Радевик СЛОВО СОВРЕМЕННИКА ОБ ОТТОНЕ ФРЕЙЗИНГЕНСКОМ (около 1170 г.)

Автор-современник, продолжая прерванный труд «Жизнь Фридриха I Барбароссы» Оттона Фрейзингенского на 1156 г., во второй книге доходит до 1158 г., когда умер Оттон Фрейзингенский, и по этому поводу посвящает главу XI некрологу своего предшественника.

XI. О смерти Оттона, епископа Фрейзингенского. Римский император (Фридрих I Барбаросса), хотя и был благоприятствуем фортуной во всех своих делах, но в это время (около 1158 г.) должен был потерпеть от жестокости слепой Смерти, постигшей некоторых из князей; благородство их происхождения, великий ум и превосходные качества души и тела требуют от нас передать память о них потомству. В числе их первое место занимает Оттон, Фрейзингенской церкви преподобный пастырь, автор этой Истории («Жизни Фридриха I Барбароссы»), и достойный более счастливого конца, если бы, как говорят иные, судьба не позавидовала его доблестям. Так как моя родина (Фрейзинген) удручена сугубой печалью и смертью столь преславного мужа и пожаром Фрейзингенской церкви (в том же году, когда умер епископ), то никто не вменит мне в вину того, что я намерен изложить подробнее,- и бедствия родного города, и скорбную кончину своего возлюбленного владыки и воспитателя, и дать место печали, ибо мы видели, как еще недавно наш город преисполнен был радостным счастьем, а теперь уже дошел до последней степени падения. Если же кто-нибудь, как выразился кто-то, будет жестокосердным судьей, то пусть он это событие занесет в историю, а писателю оставит его слезы.

В год от воплощения Господня MCLIX (1159), индикта VII, в правление пресветлейшего императора Фридриха, в год его империи III, королевства же V, вышеупомянутый святитель, волей Божьей, переселился из здешнего мира. Он был как бы ниспослан небом и нашел нашу церковь лишенной почти всего имущества; ее состояние было расхищено, дворцы пришли в упадок, прислуга дошла до печального состояния,

РАДЕВИК (RADEVIC. XII в.). Он был каноником церкви во Фрейзингене и жил в одно время с Оттоном Фрейзингенским. Радевик продолжал жизнеописание Фридриха Барбароссы, предпринятое Оттоном, и довел его до 1160 г Об изданиях труда Радевика и их исследовании см. выше.

в монастырях о религии не думали нисколько или очень мало; но покойный с Божьей помощью привел все в прежний порядок и поселил в духовенстве религиозность, возвратил прислуге свободу, богатствам - обилие, зданиям - их украшение; его заботы, труды и заслуги для своей кафедры и своих людей были так велики, что его можно было принять не столько за восстановителя, сколько за основателя. В этом отношении ему помогало и его рождение, и честность, и почетное общественное положение. А именно, он был внук императора Генриха IV, племянник Генриха V по матери, единоутробный брат короля Конрада (III) и дядя ныне благополучно царствующего августейшего императора Фридриха (I); родился же он от знатнейшего князя в государстве Леопольда, маркграфа (Австрии) и Агнесы, дочери Генриха IV, императора; двоюродными братьями его были Конрад, епископ Падуанский, Леопольд, герцог Баварии, и Генрих, герцог Австрии; сестры его - Гертруда, герцогиня Богемская, и Берта, герцогиня Польская, также маркиза Монфер- ратская, родительница императрицы Испании. Таково было знаменитое его происхождение и знатное родство.

Научными сведениями он был снабжен не так, как то обыкновенно встречается, и между епископами Швабии считался первым и в числе первых, так, что не только обладал знанием Писания и понимал его таинственный смысл и значение, но и был почти первым, который занес в нашу страну тонкость философских сочинений и книг Аристотеля относительно топик, аналитики и эленхов (in topicis, analyticis et elenchis). Вследствие таких и других многих преимуществ и по причине знания светских дел и изумительного красноречия, он весьма часто с твердостью защищал интересы церкви перед королями и князьями, и это снискало ему немалую славу, а слава, как водится, породила зависть; но он неустрашимо разрушал козни своих противников и честно выходил честным без всякого ущерба для себя из всякого спора. Свой образ жизни он устроил по образцу устава цистерцианцев (то есть монастыря Сито, Citeaux); у них же он был сделан сначала аббатом в монастыре Мо- римунде и снискал такую похвалу, что мог бы сказать себе: «Поднимайся, друг, выше». Возведенный в звание епископа, когда уже остыл в нем жар юности и усыпились страсти пылкого возраста, он, отклоняя от себя греховные прелести и не давая веса суду людскому, начал трудиться больше для Бога, которого не может обмануть ни совесть, ни сердце, и старался жить по слову Евангелия: «Да не знает твоя левая рука того, что делает правая». Таким образом, если в нем и осталось что-нибудь из суеты прежней светской жизни, то впоследствии все подобное очистил и истребил язык порицателей, этот острый меч. Но что и говорить об этом? Когда вышеупомянутый император Фридрих отправился в итальянский поход, и он должен был бы идти, как человек необходимый и полезный для дел империи, но ему удалось отказаться, и как человек богобоязненный, он предпочел остаться среди молящейся братии, нежели среди бранного шума, и мог бы сказать: «Господи, приими меня молящегося с братией, которая ...», и проч. Получив от императора благосклонное согласие на то, чтобы остаться дома, он препоручил себя и удрученную печалями церковь его милостям и, предвидя пророчески свою кончину, из опасения, чтобы церковь не пострадала после его смерти, просил для нее свободы избрания, как то делалось в прежние времена в других церквах. Получив согласие на такую просьбу, он возвратился домой. Когда некоторым была предсказана его смерть в видениях или во сне, Оттон вознамерился навестить капитул цистерцианцев и, несмотря на болезнь и слабость тела, предпринял тяжелый путь и прибыл в монастырь Мо- римунд. Там, пролежав несколько дней в постели и не сомневаясь больше в своей смерти, был помазан по обычаю св. елеем и составил в порядке духовное завещание относительно своего имущества; заботясь также и о спасении своей души, он приказал подать себе в руки одну книгу (вероятно, одно из богословских сочинений Оттона) и передал ее людям книжным и богобоязненным, прося рассмотреть, не оскорбляет ли кого-нибудь то, что он мог сказать в пользу магистра Гильберта, и предоставляя им все подобное исправить; сам же исповедался последователем католической веры, по правилам св. Римской и вселенской церкви. Потом с сердцем сокрушенным, в уничижении, покаялся в своих прегрешениях, принял св. причастие и посреди собрания святых, как епископов, так и аббатов, отдал Богу душу. Счастливый и по достоинству награжденный муж! Он умер прежде, нежели мог видеть, как его возлюбленная церковь, с которой он был связан сердечной любовью, обратилась в прах и пепелище. При жизни он указал братии место своего погребения за церковью, где всякий мог бы топтать ногами его могилу; но такой его последней воле воспротивились, и он был погребен с честью внутри церкви, близ большого алтаря; могиле же его братия оказывала всякое почтение и уважение. И я, который писал начало этого труда с его слов и предпринял довести дело до конца по приказанию государя (Фридриха I Барбароссы), даже закрыл ему своей рукой глаза, сочинил ему следующую эпитафию и приказал начертать ее на могильном камне:

«Quicquid in orbe beat pr*claros et meliores, Pr*esulis Ottonis mire cumulavit honores» и т. д.

В следующей главе автор рассказывает о пожаре в церквах во Фрейзингена и затем снова возвращается к главному предмету, то есть к описанию деяний Фридриха Барбароссы.

De gestis Friderici. Кн. II, 11.

<< | >>

↑

Источник: М.М. Стасюлевич. История Средних веков: Крестовые походы (1096-1291 гг.) 2001. 2001

Еще по теме Радевик СЛОВО СОВРЕМЕННИКА ОБ ОТТОНЕ ФРЕЙЗИНГЕНСКОМ (около 1170 г.):

- Всемирная история - История Древнего Востока - История Древнего Рима - История Древней Греции - История Нового времени - История средних веков - История стран Европы и Америки -