ДЕГУМАНИЗАЦИЯ КАК ОБОРОТНАЯ СТОРОНА НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА

М. М. Юльякшин Уфимский автотранспортный колледж, г. Уфа, Республика Башкортостан, Россия

Summary. In given article dehumanization process as the back of scientific and technical progress is described.

Key words: antiscentism; dehumanization; scientific and technical progress.

Одной из самых распространённых форм современного антис­циентизма является антропологический антисциентизм. Его сто­ронники отмечают всё возрастающую подчинённость отдельного индивида достижениям техники, углубление нравственного кризиса в обстановке технической урбанизации. Научные знания как ин­струмент завоевания власти над окружающей средой выступают и средством для господства над самим человеком в виде манипулиро­вания, управления, деструкции. Критическая оценка техницистско­го оптимизма часто воссоздаётся в литературных творениях совре­менных авторов, в частности в художественных антиутопиях, кото­рые рассматриваются как предупреждение всему человечеству. В них описывается практика складывания технократической систе­мы, в которой совершенные наука и техника угнетают индивиду­альность и независимость человека: например в романе Е. Замятина «Мы», А. Кестлера «Мрак в полдень», Л. Мэмфорда «Миф о ма­шине», а также в работах Дж. Оруэлла «1984 год» и О. Хаксли «О дивный новый мир». В них остро показаны драматические обра­зы «техногенных государств» будущего, где люди находятся в состо­янии «технологического рабства», совершается тотальное насилие над природой и личностью человека.

По мнению В. А. Кутырева, истинный смысл рациональность получает с развитием информационных технологий и использова­нием компьютерной техники. Они не изменяют окружающий мир, изменяя его внешний вид и структуру, а формируют новейшие со­здания «новой природы». Окружающий человека мир превращает­ся таким образом в искусственный, в соответствии с этим изменяет­ся и внутреннее существование человека. По его мнению, «идеоло­гическим результатом поражения людей во взаимодействии с тех­никой стало начавшееся теоретическое развенчание гуманизма, личности. Акцентируется ограниченность, "небеспредельность" че­ловека, выдвигаются проекты его физического усовершенствования. Если в начале своего развития эргономика была озабочена приспо­соблением техники к человеку, то теперь вектор внимания повора­чивается в противоположном направлении, вплоть до намерений прибегнуть к услугам генной инженерии» [2, с. 63].

На этом, в частности, настаивают идеологи трансгуманизма, что ещё более подогревает антисциентистские настроения в совре­менном мире. Трансгуманизм - это научно ориентированное миро­воззрение, согласно которому современный человек не является вершиной эволюции, но, скорее - началом эволюции вида "Homo sapiens". Появление трансгуманизма подготовлено всем ходом научно-технического и культурного прогресса и открывает перспек­тивы удовлетворения самых сокровенных, самых глубинных жела­ний человека. Трансгуманисты считают, что благодаря ускоряюще­муся научно-техническому прогрессу мы выходим на совершенно новый этап в развитии человечества.

Критика данного течения общественной мысли идёт с двух направлений: «практического» — выступления против намеченных задач и целей, поставленных трансгуманистами; «этического» — неприятие моральных позиций тех, кто придерживается данного течения.

В XIX веке М. Шелли создала образ Франкенштейна, искус­ственного чудовища, восставшего против создавших его людей. С тех пор этот неомифологический образ не покидает страниц печа­ти, кинолент и экранов телевизоров. Он стал нарицательным для подогрева технофобии во всех её формах. Поэтому в современной массовой культуре столь большое место занимает тема «восстания машин», и неудивителен тот резонанс, который был вызван в 1997 году тогда ещё первым проигрышем чемпиона мира по шахматам Г. Каспарова японскому суперкомпьютеру. «Технология, - пишет японский философ Т. Имамичи, - подобно природе, стала нашей новой средой обитания, имеющей свои собственные цели, которые независимы от человеческих, поскольку технология, как среда, как бытийственная тональность машинных образований, сама опреде­ляет своё направление развития» [1, с. 79].

Анализируя негативное влияние научно-технического разви­тия на некоторые аспекты общественного бытия, представители ан­тисциентизма проявляют особый интерес к процессу уничтожения индивидуальных различий между людьми. Так как в сегодняшнем мире в промышленном производстве основополагающую роль вы­полняют сложные технические аппараты, индивид зачастую просто превращается в их механическое «приложение». Возросшие воз­можности потребления товаров и услуг сами по себе не дают чело­веку чувства осмысленности существования. Человек оказался во­влечён в игру политических, идеологических, экономических дей­ствий, в которой он служит лишь средством достижения каких-то дегуманизированных целей. В начале прошлого века рационали­стически ориентированные социологи верили, что новая техника углубит и расширит человеческое общение, механизмы демократии. Теперь же, приглядываясь к политической жизни, многие филосо­фы пишут об угрозе тоталитаризма, об опасности массовых психо­зов и непредвиденных страхов, чреватых весьма пагубными послед­ствиями для всего человечества. Переход ведущих западных стран к постиндустриальной стадии техногенного развития и формирова­ние адекватных ей культурных универсалий сопровождались и мас­совым осознанием масштабов культурных потерь, уплаченных в ка­честве своеобразной "цены прогресса".

Антисциентизм в данной форме выглядит как отрицательная реакция человека на существующую угрозу подавления его индиви­дуальности этатистскими ценностями технократического общества.

Библиографический список

1. Имамичи Т. Моральный кризис и метатехнические проблемы // Вопросы философии. - 1995.- № 3.- 72-83 с.

2. Кутырев В.А. Культура и технология: борьба миров. - М. : Прогресс-Традиция, 2001.

3. Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия биотехнологической революции. - М. : ООО "Издательство ACT"; ОАО "ЛЮКС", 2004. - С. 308.