<<
>>

§ 1. гражданСко-Правовой СтатуС юридичеСких лиц Публичного Права 1. Понятие и сущность юридического лица публичного права

Категория юридических лиц публичного права представляет собой,

с одной стороны, обобщающее, а с другой - условное понятие, кото­рое само по себе не способно определить правовой статус отдельных организаций и не предназначено для этого.

О его обобщающем харак­тере свидетельствует то обстоятельство, что в конкретном историче­ски сложившемся правопорядке за этой категорией фактически мо­жет стоять кто угодно - от государства, муниципального образования и органа публичной власти до государственного предприятия или ак­ционерного общества со стопроцентным государственным участием. Поскольку оно формировалось исторически, в разных правопоряд­ках оно имеет существенно разное содержание и разновидности, что не позволяет автоматически переносить этот законодательный опыт в отечественное право.

Более того, буквальное понимание данной категории способно при­вести к известной путанице: из него как будто бы следует, что речь идет об участниках публично-правовых, а не гражданских правоотношений,

не входящих в предмет гражданского (частного) права. Но в том-то

и дело, что такие организации предназначены стать самостоятельны­ми участниками гражданского оборота и тем самым субъектами гра­жданского, а не публичного права. От обычных «юридических лиц

частного права» они отличаются тем, что возникли на основе и в сфе­ре публично-правового регулирования. Однако признание за ними самостоятельной правосубъектности имеет целью предоставить им возможность участия именно в гражданских (частных) правоотно­шениях, поскольку для признания их участниками публично-право­вых отношений статус «юридического лица публичного права» вовсе не требуется. Поэтому названный статус и нельзя понимать букваль­но - он имеет условный характер.

Данное обстоятельство подтверждается всей историей появления

и развития рассматриваемого понятия, особенно в развитых зарубеж­ных правопорядках. Ставшее традиционным для большинства из них

признание государства «юридическим лицом публичного права» за­ключает в себе не только и не столько особый юридический смысл, сколько идеологию организации классического частнокапиталисти­ческого хозяйства, которая базируется на исключении прямого уча­стия государства в экономических отношениях и непризнании его самостоятельным субъектом гражданского (частного) права. В дей­ствительности же государство не только может, но иногда и обязано

непосредственно участвовать в гражданско-правовых отношениях на­ряду с другими субъектами гражданского права (и даже по возможно­сти на равных началах с ними, следуя экономико-правовой природе гражданских правоотношений).

Свое участие в гражданском обороте государство по традиции ма­скирует специальной терминологией, объявляя себя то казной (фис­ком), то юридическим лицом публичного права. В современной за­рубежной литературе прямо говорится о том, что «казной называется государство как субъект частного права»[158]. С середины XX в. консти­туции многих западноевропейских государств стали признавать воз­можность государства (публично-правового образования) в целом не­посредственно участвовать в экономических отношениях, не скрыва­ясь за традиционной маской юридического лица публичного права: государство в лице своей казны выступало заказчиком в поставках и подрядах для государственных (публичных) нужд, выпускало зай­мы, а по необходимости непосредственно участвовало и в других гра­жданско-правовых отношениях.

Все это потребовало признания за ним

определенной гражданской правосубъектности.

Правопорядки романского (французского) типа вообще основаны на принципе дуализма публичной собственности: предполагается, что одна ее часть используется исключительно к публичной выгоде, а по­тому ни при каких условиях не подлежит отчуждению или аресту и на нее не распространяется приобретательная давность, а споры, касаю­щиеся этой части собственности государства, разбираются в админи­стративных судах. Эта часть государственного имущества, действи­тельно изъятая из оборота (rerum extra commercium), составляет «адми­нистративную публичную собственность», которая никогда не может

стать частной собственностью.

В отличие от нее «частная собственность государства», составляю­щая другую часть принадлежащего ему имущества, используется им

«подобно тому, как физические лица пользуются своими собственны­ми имуществами. На имущества, находящиеся в такой собственности,

распространяются те же самые нормы, что и нормы, распространяю­щиеся на частную собственность физических лиц». Поэтому такое го­сударственное имущество может переходить в собственность частных лиц, а для государства оно служит источником доходов. Возникающие в связи с этим отношения регулируются гражданским правом, а споры

рассматриваются обычными судами по гражданским делам1.

Вместе с тем уже в конце XIX в. от казны («фиска»), представлявшей

собой «само государство с хозяйственной его стороны», постепенно отделяются в качестве самостоятельных субъектов права, во-первых, местное самоуправление (муниципальные образования); во-вторых,

обладающие обособленным (хотя и не всегда собственным) имущест­вом организации, которые «причисляются к казенному управлению», т.е. относительно самостоятельные казенные ведомства и учреждения с правами юридического лица. Так, в дореволюционной России, зако­нодательству которой также было известно понятие юридического ли­ца публичного права, к казенным ведомствам помимо некоторых орга­нов публичной власти относились университеты, монастыри и церкви[159] [160].

В результате категория «публичных юридических лиц», или юриди­ческих лиц публичного права, стала охватывать три группы субъектов:

1) государство в целом (нередко именовавшееся как «фиск» — каз­на), а во многих случаях и его отдельные регионы (провинции, зем­ли, кантоны и т.п.);

2) различные муниципальные публично-правовые образования: округа, районы, общины (Gemeinden), коммуны и т.п.;

3) некоторые находящиеся под прямым управлением и контролем

государства (казенные) юридические лица.

Речь, таким образом, шла о возможности участия в гражданских

правоотношениях публично-правовых образований в целом и не­которых созданных ими организаций. Все они, будучи субъектами публичного (конституционного и административного) права, по­лучили возможность участвовать в гражданском обороте в каче­стве приравненных к традиционным юридическим лицам особых

юридических лиц, созданных на основе и в сфере публичного права

и в силу этого составивших самостоятельную группу субъектов гра­жданского права.

В качестве характерных признаков, отличающих юридические ли­ца публичного права от обычных юридических лиц, в современной западноевропейской доктрине обычно называют:

• наличие властного акта или специального закона, на базе которо­го возникло и действует такое юридическое лицо (иначе говоря, в от­личие от обычной корпорации оно возникает на основании публич­но-правового акта, а не гражданско-правовой сделки);

• публичные (общественные или государственные), «идеальные» (а не коммерческие) цели и задачи деятельности, наличие которых сближает его с некоммерческими организациями;

• наличие у такой организации некоторых властных полномочий

(или «принудительных средств» - Zwangsmitteln) в отношении третьих

лиц, которые могут, но не обязаны быть использованы.

При этом даже и совокупность всех трех названных признаков может оказаться недостаточной для придания конкретной органи­зации статуса юридического лица публичного права. Поэтому к пе­речисленным признакам нередко добавляют и некоторые другие черты, характеризующие их особый гражданско-правовой статус, в частности:

• возможность создания такого юридического лица только публич­но-правовым образованием, а не гражданами или обычными юриди­ческими лицами;

• невозможность его реорганизации (преобразования) в юридиче­ское лицо частного права (что не исключает возможности приватиза­ции государственных хозяйственных организаций);

• судебная оценка совершаемых им сделок с позиций известной

доктрины ultra vires (т.е. признание за ним строго целевой, а не общей

правоспособности);

• особый порядок обращения взыскания на его имущество по его долгам (в частности, запрет обращения взыскания на вещи, обеспе­чивающие выполнение его публичных функций);

• невозможность банкротства такого юридического лица (хотя в не­которых правопорядках допускается банкротство юридических лиц

публичного права, созданных муниципальными и региональными пуб­лично-правовыми образованиями).

Из этого во всяком случае ясно следуют принципиальные отличия

данной группы субъектов гражданского права от классических кор­пораций гражданского и торгового (частного) права, создаваемых его обычными субъектами на основе гражданско-правовых сделок, отве­чающих по долгам всем своим имуществом и являющихся традици­онными субъектами банкротства. В связи с этим можно сразу же от­метить условность отечественной терминологии, говорящей о «пуб­лично-правовых корпорациях», «государственных компаниях» и тому подобных юридических лицах, которые в действительности являются либо унитарными организациями, либо обычными корпорациями, на­ходящимися под экономическим и иным контролем государства (пуб­лично-правовых образований).

Особую позицию здесь занимает англо-американское право. Пуб­личные корпорации (public corporation) американского права (которы­ми считаются муниципальные и региональные образования - города,

штаты и т.д., а также некоторые социальные учреждения и которые не следует смешивать с предпринимательскими публичными корпо­рациями - publicly held business corporation) действуют исключительно на основании специального законодательства; к их статусу и отно­шениям с их участием неприменимы никакие нормы корпоративно­го права (что во многих случаях не исключается для некоммерческих

корпораций). Поэтому не возникает и проблема их участия в граждан­ско-правовых (в том числе в корпоративных) отношениях, тем более что эта правовая система, как известно, основана на принципиально

ином подходе к отраслям права. В англо-американском праве практи­чески отсутствует и какое-либо доктринальное толкование этой кате­гории, что заставляет ограничить ее анализ традиционной западноев­ропейской правовой доктриной.

Следует, однако, констатировать, что и в ней не сложилось доста­точно четкого и общепризнанного подхода к характеристике особен­ностей статуса юридических лиц публичного права. А.В. Венедиктов

давно отмечал, что европейская теоретическая литература по этому во­просу чаще всего ограничивается простыми утверждениями о наличии юридических лиц публичного права, после чего приводит их простой перечень1. По этому же традиционному пути обычно следуют и совре­менные российские сторонники данного подхода.

Вместе с тем А.В. Венедиктов подметил, что противопоставле­ние юридических лиц публичного и частного права «затемняет тот основной факт, что все организации, принимающие участие в гра­жданском обороте в качестве самостоятельных носителей граждан­ских прав и обязанностей, являются в этом своем качестве субъекта­ми — а следовательно, и юридическими лицами — гражданского права, хотя бы их внутренняя структура определялась нормами не граждан­ского, а иного права.» [161] [162]. Он указывал, что «когда буржуазные кодек­сы устанавливают те или иные положения о юридических лицах пуб­личного права, они подходят к ним как к участникам гражданского оборота, т.е. как к носителям гражданской правоспособности, ины­ми словами — как к юридическим лицам именно гражданского права». По словам А.В. Венедиктова, «в Прусском земском уложении 1794 г. и в Саксонском гражданском уложении 1863 г. эта идея получила бо­лее ясное выражение, чем в буржуазных гражданских кодексах кон­ца XIX и начала XX в.»: первое в ч. II § 81 прямо говорило о том, что корпорации и общины представляют собой «юридическое лицо в об­ласти гражданско-правовых сделок», а второе в § 52 определяло, что «право личности принадлежит государству, поскольку оно вступает в гражданско-правовые отношения»; «на опасность затемнения по­нятия юридического лица — при перенесении его из области частно­правовых имущественных отношений в сферу государственного пра­ва — указывал еще Савиньи. Но позднейшая литература сошла с этой простой и ясной позиции, что бесспорно повлекло за собой и менее

ясную формулировку идеи гражданской правоспособности так назы­ваемых юридических лиц публичного права в Германском и Швей­царском гражданских уложениях»1.

В современной германской литературе обычно подчеркивается, что

юридическое лицо публичного права несет ответственность по пра­вилам абз. 1 § 89 Германского гражданского уложения (Burgerliches

Gesetzbuch, BGB) (а это единственная норма названного кодекса, в ко­торой упоминается данный термин). Согласно этой норме на юридиче­ские лица публичного права распространяются правила об ответствен­ности юридических лиц за вред, причиненный их органами. Это озна­чает, что за ущерб, причиненный юридическими лицами публичного

права другим лицам, будет отвечать и создавшее их публично-право­вое образование в целом, поскольку оно действует как субъект част­ного права. Иначе говоря, данное правило закона «в отношении от­ветственности уравнивает юридические лица публичного права, по­скольку они действуют как субъекты частного права (privatrechtlich)

(а государство - как фиск) с юридическими лицами частного права»[163] [164].

Таким образом, юридическими лицами публичного права можно считать такие юридические лица, которые:

1) созданы публично-правовыми образованиями или с их разреше­ния на основании публично-правового акта;

2) имеют ограниченную (специальную) правоспособность;

3) наделены некоторыми властными (публично-правовыми) пол­номочиями;

4) участвуют в гражданском обороте с идеальными (некоммерче­скими) целями;

5) не подлежат процедурам реорганизации;

6) не могут быть признаны банкротами, а определенное их имуще­ство забронировано от взыскания кредиторов.

2.

<< | >>
Источник: Суханов Е.А.. Сравнительное корпоративное право. 2014

Еще по теме § 1. гражданСко-Правовой СтатуС юридичеСких лиц Публичного Права 1. Понятие и сущность юридического лица публичного права:

  1. § 3.Особенности права собственности юридических лиц и публично-правовых образований 1. Особенности права собственности юридических лиц
  2. II.6. Корпорации публичного права (юридические лица)
  3. § 2. гражданСко-Правовой СтатуС объединений гоСударСтвенных юридичеСких лиц в роССийСком Праве 1. Особенности гражданско-правового статуса государства и его юридических лиц
  4. Виды юридических лиц публичного права
  5. ГЛАВА 5. КОРПОРАцИИ КАК ЮРИдИчЕСКИЕ ЛИцА ПУбЛИчНОГО ПРАВА
  6. § 5. Юридические лица, созданные публично-правовыми образованиями
  7. Юридические категории «публичная собственность» и «публичный оборот» в системе правового регулирования ограничений оборотоспособности земельных участков
  8. Публичные юридические лица
  9. 1.2. Основной правовой формой коллективного участия лиц в гражданском обороте являются юридические лица
  10. 2. Особенности права собственности публично-правовых образований
  11. § 1. СущноСть юридичеСкого лица 1. Юридическое лицо как «корпоративный щит»
  12. Понятие конституционно-правового статуса как юридической категории сопряжено также с понятием конституционного и правового статуса.
  13. О понятии публичного торга (публичных торгов)
  14. Глава 6 Правовой статус юридических лиц — хозяйствующих субъектов
  15. Публично-правовой статус избирательного фонда нашел отражение в судебной практике
  16. Институт обеспечения обязательств в гражданском праве: понятие, юридическая сущность и способы
  17. 2. Гражданско-правовая защита вещных прав от неправомерных действий публичной власти
  18. § 1. Понятие и публично-правовая природа административного договора
  19. Права на хозяйствование с имуществом публичного собственника