Эсхатологические мифы

Эсхатологические мотивы появились в интеллигентской мифологии после печального опыта революции 1905 г. Н. А. Бердяев, вспоминая те времена, категорично утверждал: «В сущности, кончился героический пе­риод в истории русской интеллигенции .

Однако покойник оказался живучим. У русской интеллигенции хва­тило духа на революционные взрывы 1917 г. и последующую жестокую гражданскую войну, когда решался вопрос о жизни и смерти обществен­ных классов и сословий, а стало быть, и о судьбе русской интеллигенции. После окончания братоубийственной смуты эмигрантам пришлось оплаки­вать новый эсхатологический миф. Тот же Н. А. Бердяев мрачно изрек: «Русская революция была также концом русской интеллигенции . Русская революция отнеслась с черной неблагодарностью к русской интеллиген­ции, которая ее подготовила, она ее преследовала и низвергла в бездну»^[34].

С распадом Советского Союза пришла очередь хоронить советскую интеллигенцию. Еще в 1997 г. замечательный летописец нашей интелли­генции Даниил Александрович Гранин пришел к выводу: «Боюсь, что без­возвратно уходит со сцены славная русская интеллигенция. Очевидно, нам предстоит та же структура, которую имеет общество развитого капитализ­ма в других странах, где нет интеллигенции, а есть интеллектуалы. Совер­шенно иная должность»^[35]. Правда, сам Гранин сомневается, что «этого хва­тит». Другие представители постсоветской интеллектуальной элиты в этом не сомневаются и без всяких оговорок пророчат «конец русской интелли­генции». Например, один из лидеров нашей социологии Н. Е. Покровский в статье, многозначительно озаглавленной «Прощай, интеллигенция!», проследив драматическую биографию русской интеллигенции, провозгла­шает: «Волею исторического случая мы оказались свидетелями и участни­ками окончательного разрушения интеллигенции и ухода ее с историче­ской арены. Вместе с интеллигенцией уходит и мир ее идеалов. Ему нет места в новой климатической ситуации»^[36].

Я думаю, что не следует торопливо выпроваживать интеллигенцию с «исторической арены». Ее судьбу решит молодое постсоветское поколе­ние, формирующееся сейчас на студенческой скамье.