Создание Церкви

После воскресения и вознесения Иисуса Христа силою Святого Духа на земле начинает созидаться Церковь Христова как собрание святых угодников Божиих, уверовавших во Христа и своей подвижнической жизнью достигших внутреннего духовного соединения с Богом.

Созидание Церкви на земле есть общее дело Христа и Святого Духа. «Церковь, — продолжает В. Лосский, — есть одновременно и Тело Хри­стово, и полнота Духа Святого. Христос создает единство своего мисти­ческого Тела Святым Духом... Единство Божественной и человеческой природы достигается за счет особых свойств Святого Духа, способного соединять различные человеческие личности в целостное единство без потери их индивидуальных свойств. Люди могут достигнуть своего со­вершенства, во всей полноте стать личностями только в Духе, переста­вая быть «индивидами», живущими для самих себя, имеющими свою соб­ственную индивидуальную природу и свою собственную волю... В ду­ховном единстве Тела Христова каждая личность представляет собой целое, а не часть его. Святой Дух, как царское помазание почивающий на человечестве Сына — Главы Церкви и сообщающий Себя каждому чле­ну этого Тела, создает как бы многих христов, многих помазанников Божиих: это личности человеческие на пути к обожению, стоящие рядом с Личностью Божественной»^[173].

В. Лосский подчеркивает, что «Церковь есть средоточие вселенной, та среда, в которой решается ее судьбы. Все призваны войти в Церковь. Она возрастает и формируется в истории, вводя в свое лоно избранных и соединяя их с Богом. Мир стареет и ветшает, а Церковь непрестанно оживляется и обновляется Духом Святым, источником ее жизни. В опре­деленный момент, когда Церковь достигнет полноты своего роста, уста­новленного волею Божией, внешний мир, истощив свои жизненные силы, умрет, и Церковь явится тогда в своей вечной славе Царствием Божиим. Она откроется как истинное основание тварных существ, которые вос­креснут в нетлении, чтобы соединиться с Богом, ставшим «все во всем»^[174].

В Церкви «даны все объективные условия для достижения единения человека с Богом. В ней через различные таинства и обряды наша при­рода соединяется с Божественной природой Христа... Таинства Церкви и обрядовая символика есть нечто большее, нежели простое представле­ние, обращенное к нашим чувствам. Они представляют собой объектив­ные реальности духовного мира, всегда присутствующие в Церкви»^[175].

Вся полнота духовных благ, охватываемых идеей Церкви, реально и мистически выражается в ее благодатной жизни, сосредоточивающейся, как в центре, в богослужении. «Литургия в главной части своей есть отражение высших моментов обожения будущей жизни. В этом смысле она и ее центр — Евхаристия — есть предначинание будущей блажен­ной жизни в прославлении, созерцании и вкушении Бога. Отличие от самоличной реальности будущей жизни заключается только в том, что мистическая сторона в богослужении сокрыта под чувственными симво­лами»^[176].

«В Евхаристии «актуализируется» событие, которое в категориях времени есть событие прошлого, но которое в силу своего эсхатологи­ческого, то есть решающего, завершительного значения есть событие вечно действенное. Пришествие Иисуса Христа есть единичное событие про­шлого, но в Его пришествии, жизни, смерти и воскресении в мир вошло Его Царство, новая жизнь в Духе, дарованная Им как жизнь в Нем. Это мессианское Царство, эта жизнь в будущем веке становятся реальнос­тью в собрании Церкви, когда верующие собираются вместе, чтобы иметь общение в теле Господнем»^[177].

В таинстве Евхаристии верующий вкушает тело и кровь своего Спа­сителя. «Но хотя эти тело и кровь являются для человека пищей, однако они совершают в его организме процесс, обратный по сравнению с обык­новенной пищей. В то время как обыкновенный хлеб и вино прелагают­ся в тело и кровь человека и потому перестают уже быть хлебом и вином, тело и кровь Иисуса Христа, наоборот, в себя прелагают человеческую плоть и кровь. Тем самым человеческая природа обожествляется и возвы­шается до того состояния, на которое поднята человеческая природа Бога Слова. Человек истинно делается нетленным, потому что преобразуется в тело нетления, но преобразуется не духовно, а действительно, потому что принимает в себя истинное тело и истинную кровь своего Спасите­ля. Так как этот таинственный процесс обожествления человечества в таинстве Евхаристии совершается во всех верующих причастниках боже­ственных тела и крови, то ясно, что все верующие вместе являются соб­ственным телом и кровью Спасителя, то есть вся Церковь есть Тело Хри­стово, а каждый отдельный верующий есть член этого Божественного Тела»^[178].

Не только богослужение, но и «все в Церкви выражает собой неви­димое и делает его реально присутствующим, видимым и действующим. Икона, крест — не просто изображения, направляющие наше воображе­ние во время молитвы; они — вещественные средоточия, в которых присутствует Божественная энергия, соединенная с человеческим искус­ством. То же можно сказать о святой воде, крестном знамении, словах Священного Писания, читаемых во время церковных служб, священных песнопениях, богослужебных предметах, священнических облачениях, фимиаме, возжженных свечах — все это реальные символы, веществен­ные знаки присутствия духовного мира»^[179].

Помимо объективных условий, данных нам в Церкви, существуют и субъективные условия достижения единства человека с Богом. «Цер­ковь, — пишет В. Лосский, — это наша природа, возглавленная Христом, содержащаяся в Его Ипостаси, это богочеловеческий организм. Однако если наша природа включена в Тело Христа, то человеческие личности отнюдь не вовлечены в какой-то автоматический и бессознательный процесс обожения, который упразднял бы свободу и уничтожал самые личности. Освободившись от детерминизма греховного, мы не впадаем в детерминизм Божественный. Церковь имеет одновременно характер орга­нический и личностный, ей свойственны необходимость и свобода, объек­тивность и субъективность, она реальность устойчивая и определенная, и в то же время она — реальность в становлении. Человеческие личнос­ти, тварные ипостаси Церкви могут стать «двуприродными», только если они свободно восходят к совершенному соединению с Богом, если они осуществляют в себе это соединение Духом Святым и своей собствен­ной волей. Божественная Ипостась Сына снизошла к нам, Она соединила в Себе природу тварную с природой нетварной, чтобы дать возмож­ность человеческим ипостасям подниматься к Богу и, в свою очередь, соединить в себе в Духе Святом нетварную благодать с тварной приро­дой»^[180].

Обожение твари должно осуществиться во всей своей полноте в будущем веке, после воскресения мертвых. Однако «уже здесь, на земле, это обожающее соединение должно все более и более осуществляться, преобразовывая искаженную и тленную природу, предуготовляя ее к вечной жизни. Если Бог дал нам в Церкви все объективные условия, все средства для достижения этой цели, то нам, со своей стороны, нужно создать необходимые субъективные условия спасения, потому что соеди­нение осуществляется в «синергии», в соработничестве человека с Бо­гом. Субъективная сторона соединения человека с Богом и является пу­тем соединения, то есть самой христианской жизнью»^[181].

Истинная цель христианской жизни — есть стяжание Духа Святого Божия. Если наша природа уже соединилась с Богом в Ипостаси Христа, то соединение нашей личности с Богом возможно только через духовное рождение человека от Бога. По словам апостола Иоанна, «всякий, рож­денный от Бога, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нем; и он не может грешить, потому что рожден от Бога» (1 Ин. 3, 9). «При духовном рождении в человека вселяется Святой Дух, Который уготов­ляет внутри его Царствие Божие и преобразует его в обитель Святой Троицы, ибо Отец и Сын нераздельны от Божества Духа»^[182].

Духовное рождение есть не символическое понятие, а реальное рож­дение в Царствии Божием людей, которые «живут не по плоти, но по духу» (Рим. 8, 1). Если человек в течение своей земной жизни удостоит­ся духовного рождения от Бога, то имя его будет вписано в «книгу жиз­ни», душа его после смерти найдет покой в обителях Небесных, а после Страшного Суда и всеобщего Воскресения он вместе со своей плотью обретет вечную жизнь в Боге. Апостол Павел пишет: «Если же Дух Того, Кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас, то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас» (Рим. 8, 11).

Для того чтобы стяжать Духа Святого и удостоиться духовного рож­дения в Царствии Божием, человеку даны различные средства: соблю­дение заповедей, смирение, молитва, пост, бдение и другие христианские дела, помогающие верующему человеку проводить духовную жизнь. «Путь духовного возрождения требует от человека покаяния, очищения и со­вершенствования, то есть отказ от греховной воли, освобождения от стра­стей и стяжания совершенной любви, которая есть полнота благодати»^[183].

«Души святых, рожденных от Бога, — пишет св. Симеон Новый Бого­слов, — оставаясь соединенными со своим телом в этом мире, соединяют­ся с благодатью Святого Духа, обновляются, изменяются в лучшее со­стояние и воскресают от мысленной смерти. Потом, по разлучении с телом, они отходят в славу и свет невечерний. Тела же их не сподобля­ются еще сего, но остаются в гробах и в тлении. Во время всеобщего Воскресения они сделаются нетленными и соединятся с небесным и не­видимым. Этому надлежит совершиться прежде, и тогда придет с силою и славою многою вожделенный и сладчайший Иисус Христос, Царь и Бог наш, судить мир и воздать каждому по делам его. Для этого разделит Он обновленную тварь на многие обители и покои, как бы дом какой великий, или царские палаты, с множеством разных помещений, и даст каждому часть его, какая ему подобает соответственно светлости и сла­ве, стяженной добродетелями. Царство Небесное будет единым, и будет иметь единого Царя всяческих, Который отовсюду будет виден всем пра­ведным. Будет Он пребывать с каждым праведным, и всякий праведный будет пребывать с Ним, будет светло сиять в каждом, и каждый будет светло сиять в Нем. Но горе тем, которые окажутся тогда сущими вне оной небесной обители»^[184].