичные группы населения (ди­аспоры) имеются в США, Германии, Франции и других государ­ствах. Совокупность людей той или иной национальности, живу­щих дисперсно или небольшими компактными группами, не мо­жет сложиться в нацию или считаться частью одноимённой на­ции, так как не обладает необходимыми и развитыми нациообра- зующими признаками. Вывод этот не зависит от того, сохраняют или постепенно утрачивают мигранты и их потомки свой родной язык и другие национальные особенности.

Приобретённая человеком вследствие рождения националь­ность отображает либо его данное состояние, либо его былое происхождение. Индивиды находятся в разной степени общности. Если они пространственно, экономически, политически и куль­турно сплотились и достаточно многочисленны, то принадлежат к нации или народности. Но если они в целом или их часть терри­ториально разобщены, то представляют собой национальность. Взаимосвязи между ними всё более ослабевают (экономические обрываются сразу).

Естественно, абхазы, будучи старинным народом, имели право на самоопределение и в сложившейся неблагоприятной об­становке на провозглашение независимости, а албанская диаспо­ра, проживавшая среди сербов, предъявила необоснованные пре­тензии.