<<
>>

Синтетическая философия в исследованиях ГЛ. Югая

Новая, недавно вышедшая монография Г.А Югая «Срединный путь России. Конвергентное общество» (1998) [422] представляет глубокий философско-психологический анализ социокультурного состояния «постсоветской» России, результатом которого являются развернутые выводы философа о наиболее эффективных и оптимальных путях развития России в современных условиях.

Конец XX в. для России ознаменовался тем, что. «Крайности сошлись: искусственно упорядоченная тоталитарная система превратилась в свою противоположность - в полный хаос» [422, с. 4]. Чтобы вырваться из тупиковых крайностей, зажимавших в тиски Россию на протяжении уходящего столетия, необходима системная оптимизация социальной жизни. «Нужна золотая середина российских крайностей, нужен средний путь - не революционный, а эволюционный, пробивающийся не сквозь тернии вечных борений сторон и уничтожения одной из них, а в их единении и социальной гармонии... Короче говоря, нужен евразийский подход. России нужен средний, конвергентный путь. . двигаясь по которому, можно было бы преодолеть диспаритет общества, выраженный в крайностях элитаризма и массовости, отрыве власти от народа, разрыве между центром и регионами, «развитыми» и «неразвитыми», малыми и большими нациями и народностями и т д.» [там же, с 5]

Социально-философское исследование автора предваряет первая глава «Логос и архетипы культуры мышления Запада и России, в которой закладывается философская основа исследования. Ее Г А. Югай обозначает как систе-

матическая философия. При сравнении с другими вариантами системно-синтетических концепций философии видно, что это, по существу, еще один авторский подход к анализу и построению системно-синтетической или системной философии Обоснование данного подхода вытекает го сравнительной характеристики двух культурно-исторических пластов - философии Запада и Востока Главная идея синтетических системно-философских построений, вытекающая на базе синтеза отмеченных культурных пластов, - паритет материи и духа.

Автор пишет, что именно Логос, понимаемый как равноправное, паритетное единство материи и духа, дает возможность переформулировать основной вопрос философии, преодолеть узость как материализма, так и идеализма. обрывает широкие перспективы для системного подхода к его решению и построению синтетической (т.е систем но-синтетической, системной - ЕУ.) философии. Предмет синтетической философии можно определить как соединение материализма и идеализма и определение основного вопроса его как саморегулирующейся системы путем взаимодействия прямой и обратной связи - материи и духа.

В истории философии было немало попыток создания синтетической философии на основе признания строгой паритетности соотношения материи и духа. Такими направлениями были гилозоизм и особенно пантеизм, которые заявляли о себе каждый раз в периоды обострения противоречий, между материализмом и идеализмом с целью их примирения и достижения синтеза в философии Так было с пантеизмом эпохи Возрождения (Дж. Бруно, Н. Кузан-ский), Нового времени (Б. Спиноза) и Новейшего времени (Гегель), русским космизмом, который, однако, был выключен в советский период из нацио-налъного и мирового историко-философского процесса [там же, с.16].

Объективно материя и дух составляют неразрывное единство или тождество, которое, однако, разрывается материализмом и идеализмом В этом плане Г А Югай анализирует труды евразийца Л.П. Карсавина, который пишет: «Существование высших личности необходимо для понимания человечества и 11 жизни Вселенной, оно направляет нас в область бытия, в которую люди, заваленные повседневными своими делами, настроенные утилитарно (а следом за ними и философы), не смотрят и поэтому, при необходимости, не могут сказать, что является смыслом их жизни. Так называемые «идеалисты» стараются превратить эту область в одно отдельное бытие без эмпирического, конкретного как ненужного бытию; они не понимают, что есть совершенство или полнота бытия. Другие эту область смело отрубают от эмпирического бытия, пытаются удовлетвориться последним, но не могут его ни объяснить, ни осмыслить» (Л.П. Карсавин Европа и Россия. Наброски евразийской идеологии. СПб.. 1992) [цит. по 422, с 19].

В итоге и материализм, и идеализм оказались ограниченными и односторонними направлениями, оторванными от Истины. Падение абсолютных идеалов в философии приводит к одряхлению самой философии. На этом фоне с виду торжествующий бездуховный материализм, въевшийся в западную циви-

лизацию, искажает истинную суть развития, направляет ее к краху В данном менталитете такой же односторонней, бесплотной становится религия. Дух без плоти так же неполон, как и плоть без духа. Поэтому религия - это такой же релятивизм, как и материализм. «Не только материализм, но и религиозный путь не имеет истинных, абсолютных идеалов, ибо нарушено единство, тождество материи и духа» [там же, с. 19]. Односторонность западного менталитета подчеркивал и социолог П. Сорокин: «Западная истина чувств стоит перед лицом трагической развязки своего же собственного свержения с престола... Истина, сведенная до нормы чувственного удобства, до условности, до идеологии или до «деривации», прославляющая экономические и другие интересы, сама уничтожает себя» [323, с. 487].

Г А. Югай анализирует также и другую сторону философского понимания истины и истинного пути, выработанную культурой Востока, в частности, на примере даосизма, конфуцианства, а далее - в «восточной ветви» русской философии и этики (Блаватская, Елена и Николай Рерихи, этика Толстого и др.). Он указывает первоисточники восточного направления, в частности, древнекитайское учение о золотой середине - Чжун-Ю, где описано следующее: «Хороший человек иногда старается идти по правильному пути, но, пройдя половину его, оставляет его... Высший человек идет по пути середины. Хотя бы он был никем не знаем, никем не видим, он об этом не сожалеет. И только мудрец способен на это». Или другое изречение в великом учении о золотой середине - Чжуть-Ю: «Равновесие - это великий корень, основа, из которой вытекают всякие человеческие поступки, а гармония - тот общий дух, по которому все должны идти. Пусть равновесие и гармония достигнут степени совершенства, и счастье воцарится везде - и на небе, и на земле, и все будет развиваться и процветать» (Будда. Конфуций. (Жизнь и учение). М., 1995.) [цит. по: 422, с. 155,156].

Г.А. Югай подчеркивает, что ((разумная природа» Чжун-Ю и «разумный логос» Гераклита - два полюса единого евразийского философского логоса. «Такими же мыслями наполнены произведения и русских космистов, которые непременно будут востребованы при синтезе ноосферной этики, составляя ее ядро... устойчивое развитие всегда достижимо путем оптимального сочетания, крайностей максимума и минимума системы координат, ее горизонталей и вертикалей. Точка же их пересечения - золотая середина» [там же, с. 156, 157]. Именно евразийский русский философский логос развивается сегодня в синтетическую философию = системную философию на рубеже третьего тысячелетия.

В заключение своей книги автор пишет, что уникальность русской культуры - в исключительно хорошей структурированности души, где лучше, чем где-либо еще, представлен уровень сферхсознания - бескорыстие и духовность. Данный уровень поистине космическо-синтетического, целостно-интуитивного созерцания Мира и сохранения его в гармонии и красоте. Эта уникальность русской души (как великого суперэтноса по Гумилеву - Е.У.) имеет своего конкретного носителя - интеллигентного человека, неважно

образованного или необразованного... Новоевразийство и ноосферность выражают величие России как духовной державы с ее культурологическим детерминизмом, признанием примата духовности над материальным благополучием, христианско-православным аскетизмом самоограничения человека в отношениях его ко всему окружающему миру: другим людям, обществу, природе. Такой «экологический» образ жизни наилучшим образом способствует открытому и устойчивому развитию общества, составляющего ядро аксиологии - семантической информации, структурированной в уровнях русской души генетической памяти предков - исторического бессознательного (Е.У.), подсознания, сознания и сверхсознания с интегрирующей ролью последнего; на трех компонентах - элементах русской культуры: соборность, гуманизм и ненасилие. На алтарь такого, прямо скажем, идеального «поэлементного» структурирования смысла, семантики бытия России как целого положен вклад великих титанов культуры: писателей, поэтов, ученых, философов, композиторов, архитекторов, меценатов, общественных деятелей, мыслителей и т.д. [там же, с 160].

Мы не рассматриваем в данном разделе системно-философскую по сути концепцию В.С.Соловьева, поскольку ее соответствующие черты были описаны нами в предыдущем разделе.

В связи с описанием последних вариантов системно-философских построений, встает еще одна важная философская проблема – сущность духовности в системно-философском видении Мира. Данная проблема в 80-е и особенно в 90-е годы стала широко обсуждаться в российской философской литературе. Проведен ряд крупных научных конференций и круглых столов (например, журналом «Вопросы философии»). Прозвучали, а также опубликован ряд интересных идей материалов по проблеме духовности человек и общества (Л.Буева, А.Вознесенский, В.И.Гараджа, И.Гарин, П.Гуревич, В.Красиков, В.Лекторский, В.Налимов, В.Неменский, Т.Резник, И.Фролов, В.Щердаков, И.Экономцев, Е.Яковлев, В.Ярышкин и др.) [41;43; 125;130; 269; 294; 331]. В связи с рассматриваемой в нашем исследовании стороной проблемы, отметим недавно опубликованную работу Г.В.Платонова и А.Д.Косичева «Проблема духовности личности (состав, типы, назначение)» [269]. Авторами в конце 90-х гг. предпринята попытка обобщить с целостных, системно-синтетических позиций ряд наметившихся современных подходов к проблеме. На базе обобщения ряда представлений, приводится понятие духовности, которая обозначается как «комплекс существенных качеств человеческой психики (души), выражающий ее нравственное, эстетическое, интеллектуально-когнитивное и экологическое (природозащитное) содержание, направленный на утверждение подлинно человеческого в людях, т.е. принципов гуманизма, а также на преодоление элементов бездуховности в мировоззрении и культуре; ее квинтэссенцию составляют понятия: Вера, Надежда, Любовь, София (мудрость), Красота, Справедливость, Гармония» [269, с.17].

Важно также следующее: Г.В.Платонов и А.Д.Косичев теоретически корректно и обоснованно показали, что религиозно-сакральная и светская ду-

ховность не являются резко разделенными и тем более антиподами (это может происходить лишь в определенных трагичных конфликтных социокультурных условиях, под давлением разрушительной политики). На самом деле, это комплементарные, взаимодействующие и взаимодополнительные типы духовности, обогащающие свое содержание в процессе творческого взаимодействия. Антиподом же духовности является бездуховность, в любых ее формах и проявлениях, разрушающая гармонию души, человеческих и социоприродных отношений. Приводятся основные виды бездуховности. [там же, с.18-32]. Можно лишь согласиться с авторами в том, что целостное системное понимание духовности основано не на разделении, а на добровольном умном взаимодополнении лучших духовных форм бытия: верующих (разных религий), индифферентных к вере людей и атеистов; художников и ученых; простых граждан и наиболее образованных членов общества; лучших представителей разных национальностей и духовных культур землян. В их совместной созидающей духовной деятельности и состоит, по-видимому, Соборность и Общее Дело в эпоху ноосферы.

В связи с ограниченностью объема работы, мы также не имеем возможности останавливаться на системно-философских идеях, имеющих место и трудах других философов и ученых. Отметим лишь, что ряд ценных системно-философских идей в 80-90-е гг. высказан широко мыслящими учеными нашей страны: Р.Ф..Абдеевым, Н.Н.Моисеевым, В.П.Казначеевым, С.В.Казначее-вым, М.М.Камшиловым, Ю.В.Яковцом и др. Например, Ю.В.Яковец в своих работах [423 и др.], на основе подробного анализа системной эволюции научного познания приходит к следующим выводам. Каждая научная революция, кардинальная смена научных парадигм имеет своих лидеров и свой эпицентр. В роли лидера выступают то философия, то другие области знаний. А внутри каждой парадигмы можно выделить совокупность научных открытий, опре-деляющих, по его выражению, «пояс перемен». Кроме того, можно выделить географические центры роста нового общего знания, в частности, социологического.

«Географическим эпицентром научного прогресса была Древняя Греция затем лидерство переместилось на Восток, потом вернулось в Италию и другие страны Западной Европы. В начале и в конце XX века... в эпицентре формирования новой парадигмы социальной науки оказалась российская научная мысль» [423, с. 5]. Фактически описываемая автором новая российская парадигма обществознания 90-х гг. - постиндустриальная парадигма преимущественно «трансформационного» характера социальных преобразований - есть не что иное как системно-синтетический подход к обществу, опирающийся на системно-философское видение Мира. «!>гот не всеми признаваемый противоречивый сдвиг заслуживает более тщательного исследования... Множится число монографий, научных дискуссий и конференций, в которых формируются и развиваются краеугольные камни постиндустриальной парадигмы, -хотя пока еще нельзя сказать, что ее разделяет большинство научного сообщества, что она стала общепризнанной» [там же, с. 12,14].

По мнению автора, формированию новой парадигмы именно в России, благоприятствует ряд факторов. Во-первых, острота противоречий трансформирующегося общества требует немедленного ответа на ряд жгучих вопросов, т е. существует социальный запрос, который наполняется адекватным научным содержанием. Во-вторых, обширное научное наследие нашей страны, очищенное от вульгарно понимаемого конфликтогенного марксизма и от модных, но бесперспективных западных увлечений, создает надежный фундамент и для новой системы взглядов. В-третьих, важное значение приобретают и особенности менталитета российского научного сообщества. «Западные ученые, как правило, склонны к детальной проработке и тщательной аргументации и проверке каждого нюанса научной мысли ... Ученые Востока нередко увлекаются тонким анализом абстрактных мыслей ... и с трудом воспринимают живой ветер перемен. Российские ученые отличаются широтой кругозора, склонностью к абстрактному мышлению и построению новых смелых концепций, системосоздающих идей и гипотез (иной раз не особенно обременяя себя стройной логикой доказательств), способны воспринимать и творчески перерабатывать чужие идеи, органически включать их в ткань формирующейся обшей или частной парадигмы» [там же. с. 14]. Полагаем, что данные умозаключения вполне резонны.

Таким образом, кроме общефилософских системных построений, в последние годы в литературе появился ряд системно-философских построений, касающихся общества, человек, его духовного мира. Не имея возможности описать данные концепции в связи с ограниченностью объема работы, назовем их авторов, с указанием соответствующих трудов. Социально-философский и культурологический аспект современных системно-философских построений исследует ряд философов и ученых: В.П.Алексеев, И.Д.Андреев, Л.И.Анци-ферова, В.Г.Афанасьев, В.С.Барулин, Н.П.Бехтерева, М.Я.Бобров, А.О. Бороноев, Н.П.Бочков, Э.В.Гирусов, С.И.Григорьев, Б.Т.Григорьян, П.С.Гуре-вич, А.А.Гусейнов, В.В.Давидов, А.П.Дубров, А.В.Иванов, В.П.Казначеев, Н.Г.Козин, А.Д.Косичев, В.А.Лекторский, Б.Ф.Ломов, М.К.Мамардашвили, А.Г.Мысливиченко, В.В.Налимов, Г.В.Платонов, Б.В.Раушенбах, В.М.Ро-зин, Е.А.Спирин, В.С.Степин, В.М.Федоров, В.Н.Филиппов, И.Т.Фролов и ряд др..

Вновь обращаясь к общей социокультурной ситуации на пороге XXI в. и третьего тысячелетия, отметим: в настоящее время уже практика жизни ясно показала гибельность и катастрофичность дальнейшего конфликтогенного социального и социоприродного пути развития, который неминуемо ведет цивилизацию и человечество к глобальной экологической и духовной катастрофе. Напротив, стало совершенно очевидно, что необходим поиск принципиально иных путей развития, неконфликтного характера. Единственный путь выживания человечества, в частности, в экологической катастрофе, - это путь гармонизации социоприродных отношений, возможный лишь на базе нового мировоззрения и качественно новой социоприродной практической деятельности. Кроме того, показала свою эффективность в ХХ в. и социальная политика

мирного сосуществования различных государств, общественных классов, слоев и т.п. Практически все более необходимой становится гуманистическая философская и религиозная идея, лежащая в основе развития лучших нравственных отношений людей, Человек и Мира. Следует отметить, что в настоящее время гуманизм становится жизненно важной чертой не только религиозного, но и светского мировоззрения, а также он все более начинает проникать в науку и научное мировоззрение. Сегодня жизненно необходим Мир как гармоничная целостность и реальный гармониогенез как путь движения к гармонии. Следовательно, также важен и целостный философско-научный подход к решению проблем не с конфликтным, а с гуманным, гармонично реализуемым исходом.

Таким образом, реально формируется практическая потребность в развитии философско-теоретических, научно-практических концепций не только и не столько конфликтогенеза, а преимущественно гармониогенеза, при философско-научном рассмотрении обоих путей развития. Этот всеобщий синтез даст возможность человечеству преобразовывать природу не на базе конфликта, покорения и разорения, а на основе взаимодополнительности, взаимных изменений с достижением в итоге новых, гармоничных социоприродных целостностей, а также гармонии в самом человеке и обществе. Основной целью станет учет главных долгосрочных последствий антропогенных воздействий для блага развития не только человеческой цивилизации, но и природы в целом. И в общем, это время не за горами, а ученые и философы совместными усилиями в состоянии приблизить эту эру, необходимую для сохранения и процветания человечества и природы. Тем более, что другого оптимистичного пути развития человеческой цивилизации, видимо, просто не существует. Сугубо эгоцентрическая технократическая стратегия изолированного развития одного лишь общества за счет уничтожения, подобно шагреневой коже, ресурсов и природы планеты, или процветания отдельных государств, народов за счет разорения и гибели других народов, в итоге безальтернативно ведет к гибели цивилизации.

А в целом, если мы принимаем самодвижение как наиболее общую методологическую основу системной философии, мы можем дать ей следующее определение. Системная философия – это философия гармонии активного (живого) дискретного Мира-Системы в его самодвижении. Более широко – это философия гармонии человек, общества и природы в их самодвижении в эпоху ноосферы.

Полагаем, что системная философия будет представлять продолжение лучших синтетических традиций мировой, русской и советской научной философии. В частности, для русской философии характерны особые черты, связанные с синтетическим отражением живой цельности Мира и Человек, без которых не может быть построен и фундамент системной философии, развивающейся на российской культурно-исторической основе. Указанные синтетические традиции в значительной мере были утеряны в традициях западной философии XIX-XX вв., в связи с несомненно важным феноменом эволюции

науки, прежде всего физики и механической по сути картины Мира, в которых основу познания составляет лишь научный опыт (эмпирия), а базу для синтеза – абстрактно-логическое мышление. По мнению А.Ф.Лосева, для западноевропейской философии, начиная с Нового времени, характерны три основные тенденции: рационализм как главная, исходная тенденция и производные от нее - меонизм (от греческих корней – «не-сущее», вера в ничто) и имперсонализм, где человек предстает лишь как пучок перцепций. «В постоянной борьбе с мистицизмом средневеквья новая философия оторвалась от темных, хаотических основ разума и сознания, от иррациональной, творческой, космической основы. В борьбе с тем же мистицизмом оторвалась она и от неба, от сверкающих вершин разума, которые высились в благословенной и умиротворенной небесной голубизне… Вместо живой гармонии цельного, нераздельного логоса и музыкального народного мира… сформировалось… понимание природы как иррелигиозного, механического целого» [205, с.214]. (Заметим, что широкое психоаналитическое движение в западной науке и философии с конца XIX в. и особенно в ХХ в.е также, по-видимому, представляет естественную реакцию ума на ограниченность рационализма).

По мнению А.Ф.Лосева, основание западноевропейской философии – «рацио». Русская же философская мысль, развившаяся на основе греко-православных представлений, в свою очередь, во многом заимствованных у античности, кладет в основание всего Логос. «Это не субъективно-чело-веческий принцип, а объективно-божественный… Логос есть принцип, имманентный вещам, и всякая res (вещь – Е.У.) таит в себе скрытое, сокровенное Слово (как божественный, или всемирный закон – Е.У.)… Истина онтологична. Познание истины мыслимо только как осознание своего бытия в Истине» [417, с.21]. Столкновения между ограниченным «рацио» и высшим Логосом, напряженный внутренний поиск истины отмечается как характерная черта русской философии. Поэтому не случайно, что синтетические варианты системной философии и современной научной философии мы встречаем именно в российской ментальной традиции. Эти черты становятся важнейшими чертами современной синтетической философии и наряду с другими характеристиками, формируют ментальную основу нового знания. К ним мы относим следующие:

· Онтологизм русской философии, т.е. приоритетное значение онтологического подхода в определении понимания сущности бытия; стремление отразить глубинные основы мироздания; сопричастность к отраженному бытию; единство онтологии, гносеологии и живой практики жизни.

· Всеединство как главный принцип миросозерцания, миропонимания и деятельности.

· Космизм русской философии, убежденность в наличии законов гармоничного сосуществования космоса, живой природы, общества и человек, Макрокосма и Микрокосма в единстве законов бытия.

· Гносеологический реализм, как убежденность в познаваемости Мира, но не только в узком сенсорно-эмпирическом и рационалистическом плане,

а в широком отражении бытия посредством высших чувств, глубоких мыслей, творческой интуиции, на прочной духовно-нравственной основе; отношение к отраженному идеальному предмету как к действующей субъективной реальности, создающей мир человек и вторую (искусственную) природу.

· Гуманистичность как важнейшая черта философии, не только рели-иозного плана, но также светского и научного характера.

· Соборность как неотъемлемая черта философии и бытия среди людей, как сопричастность человек и общества в единстве социального и духовного бытия, как общение в любви; альтруистическая по сути «МЫ-философия», в отличие от эгоистической по существу «Я-философии» (по выражению Н.Лосского).

· Систематичность, системность и интегративность как характерная черта ряда направлений русской философии советского периода (в областях исследования категориального аппарата, научной картины Мира, логико-гносеологических проблем и т.п.).

· Ноосферное глобальное сознание (пневматосферное, по Флоренскому), в котором судьбы человек, нации, страны и человечества сопричастны, неотделимы друг от друга; ноосферное создание как духовная основа выживания человечества на грани глобальной духовно-экологической катастрофы.

· Экологичность философского миропонимания, мироотношения и мироустройства как неотъемлемая черта современной эпохи.

· Философия здорового духовного и материального бытия как единая философия здоровья Природы, Общества и Человек в их гармоничном сосуществовании.

· Нравственная терпимость к инакомыслию, но не беспринципность в философской теории и практике бытия.

· Единство духовной Веры и глубокого Знания; гармония Истины, Добра и Красоты; духовная преемственность собственных национальных гуманных культурно-исторических традиций, уважение к лучшим достижениям других национальных культур, использование лучшего мирового философского наследия Востока, Запада и иных мировых традиций.

· Фундаментальность, научная обоснованность философских положений, эвристичность и прогностичность основных идей и постулатов философии.

· Практическая востребованность полученных знаний современностью, научная организация и согласованная, четкая комплексная деятельность людей на базе всеобщих знаний с целью предотвращения катастрофических явлений и гармонизации мира человек, общества и социоприродных отношений.

Таким образом, полагаем, что системная философия – это МЫ-философия в лучшем смысле этого слова. Ее носителями являются не безликая масса и поднимающиеся над ней выдающиеся элитарные исторические

личности, способные искусно управлять и манипулировать толпой для достижения своих (чаще всего эгоистичных) интересов. Это не организация талантливых эгоистичных личностей, конкурирующих между собой и разжигающих конфликты вокруг себя. Носители, субъекты системной философии представляют добровольный союз и сотрудничество одаренных, гармоничных, альтруистичных личностей, вкладывающих свой интеллектуальный потенциал и творческие силы в Общее Живое Соборное Дело. Это творческий союз людей высоко духовных – воспитанных и образованных, отличающихся самобытностью, неповторимостью, неиссякаемым трудолюбием; способных к высшему благородному напряжению сил, движимых Любовью. В процессе саморазвития и самоуправления, они воспитывают в себе способность не конкурировать, конфликтовать, а сотрудничать в содружестве ради Общего Дела. Творцы и труженики ноосферы, они овладевают умением организовать людей и реализовать на практике выход из надвигающихся региональных и глобальной духовной и экологической катастроф; обеспечить научно-обоснованное движение на пути к социальной и социоприродной гармонии, коэволюцию общества и природы. Но системная философия – это также гармония внутреннего Мира Человек, его телесности и духовности, поскольку, как отмечалось, только цельный человек способен создать целостную теорию систем и организовать Благородное Дело.

Определив главные черты системной философии сделаем предположение, что, по видимому, формирование данной парадигмы, в отмеченном наиболее широком синтетическом варианте не случайно возникает на культурно-исторической основе русской философии и советской философии (с которой сбрасывается насильственная организация мышления философа). Пока жив русский народ как великий суперэтнос, создавший самое большое государство в мире, народ - как русская нация, как реальное братское единство славянских народов (русских, украинцев, белорусов и т.д.) и других народов Великой России, в нем живет русская душа [89]. Ведь недаром великий Пушкин писал: «Здесь русский Дух, здесь Русью пахнет». Поэтому свойство живой души народа, где бы ни были его сыны – или в русском зарубежье, или под гнетом репрессий, или в поте лица трудились на огромных просторах Отчизны – проявляется в его мыслях и делах, концентрируется в его философии.

А особенность русской философии – не только в ее молодости, но также в зрелости и самобытности. Б.П.Вышеславцев писал: «…опровергается мнение иных скептиков, что русской философии никогда не было. Мы, русские, правда, прошли через период ученичества и были добросовестными учениками всех философских школ Европы. Но этим мы можем только гордиться. Нашей задачей было использовать все лучшее, что было сделано философами Европы» [69, с.11]. Особенность русской философии, видимо, в ее молодости, сохранившей исходную цельность миро-представлений, в том, что она прошла путь освоения дифференцированного философского знания Европы, но, не утеряв исходной синтетичности мышления и Духа, свойственной Востоку и ранней античности, непротиворечиво и естественно устремилась к новой инте-

грации как велению современности. Западная же философская мысль в процессе своего культурно-исторического развития ушла в глубокую монистическую и плюралистическую дифференциацию, во многом утратив традиции цельности отражения бытия, присущие исходно синтетическим ранним культурам человечества, а поэтому сегодня постепенно идет к новому синтезу, но более сложными окольными путями, через сумму и интеграцию разрозненных частей.

Определив главные черты и особенности системной философии можно в общем виде охарактеризовать и связанную с ней НКМ. Полагаем, что новейшая системно-философская НКМ конца ХХ - начала ХХI в. – это картина активного дискретного Мира-Системы (Космоса, Биоты и Социума) в его самодвижении, формирующаяся на основе современного системно-интегра-тивного, комплексного научного знания и системной философии, т.е. на базе системно-философского подхода (где под системно-философской интеграцией знания подразумевается теоретический синтез структурно-организационного, системно-научного, самоорганизационного, экологического и системно-информационного подходов).

В завершение данной главы, после краткого анализа исторических и логических преобразований теоретико-философских знаний о Мире и его современного состояния, обратимся к более подробному рассмотрению сущности основных современных форм научной картины Мира и к процессу их закономерной интеграции в системно-философской НКМ. Этому посвящен следующий раздел работы.

<< | >>
Источник: Ушакова Е.В.. Системная философия и системно-философская научная картины мира на рубеже третьего тысячелетия. Часть 1.. 1998

Еще по теме Синтетическая философия в исследованиях ГЛ. Югая:

  1. Новый подход к исследованию африканской философии
  2. – «синтетические
  3. Синтетический и аналитический учет
  4. Синтетические стратегии.
  5. Синтетическая продажа.
  6. Синтетическая продажа кола.
  7. Синтетическая покупка пута.
  8. Синтетическая продажа пута.
  9. Некоторые проблемы синтетической теории эволюции
  10. Синтетическая, или «небалансовая», секьюритизация
  11. 2.7. Аналитико-синтетический метод
  12. Одноуровневая схема отбора синтетической теории эволюции
  13. Общие стандарты аудита аналитического и синтетического учета в банках
  14. XV. СИНТЕТИЧЕСКОЕ И АНАЛИТИЧЕСКОЕ СУЖДЕНИЕ
  15. Аналитическая и синтетическая трактовки
  16. Кредитный дериватив - синтетический финансовый актив
  17. План синтетических счетов депо для учета депозитарных операций с ценными бумагами
  18. Семинар 1. Становление философии. Роль философии в жизни человека и общества
  19. Внутридисциплинарный синтез: одноаспектные теоретические исследования в естественных науках и одноплановые (но многоаспектные) исследования в технических науках