Виды организма и сообщества

Видами организма являются одноклеточный организм, мно­гоклеточный организм (растение и животное), живое существо, человек.

Видами сообщества являются колония простейших, сообще­ства растений (например, лес, саванна), рои, стаи, стада живот­ных, популяции, человеческие сообщества.

Различие видов организма и сообщества обусловлено прежде всего различием уровней организации, по степени сложности. В п.п. 1.4. и 3.4. изложена концепция категориально-логического разграничения по степени сложности. Согласно этой концепции организмы и сообщества тем выше по уровню организации, чем глубже взаимоопосредствование внутреннего и внешнего, поряд­ка и беспорядка, необходимости и случайности и т. п. Самые простые организм и сообщество — это одноклеточный организм и колония простейших. Следующие по сложности — многокле­точный организм, размножающийся половым путем, и сообщест­ва многоклеточных. Еще более сложные — живые существа, жи­вотные, обладающие нервной системой, психикой (высшие жи­вотные и их сообщества). Самые сложные на Земле — люди и их сообщества (семья, род, племя, коллектив, народ, нация, страна- государство, международные сообщества, человечество).

3232.2. Органическое целое, организация, органы, функции

Субкатегориями организма (сообщества) являются органиче­ское целое, организация, орган, функция.

Лишь сравнительно недавно люди пришли к осознанию принципиального различия между неорганическим целым и ор­ганическим целым. Вот как характеризуют органическое целое И.В. Блауберг и Э.Г. Юдин:

“Органичная система есть саморазвивающееся целое, которое в процессе своего индивидуального развития проходит последовательные этапы усложнения и дифференциации. Этим объясняются следующие специфические особенности органичных систем, отличающие их от систем неорганичных:

1) наличие в системе не только структурных, но и генетических свя­зей;

2) наличие не только связей координации (взаимодействие элемен­тов), но и связей субординации, обусловленных происхождением одних элементов из других, возникновением новых связей и т. п.;

3) наличие особых управляющих механизмов, через которые струк­тура целого воздействует на характер функционирования и развития частей (биологические корреляции, центральная нервная система, сис­тема норм в обществе, органы управления и т. д.);

4) в неорганическом целом, в силу менее тесной зависимости между системой и ее составляющими, основные свойства частей определяются их внутренней структурой, а не структурой целого. Связи внутри целого не вызывают коренных качественных преобразований частей. С этим связана способность частей неорганического целого к самостоятельно­му существованию. В органическом целом основные свойства частей определяются закономерностями, структурой целого. Зависимость меж­ду системой и ее компонентами столь тесна, что элементы системы ли­шены способности к самостоятельному существованию;

5) если в неорганических системах элемент зачастую активнее цело­го (например, ион химически активнее атома), то с усложнением орга­низации активность нередко все в большей мере передается от частей к целому.

6) органическое целое формируется не из тех частей, какие функ­ционируют в уже развитом целом.

7) устойчивость неорганических систем обусловлена стабильностью элементов; напротив, необходимым условием устойчивости органичных систем является постоянное обновление их элементов;

8) внутри органического целого существуют своеобразные блоки (подсистемы). Их гибкая приспособленность к выполнению команд управляющей системы основана на том, что элементы подсистем функ­ционируют вероятностным образом и имеют определенное число степе­ней свободы. Следовательно, жесткая детерминированность связи под­систем между собой и с целым реализуется через отсутствие однознач­ной детерминации в поведении элементов и подсистем”^[414].

Эта характеристика несколько эмпирична, бессвязна, но в це­лом дает правильное представление об органическом целом. Мы возражаем только против употребления слова “система” приме­нительно к органическому целому.

Остановимся подробнее на вопросе о различии между “сис­темой”, “структурой”, “элементом”, с одной стороны, и “органи­ческим целым”, “организацией”, “органом”, с другой.

Да, в определенном смысле живое органическое целое явля - ется системой и его “части” являются частями-элементами. Но до какой степени?

Понятие “система” категориально-логически связано с поня­тиями “структура” и “элементы”, составляет с ними единый кате­гориальный блок “система-структура-элементы”. Если мы упот­ребляем это понятие, то неизбежно возникает вопрос о структуре и элементах.

Можно ли представлять сложную организацию живого орга­низма как структуру, а его органы, ткани как элементы?!

О том, что организация живого не просто структура, пишет И.И. Шмальгаузен:

“Движущие силы индивидуального развития создаются по мере дифференцировки зародыша в результате взаимодействия продуктов этой дифференцировки. Взаимодействие разных частей ведет к новым дифференцировкам и дальнейшим взаимодействиям. Устойчивость ор­ганизации покоится не на прочности каких-либо структур, а на сложно­сти системы взаимозависимостей (корреляций) и на регуляторном их характере. В результате этих взаимозависимост₁ ей организм развивается на всех стадиях как одно согласованное целое” .

А элемент? Он, по определению, — минимальная структурная единица-часть системы. Можно ли считать таковыми орган, ткань, клетку? И клетка, и ткань, и орган — элементы?! Не слиш­ком ли упрощенная картина организации живого? Орган — один уровень организации живого. Клетка — другой уровень. Субкле­точные структуры (ядро, цитоплазма, органоиды, органеллы, ри­босомы, митохондрии, ДНК, РНК, белки и т. д.) — третий уро­вень организации живого. Как можно всё это представить эле­ментами системы?! Чепуха какая-то!

Объяснение организации живого в терминах “система- структура-элементы” — упрощение, редукционизм. Это всё рав­но, что называть организм — машиной, орган — узлом, а клетку — деталью.

В отдельных случаях можно, конечно, употреблять выраже­ние “живая система” и т. п., но нужно это делать осторожно, па­мятуя о том, что они несколько упрощенно, огрубленно пред­ставляют живую реальность.

Далее, если для характеристики живого в целом понятие сис­темы недостаточно, то для характеристики отдельных крупных “частей” живого его употребление оправдано и даже необходимо. Биологи и медики говорят, например, о пищеварительной систе­ме, дыхательной системе, сердечно-сосудистой, кровеносной системе, нервной системе, мышечной системе, мочеполовой сис­теме. Понятие системы играет в этом случае подчиненную роль, обозначает крупные “части” живого организма, состоящие из многих “элементов”. Например, пищеварительная система пото­му рассматривается как система, что она состоит из весьма раз­личных “элементов”, таких как: ротовая полость, глотка, пище­вод, желудок, двенадцатиперстная кишка, печень, желчный пу­зырь, поджелудочная железа, тонкая кишка, толстая кишка, пря­мая кишка, слепая кишка с аппендиксом.

Тоже можно сказать о категориях целого, строения, части. Ученые говорят, например, о частях человеческого тела (голове, туловище, руках, ногах), частях скелета (череп, позвоночный столб, таз, ребра и т. д.).

pavta рєі (всё течет)

Гераклит

движение невозможно без места, пустоты и времени

Аристотель (Физика 200b)

... движение есть понятие подлинной души мира. Мы привыкли рассматривать движение как предикат, состояние; но на самом деле оно есть самость, субъект как субъект, есть пребывание самого ис­чезновения.

Гегель. Энцикл., т. 2 (§ 261)

3.3.1.