Мозг является центром нервной системы, куда сходятся и откуда выходят все нервные реакции организма.

Мозг получает электриче­ские сигналы от предметов внешней и внутренней среды. Эти сигналы он получает по нервным проводам, которые в самом общем виде де­лятся на афферентные (восходящие) и эфферентные (нисходящие) нервы.

%

стей, органов чувств, секреторным органам и т. д.) и по эфферентным нервам доводят их до исполнителей, в результате такого возвратного механизма (от рецепторных окончаний к нейронам и обратно) в дейст­вие приводится значительная часть организма, как говорили Бехтерев и Введенский, — «добрая половина организма». Мозг является мотором, двигателем всей нервной системы и является главным источником сознания. Он составляет главное, определяющее звено центральной нервной системы.

Нервы также подразделяются на чувствительные и двигательные. Чувствительные передают в центры коры головного мозга ощущения от органов чувств, которые они получают от внешней среды и внут­ренних органов; двигательные по команде корковых участков приводят в движение весь организм человека.

Сам по себе мозг человека обладает довольно сложной структу­рой. Причем приходится говорить о мозге и животного и человека, т. к. его устройство у многих животных (особенно высокоразвитых) имеет некоторую «схожесть» с мозгом человека, хотя профессор Ю. В. Урываев обоснованно предупреждает: «...результаты опытов на лягушке переносить на человека совсем нельзя ввиду глубочайшего различия между ними» (109, с. 5). Даже эксперименты с высшими приматами в полном объеме нельзя переносить на нервную систему человека, его мозг. Можно говорить об аналогии, но не о совпадении. Урываев обоснованно считает, что преобладающую часть знаний о себе человек накапливает через познание других и от других людей. Познание опосредовано в значительной мере другими людьми. Отчас­ти это объясняется тем, что преобладающая доля сигнализации от ре­цепторов тела либо не поступает в центральную нервную систему, либо достигает ее, но не осознается. He всегда и не вся сигнализация вклю-

П

чается в деятельность анализаторов (см.: там же, с. 8). Данное заклю­чение физиолога подтверждается биофизиками. Авторы учебника «Био­физика» (М., 2000) объясняют суть этого феномена заложенной в мозг надежностью прохождения информации: «Пропускная способность любых рецепторных аппаратов существенно выше возможностей осозна­ния сенсорной информации. Человеческое сознание пользуется очень малой долей информации, поставляемой в мозг периферическими отделами анализаторов — сенсорными входами. Так, например, мак­симальный поток информации в процессе зрительного восприятия, осоз­наваемого человеком, составляет всего 40 бит/с, тогда как информаци­онная емкость потока нервных импульсов в зрительных нервах оцени-

7 ^^

вается величиной 10 бит/с. За счет столь огромной избыточности достигается высокая надежность процессов в организме» (22, с. 231).

Другая причина неполной усвояемости мозгом поступающей на внешние рецепторы информации— ограниченная возможность ее вос­приятия.

O

импульса по проводам равняется до 3*10 м/с (см.: 9, с. 78). Электрическое сопротивление нервного тока равно ~ 10^[5]Ом м², а емкость ~ 0,5*IO ² Ф/м² (см.: там же. с. 10). У Пенфилд и Г. Джаспер приводят пример, когда при увеличении силы тока, человек неожиданно замолкал, а при снижении его вновь возобновлял разговор о своей болезни. Великий итальянский ком­позитор H. Паганини отличался исключительной восприимчивостью зву­ков. Никто из оркестра не слышал звуки, а он слышал и воспроизводил их на скрипке. Суеверные слушатели (да и многие музыканты) считали, что он связан с дьяволом, потому что такие высокие или низкие звуки не мог

услышать, по их мнению, ни один нормальный человек.

А. М. Иваницкий полагает, что качество сигнала, поступающего в нервную систему живого организма, в значительной мере зависит от пути, по которому он проходит до корковых участков (см.: 45, с. 14). Этот факт, кстати говоря, характеризует и индивидуальные особенно­сти человека, принимающего сигналы: если у него нервы утолщенные,

сигнал проходит путь с повышенной скоростью, меньшеи сопротив­ляемостью, утонченные — с пониженной скоростью, большей сопротив­ляемостью. Скорость прохождения сигнала по нервным путям вполне можно считать своеобразным эталоном оценки нервной системы чело­века и его мозга. K сожалению, в своих исследованиях естествоиспы­татели установили многие параметры скорости прохождения нервных импульсов, но не связывают обнаруженные различия с физиологиче­ской структурой центральной нервной системы и мозга обследуемых людей. A без этого получаемые данные остаются без объяснения при­чин их различий, порою весьма существенных.

Мозг живого организма как целостность подразделяется на не­сколько видов: костный мозг, спинной мозг, средний мозг, большой (или головной) мозг. Головной мозг человека наиболее развит в срав­нении с мозгом животных. Ero удельный вес по отношению к весу те­ла у человека больше, чем у всех животных. A в самом головном мозге наиболее развиты лобные доли. Лобная доля у человека развита значи­тельно больше, нежели у обезьян, а у последних развита больше, не­жели у хищных животных (см.: 16, с. 349).

Головной мозг разделяется на два полушария: правое и левое. Ка­ждый из видов исполняет довольно большой набор функций, свойст­венный только ему, но вместе с тем способный заменять на некоторое время функции другого мозга. Скажем, в спинном мозгу сосредоточе­ны двигательные центры: повреждение спинного мозга ведет к пара­личу всего тела или отдельных членов, конечностей, суставов и т. д. B головном мозгу также имеются двигательные центры, которые по­сылают энергетические сигналы или в соответствующие участки спинного мозга или непосредственно к органам тела, вызывая их дви­жение. Урываев отмечает, что «сигнализация о состоянии тела посту­пает преимущественно в спинной мозг... Сигнализация о внешней среде поступает главным образом в головной мозг» (109, с. 81), Это замечание ученого подчеркивает специализацию различных видов и отделов мозга. Ho она не носит раз на всегда заданный характер, она — не абсолютна, она — релятивна.

Левое полушарие головного мозга, как установлено многими фи­зиологами (В. М. Бехтерев, H. E. Введенский, И. П. Павлов, H. П. Бех­терева, П. В. Симонов, К. В. Судаков и др.) занято преимущественно интеллектуальной (аналитической и синтетической) деятельностью, а правое — в основном эмоциональной. B зависимости от того, в каком полушарии совершается интеллектуальная деятельность, а в каком — эмоциональная, все люди условно делятся на «левшей» и «правшей».

Сравнительная интеллектуальная пассивность деятельности право­го полушария представляет собой огромный резерв повышения умст­венной деятельности человека. Физиологам Института Высшей нервной деятельности и нейрофизиологии Академии наук (д. мед. н. H. E. Сви- дерский, к. мед. н. О. И. Коекина) опытным путем удалось поднять активность правого полушария до 80-90 % против обычных 3^4 % (Цит. по: 81, с. 27). Нетрудно понять, что расширение и совершенство­вание подобных опытов без особых затрат позволит поднять интеллек­туальный уровень многих людей (особенно детей), чье умственное развитие в силу различных условий оказалось на несколько ступеней ниже в сравнении с более развитыми детьми. Использование этих опытов в педагогике поможет решить проблему так называемых «сред­них» и «отстающих» учеников в школах. Благодаря применению по­добных опытов проблема может быть сведена к минимуму. Таким образом, физиологическая проблема «левшей» и «правшей» может приобрести огромное социальное значение.

B вертикальном отношении головной мозг также имеет довольно отчетливую функциональную структуру. Поверхность мозга представ­ляет собою так называемое серое вещество или кору головного мозга, где и сосредоточены основные зоны, непосредственно участвующие B образовании сознания. Белое вещество, находящееся в подкорковой части мозга, физиологами называется или белым мозгом или белым веществом. Ero деятельность больше связана с регулированием двига­тельных функций организма.

Естественно, исследователей сознания в первую очередь интере­суют те участки мозга, которые так или иначе связаны с образованием сознания. Ha основании многочисленных опытов, проведенных с по­мощью электрического раздражителя еще в первых десятилетиях XX в. и описанных Фритчем, Гитцигом, Феррье, Шарко, нашими отечест­венными физиологами В. М. Бехтеревым, H. E. Введенским, И. П. Пав­ловым, А. А. Ухтомским и др., было установлено, что серое вещество обладает собственной возбудимостью, которая происходит от возбуж­дения клеточных элементов (центров) коры, а не каких-либо других элементов. Совокупностью всех этих данных было доказано сущест­вование локализации центров в коре большого мозга (см.: 27, с. 264).

H. E. Введенский в «Курсе лекций» перечислил ряд центров коры головного мозга, которые были обнаружены физиологами разных стран к началу XX столетия: психооптическая сфера коры, обонятельные и вкусовые центры, центры кровеносных сосудов, центры дыхательного движения, центры отделения секретов из тех или иных железистых аппаратов. Выдающимся событием стало установление центра речи, названного по имени его открывателя центром Брока.

Открытие центра речи прямо указывало на ведущую роль голов­ного мозга в образовании сознания. Речь — это осмысленная деятель­ность организма. Поэтому наличие членораздельной речи — прямое свидетельство сознания. Введенский провел ряд опытов, чтобы дока­зать, что именно полушария головного мозга сосредоточивают в себе всю умственную деятельность. Особенно показательным получился опыт с голубем. «Если у голубя мало-помалу удалять большие полу­шария, — подводил итоги своих исследований Введенский, — он по­степенно тупеет, если совсем удалить большие полушария, он превра­щается в совершенный автомат. У него совершенно отсутствует интел­лект: можно доказать, что он никаких сознательных впечатлений не имеет. Он волнуется, чувствуя голод: убыстренно ходит, стучит клю­вом по полу, но сам есть не может, если даже вокруг рассыпаны зерна, надо раскрыть клюв и положить зерно в рот, тогда рефлекторно он его проглотит; страдая от жажды и сидя около воды, он не пьет; но ес­ли опустить его голову в воду, то он рефлекторно пьет... Голубь, лишенный полушарий и предоставленный самому себе, может погиб­нуть от голода и жажды, окруженный изобильным кормом и водой»

(там же, с. 244-245)^[6].

Введенский обобщает результаты опытов над большими полуша­риями: «На основании этих опытов приходят к заключению, что перед­ние отделы головного мозга, т. e. большие полушария, надо признать за орган сознания и воли, или за орган психической деятельности, так как по удалении полушарий у животного выпадает сознательно-вол- евая жизнь» (там же, с. 245).

Этот вывод одного из основателей отечественной нейрофизиоло­гии был воспринят всеми последующими исследователями. Верными этому выводу остаются и современные исследователи физиологии мозга. Ю. В. Урываев в своей докторской диссертации пишет: «Спо­собность нейронов передних отделов коры принимать на себя мотива­ционные, обстановочные и пусковые афферентации выявлена в целой серии исследований» (СудаковК. В., 1971; СиничкинВ. В., 1972; Cyda- ковК. В., KomoeA. В., ЖуравлевБ. В., 1973). К. H. Прибрам предполо­жил, что «при поражении лобных отделов коры нарушается „процесс намерения⁴⁴: прооперированные обезьяны делали больше ошибок в выборе нужных предметов, чем контрольные» (108, с. 29). Нарушения в лобной части головного мозга снижает скорость угашения ориента­ции: «скорость угашения ориентировочной реакции на индифферент­ный раздражитель после удаления или повреждения фронтальных отделов угашения ориентировочного рефлекса затягивается как у жи­вотных {Прибрам К., 1969), так и у человека» {Барановская О. П., Хом­ская E. Д., 1966; Лурия А. Р., 1973, — цитирует идентичные выводы своих коллег Урываев (там же, с. 40).

Сам Урываев провел эксперимент по лобэктомации (удалении) пе­редней коры обоих полушарий мозга у 13 собак и получил следующие результаты. Операция вызвала у всех лобэктомированных собак нару­шение ориентации в поведении: собаки путали сухарные кормушки с поилками, не нажимали педали, чтобы открыть ящик с кормушкой или чашкой с водой; им требовалось больше времени для исправления ошибки; не могли создать новую доминирующую мотивацию, инте­грацию для очередного поведенческого акта взамен старой, фактиче­ски эта же причина определяет и совершение ошибочной реакции. Вместе с тем нейрофизиолог отметил факт восстановления функций прооперированных участков мозга. Проведенные им эксперименты не подтверждают серьезных нарушений памяти у лобэктомированных со­бак. «Анализ поведения собак в ситуации выбора двух различных под­креплений показывает, что „наибольшее⁶⁴ использование аппарата па­мяти происходит в период, предшествовавший нажиму педали. B этот момент происходит активизация, „оживление⁶⁶ следов накопленного

V/ U

опыта о связи вида подкрепления соответственно с правой и левои кормушками и педалями, иначе говоря, „всплывает⁶⁶ вся „картина⁶⁶ си­туации» (там же). Физиолог объясняет этот факт тем, что «нарушение поведения лобэктомированных собак следует рассматривать не как на­рушение памяти вообще, а как результат неспособности таких живот­ных, с одной стороны, использовать аппарат оперативной и долговре-

KJ KJ

меннои памяти, а с другой, — активно расширять и совершенствовать механизмы селективного запоминания, выделяя более оптимальные или длительные ассоциации. Bce эти процессы осуществляются, ви­димо, в первую очередь на основе мотивации, которая, благодаря активности лобной коры, становится доминирующей на необходимый интервал времени, т. e. не только доминирующей, но и достаточно ста­бильной» (там же, с. 124). H. E. Введенский и В. М. Бехтерев также

KJ KJ

отмечали, что сначала происходит нарушение заученных деиствии со­баки: подача лапы по просьбе экспериментатора, спутанность ориен­тации, неуверенная побежка, у некоторых, до операции спокойных собак, проявление агрессивности и т. п., а потом довольно быструю восстанавливаемость нормального поведения.

Локализацию функциональных участков коры, обозначенную Вве­денским таким термином, целесообразно, видимо, назвать другим, бо­лее точным словом, рассматривая локализацию не как некую изолиро­ванность, а как «очерченность» определенного участка мозга. Термин «локализация» не означает полную, абсолютную изолированность участ­ка мозга. Она означает сосредоточенность клеток, исполняющих опре­деленную функцию, в данном месте. Ho эти функции могут прояв­ляться и в других отделах мозга, в других органах тела. Ухтомский от­мечал, что двигательные эфференции могут идти прямо из головного

мозга к соответствующему органу тела, а могут действовать через спин­ной мозг,