2 КОРПОРАЦИИ ПУБЛИЧНОГО ПРАВА (ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА)

Понятие юридических лиц. Главнейшим, иногда исключительно реальным субъектом любых правоотношений, согласно римскому праву, признавалось физическое лицо, индивид (persona). Это с абсолютностью характеризует сферу частного права, это равно характеризует и публично-правовой порядок, где отправными категориями были индивидуальное право гражданства и абстрактное понятие народного суверенитета.

Допуская отдельные формы участия неиндивидуальных субъектов в финансовых операциях, в частноправовых сделках, возможность представления ими разного рода исков и, напротив, претензий к этим субъектам по поводу их деятельности, римское право косвенно сформировало категорию юридического лица. Однако первой из существенных особенностей понимания этой категории было то, что ее наличие характеризовало только область публичного права и в догматическом плане означало наличие всего лишь единой направленной воли в юридических действиях. Причем разные виды таких условных юридических лиц могли быть неидентичны в своем статусе и неравноправны: для объединений (universitas) разрешалось или предполагалось возможным осуществлять то, что для других было невозможным или даже прямо запрещалось. Конкретное юридическое «наполнение» полномочий и статуса universitas предопределялось его видом, во многом сложившимся исторически и в наибольшей степени связанным с организацией самоуправляющихся единиц.

По своему статусу и предполагавшимся полномочиям разделялись три основных вида юридических объединений: государство, общины и близкие к ним общественные объединения, учреждения.

Государство (Populus Romanus) ранее всего было субъектом политической власти и связанных с нею публично-правовых отношений. Вместе с тем считалось, что Populus Romanus обладает самостоятельной имущественной правоспособностью, никак не связанной с частными правами своих граждан; государство ни в коем случае не могло быть имущественно ответственным по обязательствам своих подданных или сограждан. Предполагалось, что римский народ (государство) может вступать в абстрактном виде в частноправовые по своему содержанию действия: отчуждать или приобретать имущества, получать наследство, дары и т.п.

Наряду с этим государственная казна не считалась самостоятельным субъектом: все споры частных лиц по поводу финансовых операций, налоговых и т.п. сборов разбирались в обычном частноправовом порядке путем исков к конкретным физическим лицам.

Общины (муниципии) и близкие к ним разного рода общественные объединения (коллегии жрецов, монашеские объединения, цехи торговцев и ремесленников, сообщества откупщиков или других предпринимателей) образовывались как корпорации (collegia) публичного права, но правоспособность их ограничивалась в основном сферой частного права.

Учреждения (храмы, благотворительные фонды, больницы) признавались субъектом специальных имущественных отношений только в случае их признания или организации посредством специального акта со стороны властей. Полномочия их были достаточно узки и, как правило, само их существование было производным от более значимого публично-правового субъекта – главным образом церкви, представленной окружной церковной властью.

2.1 Организация и правоспособность корпораций

Наименее специфичным и наиболее распространенным видом объединений, признаваемых в качестве юридически самостоятельного субъекта, были общины и разного рода collegia. Поэтому характеристики предполагавшегося для них римским правом порядка образования, содержания правомочий, объема правоспособности становятся наиболее типическими, хотя и не всеобъемлющими и обязательными для всех других видов объединений.

Для того чтобы считаться образовавшимся, объединение-корпорация должно было насчи­тывать не менее трех членов – полноправных римских граждан: tres faciunt collegium. В древнейшую эпоху не предполагалось никаких предварительных условий для организации объединений граждан, но их цель не должна быть вредной «публичным делам» с точки зрения законов. С началом монархического строя объединения могли создаваться «только с разрешения закона, или сенататусконсульта, или постановления государя». Таким образом сформировался характерный для римского права в общем разрешительный порядок образования корпораций. Однако такое разрешение могло быть сделано и в общей форме законным позволением на деятельность тех или других collegia с соответствующими задачами и правами.

В том, что касалось ее внутренней организации, корпорация могла иметь свой особый устав – статут, но это не было обязательным. Необходимыми правовыми элементами были: наличие имущества корпорации, кассы (или казны) и доверенного лица, действующего от имени корпорации. Высшим органом считалось общее собрание всех членов объединения, на котором решения принимались простым большинством голосов.

Корпорация-объединение представляла абстрактную общность: она сохраняла свое качество независимо от перемен в персональном составе ее членов. (В римской юриспруденции шли, правда, дискуссии и не было единого решения по вопросу, считать ли корпорацию существующей, если выбыли все ее члены; практическую важность это приобрело в Средние века в отношении ремесленных и торговых цехов.) Корпорация обладала имуществом, отдельным от имущества своих членов, и члены ее не могли иметь никаких претензий на это имущество. Вместе с тем корпорация не отвечала по общему принципу за обязательства или за правонарушения своих сочленов. Ответственность наступала только в том случае, если корпорация обогатилась в результате неправомерных действий признанного виновным своего сочлена и только в пределах размера этого неправового обогащения. В рецепированном римском праве признавалось, что корпорации ответственны за неправомерные действия своих законных представителей. В целом правоспособность корпорации предполагалась только имущественной, но в ограниченных формах; в частности, до XIX в. римское право считало возможность корпорации к наследованию после частных лиц (или своих сочленов) только предоставляемой в качестве особой привилегии. Вторую существенную особенность понимания римским правом категории условного юридического лица составило признание полной имущественной обособленности юридического лица от прав своих учредителей.

Юридическое лицо (корпорация) не обладало дееспособностью. Для совершения любых, признаваемых бы правом действий, необходим был законный представитель – actor. Только он имел право выступать от имени корпорации, предъявлять иски, совершать сделки, причем во всех этих случаях его положение и права были наравне и идентичны с правами частного лица.

Прекращались объединения-корпорации (1) выбытием ее членов (с отмеченными разно­гласиями эпохи рецепированного права); (2) запретом на ее деятельность, наложенным государством или судом; (3) истечением срока, либо выполнением поставленных целей, которые предусматривались при образовании корпорации; (4) собственным решением сочленов, принятым или единогласно, или большинством голосов. Судьба имущества и обязательств (если такие были) корпорации римским правом отрегулированы не были.

2.2 Особенности категории юридического лица

Римское право не создало подробной и разработанной теории юридического лица. Не давала единого понимания этой категории и правовая практика, основанная на римской юридической культуре. Многие характеристики этой важной для развития хозяйственной активности и общественных связей индивидов правовой категории были в римской догматике двойственны. Так, позднее было признано, что не противоречит праву и его коренным основаниям наличие всего лишь двух субъектов для объявления корпорации существующей и способной к правовым действиям. Увлечение абстрактностью понимания свойств юридического лица привело к тому, что, например, римский юрист Флорентин (II в. н.э.) рассматривал наследственную массу как обладающую самостоятельным юридическим качеством и как подобие юридического лица. Помимо вышеотмеченных особенностей догматического понимания в римском праве этой категории, специфика содержания юридического лица состояла в том, что в римском праве это не был отдельный субъект юридических действий, а в большей степени только совокупность особых прав, большего или меньшего объема, смотря по виду и по обстоятельствам.

Из этого мы можем сделать вывод, что в Древнем Риме субъектами права являлись не только отдельные индивиды (singulae personae), но и определенные организации (по современной терминологии – юридические лица, хотя такого понятия еще не существовало). Вместе с тем римские юристы обращали внимание на то, что в некоторых случаях имущество не принадлежит отдельным гражданам, а закрепляется за каким-то объединением в целом. Римский юрист Марциан отмечал, что театры, ристалища и тому подобное имущество принадлежат самой общине как некоему целому, а не отдельным ее членам, и что если община имеет раба, то это не значит, что отдельные члены городской общины имеют какую-то долю права на этого раба. Юрист Ульпиан считал, что в корпоративном объединении (universitas) для его бытия не имеет значения, остаются ли в нем одни и те же члены, или только часть прежних, или все заменены новыми; долги объединения не являются долгами его членов и права объединения ни в какой мере не принадлежат отдельным его членам. Таким образом, римские юристы отмечали, что в некоторых случаях права и обязанности принадлежат не отдельным лицам и не простым группам физических лиц, как при договоре товарищества, а целой организации, которая существует самостоятельно, независимо от составляющих ее физических лиц. Особенно ярко это проявлялось при сравнении universitas или collegium (корпорации) с товариществом (societas). Выход одного из участников товарищества приводил к его ликвидации. Если же оставшиеся члены продолжали осуществлять свою деятельность, это расценивалось как молчаливое заключение нового договора товарищества с другим составом. В случае же с universitas выход какого-либо члена на деятельность организации никакого влияния (в юридическом плане) не оказывал. Аналогичная ситуация складывалась и при вступлении новых членов.

Источники зафиксировали некоторые примеры таких объединений, выступавших в качестве юридических лиц. Так, особым сосредоточением имущества издавна считалась государственная казна (aerarium populi romani). Но отношения, связанные с казной, регулировались не частным, а публичным правом. Даже когда государственная земля (ager publicus) сдавалась в аренду частным лицам, это не считалось частноправовым договором, и исполнение положенных платежей обеспечивалось не судом, а магистратами.

Однако в классическую эпоху наряду с республиканской казной (aerarium) появляется императорская казна (fiscus) – первоначально считалась частным имуществом принцепса, позднее по мере усиления императорской власти сочетает в себе черты государственной и частной правоспособности. Fiscus, по существу, сделался обособленным субъектом гражданского права, наподобие частного лица, отличаясь от последнего рядом привилегий. Так, государственное имущество не могло перейти в собственность частных лиц по давности владения; обязательственные требования государства удовлетворялись преимущественно перед требованиями иных кредиторов и т.п.

Другим объединением, имевшим права субъекта частного права, были муниципии (municipii) – городские общины, сохранившие после присоединения к Риму права внутреннего самоуправления. Их имущественные отношения с другими лицами регулировались нормами частного права. Преторский эдикт предоставил им возможность выступать в качестве истцов или ответчиков, выставляя для этого специальных представителей. Эти же представители действо-вали от имени муниципий и при заключении договоров.

С древнейших времен в Риме существовали и сугубо частные объединения (universitas) – религиозные объединения (collegia sodalicia), объединения лиц одной профессии, например, корпорации хлебопеков (collegia pistorum) или мастеровых (collegia fabrorum) и др. В дальнейшем число таких объединений возросло. Появились похоронные общества, союзы откупщиков и другие.

Первоначально общее имущество universitas считалось принадлежащим в соответствующей доле каждому из членов либо казначею, выделяемому для ведения общих дел. С течением времени право самостоятельного выступления в суде, присвоенное муниципиям, по аналогии с ними было распространено и на частные корпорации. В римском праве классического периода имущество universitas считалось уже обособленным от имущества входивших в него индивидов. Но по объему гражданской правоспособности частные корпорации несколько уступали муниципиям. Так, начиная с классического периода, муниципии могли быть наследниками по завещанию, тогда как корпорации даже в кодексе Юстиниана могли получить это право лишь в виде особой льготы. В отличии от муниципий корпорации не могли становиться патронами вольноотпущенников.

Первоначально по законам XII таблиц допускалась почти полная свобода образования частных корпораций. Не требовались санкции государственной власти, лишь бы цели корпорации не противоречили нормам публичного права, для образования было достаточно трех человек. Такой порядок действовал до конца республики. С переходом к монархии по мере концентрации власти в руках принцепса и императора государство начинает все более настойчиво контролировать появление частных союзов. Еще Юлий Цезарь, воспользовавшись злоупотребле­ниями ряда корпораций, распустил все, кроме возникших в древнейшую эпоху. А император Август издал закон, по которому ни одна корпорация, кроме религиозных и похоронных товариществ, не могла быть юридически признана без предварительного разрешения Сената и санкции императора.

Прекращение корпорации наступало при достижении цели ее деятельности, расформировании личного состава и в случае, если ее деятельность принимала противозаконный характер.