<<
>>

У древних евреев повторилось убийство отца, когда возмутившийся народ убил своего отца-пророка (Моисея), но спустя некоторое время раскаялся, признал его святым и принял его религию.

Бог Моисея и сам Моисей, как тотем в древности, – тот же умерщвленный, а потом оплаканный и обожествленный отец. Такое же умерщвление Бога-Отца произошло, по мнению Фрейда, и в раннем христианстве. Фрейд замечает, что христианство зарождалось как религия примирения с Богом-Отцом, но в результате вытеснило Бога-Отца Богом-Сыном и, не удержавшись на высоте монотеистической идеи, сделало много уступок политеизму, введя культ Божьей Матери и Святого Духа[89].

Ученик Фрейда О. Ранк в работе «Травма рождения» (1924) полагал, что потрясение, испытываемое человеком при появлении на свет, налагает отпечаток на всю его дальнейшую жизнь. Память о внутриутробном состоянии, свободном от какого-либо конфликта, содержится в подсознании и находит свое символическое выражение в представлениях о рае; смерть воспринимается как повторение рождения, поэтому человек так ее боится.

Еще один ученик Фрейда, создатель аналитической психологии, К.Г. Юнг полагал, что опыт, представленный в мифах и догматах вероучений, – это опыт встречи с коллективным бессознательным (глубинным психологическим пластом сознания).

Согласно Юнгу, первичными являются естественные символы, которые значительно более индивидуальны, непонятны или наивны, нежели мифы, человек продуцирует их спонтанно и бессознательно в форме снов, фантазий, художественных образов. Культурные символы возникают в результате рациональной переработки естественных символов в сторону общезначимости, освобождения от индивидуальных наслоений, осуществляемой на протяжении многих поколений, результатом которой является религия. Чем прекраснее, грандиознее и обширнее становится наследуемый традицией образ, тем больше он отчуждается от индивидуального опыта, поэтому старые боги умирают, и их сменяют новые религиозные символы, не утратившие изначальной жизненности.

Религиозные символы могут изменяться, так как они отражают природу психического мира человека. В то же время, в коллективном бессознательном присутствуют некоторые устойчивые структуры, заявляющие о себе в системах культурных символов; эти структуры Юнг обозначил термином «архетипы», определяемым как изначальные по времени наличные всеобщие образы и как формы и образы, коллективные по своей природе, встречающиеся практически по всей земле как составные элементы мифов и являющиеся в то же самое время автохтонными индивидуальными продуктами бессознательного происхождения.

Архетипы Юнга связывают архаические пласты сознания, т. е. коллективное бессознательное (своеобразный итог жизни рода, передающийся по наследству и выступающий базовым основанием личностной психики) с рациональным сознанием современного человека. Встретить архетипы в максимально чистом виде возможно в сновидениях, галлюцинациях, бреде; в символической форме они проявляются в творчестве и служат основой религии. Мифология была изначальным способом обработки архетипических образов; с развитием цивилизации адаптацию к образам бессознательного берут на себя все более сложные религиозные учения, по-прежнему покоящиеся на интуитивном опыте нуминозного, но вводящие абстрактные догматы[90].

С развитием науки и процессом секуляризации (с которой Юнг связывал психолого-экзистенциальный кризис, постигший современного человека) потребность в религии не исчезает, но на смену ее традиционным формам приходят новые идеологические системы, основанные на тех же древних архетипических моделях и мифологии, например мифология нацистов и коммунистический миф о «золотом веке».

Таким образом, символы в интерпретации Юнга выступают как своего рода промежуточная форма – необходимый отголосок архетипа коллективного бессознательного, который несет его посыл, в виде, приемлемом для человеческого сознания. Символы открывают человеку Священное в доступной форме, предохраняя его от непосредственного соприкосновения с колоссальной психической энергией архетипов коллективного бессознательного.

Важнейшую роль в раскрытии психологических аспектов религиозного символизма играют также культы и культовые практики. Словарь С.И. Ожегова определяет культ как «религиозное служение божеству и связанные с этим обряды»[91]. А этимологически культ происходит от латинского colere – возделывать, почитать, cultus – возделывание, уход, почитание. Например, в христианстве культ – это совокупность определенных церковными канонами и традицией ритуалов и обрядов, дающих с точки зрения верующих, возможность непосредственного общения с богом и святыми. Центром христианского культа является храм, пышное убранство которого подчеркивает сакральность культа и культовой практики. Храм украшается живописными произведениями на религиозные темы, перед ними возжигаются лампады. В храме совершается центральное культовое действие – богослужение, а также различные таинства. Для христианского культа характерно почитание святых и реликвий. Важное место занимают паломничества к святым местам.

Религиозный культ – это социальная форма объективации религиозного сознания, воплощение религиозной веры в деятельности социальных образований, групп или отдельных индивидов. Различного рода представления, формирующие мировоззренческие конструкции, трансформируясь в культовую систему, приобретают характер вероучения. В силу этого они носят духовно-практический характер. Таким образом, религиозный культ основывается на вере в существование возможности создания определенных взаимоотношений между человеком и предметом его веры.

Культ проявлял себя через систему культовых практик. Наиболее показательны культовые практики древних, которые по-большому счету сохраняются в культовых практиках более развитых и современных религий. Культовая практика представляет собой набор определенных обрядов. Если есть желание понять, в чем заключаются особенности религиозного культа, то тогда следует уяснить, что представляют собой обряды данной религии. Под обрядом понимается совокупность стереотипных действий, которые устанавливаются обычаем или традицией той или иной социальной общности и которые символизируют те или иные идеи, нормы, идеалы и представления. С обрядом связано соблюдение ряда важных социальных функций в обществе. Одна из самых важных социальных функций обряда – функция аккумуляции и трансляции опыта как индивидами друг к другу, так и между поколениями. В обряде накапливается и становится очевидным тот опыт социальной деятельности многих поколений, который концентрирует значимые результаты человеческой деятельности и общения. Обряд – не единственная форма закрепления и передачи опыта. Выделяются и другие традиционные способы трансляции культуры. Это такие способы, как непосредственное обучение (личный пример), орудийный (предметный) прием, языково-знаковый механизм и т. д.

В общей схеме взаимодействия в социуме обряд фиксирует наиболее значимые, узловые стороны жизнедеятельности социальной группы. Скорее всего, обряд используется прежде всего там, где для обеспечения жизнедеятельности группы естественных, обычных способов трансляции опыта, обучения коллективным обычаям и традициям недостаточно, где необходимы специфические средства воздействия, особые санкции. Поэтому очень существенную роль выполняет эмоциональная сторона обрядов и культовой практики, их нормативный характер, связанный с вырабатываемым обществом регламентом обрядового действия и общественной санкции.

Самые первые культы, возникшие в истории человечества, – это культы вещей, растений и животных, что выразилось в проявлении таких форм религии как анимизм, фетишизм и тотемизм. Несколько позже появляются более сложные культы: культ предков и культ мертвых.

Особое значение у древних имели культовые практики посвящения, перехода и очищения. Практика посвящения обычно включала в себя тройной опыт: священное, смерть и сексуальность. Это связано с тем, что все три вида опыта у ребенка отсутствуют. Посвящаемый, умирая в своей прежней мирской невозобновляемой жизни для того, чтобы возродиться в новом, освященном, воскресает и для нового способа бытия, делающего возможным познание. Посвященный – это не только «новорожденный» или «воскресший»; он человек, который знает, ибо ему открывают тайны метафизического порядка. Обучаясь в глубине джунглей, он познает священные тайны: мифы о богах и происхождении мира, истинные имена богов, назначение и происхождение ритуального инструментария, используемого во время церемоний посвящения (кремневые ножи для обряда обрезания и т. п.). Посвящение равноценно духовному возмужанию; оглядываясь на всю религиозную историю человечества, мы постоянно встречаем эту идею: посвященный, тот, кто узнал тайны, т. е. тот, кто знает.

Церемония начиналась с того, что посвящаемого забирают из семьи и уводят в глушь леса. Уже в этом присутствует символ смерти: лес, джунгли, мрак символизируют «потусторонность», «Ад». У некоторых народов считается, что за кандидатами в посвящение приходит тигр и уносит их на спине в джунгли: зверь олицетворяет мифического предка, хозяина посвящения, который отправляет юношей в ад. Во многих районах в глухих джунглях возводят специальную хижину для посвящения. В ней юные кандидаты проходят часть испытаний и обучаются секретным традициям племени. Таким образом, посвятительная хижина символизирует утробу матери.

Смерть неофита означает возврат в эмбриональное состояние не только в смысле физиологическом, но и космологическом; зародышное состояние равноценно временному возврату к состоянию доформенному, докосмическому.

«Другие ритуалы высвечивают символизм посвятительной смерти. У некоторых народов кандидатов кладут в свежевырытые могилы, или закапывают в землю, или заваливают сухими ветвями. Юноши лежат недвижимо, подобно мертвым. Иногда их натирают белым порошком, чтобы сделать похожими на привидения. Неофиты, впрочем, и имитируют поведение привидений: они не дотрагиваются до пищи руками, а хватают ее непосредственно зубами – считается, что именно таким образом едят души умерших. И наконец, пытки, которым они подвергаются, кроме всего прочего имеют и следующие значения: мучая и калеча неофита, соплеменники считают, что его режут на части, мучают, варят и жарят демоны – хозяева посвящения, т. е. мифические предки. Физические страдания, причиняемые неофиту, как бы приводят его к положению того, кого «пожирал» демон-зверь, разрывал зубами на куски и переваривал в своем брюхе монстр посвящения. Нанесение увечий (вырывание зубов, отрубание пальцев и т. п.) также заряжено символизмом смерти. Большинство увечий связано с лунными божествами. Ведь Луна периодически исчезает, умирает, чтобы возродиться через три дня. Лунный символизм подчеркивает, что смерть – это первейшее условие всякого мистического возрождения»[92].

Помимо специальных процедур, используемых при посвящении (обрезание и субинцизия (ритуальное разрезание уретры мужского полового органа вдоль от начала до конца, распространенное у некоторых австралийских племен), нанесение увечий при посвящении), осуществлялись и другие внешние знаки смерти и воскрешения: татуировка и скарификация (ритуальные нарезы на коже). Что касается ритуализма и обрядовости мистического возрождения, то он предстает в самых разнообразных формах. Кандидаты получают новые имена, которые становятся их настоящими именами. У некоторых племен считается, что после посвящения молодые люди забывают все из их прошлой жизни. Сразу же после посвящения их кормят, как маленьких детей, водят за руку и обучают, как нужно себя вести. Обычно, пока они содержатся в глубине джунглей, их обучают новому языку или, по крайней мере, новым секретным словам, которые доступны только посвященным.

Как видно, с посвящением все начинается заново. Иногда символизм второго рождения выражается в конкретных жестах. У некоторых народов банту процедуре обрезания предшествует церемония, известная под названием «новое рождение». Отец мальчика приносит в жертву барана и через три дня завертывает ребенка в оболочку желудка, а затем в шкуру животного. Но прежде чем его завернут, ребенок должен подняться в кровати и кричать, как новорожденный. Затем три дня он остается в шкуре как будто в пеленках. В обычаях этого же народа умерших хоронят в специфической мифической позе, завернутыми в шкуру барана. Ритуальное надевание шкуры животного отмечается, впрочем, и в высокоразвитых цивилизациях (Индия, Древний Египет)[93].

В обряде инициации символизм рождения почти всегда соседствует с символизмом Смерти. В контексте посвящения смерть означает преодоление мирского, неосвященного состояния, свойственного естественному человеку, не знающему священного, слепому к Разуму. Важно подчеркнуть важный аспект: у древних обществ доступ к духовности передается символизмом Смерти и нового рождения.

В более современных религиозных системах обрядовая сторона веры уже связывается не с каким-то сакральным видением естественных процессов, а с особыми практиками религиозных действий. Например: медитация, молитва, исповедь. В религиях, где используются в основном указанные культовые и обрядовые действия, символизм их проявляется в первую очередь в обращении к себе, к своему внутреннему миру, поиску встречи с Богом в себе. Указанные техники религиозных культовых действий обладают и важной психологической составляющей.

<< | >>
Источник: Ардашкин И.Б. Психология религий: учебное пособие. 2009

Еще по теме У древних евреев повторилось убийство отца, когда возмутившийся народ убил своего отца-пророка (Моисея), но спустя некоторое время раскаялся, признал его святым и принял его религию.:

  1. §906. Нравственность – это дух определённого народа, который вбирает в себя его культуру, его историю, его религию, его традиции и законы.
  2. Урок прощения отца
  3. 5. Влияние отца на сексуальное самоосознание ребенка
  4. 3. Поиски потерянного отца
  5. Эпоха Отца
  6. Джеймс Шаллер.. Потеря и обретение отца.0000, 0000
  7. Глава 10 Архетип отца
  8. ИОСИФ-ОБРУЧНИК, ИКОНА ОТЦА
  9. Мною законспектирована лекция моего отца
  10. Когда вклад акционера состоит из личных услуг и предоставление их становится невозможным, пусть даже и без его вины, эта невозможность лишает его свойства акционера.
  11. § 1. Становление государства, его призна­ки, разновидности и функции
  12. Религия сама по себе не изобретение человека, а проявление его врожденного чувства.
  13. Глава 2 Наполеон и его время
  14. Время и его виды, или в поисках поля исследования.
  15. Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст.105 УК РФ)
  16. Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст.105 УК РФ)
  17. Всебелорусский конгресс 1917 года и его роль в становлении государственности белорусского народа
  18. Некоторые виды убийства