Задать вопрос юристу

§ 2. Нормативная правовая основа положения иностранного военнопленного, находящегося на территории России в годы Первой мировой войны

Всю совокупность нормативных правовых актов, регламентирующих пребывание в плену комбатантов и некомбатантов иностранных держав- участниц мировой войны, условно можно разделить на несколько групп. К первой мы отнесем положения, правила и т.

п., регулирующие труд военнопленных, ко второй — законодательные акты, направленные на установление порядка содержания и материального обеспечения военнопленных разных категорий, к третьей группе — законодательство Временного правительства, отдельно выделим законодательные акты иного содержания.

Итак, как уже отмечалось, трудовая деятельность военнопленных определяла основное предназначение плена на территории Российской империи, поэтому российское правительство было заинтересовано в урегулировании этого вопроса с целью максимально эффективно использовать бесплатные трудовые ресурсы для решения задач военного времени в части обеспечения армии продовольствием и обмундированием. Поэтому в первую очередь было уделено внимание организации сельскохозяйственных работ. 28 февраля 1915 г. были Высочайше утверждены Правила об отпуске военнопленных на сельскохозяйственные работы1. Они содержали 12 частей. Согласно указанным в нем положениям в

сельское хозяйство направлялись военнопленные, преимущественно славянского происхождения.

Правила определяли порядок взаимодействия военных и гражданских властей. В соответствии с третьей частью Правил военнопленные передавались в распоряжение губернских земских и уездных земских управ. С целью получить для работ военнопленных они местному губернатору подавали заявление, в нем указывались железнодорожные станции или пароходные пристани, где будут приняты военнопленные, срок их прибытия, число военнопленных для каждого пункта приема (не более 10 000 на губернию), время, на которое требуются военнопленные, и список лиц, уполномоченных земской управой на прием военнопленных в каждом пункте (ч. 4 Правил). Данные заявления передавались губернатором в Главное Управление Г енерального Штаба (ГУГШ), где они подлежали

удовлетворению в соответствии с возможностями. Затем военнопленных передавали в распоряжение земских управ. Численность партии составляла не менее 100 человек, и срок работ определялся не менее трех месяцев. При передаче военнопленных заказчику военное ведомство перекладывало ответственность за содержание и охранение военнопленных на инициатора запроса.

Наиболее важным положением в содержании исследуемого правового акта является впервые упоминание о том, что работа военнопленных должна оплачиваться. Из заработанной суммы не менее половины должно было выдаваться на руки, с отметкой в особой рабочей книжке, другая часть оставалась у земства в счет погашения расходов, связанных с содержанием и охранением военнопленных[87]. Юридическое закрепление этого положения приводило отечественное законодательство в соответствие с Гаагской Конвенцией 1907 г. в вопросе оплаты труда военнопленных, которое отсутствовало, как уже отмечалось ранее, в Положении «О военнопленных» 1914 г. Такое решение соответствует правилам конкуренции норм и, кроме того, обусловливается практическими выводами, основанными на мотивации труда пленных. В этой связи важным документом, регламентирующим труд военнопленных, стало Дополнение к ст. 13-й Положения «О военнопленных» от 20 марта 1915 г., которое указывало на нарушение Гаагской Конвенции в части обязательной оплаты труда военнопленного и устанавливало выдачу денежных средства «в качестве поощрения к более усердному труду»[88].

В развитие обозначенных выше правовых актов 8 мая 1915 г. были приняты «Изменения вышеозначенных Правил и в частности распространение сих Правил на лесные, гидротехнические, мелиоративные и иные работы ведомства Главного управления землеустройства и земледелия» и «Изменения порядка отпуска военнопленных на работы», принятые в июле 1915 г.[89] Первый документ состоял из трех частей, второй является его дополнением. В первой части устанавливалось положение о том, что принятые ранее правила об отпуске военнопленных на сельскохозяйственные работы распространяются на лесные, гидротехнические, мелиоративные и иные работы ведомства Главного управления землеустройства и земледелия. Правила позволяли переносить ответственность за привлечение пленных к изложенной в названии документа деятельности на местные чины Главного управления, по указанию Главноуправляющего. Расходы на их содержание и охранение покрывались за счет кредитов, выделяемых Военным министерством. Необходимые средства переводились в распоряжение губернаторов, причем в счет этих сумм отпускались авансы, согласно требованиям, заявленным земскими управами или чинами Главного управления землеустройства и земледелия и одобренным губернатором.

Документ представляется важным еще и потому, что в полной мере развивает норму Гаагской Конвенции о нахождении пленного в распоряжении государства, а не отдельных пленивших его командиров, что

свидетельствовало о неуклонном следовании отечественного законодателя международному праву, регламентирующему общий правовой статус пленных.

Вслед за Правилами привлечения на сельскохозяйственные и иные работы были приняты Правила о порядке предоставления военнопленных для исполнения казенных и общественных работ в распоряжение заинтересованных в том ведомств1. Это достаточно объемный документ. По смыслу регулируемых правоотношений его можно разделить на две части. В первой части (ст. ст. 1-7) закрепляется порядок выдачи военнопленных собственно заинтересованному ведомству. Порядок включал в себя: подачу заявления в Военное министерство с отражением характера работ, места их проведения, необходимое в связи с этим число пленных. При положительном ответе, по указанию Главного Управления Генерального Штаба, пленных под конвоем передавали заявителю по списку, без обязательного разделения по профессиям. Для обеспечения руководства пленными, согласно ст. 6 данных Правил, с каждой группой должен был следовать пленный офицер. С момента передачи пленных надзор за ними возлагался на получателя.

Во второй части документа регламентируются правоотношения, связанные с охранением, содержанием военнопленных, нормами трудового времени, питания, возможностью применять меры строгости в отношении пленных и т. д. Согласно Правилам, военнопленные должны были размещаться в бараках или землянках, а при невозможности их строительства в кратчайшие сроки в ближайших селениях, в частных домах — казарменным порядком (ст. 9). Статья 11 Правил определяла время работы, которое должно было соотноситься с рабочим временем среднего рабочего для работы, которую тот выполнял в определенной местности. Снабжение продовольствием должно было исходить из норм для нижних чинов русской

армии и осуществляться из общего котла. Предусматривалась также и медицинская помощь для военнопленного.

Правила о порядке предоставления военнопленных для исполнения казенных и общественных работ в распоряжение заинтересованных в том ведомств предполагали заключение специального трудового договора с перечнем прав и обязанностей сторон. Отличительной особенностью являлся субъектный состав, где, с одной стороны, выступало военное ведомство в лице Главного Управления Генерального Штаба, обладающее резолютивными полномочиями, в сфере распоряжения имеющимися военнопленными и привлечения их на различные работы. Другим субъектом выступало заинтересованное ведомство, требующее военнопленных в качестве рабочей силы и берущее на себя, исходя из возникающих правоотношений, определенные обязанности. Работодатель в лице ведомства, привлекающего военнопленных на работы, должен был принять вверенных ему пленных согласно списку, после чего разместить их в установленном порядке, обеспечить надлежащим питанием, при необходимости — медицинской помощью, установить лимит рабочего времени.

Таким образом, документ закреплял права военнопленных на нормированную трудовую нагрузку, необходимую медицинскую помощь, удовлетворительное питание, размещение в специально приспособленных условиях. В обязанности военнопленных входило: исполнение поставленных перед ними работ на должном уровне, выполнение предъявляемых требований. И, что особенно важно, права и обязанности сторон в данном случае не противоречили ни международным, ни внутригосударственным нормам права, регламентирующим правовой статус военнопленных. Ст. 15 закрепляла главный принцип — человеколюбивое отношение к законным защитникам своего отечества.

Рассматриваемый документ — Правила о порядке предоставления военнопленных для исполнения казенных и общественных работ и передачи их в распоряжение заинтересованных в том ведомств — после Положения «О военнопленных» от 7 октября 1914 г. является наиболее значимым в вопросах регулирования труда пленных. В них изложены требования к использованию труда пленных, содержится совокупность наиболее полного перечня прав и обязанностей сторон, применяемых по аналогии к последующим документам. Кроме того, при изучении положений Правил складывается наиболее полное представление о правовом статусе военнопленного, в котором нормы, посвященные правовому регулированию трудовой деятельности, занимали одно из первых мест.

Тенденции, наметившиеся с принятием проанализированных выше источников, позволяют заключить, что они находят конкретизацию в последующем отечественном нормотворчестве. Так, Правила о допущении военнопленных на работы по постройке железных дорог частными обществами[90], принятые Советом министров 10 октября 1914 года, развивают денежное стимулирование трудовой деятельности военнопленного. Документ состоит из пяти статей и является продолжением Правил, рассмотренных выше. Отдельного внимания заслуживают ст. ст. 4 и 5. В статье 4 определяется порядок расчета, согласно которому за каждый рабочий день, проведенный военнопленным на работе, общество должно перечислить 25 копеек на специальный счет Министерства путей сообщения. Статья 5 допускает в виде поощрения и стимулирования к более производительному труду оплату выдавать на руки пленному.

В целом, Правила о допущении военнопленных на работы по постройке железных дорог частными обществами, сохраняя преемственность в вопросах правового регулирования труда пленных, вместе с тем не закрепляют запрет на использование труда пленного на работах по укреплению обороноспособности государства, их пленившего, что противоречит общим установкам международного права. И хотя документ не

содержит подобных формулировок, данный вывод следует из контекста и из понимания задач, которые пленные, привлеченные таким образом на работы, решали.

Этот контекст присутствует и в Правилах об отпуске военнопленных для работ в частных промышленных предприятиях, утвержденных Советом министров 17 марта 1915 г.1 В доказательство приведем положения ст. 1, в которой перечислены отрасли, где разрешается использовать труд военнопленных, к ним относится стратегически важные горная, горнозаводская, фабрично-заводская промышленность, кроме этого допускалось использование военнопленных для работ на других крупных промышленных предприятиях, имеющих государственное или общественное значение. Исходя из смысла положения, закрепленного в данной статье, понимаем, что речь идет об отраслях промышленности, напрямую связанных с изготовлением металла для военной промышленности. В условиях войны металл служит основным сырьем для производства оружия и, следовательно, такая работа имеет прямое отношение к военным действиям. В данном случае позиция отечественного законодателя противоречила ст. 6 главы II отдела II «О воюющих» Положения «О законах и обычаях сухопутной войны». Этот факт следует расценивать не иначе, как реакцию Российского государства на увеличивающиеся потери и неудачи на фронте, на кризис в военном производстве.

Одновременно эти Правила расширяли требования к расположению помещений для проживания военнопленных. Они должны были охраняться и располагаться вдали от мест проживания обычных рабочих. Согласно документу, менялись и нормы оплаты труда пленных. Так, в ст. 9 данных Правил интерес вызывает заключительная часть, согласно которой остающаяся после перечисления 1/3 заработка пленного (по Правилам об отпуске военнопленных на сельскохозяйственные работы (ст. 7) на руки

военнопленным выдавалось не менее половины суммы их заработка, остальные средства шли на погашение расходов земств) переводилась на специальные счета. Остальные денежные средства покрывали все расходы предприятия, связанные с условиями использования труда пленных (транспортировка, размещение, питание, медицинская помощь, одежда, охрана и т. д.). Вместе с тем сохранялось положение о содержании военнопленных Военным министерством, которое предоставляло чрезвычайные сверхсметные кредиты на эти цели. Последняя позиция была юридически закреплена в Законе «О порядке возмещения из казны расходов на содержание и окарауливание военнопленных, привлекаемых на сельскохозяйственные работы»[91].

Очередной, принятый Советом министров 3 ноября 1915 г. нормативный правовой акт «О выдаче поощрительного вознаграждения военнопленным за усердный труд при исполнении ими производимых по военному ведомству работ»[92] имеет, по нашему мнению, особое, нетривиальное значение в рамках исследуемого вопроса. Его анализ позволяет еще раз убедиться в правильности некоторых ранее сделанных нами выводов.

Во-первых, труд на территории врага для военнопленного становился не только альтернативой смерти на поле боя, но и вполне удовлетворительной формой адаптации в новых для себя социально - правовых условиях. Во-вторых, с принятием подобного рода документов, регулирующих различные области трудового использования поступающих с фронта иностранных военнопленных, сложилась ситуация, когда их трудовая деятельность начала вписываться в форму отношений, характерных, скорее, для гражданского работника, чем для обезоруженного врага. В-третьих, пленные приобретали право не только на оплачиваемый труд, но и на поощрение в виде премии, что отражало гуманную позицию законодателя и создавало условия для улучшения содержания военнопленных.

Подобное решение носило единовременный характер и плохо вписывалось в устоявшееся право войны. Оно было характерно для гражданских правоотношений, находящихся в плоскости «работник — работодатель». Для военнопленного такое положение дел было неприемлемым в силу того, что представители данной субъектной группы имели специальный статус, обусловленный объективными обстоятельствами плена. Единственная «премия», которую уже получил военнопленный за его труд, является сохраненная ему жизни, которая, в свою очередь, не имеет материального выражения. На примере рассматриваемого документа обнаруживается интересный аспект, указывающий на особенность в правовом статусе плененного человека, когда грань между правовым статусом гражданина и правовым статусом военнопленного, разделяющая общий и специальный правовые статусы, не стерта, подвижна и свидетельствует, несмотря на войну, о незабытых стереотипах мирной жизни.

Иную группу нормативных правовых актов составляют документы, регулирующие положение отдельных категорий военнопленных и порядок их содержания. К их числу отнесем Высочайше утвержденное 27 октября 1914 г. Положение Военного совета «О содержании чинам военного ведомства, арестованным в неприятельских странах и объявленным военнопленными»[93]. Данный документ содержит, как и большинство последующих правовых актов, предписания и разъяснения. Он состоит из четырех частей. Так, часть первая включает нормы выдачи денежного довольствия. В это довольствие входят: жалованье в связи с занимаемой должностью; столовые и квартирные деньги за все время пребывания в

плену. Часть вторая закрепляет положения, согласно которым семье перечисляется половина содержания военнослужащего (жалованья и столовых), а также квартирных денег в полном размере, пособия на наем прислуги, если такое пособие было ранее. Часть третья данного документа определяет порядок удержания с указанных выше чинов в случае наличия таковых: содержания или денежных пособий, выданных заграничными посольствами, консульствами или миссиями, как российскими, так и дружественными ей державами. В части четвертой указывалось, что уведомление непосредственного начальника о невозможности вернуться в Россию подлежало в каждом отдельном случае. Принятие документа не случайно, его особенность заключается в том, что с первых дней войны появляется категория лиц, «арестованных в неприятельских странах и объявленных военнопленными». Эта группа называется еще «цивильно пленные», когда подданные вражеского государства, находящиеся на территории государства противника, попадали в плен. Они требовали к себе особого отношения, что и обусловило специальные решения.

К особой группе военнопленных относились и медицинские работники. В подтверждение тому является и принятый акт «Об окладах содержания военнопленных врачей неприятельских армий»1. Действие предыдущих правовых актов, регулирующих правовое положение военнопленного, распространялось на все категории военнопленных, размещенных на территории Российской империи.

Различались они в основном по сферам деятельности, в которых были задействованы пленные. Рассматриваемый нормативный правовой акт имел ограниченное действие и распространялся только на медицинский персонал, захваченный в плен, причем российский законодатель делает это впервые с начала войны. Документ состоит из двух частей. В первой части медицинский персонал вражеских армий определяется как равный действующему медицинскому персоналу Русской

армии, ему назначалась и равная оплата труда. Вторая часть посвящена формальным процедурам, связанным с идентификацией захваченного персонала и оформлением документов «касаемо их медицинского положения». Рассматриваемый документ позволяет заключить, что медицинские работники представляли обособленную льготную группу, отличную по своему положению от других категорий военнопленных. В основу правового акта законодатель кладет принципы, заложенные Женевской Конвенцией 1906 г.[94], Гаагской Конвенцией 1907 г. и Положением «О военнопленных» от 7 октября 1914 г. о гуманном отношении к пленным, тем самым развивая правовой статус военнопленных, следуя объективным реалиям, продиктованным войной.

В развитие указанного решения были приняты Положение Военного совета «О выдаче единовременных пособий возвращаемым из плена врачам, фармацевтам, классным фельдшерам и сестрам милосердия, утратившим свое имущество»[95] и Положение Военного совета «О производстве суточных денег врачам, назначенным для заведывания санитарной частью команд военнопленных»[96]. Первый документ состоял из двух частей. Наиболее информативной представляется его вторая часть, согласно которой врачи, фармацевты, классные фельдшеры, сестры милосердия, утратившие свое имущество, имели право на компенсацию в сумме до 350 руб., классные чины — в сумме до 200 руб. [97] Второй документ лишь дополняет первый.

В отдельную подгруппу следует выделить нормативные правовые акты, регулирующие процесс материального обеспечения военнопленных и их семей. К ней в первую очередь отнесем «Правила пересылки имущества умерших, бежавших, обмененных и прочих военнопленных неприятельских армий»[98]. Документ состоит из 11 частей и призван регулировать имущественные отношения, возникающие при определенных обстоятельствах. Субъектами отношений выступают, с одной стороны, военнопленные, находящиеся на территории России, с другой — Центральное справочное бюро о военнопленных (ЦСБ) как представитель государства. Предметом регулирования является совокупность правоотношений, возникающих в связи с распоряжением имуществом умерших, бежавших, обмененных и прочих военнопленных неприятельских армий.

Так, в соответствии с ч. 1 Правил, в Центральное справочное бюро о военнопленных передавалось следующее имущество: деньги, ценные вещи, личные знаки, документы, письма, знаки отличия, записные книжки. Кроме того, согласно ч. 9, в ЦСБ передавалось случайно оставленное имущество (ч. 1), если разыскать владельца не представлялось возможным. Те же правила существовали для имущества, собранного на поле боя, найденного при убитых воинах. Существовал и определенный порядок передачи данных предметов. Деньги и ценные вещи, согласно ч. 5, должны были иметь сопроводительную бумагу, в которой содержались сведения о субъектах данного документа: фамилия, имя, возраст, религия, место рождения или постоянного жительства, чин, армия. Если известны — то место смерти и место погребения. Денежные средства (согласно ч. 6) должны были переправляться в том виде, в котором обнаружены, без обмена на русскую монету. В случае получения на имя военнопленного после его смерти денежных сумм такие суммы должны возвращаться почтовому учреждению. Если это невозможно, то деньги пересылались в ЦСБ.

В то же время не все имущество подлежало передаче в ЦСБ. В местах пребывания военнопленных оставались предметы обмундирования, которые можно было после смерти военнопленного передать нуждающимся пленным; носильные вещи военнопленных офицеров (согласно ч. 4) оставлялись на хранение в месте их последнего пребывания; невостребованные посылки, содержащие носильные вещи и продукты питания, вскрывались и передавались нуждающимся пленным. О вскрытии таких посылок составлялся акт, копию которого необходимо было передать в ЦСБ.

Важно подчеркнуть, что имущественные правоотношения являются значимыми в правовом положении военнопленного. Поэтому рассмотренный документ следует выделить среди других как один из определяющих источников в изучении этого аспекта в правовом статусе пленных. С одной стороны, он дает представление о способах и средствах решения очень важных задач, связанных с нехваткой одежды, продовольствия, формирования запасов обмундирования и т. д. С другой, посредством собирания и сортировки личных вещей пленных в одном центре расширялась информация о данной категории лиц, находящихся на территории России, что позволяло установить связь с государством, чьим представителем был пленный. В-третьих, принятое решение отражало и нравственную сторону происходящего: передавая вещи умерших военнопленных их близким, определяя места последнего пребывания людей, являющихся защитниками своего отечества, но волею судьбы попавших на чужбину, тем самым российские власти в какой-то степени сохраняли память об этих людях.

В этом же ряду следует выделить Положение Военного совета от 18 марта 1918 г. «Об отпуске из казны средств на приобретение материалов и инструментов для починки одежды, белья и обуви военнопленных нижних чинов, производимой трудом военнопленных»[99]. Этот небольшой по содержанию акт указывает на дальнейшее развитие тенденции в законодательной деятельности конкретизировать механизм регулирования тех или иных аспектов жизни военнопленных. Документ состоит из трех частей и призван регламентировать бытовые отношения. Так, согласно ч. 1, денежные средства из казны должны были отпускаться на такие нужды, как приобретение материалов и инструментов для починки одежды, белья, обуви пленных, в ч. 2 указывается лимит суммы, начальникам воинских частей надлежало выдавать на данные потребности не более 1 тыс. руб. В соответствии с ч. 3 подобные расходы могли выплачиваться только после одобрения Военного совета.

Следует отметить, что российский законодатель продолжая совершенствовать правовую базу, регулирующую положение иностранных военнопленных на территории России, в отдельных случаях ужесточал механизм регулирования. Так, Николай II 10 июля 1916 г. утвердил Положение Совета министров «Об изменении редакции статей 6 и 54 Положения «О военнопленных» от 07 октября 1914 года»[100].

В новом изложении ст. 6 определяла, что военнопленные «за нарушение воинского чинопочитания в отношении начальствующих лиц... и за нарушение подчиненности в отношении тех же начальствующих лиц...» подлежали общеуголовной ответственности. По мнению

законодателя, вероятно, подобные меры должны были дисциплинировать пленных.

Положение обновленной ст. 54 касалось подразделений военнопленных в командах. Если ранее команды военнопленных составляли взводы, полуроты, роты, то теперь «.взводы могли подразделяться дополнительно на отделения и десятки, с назначением отдельных и десяточных начальников из числа военнопленных». Руководить такими подразделениями могли унтер- офицеры и рядовые, в крайнем случае, как указано в документе, чины гражданского ведомства. Таким образом, трудовая и бытовая жизнь военнопленного становилась более подконтрольной. Принятие данных поправок является шагом, направленным в целом на ужесточение содержания и ответственности пленных.

Как нам кажется, позиция законодателя в принятии этих мер исходила из сложившейся чрезвычайной ситуации, как на фронте, так и в российском тылу, где с 1916 г. назревала революция.

Соответствующей реакцией на произошедшие изменения на фронтах войны стало принятие Заключительного протокола совещания уполномоченных Обществ Красного Креста Германии, Австро-Венгрии и России, состоявшегося под покровительством Его Королевского Высочества Принца Карла Шведского, Председателя Шведского Общества Красного Креста, в ноябре 1915 г. в Стокгольме[101]. Документ еще раз подчеркивал участвующим в войне сторонам о необходимости соблюдения основных прав пленного, к которым относятся: сохранение жизни и здоровья, выражение собственного вероисповедания, уважение офицерского чина, право обращаться с жалобами и предложениями к администрации через специальные комитеты. Документ внес определенную ясность в требования, предъявляемые к содержанию пленных, чем способствовал более детальной регламентации отдельных элементов правового статуса военнопленного.

В большей степени нас будет интересовать глава 12 «Уход за ранеными и больными. Гигиена. Общий режим»[102]. Глава состоит из трех частей, где наиболее важными и информативными представляются положения третьей части, поскольку они напрямую относятся к статусу военнопленного. Пункт первый ч. 3 главы 12 по смыслу повторяет норму, установленную в ст. 6 Положения «О законах и обычаях сухопутной войны» и ст. 12 Положения «О военнопленных» 1914 г., закрепляет правила о том, что пленные должны быть размещены в пригодных для этого местностях и не привлекаться к работам «сверх своих физических способностей». Пункты 2 и 3 регламентируют требования к помещению, где должны проживать пленные офицеры, унтер-офицеры и рядовые. Отдельно в п. 3 закреплено положение о нормах содержания унтер-офицеров и рядовых. Пункт «а» части третьей главы 12 посвящен пище и одежде офицеров. В частности, в нем указано, что офицеры самостоятельно приобретают одежду и пищу из средств, выплачиваемых им государством, удерживающим их в плену. Данное требование противоречит ст. 7 Положения «О законах и обычаях сухопутной войны», где говорится о том, что пленные находятся на содержании у правительства государств, удерживающих их в плену. Пункт «г» регулирует некоторые вопросы, связанные с больными, ранеными, а также офицерами, находящимися в плену. Пункты «д» и «е» посвящены гигиене и дезинфекции в местах пребывания военнопленных. Пункт «ж» о свободе передвижения офицеров также не является новеллой в нормах, посвященных статусу пленного. Пункт «з» регулирует вопрос относительно представительства пленных в лагере.

Нормы, изложенные в анализируемом документе, носят и конкретный, и одновременно декларативный, рекомендательный характер и не являются обязательными для исполнения. Это обусловлено тем, что документ исходит от общественных организаций, а не от государств, эти нормы не могут носить императивный характер.

Появление подобного правового акта следует расценивать, как попытку общественности повлиять на ухудшающуюся ситуацию на фронте и как-то нивелировать неспособность правительств всесторонне оценить ситуацию и достойно выйти из нее. В России ситуация разрешилась в пользу революции и приходом к власти Временного правительства, которое до конца оставалось приверженцем позиции «Война до победного конца!».

В период управления Временным правительством статус пленных, пребывающих на территории России, не претерпел серьезных изменений, и если вносились какие-либо изменения в правые акты, то они были направлены на усиление правового режима в плену. Так, по мнению С. А. Солнцева, в 1917 г. к труду стали привлекаться унтер-офицеры, отклонялись запросы пленных на проживание на частных квартирах, на свободу передвижения в пунктах расквартирования, свободу собраний и т. д.[103] В дополнение было принято решение о клейме на одежде военнопленных, которое указывало на их статус. Эти действия носили для военнопленных негативный характер[104]. На наш взгляд, принятие подобных решений в начале 1917 г. было направлено на удержание военнопленных от возможного участия в политической жизни страны. С другой стороны, принимаемые правовые акты летом и осенью 1917 г. в той или иной степени постепенно снижали накал в отношениях с военнопленных. Временное правительство рассматривало иностранных военнопленных в качестве потенциальных сторонников своей политики против советов.

Так, 17 июня 1917 г. Временное правительств приняло Постановление «О приеме в подданство России неприятельских военнопленных, состоящих в рядах Русской армии или добровольческих воинских частях»[105]. Условиями вступления в гражданство на период войны являлись: подача личного ходатайства желающих, наличие отличной рекомендации от начальника части, поручительство солидной славянской организации, благопристойный отзыв местных властей[106].

30 июня 1917 г. глава Временного правительства А. Ф. Керенский утвердил Правила, устанавливающие особые льготы для военнопленных чехов, словаков и поляков[107]. Согласно Правилам, указанным категориям пленных разрешались обмен письмами между лагерями и переписка с соответствующими национальными организациями, создание касс взаимопомощи и библиотек, совместное содержание родственников и др. Офицерам и лицам интеллигентных профессий предоставлялось право проживания на частных квартирах. Тогда же военнопленные славянского происхождения, при условии их лояльности и взятии на поруки, получили возможность вступать в брак с русскими девушками[108]. Временным правительством был принят Закон «О прекращении дел в отношении поляков — русских подданных, перешедших на сторону противника и вступивших добровольцами в их вооруженные силы, а затем взятых русскими войсками в плен и переданных военному суду по обвинению в государственной измене».

В то же время правонарушения военнопленных остались подсудными военным судам, хотя эти суды и приобрели новое качество. С конца мая 1917 г. назначение военных судей было заменено выборами в войсках военно-присяжных заседателей, что на фоне общегосударственного кризиса и анархии привело к смягчению режима содержания военнопленных и к росту числа случаев побегов из мест содержания. Известны факты, когда охраной военнопленных занимались сами военнопленные[109]. За

непродолжительный период нахождения у власти члены Временного правительства сосредоточили свое внимание на решении политических проблем, а вопросами пленных почти не занимались.

Политика, проводимая Временным правительством, неизбежно отразилась и на статусе военнопленных. Разрешив браки военнопленным чехам, словакам и полякам, правительство фактически дало им возможность активно интегрироваться в российское общество. Такое отношение к пленным в России уже имело место. Петр I разрешил пленным шведам, пожелавшим остаться в России, жениться на русских девушках и приобретать в собственность деревни с православными крепостными. Вероисповедание тоже являлось определяющим фактором благожелательного отношения к родственным народам, к примеру, обусловливалось расселение военнопленных немцев, австрийцев, мадьяр преимущественно в Сибири, а чехов и сербов — в центральной части Российской империи.

Такие действия, на наш взгляд, могли быть обусловлены, во-первых, необходимостью привлечения наибольшего числа трудоспособного мужского населения в страну, несущую огромные потери в живой силе в ходе войны. Во-вторых, акцент именно на славян сделан не случайно, так как эта социальная группа наиболее толерантна к России и, что немаловажно, обладает общими культурными традициями, основанными на христианстве. В-третьих, система военного и общего образования в Европе на тот момент была более развитой, чем в России, западные армии комплектовались лицами, имеющими в большинстве своем среднее образование. Поэтому данная социальная группа была значима для новой власти хотя бы потому, что могла при необходимости поддержать идеи об изменении государственного строя в России либеральным путем. Вооружаясь военнопленные становились серьезной опорой буржуазным политическим партиям.

Подводя итог, следует отметить, что согласно международному праву и отечественному законодательству, плен на территории России представлял ограничение свободы военнослужащего, участвовавшего в боевых действиях и задержанного представителями армии противника по условиям и в порядке действующих правил и законов ведения войны, установленных между развитыми государствами. Иностранный военнопленный обладал специальными правами и обязанностями.

В целом нормативная правовая основа, закрепившая правовой статус иностранного военнопленного на территории России с начала войны 1914 г. и вплоть до Октябрьской революции 1917 г. носила устойчивый характер. На изменения правового статуса военнопленного внутри государства напрямую влияли события, происходившие на фронте. С началом войны с притоком военнопленных возникла потребность в дополнительном правовом регулировании статуса пленного, особенно в части трудового использования и бытового содержания данной группы лиц. Отечественное законодательство развивалось с учетом собственных потребностей, обусловленных теми задачами, которые ставило перед собой государство в решении вопроса о положении иностранного военнопленного на территории России.

<< | >>
Источник: Цветков Алексей Олегович. ПРАВОВОЙ СТАТУС ИНОСТРАННЫХ ВОЕННОПЛЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИИ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1914-1918 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016. 2016
Вы также можете найти интересующую информацию в научном поисковике Otvety.Online. Воспользуйтесь формой поиска:

Еще по теме § 2. Нормативная правовая основа положения иностранного военнопленного, находящегося на территории России в годы Первой мировой войны:

  1. § 4. Опыт реализации норм международного права и отечественного законодательства, регулирующих правовой статус иностранных военнопленных, находящихся на территории России в годы Первой мировой войны
  2. ГЛАВА 2. ПРАВОВОЙ СТАТУС ИНОСТРАННОГО ВОЕННОПЛЕННОГО, НАХОДЯЩЕГОСЯ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИИ, В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ПЕРИОДА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (АВГУСТ 1914 — МАРТ 1918 гг.)
  3. Цветков Алексей Олегович. ПРАВОВОЙ СТАТУС ИНОСТРАННЫХ ВОЕННОПЛЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИИ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1914-1918 гг.). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016, 2016
  4. § 2. Историко-правовые аспекты формирования правового статуса иностранного военнопленного, находящегося на территории России, в исследованиях отечественных юристов в довоенный период
  5. § 3. Брест-Литовский мирный договор и его роль в правовом регулировании положения иностранных военнопленных на территории России
  6. Тема 8. Государство и право России в годы буржуазно-демократической революции 1905-1907 гг., последующей реакции и Первой мировой войны
  7. АВСТРО-ВЕНГРИЯ B ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  8. § 1. Положение «О военнопленных», разработанное Военным министерством России и Высочайше утвержденное 7(20) октября 1914 г.
  9. ВОПРОС 40 Правовые основы, понятие и содержание режима проживания и передвижения иностранных граждан по территории РФ
  10. Правовые основы организации партизанского и подпольного движения в Беларуси в годы Великой Отечественной Войны
  11. § 4. Юридическое закрепление правового статуса иностранного военнопленного в российском законодательстве в XIX — начале XX вв.
  12. ЗАВЕРШЕНИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ФЕОДАЛЬНЫХ СОСЛОВИЙ В РОССИИ И ИЗМЕНЕНИЕ ИХ ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ В XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
  13. ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ ИТОГИ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. ПАРИЖСКАЯ МИРНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 1919-1920 гг. И ВеРсальскИй мИРный дОГОВОР 1919 г.
  14. § 3. Конституция России как важнейший нормативный правовой источник и основа регулирования экономических отношений и экономики
  15. A. H. Бадак, И. E. Войнич, H. M. Волчек. Всемирная история: Итоги первой мировой войны ., 2002
  16. Начало Первой мировой войны.
  17. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ B ГОДЫ МИРОВОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО КРИЗИСА И ОБРАЗОВАНИЕ ДВУХ ОЧАГОВ ВОЙНЫ
  18. 4. Какие были итоги Первой мировой войны?
  19. 2. Какие события послужили причиной Первой мировой войны?
  20. § 2. Социальное законодательство после первой мировой войны