§ 3. ОСОБЕННОСТИ КОНЦЕПЦИИ ГОСУДАРСТВА ВСЕОБЩЕГО БЛАГОСОСТОЯНИЯ - Welfare State

Расцвет концепции государства всеобщего благосостояния приходится на середину XX в. и во многом обусловлен достижениями научно-технического прогресса и производства в развитых индустриальных странах Запада.

В английских словарях предлагается следующее определение термина

Welfare.

■ состояние обеспеченного здоровья, питания и удобств;

■ организация мер для поддержания жизненных условий, необходимых для жизни людей;

■ получение общественной финансовой помощи в условиях лишений и нужды.

Соответственно, понятие Welfare State трактуется как государство, в ко­тором правительство принимает на себя принципиальную ответственность за обеспечение основных социальных нужд его граждан.

На современный момент «государство благосостояния» - Welfare State - в учёном мире и для политиков означает:

• синоним системы обеспечения социальных потребностей общества;

• оптимальное сочетание свободных рыночных экономических отноше­ний и участия правительственных институтов в решении социальных вопросов. В западноевропейской науке в XX столетии рядом учёных была предпринята попытка типологического анализа государства благосостояния. Наиболее удачно классификация этого уровня признана в работах английского исследо­вателя Г. Эспинг-Андерсена. Обобщив значительный исторический и эконо­мический материал он выделил типы или «режимы капитализма всеобщего благосостояния», исходя из того, что в различных странах социальная полити­ка строилась вокруг определённых внутренне связанных принципов, опреде­ляющих а) природу государственного вмешательства, б) расслоение социаль­ных групп, в) предел, после которого рыночное распределение заменялось бю­рократическим распределением материальных благ. Такой подход в концепции

Эспинг-Андерсена обозначался понятием de-commodification: де­

коммодификация (де-товаризация, растоваривание) - замещение принципа ры­ночного приобретения товаров и услуг их бюрократическим распределением. Де-коммодификация имеет место тогда, когда та или иная услуга предоставля­ется индивиду государством как право, при условии, что он не может под­держать свой уровень благосостояния посредством участия в рыночных отно­шениях. Иначе говоря, де-коммодификация человека - отделение его жизнен­ных возможностей от его способности оплатить их продажей своего труда на рынке и появления у него социальных прав, данных ему государством как гра­жданину без предметной оценки его деятельности [25].

На основе этих факторов Г. Эспинг-Андерсен выделил три типа госу­дарства благосостояния:

• неолиберальный - американский;

• социально-демократический - скандинавский;

• консервативно-корпоративистский - франко-германский.

Работы Эспинга-Андерсена определили направление исследований в об­ласти социальной политики на рубеже XX-XXI веков. Его концепция стала рас­сматриваться в качестве классической, а предпринятая им попытка классифи­кации режимов благосостояния побудила многих учёных следовать этим путём.

В работах Эспинг-Андерсена отмечена роль общественного фактора в формировании моделей государства благосостояния. Один из источников, определяющих различия типов государств всеобщего благосостояния - полити­ческая сила трудовых движений в различных странах.

С этой позиции, источники и размер помощи государств благосостояния своим гражданам зависят от политических сил и особенно объединений, кото­рые могут формироваться между различными социальными силами (классами). Там, где средний класс убеждён, что в его интересах поддержать потребности рабочего класса в расширении государства благосостояния, как в скандинав­ских странах, частный сектор услуг переполняется и средний класс сосредото­чивается на качественном проникновении в государственный сектор. Если же интересы рабочего класса представлены недостаточно, как, например, в США, или интересы среднего класса переместились с государственного обеспечения на частный сектор, как в Великобритании, тогда достижения и качество обес­печения государством социального благосостояния пострадают. Здесь важен момент участия институтов гражданского общества в становлении и развитии государства всеобщего благосостояния.

Вопрос о роли институтов самоорганизации граждан в программе по­строения Welfare State ставился исследователями гражданского общества - Л. Саламоном и X. Анхейером. Они рассматривали варианты происхождения гражданского общества и высказали ряд предположений о соответствии между режимом благосостояния и характером развития гражданского общества. Была предпринята попытка каждому режиму благосостояния поставить в соответст­вие некий «режим гражданского общества». Они отмечали, что вопрос взаимо­действия между государственным сектором и гражданскими институтами часто рассматривается через призму соперничества и конфронтации, упуская из виду возможности сотрудничества.

К позитивам деятельности общественных организаций исследователи от­носили их способность к мобилизации политического давления на правительст­во с целью стимулирования его участия в решении социальных вопросов, а также обеспечения себе соответствующего места в распределении ответствен­ности за удовлетворение коллективных нужд.

Л. Саламон и X. Анхейер предложили собственную типологию государ­ства всеобщего благосостояния, построенную на развитии теории Welfare Re­gime с выделением четырёх моделей и учётом организаций гражданского обще­ства: либеральную, корпоративную, стеитистскую и социал-

демократическую^].

Либеральная модель характеризует относительно незначительное уча­стие государства в финансировании коллективных потребностей, а также высо­кий уровень активности гражданских организаций. Эта модель развития орга­низаций реализуется тогда, когда доминирующую роль в социальной системе играет средний класс, а оппозиция, формируемая из представителей традици­онных элит - землевладельцев или сильных рабочих движений, либо вообще не существует, либо остаётся под контролем.

Корпоративная модель отличается высоким уровнем участия государст­ва в финансировании социальных услуг, но одновременно также высоким уровнем участия общественных организаций в их оказании. Эта модель разви­тия организаций возможна тогда, когда господствующие элиты выражают волю к поддержке целей социальной политики, признанных государством и общест­венными организациями.

Стейтистская модель - в ней государство играет ведущую роль в про­ведении социальной политики, хотя и ограничено по ряду направлений. Приви­легированная позиция государства в социальной сфере обеспечивается под­держкой промышленных элит. Участие общественных организаций в оказании социальных услуг невелико. Обе стороны сильно ограничены в своих действи­ях.

Социал-демократическая модель развития организаций отличается го­сударственной системой финансирования и оказания социальных услуг при ог­раниченном участии общественных организаций. Эта модель развития общест­венных организаций реализуется тогда, когда доминирующая роль в социаль­ной системе принадлежит представителям рабочего класса, а также политиче­ским группировкам, находящимся в союзе с ними.

Типология благосостояния О. Каганса и М. Шалева

Страны Западной Европы во второй половине XX в. реализовывали раз­личные модели социальной политики. Однако финансовые проблемы, с кото­рыми столкнулось большинство экономически развитых стран в начале- середине 1990-х гг., наложили определённый отпечаток на тенденции осущест­вления социальных функций общественных систем. Так, государства со значи­тельными объёмами финансирования социальных расходов за счёт бюджетной системы стали более активно использовать систему социального страхования и вводить элементы платности в системе государственных услуг социального на­значения. Одновременно в странах с акцентом на финансирование социальных услуг за счёт страхования стала просматриваться тенденция к расширению уча­стия бюджетных источников. Активная и масштабная социальная политика, проводимая в государствах с экономикой рыночного типа, на могла не сказать­ся там на общей рыночной и конъюнктурной ситуации, на темпах экономиче­ского роста[25].

Теоретический спор по вопросам политики сокращения социальных обя­зательств государств приобрёл новую остроту в 1990-х гг. после публикации в 1994 г. работы П. Пирсона. Он сравнивал попытки правительств Великобрита­нии и США ослабить основы государства всеобщего благосостояния. Обе по­пытки были неудачны. Чтобы объяснить «устойчивость» социально­ориентированного государства, П. Пирсон разрабатывает собственную тео­рию «новой политики государства всеобщего благосостояния», согласно кото­рой «старая политика» расширения, в том числе концепция социально- экономического функционализма и классовая теория властных ресурсов, не учитывают новые факторы, появившиеся после окончания «золотого века» го­сударства благосостояния.

П. Пирсон строит своё объяснение устойчивости государства всеобщего благосостояния на двух основных положениях: 1) стойкой общественной под­держке и 2) институциональной инерции этого государства.

Какой бы устойчивостью, по Пирсону, ни отличалось государство всеоб­щего благосостояния, кризисные трансформации последней трети XX столетия не прошли бесследно для этой модели общественного устройства, и в частно­сти, обусловили повышение интереса к деятельности институтов самооргани­зации граждан, включая благотворительные организации, фонды и частных благотворителей.

Социальное государство проявило свои негативные стороны и стало в ка­кой-то мере само себе неприятелем. Улучшая жизненные условия, оно поддер­живало в людях чувство ожиданий и растущее недовольство низким уровнем услуг, которые было способно им предоставить. Парламентские выборы в ряде европейских стран - ФРГ, Бельгии, Великобритании, Норвегии, Франции и в США в конце 1970-х - начале 1980-х гг. повлекли за собой смену курса и вве­дение программ, сокращающих расходы на социальные нужды[25].

Дискредитация правительственных программ, сокращение бюджетов на социальные нужды привели к активизации других способов решения социаль­ных проблем: активизировались фонды, некоммерческие организации.

Известный британский социолог Н. Роуз в 1996 г. обратился к вопросу о путях развития государства всеобщего благосостояния и месте институтов гра­жданского общества в условиях кризиса концепции Welfare State.

Он сделал вывод, что почти во всех развитых промышленных странах, от Швеции до Новой Зеландии, старая вера в «государство всеобщего благосос­тояния» подвергается критике и концепции социального государства претерпе­вают изменения. В них предполагаются:

1) приватизация общественных благ и функций благосостояния,

2) перевод медицинского обслуживания на частную основу,

3) социальное страхование и пенсионное обеспечение,

4) образовательные реформы, которые приводят к конкуренции между школами и колледжами,

5) внедрение в государственный аппарат новых методов управления, ко­торые использовались до этого в частных организациях,

6) новые договорные отношения между компаниями и их поставщиками, и между специалистами и заказчиками,

7) акцент на личной ответственности индивидов, их семей и объединений для их же собственного благополучия в будущем и принятии активных мер для его обеспечения[25].

Происходящие изменения, по мнению Роуза, не могут не оказывать влия­ния на саму теорию Welfare State. Концептуальный аппарат государства всеоб­щего благосостояния составляли такие понятия, как социальное государство, социальное страхование, социальное обслуживание, социальные выплаты, со­циальная защита и т.п. Государство всеобщего благосостояния было воплоще­нием идеи социального. Кризис государства всеобщего благосостояния предпо­лагает коррекцию этих понятий.

Суть изменений как концепции Welfare State, так и практики государства всеобщего благосостояния должна заключаться в расширении роли и позиций институтов самоорганизации граждан - НКО, совместно с государством:

V нко - один из субъектов, страхующих от социальных рисков и помо­гающих людям, попавшим в сложную ситуацию, таким образом, институты «гражданского общества» становятся фактором системы благосостояния и включаются в систему «семья - государство - рынок»;

^НКО - медиатор во взаимодействии этих трёх субъектов.

Примеры такой деятельности уже давно есть в Европе. В частности, в Швеции в 1994 г. был принят базовый закон, определяющий политику в отно­шении инвалидов. В нём предусматривалось, что к 2000 г. в стране не должно остаться никаких специальных заведений для людей с ограниченными возмож­ностями. Тем, кому нужен постоянный уход, положен персональный помощ­ник, работу которого оплачивает государство. На данный современный момент - первая четверть XXI в., среди организаций, которые обучают и представляют таких ассистентов, есть пользовательский кооператив «JAG» основанный и воз­главляемый людьми с ограниченными возможностями. Однако, люди, которые всё время должны получать помощь, могут жить в групповых домах, рассчи­танных на пять человек. Так, организация под названием «Medis5» организует работу различных кружков для людей с ограниченными умственными возмож­ностями. Здесь всё поставлено профессионально - кружками руководят худож­ники, музыканты и режиссёры. Финансирование такой работы осуществляется в Швеции за счёт очень высоких налогов с граждан - до 30% с доходов, кото­рые в этом государстве тоже немаленькие[25].

Через такой подход осуществляется переход к концепту Welfare Mix - смешанной системы всеобщего благосостояния.

Преимущества этой концепции.

• большая, чем у бюрократии, зависимость от доверия граждан, способст­вующая более тщательному подходу к предоставлению услуг, учёту местных особенностей организациями локального уровня и большей прозрачности рас­ходования средств;

• способность предоставлять редкие услуги небольшим социальным группам, которые не могут обслужить ни рынок (в силу их немногочисленно­сти), ни государство (в силу его сосредоточения на крупных задачах);

• органичное сочетание благотворительности (мер пассивной защиты) и всего многообразия активных мер защиты - от реабилитации до обучения и включения в волонтёрскую деятельность, то есть потенциально более высокая эффективность в работе с теми уязвимыми группами, которые имеют шанс пе­рестать нуждаться в помощи;

• положительные экстерналии от аналогичной государству работы: по­вышение уровня доверия, солидарности, участия (в демократических процеду­рах принятия решений) [25].

В странах Европейского Союза принят Кодекс социального обеспече­ния, содержащий систему социальных норм, гарантирующих всем категориям граждан равные социальные права, в частности, пенсионное обеспечение, стра­ховые выплаты.