Мифы о долговом бремени

Последние несколько мифов касаются тех, кто несет бремя государственного долга. Поскольку не ясно, в каком смысле государственный долг является бременем и является ли он им вообще, может, и не нужно рассматривать их слишком подробно.

Миф 7 : наши внуки унаследуют наши долги . Наши внуки унаследуют не только наши долги, но и наши сберегательные счета, которые включают в себя дополнительное богатство, которое мы сберегаем, выплачивая более низкие налоги в настоящем. Прежде чем этот день наступит, наши долги и наши сбережения вырастут благодаря накопленным процентам. Если мы сегодня погасим долг на сумму в один доллар, то мы действительно можем освободить своих внуков от долгового бремени в два доллара в будущем, но только по такой цене, которая сделает наш благородный поступок бессмысленным: снимая этот доллар со своего сберегательного счета, мы также уменьшаем их наследство на два доллара.

Миф 8 : миф о вытеснении. Есть мнение, что государственные займы используют те ресурсы, которые с большей пользой можно было бы применить в частном бизнесе. По форме это напоминает миф о Голиафе, с тем лишь исключением, что здесь речь идет о материальных ресурсах, а не о деньгах. Этот миф ложен, потому что государственные заимствования ничего не потребляют. На самом деле ресурсы потребляют государственные расходы. Если государство закупает миллион тонн стали, то частному бизнесу становится доступно на миллион тонн стали меньше. Это одинаково верно для обоих случаев: и когда сталь приобретается за счет налоговых поступлений, и когда она приобретается за счет заемных средств. Бремя, которое ложится на частный бизнес, следует оценивать по ресурсам, потребляемым государством, а не по тому, каким образом оно приобретает эти ресурсы.

Миф 9 : дефицит наносит ущерб нашему положению во внешней торговле. Немало ошибочных доводов приводилось в подтверждение тезиса о том, что дефицит вреден для отечественной экспортной промышленности. Все эти рассуждения так или иначе происходят из двух связанных утверждений, что дефицит влияет на процентные ставки, а они, в свою очередь, влияют на стоимость доллара. Как уже не раз было сказано, связь между дефицитом и процентными ставками в лучшем случае является поверхностной. Исследование взаимосвязей между процентными ставками и обменными курсами увело бы нас слишком далеко^[24]. Мы ограничимся наблюдением, что цепочка рассуждений сильна ровно настолько, насколько сильно ее самое слабое звено.

Тем, кто хочет привлечь к себе внимание общественности, полезно обладать неким чутьем на сенсации. Поэтому неудивительно, что мифы о дефиците, укоренившиеся в общественном сознании, склонны преувеличить как его величину, так и его значимость. Важно опровергнуть такие мифы и разрядить истеричную атмосферу, иногда порождаемую ими. Также важно не утра-„ тить бдительность вследствие ложного ощущения благополучия. Каждый аргумент, приведенный нами в этой статье, предполагает фиксированный уровень государственных расходов. Нет никаких сомнений в том, что высокий уровень расходов вреден, и все, что говорится о вреде большого дефицита, вполне может быть сказано и о государственных расходах. На самом деле вполне возможно, что наиболее опасное влияние дефицитов состоит в отвлечении нашего внимания от самого насущного приоритета в экономике: поиска некоего механизма для установления контроля над государственными расходами. Если мы не сможем решить эту задачу, наше стремление иметь сбалансированный бюджет не спасет нас от последствий.