Модернизация системы волостных судов в начале ХХ в. до советского периода

Волостной суд в начале XX в. перестал отвечать требованиям общего судопроизводства Российской империи. По высказываниям современников, «Временные правила...» создали «пропасть между основами народного суда и суда, общего для всех других (не крестьян) подданных империи»^[155].

непригодными»^{[157] [158] [159]. Указывалось, что обычаи, «если только они и были... то давно исчезли, их заменило усмотрение - начиная с усмотрения волостного суда и кончая усмотрением губернского присутствия» . Кроме того, местные обычаи деревень в пределах одной волости могли отличаться друг от друга, в итоге судебная практика не была единообразна, что придавало решениям сословного суда спонтанный характер.}

Различные проблемы при рассмотрении дел нередко становились следствием имевшихся «пробелов» законодательства, регулировавшего сферу исполнения решений волостного суда. Крестьянский суд, принуждая виновную сторону судебного разбирательства к исполнению своего решения, не имел для этого специальных правовых инструментов и способов. В итоге полномочия по исполнению решений суда возлагались на волостного старшину - «постороннее» в органах судебной власти деревни должностное лицо.

Реформа органов отправления правосудия являлась частью преобразований всей политической системы России начала XX в., в результате которой волостной суд, организованный в 1861 г., в первоначальном виде не мог эффективно функционировать в новых условиях. Законоположения о волостном суде, изданные в 1889 г. , носили временный характер, и уже с 1890 г. в правительственных кругах говорили о недостатках местных судебных учреждений по причине существования разнообразия в их организации в различных губерниях, их «необычайной пестроты»^[160].

членов Особой комиссии, первой единой судебной инстанцией должен был стать участковый судья, которому были бы подсудны все гражданские дела с ценой иска до 1 тысячи рублей, а также все уголовные дела, не влекшие назначения наказаний, связанных с лишением или ограничением прав состояния. Участковый судья был обязан вести предварительное следствие.

Полномочия уездных съездов предполагалось передать учрежденным уездным и городским отделениям окружного суда, в состав которых входили участковые и почетные судьи уезда или города под председательством городского или уездного члена окружного суда. Таким образом, проект преобразований, предложенный Особой комиссией, предполагал переподчинение крестьянского суда институтам судебной системы Российской империи и ликвидировал многолетнюю негативную практику влияния чиновников волости на его деятельность. Предложения комиссии были реализованы лишь по прошествии десяти лет в связи с изданием 12 декабря 1904 г. именного Высочайшего указа, данного Сенату, «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка»^[161], где пунктом 3 предлагалось «в целях охранения равенства перед судом лиц всех состояний внести должное единство в устройство судебной в империи части и обеспечить судебным установлениям всех степеней необходимую самостоятельность»^[162].

Вопрос о реформировании крестьянского суда вновь был поднят в 1902 г. в ходе деятельности Редакционной комиссии по пересмотру законоположений о крестьянах^[163]. В связи с кончиной бывшего министра внутренних дел егермейстера Д. С. Сипягина^[164] в апреле 1902 г. Редакционную комиссию возглавил вступивший в должность министра тайный советник А. С. Стишинский.

Деятельность Редакционной комиссии основывалась на принципах крестьянской реформы 1861 г., среди которых были: обособленность крестьянского сословия и установленный в соответствии с этим «особливый порядок управления крестьянами», защита права собственности на крестьянские надельные земли, неприкосновенность основных форм крестьянского землепользования от «всякого их насильственного, велением закона, изменения»^[165]. Перед комиссией ставилась цель внести изменения и дополнения в нормативно-правовые акты, регулировавшие правоотношения в сфере крестьянского управления и общегражданского судопроизводства, взаимодействия между ними, по устранению недостатков в деятельности волостного суда для пресечения проступков и правильного разрешения имущественных тяжб и споров на твердых, отвечавших народному правосознанию основаниях, по разработке правил, определявших права крестьян на различные виды надельных угодий, по установлению порядка взаимодействия между крестьянским населением и другими сословиями в сфере земельных правоотношений, по поиску способов, содействовавших развитию в среде крестьянского населения личной предприимчивости, по выработке мер, направленных на обеспечение правового воспитания в крестьянской среде^[166]. По мнению членов Редакционной комиссии, более сложными по сравнению с вопросами крестьянского управления являлись проблемы, существовавшие в волостной юстиции. На их взгляд, институт земских участковых начальников негативно повлиял на развитие основ местного судопроизводства, объединив и административную и судебную власть, вместе с тем преобразование организационно-правовых основ волостной юстиции «на началах закона 12 июля 1889 г.» благоприятно отразилось на общем ходе сельского правосудия. Усматривалось, что «личный состав этих судов улучшился, деятельность их пошла успешнее, и они во многих местностях приобрели уважение сельской среды»^[167].

В итоге комиссия признала положительными предшествующие преобразования в области крестьянского судопроизводства и не внесла коренных

изменений в деятельность сословного суда, однако справедливо указала, что недостатки волостной юстиции возникали в целом из-за проблем организации органов местного самоуправления, деятельность которых базировалась на земельных правоотношениях крестьян и лиц других сословий. В качестве разрешения данных вопросов члены комиссии призывали исключить общинный способ владения землей, предлагали меры иного порядка, а именно «уничтожение дробности и чересполосности отдельных крестьянских полос, сведение владений каждого дома в один отрубной участок, словом - переход к хуторскому хозяйству, при коем действительно каждый отдельный владелец может свободно в хозяйственном отношении распоряжаться всей состоящей в его пользовании землей и применять к ней сельскохозяйственные приемы, которые представляются наиболее соответствующими уровню его культурного развития»^[168].

В результате деятельности Редакционной комиссии были разработаны проекты следующих нормативно-правовых актов: «Положение о крестьянском общественном управлении», «Положение о волостном суде», «Волостной устав о наказаниях», «Положение о надельных землях», а также «Правила об отграничении крестьянских наделов и об их разверстании с чересполосными угодьями смежного владения»^{[169] [170] [171].}

22 января 1902 г. параллельно с деятельностью Редакционной комиссии по пересмотру законоположений о крестьянах было собрано Особое совещание о

169

нуждах сельскохозяйственной промышленности с целью выяснения и дальнейшего разрешения проблем аграрного сектора Российской империи и разработки мер, направленных на развитие сельскохозяйственной промышленности и связанных с ней иных отраслей «народного труда» . Вопрос о судьбе волостного суда также стал предметом рассмотрения заседателей.

Отдельные проблемы пересмотра нормативно-правовых актов в сфере регулирования отношений между крестьянами, в том числе актов о крестьянском суде, стали предметом рассмотрения местных комитетов - органов, учрежденных для сбора предложений по разрешению данных вопросов, с дальнейшей их передачей в Особое совещание. Комитеты указывали, что крестьянское население

171

находилось в «стеснительных правовых условиях» по сравнению с иными сословиями, в обоснование чего указывали, что сельские жители в различных отраслях имущественных правоотношений нередко соприкасались с общим правопорядком в условиях городской жизни и восприняли основные начала общего гражданского права . Волостные судьи же при вынесении решений нередко применяли юридические обычаи, что негативно отражалось на праве крестьян на судебную защиту своих имущественных прав и делало их спорными. Практика применения волостным судом обычного права в качестве источника рассматривалась членами комитетов лишь в качестве его недостатка.

Не менее важным недостатком волостного суда, по мнению членов местных комитетов, был признан сословный принцип его организация. Отмечалось, что его базисом служило избрание на должности волостных судей лиц крестьянского сословия, нередко безграмотных и зависимых от чиновников волости. Следствием такого избрания нередко являлись «неряшливость судопроизводства, невнимание к заявлениям и грубое нарушение прав обращавшихся жалобщиков», что, по заявлению комитетов, «отстраняло» крестьян от волостного суда и способствовало развитию в их сознании неуважения к его деятельности .

Другой проблемой волостной юстиции являлось отсутствие единообразия судебной практики в сфере назначения наказаний сословными судами и общими судебными органами. Члены местных комитетов указывали на несоответствие мер наказания за схожие проступки лиц крестьянского сословия в сравнении с лицами других состояний. Крестьянин являлся «особенным, сравнительно с землевладельцем, лицом, за проступок против которого считается нужным ^{[172] [173] [174] наказывать в ином порядке и иным, более легким, но, во всяком случае, упрощенным способом» . Интересным по этому поводу является мнение одного из членов Новгородского комитета: «...полная безнаказанность поступков, снисходительность волостных судов и 7-суточная мера наказания внесли в жизнь столь развращающее начало, что к воровству и регистрированию этого деяния прибегает немалая часть особо закоренелого в невежестве населения» .}

Таким образом, устранение вышеназванных проблем местной юстиции могло привести к полному упразднению института волостного суда в качестве сословного крестьянского органа правосудия, в связи с чем остро стоял вопрос о его дальнейшей деятельности. Мнения членов комитетов по данной проблеме не были едины. Так, за упразднение волостного суда и замену его общей для всех сословий судебной инстанцией проголосовали 33 местных комитета, против - 1 (Пермская губерния)^{[175] [176] [177] [178] [179] [180]. За восстановление мировой судебной инстанции и передачу ей полномочий волостной юстиции проголосовали 17 комитетов, против - 1. Представители отдельных губерний проголосовали за замену крестьянских судов иными судебными инстанциями, в качестве которых могли выступать как единоличный коронный судья, так и коллегиальный судебный орган: 5 и 16 голосов соответственно . За сохранение волостного суда с упразднением отдельных его полномочий проголосовали 17 комитетов, путем реорганизации на основании иных условий - 24 . В итоге Особое совещание}

приняло решение упразднить волостной суд, а крестьян «признать нужным подчинить общим судам, создать для мелких дел особую инстанцию в виде коронного или выборного судьи с соответственным для судьи образовательным

179

цензом» .

Следует отметить, что выводы, сделанные заседателями Особого совещания, оказали сильное влияние на авторов проекта реформы местного суда, разрабатывавшегося в правительстве в 1905 г., и были положены в основу именного Высочайшего указа «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка» от 12 декабря 1904 г. в части усовершенствования

судопроизводства, а также Манифеста «Об улучшении благосостояния и

181

облегчении положения крестьянского населения» от 3 ноября 1905 г.

Во исполнение названного Указа 24 июня 1905 г. Комитет министров поручил министру юстиции незамедлительно на основании п. 3 Указа приступить к разработке перечисленных в нем мероприятий . В пояснительной записке министру юстиции указывалось, что недопустимо слияние функций административной и судебной власти и что для обеспечения должного единства в устройстве судебной части необходимы упразднение или коренное преобразование волостного суда, передача судебной власти земских начальников органам общей юстиции, учреждение в уездах единоличных судебных органов ведомства Министерства юстиции, отмена карательных полномочий, предоставленных административной власти .

Согласно проекту законоположений о преобразовании местного суда, разработанному Министерством юстиции, упразднялись волостные суды и городские судьи, земские начальники теряли судебные функции, уездный член окружного суда лишался права судить единолично, вся их компетенция переходила к мировому судье . Его должность оставалась выборной. По замыслу Министерства юстиции, мировых судей должны были выбирать земские собрания и городские думы. Кандидаты в судьи избирались на основе повышенных образовательного, имущественного, нравственного цензов. Основополагающими принципами реализации будущей программы правительства должны были стать скорость и доступность местного судопроизводства. С учетом упразднения волостных судов предполагалось, что размер мирового судебного ^{[181] [182] [183] [184] [185] участка не должен был превышать территорий 3 волостей, чтобы судья мог периодически объезжать свой участок и проводить заседания .}

Таким образом, указанные преобразования основывались на восстановлении института мировых судей, их деятельности в новых условиях и распространении общих для всех сословий норм законодательства. Вместе с тем по вопросу упразднения волостной юстиции правительство делало оговорку о возможном ее сохранении, признавая, что такие изменения могли отрицательно повлиять на правовое воспитание крестьянского населения^{[186] [187] [188] [189], в связи с чем реализация программы реформы местного суда напрямую зависела от разрешения вопроса о дальнейшей судьбе волостного суда.}

В результате обсуждения в Кабинете министров законопроект был передан в Г осударственную думу. Во II Г осударственной думе была образована комиссия для рассмотрения внесенного законопроекта. В результате его обсуждения комиссия пришла к выводу, изложенному ее председателем, членом партии «Народная свобода» И. В. Гессеном, о том, что бессословность местного судопроизводства и его доступность обывателю являлись «основным началом

187

правильного построения суда» .

Законопроект о преобразовании местного суда стал последним из обсуждавшихся II Государственной думой в 1907 г. Возобновление обсуждения законопроекта о преобразовании местного суда началось уже в III Государственной думе, где он был передан на рассмотрение комиссии по судебным реформам по постановлению от 27 ноября 1907 г., внесен в Общее собрание 20 февраля 1909 г. Первое обсуждение заняло 7 заседаний, второе - 10, третье - 5. Доклад же редакционной комиссии был принят Государственной думой 28 мая 1910 г. Затем ввиду расхождений между Государственным советом и Государственной думой была учреждена согласительная комиссия по вопросам реализации реформы местного суда. Члены Государственного совета признали несовершенство крестьянского суда, однако высказывались за сохранение последнего путем пересмотра отдельных сторон в его организации и деятельности. Они предлагали разрешить возникшие проблемы посредством сужения компетенции суда до рамок, которые были установлены «Общим положением о крестьянах...» от 19 февраля 1861 г., улучшения личного состава судейского корпуса путем обеспечения материального положения волостных судей и придания последним большей самостоятельности и независимости, включения института сословного суда в общую судебную систему Российской

189

империи .

По первому вопросу Г осударственный совет рекомендовал распространить компетенцию волостного суда на гражданские дела, возникавшие из правоотношений крестьян, связанных с надельной землей, находившейся в общинном пользовании, споры, вытекавшие из правоотношений по наследованию и разделу крестьянского имущества, включавшегося в состав надела без ограничения стоимости иска, и движимого имущества крестьян, не входившего в состав надела, но располагавшегося в границах волости, в случаях, когда цена иска не превышала 500 рублей, иные споры, основывавшиеся на ненадлежащем исполнении обязательств, принятых на себя сторонами договоров, в случае, если цена иска не превышала 100 рублей. В рамках уголовного судопроизводства предлагалось сохранить «дела о проступках, влекших ответственность не свыше ареста до одного месяца и денежного взыскания до ста рублей»^{[190] [191]. Таким образом, компетенция сословного суда в рамках гражданского судопроизводства вновь после издания законоположений от 1889 г. подлежала расширению. Исключением являлись уголовные правонарушения, большинство из которых было решено передать в ведение общих профессиональных судебных инстанций.}

Вопрос об улучшении личного состава судейского корпуса волости основывался на независимости деятельности волостных судей от вмешательства административно-полицейских органов власти. Впервые предлагалось отстранить

Министерство внутренних дел от надзора за деятельностью волостных судов и передать это полномочие Министерству юстиции. Осуждая порядок замещения должности волостного судьи, сложившийся в результате действия «Временных правил...»^{[192] [193] [194], Государственный совет указывал на недопустимость назначения судей из выбранных обществами крестьян земскими участковыми начальниками и, как следствие, обсуждал вопрос о прямом избрании на должность судей волостными сходами, возвращая нормы «Общего положения о крестьянах.». Нововведением являлось установление окладов в точных размерах в зависимости от количества дел в производстве - от 60 до 90 рублей в год . Данная мера могла придать большую решимость волостным судьям при разрешении конфликтов, возникавших в крестьянской среде, а равно делало их независимыми от влияния исполнительных органов деревни.}

Предложив варианты реформирования крестьянского суда, члены Государственного совета с осторожностью рассмотрели вопрос о месте и роли обычного права в его деятельности. Указывалось, что «крестьянское население имело свой особый уклад жизни, которому соответствовали и приняты в быту юридические обычаи, представлявшие собою естественные последствия своеобразных жизненных условий сельского населения» . Члены Государственного совета признавали параллельное с позитивным правом существование в крестьянской среде «неписаных законов», говорили об их первостепенной роли^[195]. В итоге нормы, регламентировавшие практику применения юридических обычаев при рассмотрении споров сельских жителей, были сохранены и отражены в будущем законе о новом волостном суде.

Названные поправки в законопроект в части деятельности сословного суда были в дальнейшем рассмотрены и приняты Государственной думой с незначительными изменениями. Результатом совместной деятельности Государственного совета и Государственной думы третьего созыва в сфере судоустройства стал Закон от 15 июня 1912 г. «О преобразовании местного суда»^[196]. Нормативно-правовой акт содержал объемный правовой материал, регулировавший правоотношения, складывавшиеся в процессе отправления правосудия низшими институтами судебной системы Российской империи в начале XX в. В соответствии с примечанием 2 Закона сохранялся волостной суд, причем в целях регламентации его организации и деятельности были приняты Временные правила «О волостном суде в местностях, в которых введен в действие закон о преобразовании местного суда», согласно ст. 1 которых каждая волость представляла собой отдельный судебный участок, где, по общему правилу, один волостной суд действовал на территории одной волости. Вместе с тем по представлению мирового съезда министр юстиции по соглашению с министром внутренних дел был вправе объединять две или несколько малолюдных волостей в один волостной судебный участок, а равно разделять одну многолюдную волость на несколько судебных участков^{[197] [198]. Таким образом, сохранив территориальный элемент судебного института в виде судебного участка, законодатель принял во внимание, что численность населения волостей в различных областях Российской империи неравномерна, причем в малочисленных волостях оплата части расходов по содержанию крестьянского суда тяжелым бременем ложилась на крестьян, в связи с чем наделение министра юстиции правом разделять волости на судебные участки либо объединять их признавалось оправданным шагом.}

Компетенция нового волостного суда не распространялась на население поселков, посадов и местечек, которые входили в состав волости, однако не носили «сельского характера» . Данное положение констатировало отказ государственной власти от идеи создания всесословной волости, а равно подчеркивало принцип сословности в деятельности волостного суда.

Согласно ст. 4 Временных правил коллегия судей волостного суда была сокращена до 3 человек, включая председателя. Должность кандидата приравнивалась к должности волостного судьи, причем кандидаты, как и судьи, входили в состав суда в сокращенном количестве - 2 человека. Лица, желавшие замещать должности председателя волостного суда, члена суда, а также кандидата, должны были быть грамотными крестьянами-домохозяевами, достигшими возраста 30 лет. На судейские должности не претендовали лица, обвиняемые или подсудимые за преступные деяния, а равно к которым по решению суда применялось наказание в виде тюремного заключения или более строгое наказание, «отрешенные от должности» по приговорам уголовного суда, а равно удаленные от должности в дисциплинарном порядке, лица - несостоятельные должники, владельцы заведений, торгующих крепкими напитками, чиновники волостного или сельского уровня, евреи, иностранцы, не принявшие подданства Российской империи .

Нормы Временных правил внесли существенные изменения в порядок избрания волостных судей и утверждения их в должности. Каждое сельское общество выбирало одного или несколько выборщиков, причем общества, в состав которых входило не более ста дворов, выбирало одного выборщика, от ста до двухсот дворов выбирало двух выборщиков и т.д. Выборы признавались состоявшимися, если общее количество выборщиков было равно или превышало 18 человек. Избранные выборщики «закрытой баллотировкой» сроком на три года избирали из своего состава членов волостного суда: председателя, судей и кандидатов в судьи¹⁹⁹. Органом, утверждавшим в должности избранных судей, взамен земского начальника стал мировой съезд. В итоге, данное нововведение констатировало, что надзор за деятельностью волостной юстиции был сохранен, однако осуществлялся он не административными органами власти - земскими начальниками, а органами судебной системы Российской империи, что являлось положительной чертой нового суда.

Впервые волостным судам присваивались разряды - первый и второй. Членам суда первого разряда назначалось вознаграждение в следующих размерах: председателю - 480 рублей в год, судьям - 120, секретарю - 360 рублей, членам суда второго разряда соответственно 360, 100 и 300 рублей. Кандидатам в волостные судьи вне зависимости от разряда волостного суда устанавливалось жалование в размере 2 рублей за каждое судебное заседание. На определение разряда волостного суда влияло среднее количество рассматриваемых дел, а также «местные условия», в которых организовывался крестьянский суд. Следует отметить, что само понятие «местные условия» в законе никак не определялось.

Временными правилами была установлена норма, ограничивавшая применение административных взысканий должностными лицами сельского управления к служащим волостного суда²⁰⁰. Данная позиция законодателя была призвана придать большую независимость крестьянским судьям. В случаях же нарушения установленных правил поведения в ходе судебного заседания председатель волостного суда имел право применить к правонарушителям наказание в виде штрафа в размере до 1 рубля, причем лица «общественного управления» могли быть подвергнуты аресту сроком до 24 часов²⁰¹. Такие взыскания не подлежали обжалованию.

В соответствии со ст. 17 Временных правил заседания волостного суда назначались председателем в любой из выбранных дней, но не реже двух раз в месяц. Если заседание назначалось на воскресенье, то проводиться оно должно после утренней службы в церкви. Делопроизводство волостного суда вел особый секретарь, назначаемый и освобождаемый от должности мировым судьей (ст. 23, 24). К кандидату на должность секретаря предъявлялись те же требования, что и к остальным служащим волостного суда, за исключением возрастного ценза. Несмотря на данное обстоятельство секретарь пользовался большим уважением в среде крестьян, так как был лучше образован и получал большее вознаграждение.

Таким образом, Временные правила сохранили привилегированное положение волостного писаря, лишь переименовав должность.

В целях повышения доступности волостного суда для населения узаконивалась норма, освобождавшая тяжущихся от уплаты государственных пошлин за рассмотрение их дел^{[199] [200]. Кроме того, регламентировались порядок межведомственного взаимодействия сословных судов между собой и с иными правоохранительными органами (ст. 25), механизм пересылки документов и вещественных доказательств посредством почтовой связи (ст. 27). Документом, регламентировавшим ход судебного разбирательства, в соответствии со ст. 80 Временных правил стал «особый протокол», который должен был вестись при рассмотрении любого дела. Протокол заменил большое количество книг, ведение которых предписывалось волостному писарю. Процедура записи хода судебного разбирательства в протокол обеспечивала системность и стройность делопроизводства волостного суда, а также упрощала его документооборот.}

С изданием Временных правил была ограничена судебная власть земских участковых начальников, в силу чего нововведением признавалось учреждение верхнего сельского суда - апелляционной судебной инстанции по отношению к сословным судам. Верхний сельский суд осуществлял свою деятельность под председательством мирового судьи, в качестве его членов выступали председатели волостных судов, входивших в судебно-мировой участок . Для проведения заседаний суда образовывалась коллегия из председателя и двух членов верхнего сельского суда, причем между членами решением мирового съезда устанавливалась очередность замещения друг друга (ст. 31). Гарантией доступности обжалования решений волостных судов служило отсутствие обязанности оплаты государственной пошлины за обращение в верхний сельский суд (ст. 40). Согласно ст. 87 Временных правил срок подачи жалобы в рамках гражданского судопроизводства крестьянского суда составлял один месяц, в рамках уголовного - две недели. Предусматривалось восстановление указанных сроков в случае их пропуска стороной разбирательства по уважительным причинам²⁰⁴. Все апелляционные жалобы подавались в верхний сельский суд через волостной. Решения по таким жалобам признавались окончательными и могли быть обжалованы лишь в кассационном порядке мировым съездом (ст. 87, 91, 92).

Организационный надзор за волостными судами возлагался на мирового судью, который был обязан не менее одного раза в год проводить ревизию крестьянских судов и был вправе делать замечания за «беспорядки и отступления от закона». Таким образом, фактически волостной суд включался в судебную систему Российской империи, обособившись от влияния административных органов власти (ст. 41).

«Высший» надзор за деятельностью волостных и верхних сельских судов являлся исключительной прерогативой мирового съезда . Его решением члены волостных судов за не соответствующее достоинству судьи поведение могли быть подвергнуты дисциплинарным взысканиям в виде замечания, выговора, денежного штрафа до 15 рублей и увольнения с должности (ст. 44-47). К секретарям волостных судов применялись аналогичные дисциплинарные взыскания, дополненные арестом сроком до 7 дней, причем правом наказывать секретаря обладал мировой судья. Члены волостных судов могли быть привлечены к уголовной ответственности по представлению мирового съезда, однако данная категория уголовных дел была подведомственна общим судебным инстанциям - окружным судам²⁰⁶.

Рекомендации Г осударственного совета о сужении компетенции крестьянского суда до пределов, указанных в «Общем положении о крестьянах...», также получили отражение в новом законе. В рамках гражданского судопроизводства волостной суд был компетентен рассматривать иски о движимом имуществе и договорных обязательствах ценой до 100 рублей, иски о возмещении убытков ценой до 100 рублей, иски о восстановлении прав на владение, кроме исковых заявлений, предметом которых выступала вненадельная или участково-отрубная земля в течение 1 года с момента нарушения таких прав, иски, предметом которых выступала надельная земля, находившаяся в общинном пользовании, наследственные дела, за исключением исковых, и дела о разделе между наследниками имущества, входившего в состав крестьянского надела, без ограничения цены, о разделе между наследниками движимого имущества, расположенного на территории волостного судебного участка, однако не составлявшего принадлежности крестьянского надела, ценой до 500 рублей (ст. 54). Законодатель также указал, что данные споры могли рассматриваться по соглашению сторон мировым судьей²⁰⁷.

В рамках уголовного судопроизводства волостной суд имел право рассматривать составы преступлений, предусмотренные следующими статьями Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями: 30, 31 (ч.1. п.1, ч.2 п.1, в случаях нанесения устной обиды), 38 (ч.1), 39, 41, 42, 42', 43, 43', 46, 51, 52, 69, 70, 72, 73, 91-92, 95-96, 98, 116, 117, 118 (ч. 1), 119, 121-126, 127, 130, 131, 133, 134, 139, 140, 145-153 и 179 (ст. 59). По общему правилу рассмотрение уголовных дел происходило в том волостном суде, на участке которого было совершено преступление (ст. 62).

Согласно ст. 66 Временных правил председатель волостного суда обладал исключительным правом принимать жалобы и прошения крестьян, а также выстраивал последовательность этапов проведения судебных заседаний . Нормативное закрепление данных положений способствовало отстранению волостного старшины от вмешательства в деятельность крестьянского суда. Кроме того, новый волостной суд обладал правом самостоятельно возбуждать уголовное преследование в случае выявления противоправных действий лиц в ходе судопроизводства (ст. 67), что подчеркивало его независимость от органов волостного управления.

Нормами Временных правил сохранялась обязанность волостного суда отправлять правосудие «по совести», исследуя и оценивая все имеющиеся в материалах дела доказательства. Применение же обычного права сохранилось в части рассмотрения дел о наследстве и разделе крестьянского имущества. В рамках уголовного судопроизводства волостному суду предписывалось руководствоваться исключительно позитивным правом - Уставом о наказаниях, налагаемых мировыми судьями (ст. 76, 77, 79).

В соответствии с нормами «Общего положения о крестьянах...», а также законоположениями о волостном суде от 1889 г. полномочия по исполнению решений крестьянского суда были возложены на административное лицо волости - волостного старшину. Волостной суд не имел права контролировать ход приведения в действие вынесенных решений, тогда как с нередкими были случаи пренебрежения своими служебными обязанностями волостными старшинами, в результате чего определения крестьянского суда часто не исполнялись. В целях изменения сложившегося порядка Временными правилами вводилась ст. 82, предусматривавшая исключительную обязанность председателя волостного суда приводить в исполнение вынесенные решения.

Итак, преобразование организационно-правовых основ крестьянского суда в первом десятилетии XX в. происходило на фоне реформирования всей системы низших судебных инстанций Российской империи. Разного рода комиссиями и совещаниями высказывались мнения о будущем упразднении волостных судов. Между тем возрождалась мировая юстиция, которая, по замыслу имперского правительства, была способна заменить сословный суд и на профессиональном уровне рассматривать споры, возникавшие в крестьянской среде. Сами же мировые судьи утверждали, что в некоторых вопросах были поставлены в затруднение, к примеру, при принудительном распределении земельных участков между крестьянами, руководствуясь исключительно юридическими обычаями, которые широко применялись волостными судьями^[201].

В результате сословный суд был сохранен, причем основные принципы его деятельности были заимствованы из «Общего положения о крестьянах...». Следует отметить, что положительной чертой «нового» местного судопроизводства явилось ограничение по отношению к нему власти земских участковых начальников, а также переход под юрисдикцию Министерства юстиции, в связи с чем крестьянский суд с 1912 г. стал чисто судебной инстанцией без «навязанных» признаков административного органа.

Таким образом, учреждение в 1861 г. волостного суда в качестве крестьянского сословного института правосудия явилось положительным итогом масштабной политико-социальной реформы освобождения крестьян, предоставившей сельским жителям личные права на имущество, включая земельные участки, а также уравнявшей их с другими сословиями перед законом при определении способов защиты данных прав. По замыслу законодателя, на сословный суд возлагалась функция правового воспитателя, способного посредством применения на начальном этапе существования юридических обычаев повысить уровень правовой культуры крестьян с целью дальнейшего восприятия ими норм общего для всех сословий позитивного права.

В 1889 г. на фоне смены политического курса в Российской империи организационно-правовые основы деятельности волостного суда подверглись пересмотру. Ликвидация института мировых судей влекла расширение компетенции сословного суда в связи с передачей под его юрисдикцию уголовных дел, составы которых предусматривались Уставом о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, а также гражданских исков с увеличенной ценой. Положительной стороной преобразований данного периода стало нормативное закрепление права сторон обжаловать неправосудные решения, что придавало волостной юстиции демократический характер и приближало ее в части судопроизводства к общим судебным инстанциям. С другой стороны, в целях надзора за деятельностью органов сельского управления и правосудия учреждался институт земского участкового начальника, соединившего в своем лице исполнительную и судебную ветви власти, в связи с чем ликвидировавшего основы независимости волостной юстиции от влияния «посторонних» лиц дворянского сословия.

В первом десятилетии XX в. в результате экономической и аграрной реформ модернизации подлежала модель существовавшего способа владения земельными участками. Крестьянин в данный период не являлся лишь частью сельской общины, неспособной выжить за пределами границ ее компетенции, а представлялся предприимчивым фермером, вступавшим с соседями в различные правоотношения. Указанные преобразования не могли не отразиться на системе органов местного управления и правосудия. В результате возрождения института мировой юстиции произошло ограничение компетенции волостного суда. В то же время последний из ведомства Министерства внутренних дел перешел под юрисдикцию Министерства юстиции, и в частности мирового съезда, в связи с чем приобрел усложненную формализованную организацию и, как следствие, больший порядок в деятельности. Институт земских участковых начальников подлежал ликвидации, ознаменовавшей реальную независимость сословного суда в принятии решений.

167

168

169

170