3.4.5. Противоречия в мышлении

Реальные противоречия (внутренние и внешние, гармониче­ские и антагонистические) своеобразно преломляются, отража­ются в человеческом мышлении.

Внутренние и гармонические противоречия могут выступать в виде логически непротиворечивых мыслей, суждений, высказы­ваний.

На одном полюсе мышления мы видим известные законы (принципы, правила) логики — прежде всего закон тождества и закон запрета противоречия. Они требуют тождества (соответст­вия) в мыслях (об одном и том же), требуют тождества (соответ­ствия) мыслей предмету мыслей.

На другом полюсе мышления мы видим логически противо­речивые суждения, парадоксы, антиномии и т. п. Они продуци­руют несовпадение, нетождество мыслей (об одном и том же) вплоть до их противоположности, продуцируют несовпадение, нетождество, несоответствие мыслей предмету мыслей.

В первом случае работает логика, во втором — интуиция. Ло­гика и интуиция — порядок и хаос мышления, мышление по пра­вилам и мышление без правил. Логика — против отождествления нетождественного и растождествления тождественного, интуиция не против отождествления нетождественного и растождествления тождественного; она допускает и/или продуцирует противоречи­вые суждения, антиномии, парадоксы. Последние играют отрица­тельную роль в мышлении, мешают правильному (логическому) мышлению. Тем не менее именно они заставляют думать, будят мысль, тревожат, беспокоят мысль человека. Столкновение про­тиворечащих мыслей — неотъемлемая составная часть мысли­тельного процесса.

(Когда люди утверждают об одном и том же разное или даже противоположное, то возникает ситуация неопределенности или конфликта. Неопределенность, в свою очередь, в зависимости от

активности или пассивности субъекта может либо провоцировать постановку задачи, либо сковать и даже парализовать его волю. Ситуация конфликта возникает в тех случаях, когда требуется однозначное понимание или решение, а его нет и нет. Эта ситуа­ция может возникнуть как в мышлении одного человека, так и в общении разных людей.)

Парадоксальное мышление

Парадоксальный ум относится к уму ори­гинальному так же, как жеманство к грации.

Ж. Лабрюйер

...как только противоречия признаются, вся наука должна разрушиться.

К. Поппер

Как уже было сказано выше (см. параграф "Внутреннее" оп­ределение противоречия", стр. ), гегелевская концепция диалек­тических противоречий родилась из противопоставления фор­мально-логическому закону запрета противоречия. Формальная логика утверждает: нельзя говорить об одном и том же да и нет. Нельзя говорить, что человек существует и не существует. А не­которые философы (во главе с Гегелем) считают, что так можно говорить. Что такое движение по их мнению? Тело находится в данном месте и в то же время не находится. Вот их характеристи­ка движения как реально существующего противоречия в фор - мальнологическом смысле. На самом деле, диалектическое про­тиворечие — не утверждение и отрицание в одном пакете. Оно представляет собой некое единство, взаимодействие противопо­ложностей Последние же - не только отрицание. Возьмем белое и небелое.

и черного.

К. Маркс, который считал себя учеником Гегеля, часто рас­суждал как софист, софистически отождествлял противополож­ности и даже оборачивал их. В одном случае он, например, гово­рил о “сущности человека”, что “в действительности она есть со­вокупность всех общественных отношений ”, а в другом — об обществе, что это “сам человек в его общественных отношени­ях”. Пойми, разберись: где человек, а где общество! Маркс не очень заботился о соответствии своих мыслей друг другу. Более того, он любил парадоксы. Это в конечном счете его и подвело. На бумаге парадоксы выглядят красиво и даже гениально. Когда же они проводятся в жизнь, то перед практиками-исполнителями всегда возникает ситуация жесткого выбора: либо-либо, либо проводить в жизнь одну (утвердительную) половину парадокса, либо другую (отрицательную) половину. В итоге мы наблюдаем мозаичную картину: где личность приносится в жертву обществу, а где общество заботится о личности так, будто личность — мла­денец, не способный к самостоятельной жизни. В СССР мы по­стоянно наблюдали такую мозаичную картину.

В марксизме путали формально-логические противоречия с диалектическими, и в результате этого возникло много парадок­сов и софистических уловок, которые приводили к трагедиям.

Это было характерно не только для марксистов. Есть такое высказывание Екатерины Медичи, матери французского короля Карла IX: “С ними человечно — быть жестоким, жестоко — быть человечным” — так она сказала в оправдание резни гугенотов, устроенной в Варфоломеевскую ночь). Она обернула понятия. Это пример псевдодиалектики, парадоксального высказывания. То же у Шекспира: «Чтоб добрым быть / Я должен быть жесток»

— говорит Гамлет.

Ф. Ницше обожал язык парадоксов. Главный его труд "Так говорил Заратустра" имеет подзаголовок "Книга для всех и ни для кого". Непредубежденный читатель скажет: у человека не все в порядке с головой. И в самом деле, Ницше в большинстве слу­чаев говорил абсолютно анормальные вещи, как юродивый. Он

— певец анормального, всего, что отклоняется от нормы- середины вплоть до патологии.

Вслед за Ницше и другие философы стали злоупотреблять па­радоксальными высказываниями. Например, О. Шпенглер, почи­татель Ницше, признавался в том, что всегда принципиально пре­зирал философию ради самой философии (см. Кр.филос. энц., с. 523). Это в ответ на упрек в дилетантизме.

Писатели, драматурги, философы часто грешат этим спо­собом выражения мыслей, поскольку не чувствуют, не соз­нают ответственности за практические последствия своих мыслей-слов. Они играют, играют порой опасно, как это де­лают малые дети, играющие с огнем. И ведут себя подобно детям-глупышам или подросткам-сорванцам.

Глупость нерассудительности. Нерассудительный человек часто вступает в противоречие с самим собой и не замечает этого противоречия. Вот пример из шекспировской «Двенадцатой но­чи»:

Шут говорит своей госпоже Оливии:

« — Хотите, я Вам докажу, что Вы глупое создание.

Оливия отвечает:

— Попробуйте.

— Добрейшая мадонна, о чем ты грустишь?

— Добрейший шут, о смерти моего брата.

— Я думаю, душа его в аду, мадонна.

— Я знаю, что душа его в раю, шут.

— Тем более глупо, мадонна, грустить о том, что душа Ваше­го брата в раю. Ха-ха-ха!.. Убе-ди-те глупое создание, господа!»

Оливия по достоинству оценила эти рассуждения своего шу­та.

Есть люди, которые не любят рассуждать и даже кичатся сво­ей нерассудительностью, не стесняются противоречить себе, го­ворить парадоксами.

Встречаются такие и среди философов. Н. А. Бердяев, напри­мер, ставил интуицию выше рассудка. Каждую свою мысль он лепил как отдельную самостоятельную вещь. Он, кстати, и не скрывал того, что не способен рассуждать. В автобиографии “Самопознание” читаем: “мое мышление интуитивное и афори­стическое, в нем нет дискурсивного развития мысли. Я ничего не могу толком развить и доказать” (стр. 92).

Таким был и Ф. Ницше. Он сразу лепит всё, что приходит на ум и непременно шокирующее, бьющее на внешний эффект. Б. Рассел по этому поводу заметил: "Ницше очень любит говорить парадоксами, желая шокировать рядового читателя. Он делает это, употребляя слова "добро" и "зло" в обычных им значениях, а потом заявляет, что предпочитает зло добру." (Рассел Б. История западной философии. Кн. 3. Новосибирск, 1994. С. 247). Ницше не аргументирует, не утруждает себя аргументами, а утверждает- изрекает как остроумец-иронист или мистик-пророк.

В отдельных случаях парадоксальные высказывания имеют определенный положительный смысл, как перчик в мясном блю­де или гомеопатическая доза в лечении. Пример: сократовское "я знаю, что ничего не знаю". По форме это логически противоречи­вое утверждение (если человек ничего не знает, то не может знать и о том, что он не знает). По содержанию же это своеобраз­ная попытка сформулировать принцип познавательной скромно­сти. (Сравн.: Олкотт: «Пребывать в неведении относительно собственной невежественности — такова болезнь невежд». Или Дж. Бруно: «Тот вдвойне слеп, кто не видит своей слепоты; в этом и состоит отличие прозорливо-прилежных людей от неве­жественных ленивцев»). Сократовский парадокс указывает еще на такую особенность познавательного процесса: чем больше мы узнаем, тем больше соприкасаемся со сферой незнаемого, т. е., грубо говоря, чем больше мы знаем, тем больше знаем, что не знаем. Такое противоречие можно наглядно представить сле­дующим образом:

познавательный процесс

С познанием, т. е. увеличением круга знания увеличивается сфера соприкосновения с миром незнания.

Злоупотребляющие парадоксальными высказываниями, в сущности, снимают с себя ответственность делать выбор, решать задачу в ту или иную сторону, принимать решение по одному ва­рианту, как бы запирают себя в пределах (в темнице) мышления, не позволяют мысли выйти на простор действия. Кажется безгра­ничной свободой — думать и говорить парадоксами (думать и говорить как хочется). На самом деле, парадоксально мыслящие — крайне несвободные люди. Принимая-примиряя альтернатив­ные, взаимоисключающие варианты, они тем самым отвергают самую возможность выбирать, лишают себя и других права на выбор. Такие люди в буквальном смысле не могут судить. Допус­тим, они признают человека совершившим преступление и в то же время оправдывают его, ссылаясь на то, что он оказался в беде и не виноват в своем преступлении. Иллюстрацией к этому слу­жит старая притча:

К мудрецу пришли двое спорящих с просьбой рассудить их. Мудрец внимательно выслушал доводы истца и, когда тот кончил говорить, заявил ему: "Да, ты, безусловно, прав!" Тогда заговорил ответчик. Мудрец и его внимательно выслушал от начала и до конца, и потом сказал: "Ты совершенно прав!" Тут вмешалась жена мудреца. "Как это может быть, чтобы оба спорящих были правы?" — спросила она с возмущением. Мудрец подумал и ска­зал ей: "Знаешь что? Ты тоже права".

Вот такие бывают "мудрецы". «Кто объявляет все истинным, тем самым делает истинным и утверждение, противоположное его собственному» — говорил Аристотель.

В практической сфере нельзя вести себя парадоксальным, противоречивым образом. Когда это всё же случается, наступает хаос. Н.Г.Чернышевский отмечал, что непоследовательность в мыслях ведет к непоследовательности в поступках. У кого не уяснены принципы во всей логической полноте и последователь­ности, писал он, у того не только сумбур в голове, но и в делах чепуха.

Как-то ученые проводили эксперимент с собаками: им давали пищу и одновременно били током. В итоге собаки буквально сходили с ума.

Психиатр П.Б.Ганнушкин писал о людях с парадоксальным мышлением:

«Больше всего шизоидов характеризуют следующие особенности: аутистическая оторванность от внешнего, реального мира, отсутствие внутреннего единства и последовательности во всей сумме психики и причудливая парадоксальность эмоциональной жизни и поведения...

Эмоциональной дисгармонии шизоидов нередко соответствует и чрезвычайно неправильное течение у них интеллектуальных процессов. И здесь их больше всего характеризует отрешенность от действительно­сти и власть, приобретаемая над их психикой словами и формулами. Отсюда — склонность к нежизненным, формальным построениям, ис­ходящим не из фактов, а из схем, основанных на игре слов и произволь­ных сочетаниях понятий. Отсюда же у многих из них склонность к сим­волике. Сквозь очки своих схем шизоид обыкновенно смотрит на дейст­вительность. Последняя скорее доставляет ему иллюстрации для уже готовых выводов, чем материал для их построения. То, что не соответ­ствует его представлению о ней, он, вообще, обыкновенно игнорирует. Несогласие с очевидностью редко смущает шизоида, и он без всякого смущения называет черное белым, если только этого будут требовать его схемы. Для него типична фраза Гегеля, сказанная последним в ответ на указание несоответствия некоторых его теорий с действительностью: «Тем хуже для действительности».

Особенно надо подчеркнуть любовь шизоидов к странным, по су­ществу, часто несовместимым логическим комбинациям, к сближению понятий, в действительности ничего общего между собой не имеющих. Благодаря этому отпечаток вычурности и парадоксальности, присущих всех личности шизоида, отчетливо сказывается и на его мышлении. Многие шизоиды, кроме того, люди «кривой логики», резонеры в худ­шем смысле этого слова, не замечающие благодаря отсутствию у них логического чутья самых вопиющих противоречий и самых элементар­ных логических ошибок в своих рассуждениях.

Надо добавить, однако, что при наличии интеллектуальной или ху­дожественной одаренности и достаточной возможности проявить свою инициативу и самодеятельность шизоиды способны и к чрезвычайно большим достижениям, особенно ценным благодаря их независимости и оригинальности.»^[521]

Последняя оговорка П.Б.Ганнушкина (насчет одаренных ши­зоидов) весьма сомнительного свойства. Люди, действительно пренебрегающие логикой, ведут себя в реальной жизни неадек­ватно, вследствие этого несамостоятельны и не способны к слож­ным формам деятельности, каковыми являются разные виды творчества. Умеренные шизоиды, люди шизоидного типа — да, могут. Таких, наверное, одна треть всех людей. Но ведь П.К.Ганнушкин, как психиатр, имел в виду (или обязан был иметь в виду) патологическую шизоидность.

Люди, допускающие алогизм в высказываниях и действиях, делятся, как минимум, на две категории: на тех, кто делает это иногда и без тяжких последствий, и на тех, кто делает это часто и поэтому рискует очень многим.

Первые — нормальные люди; они играют, развлекаются, ко­кетничают, эпатируют в меру или не совсем в меру (пример: "жизнь гнусна, но жить хорошо" — из документ. фильма "Мы любим тебя, Ролан!" [О Ролане Быкове, киноартисте и киноре­жиссере], показанного по телеканалу "Культура" 24 января 2003 г.).

Вторые — патологические типы, которые могут быть опасны для общества; их нужно лечить или держать в изоляции, если они безнадежны.

Есть еще люди, которые балансируют на грани нормы и пато­логии. Например, некоторые циничные политики, сознательные или бессознательные провокаторы ведут себя по поговорке "чем хуже, тем лучше". Они надеются на то, что когда станет хуже, на­ступит нарушение порядка, хаос и в этой ситуации они могут ре­шить свои проблемы (как тот рыбак, который ловил рыбу в мут­ной воде).

"Парадоксы жизни "

Солнце на лето — зима на мороз

В принципе, парадоксов в жизни не бывает, не должно быть.

Ведь они относятся лишь к утверждениям-высказываниям, т. е. к сфере мышления и языка. Мы воспринимаем-оцениваем те или иные события жизни, явления реальности как парадоксы. Это наше субъективное восприятие жизни-реальности. На самом деле парадоксов (в смысле логически противоречивых ситуаций) не может быть по определению. "Парадоксы жизни" — лишь фигу­ральное выражение, метафора. Слово "парадокс" в этом выраже­нии означает нечто удивительное, неожиданное, странное, что противоречит каким-то устоявшимся представлениям.

К парадоксам жизни можно отнести феномен, описываемый поговоркой "солнце на лето — зима на мороз". В самом деле, с одной стороны, солнце "движется" к лету (увеличивается день, а вместе с этим должно увеличиваться количество тепла на по­верхности Земли), а с другой, зима по-настоящему "расходится" (увеличивающееся количество тепла после зимнего солнцестоя­ния оказывается настолько ничтожным в первый месяц-полтора, что никак не отражается на продолжающемся по инерции охла- жении поверхности Земли и, соответственно, нижних слоев атмо­сферы). Парадокс (противоречие) мы видим в тенденциях, но не в действительности. Тенденция — это переход возможности в дей­ствительность или действительности в возможность. "Солнце на лето" — это возникновение тенденции, т. е. появление возможно­сти перехода одной действительности (зимы) в другую (лето). "Зима на мороз" — это возникновение прямо противоположной тенденции: возможности перехода от менее морозной зимы к бо­лее морозной или от отсутствия мороза к его появлению. Нали­чие двух противоположных тенденций в одном и том же месте и в одно и то же время вполне допустимо, как допустимо наличие взаимоисключающих возможностей наступления событий в одно и то же время и в одном и том же месте (например, я сегодня ве­чером могу пойти в кино или остаться дома). В поговорке "солн­це на лето — зима на мороз" — видимый-словесный парадокс, т. е. парадокс, который мы якобы видим-формулируем, но кото­рого на самом деле нет. Ведь, действительно, в одно и то же вре­мя и в одном и том же месте не может быть сразу летней жары и зимнего мороза.

Становление — движение к бытию, при­частность к бытию, поступательный

шаг к тому, чтобы быть.

Псевдо-Платон. Определения

Мир не дан, а становится

Л. Окен^[522]

Жизнь состоит только в движении к большему и большему совершенству

Л.Н. Толстой

Кто не движется вперед, тот отстает

Древнеримское изречение

3.5.1.