«Космический танец»

автор пишет, что всё - частицы, тела, космос - везде находится в движении, иногда возвращаясь в прежние состояния. Этому он видит аналогию в танце Шивы, на каковой аналогии весь смысл и заканчивается.

II. 7. В 16-й главе Капра говорит о законах сохранения и симметриях в мире элементарных частиц и образующих их кварков. Ничего существенного об этом в мистическом плане он тут не написал. Интересно другое: природа его мнения о недостатках «европейского» подхода.

«Обнаружение симметричных паттернов в мире частиц привело физиков к выводу о том, что эти паттерны являются отражением фундаментальных законов природы. ... Подобный подход был характерен для европейской науки со времен Древней Греции. Греческая наука, философия и искусство придавали большое значение симметрии, вкупе с геометрией. ... Восточные философы отводили симметрии совершено другое место. ... оно, как и все понятия, считается продуктом мыслительной деятельности человека, а не свойством, присущим само природе.» (С. 230-231)

Конечно, в строгом смысле чистая симметрия существует только в идеале и в этом смысле только в мыслительной деятельно­сти. Так же как порядок и закон. И людей может привлекать симметрия как красивая вещь, но также и как утилитарно полезная. При отсутствии во внешней природе симметрия в отражении может возникать и существовать вследствие допустимости для человека приближенных образов реальности. Обнаружение же симметрий - приближенных или при данном уровне технологии практически точных - позволяет упорядочивать знания, искать ее более фунда­ментальные причины и пытаться экстраполировать ее на более широкую область и, возможно, предсказывать еще не открытые ее реализации. Наиболее известным примером своеобразной симметрии является периодическая система элементов Менделеева. Совершенной точности в ней нет, однако ее громадная конструк­тивная роль в теории и практике и в дальнейшем развитии науки общеизвестна. В связи с этим очевидным основанием внимания к возможным симметриям интересно видеть, как проявляется увлече­ние Капры «преимуществами» восточной культуры: «По всей видимости, стремление к поиску фундаментальной симметрии в физике частиц является частью нашего эллинистического наследия, которое, тем не менее, плохо соотносится с общим мировоззрением современной науки.» (С. 231) (Которая, по мнению Капры, всё больше сближается по духу с восточным подходом.) На самом деле, как показано выше, это стремление вполне хорошо соотносится с теорией познания диалектического материализма. И даже нельзя сказать, что появлении симметрий в качестве моделей целиком обусловлено мышлением и ничего не отражает во внешней природе: нет, отражает - приближенно. Без того, чтобы нечто было в некотором смысле близко к симметриям, они и не возникали бы в отражении. И польза обнаружения симметрий, хотя бы приближен­ных, означает наше приближение к какому-то относительно выделенному уровню материи, наиболее просто и эффектно, выделяющейся формой, связанному с еще более глубоким. Таким образом, Капра вместе с восточным подходом недиалектически абсолютизирует различия и не понимает и не учитывает конструк­тивной роли допустимости неточности отражения. А без нее не было бы никаких теорий и самой жизни.

Выходит, «греческое» направление познания, развившееся в настоящее время до теории познания диалектичесокго материализ­ма, не такое уж и дефектное, а как раз наоборот: оно более реалистично, недогматично, конктруктивно и допускает и обеспечивает прогрессивное развитие знания всеми доступными реальными способами. Надо сказать, в греческой философии всё было: и идеализм, и материализм, и эйдосы Платона, и атомы Демокрита, и диалектика Гераклита (на котором, как, похоже, считает Капра, западная диалектика остановилась), и реалистиче­ское сравнение с опытом в познании у Лукреция. И в индийской философии за 5-6 веков до нашей эры тоже всё было (см. [12]), но в индуизме и буддизме сохранился только идеализм, причем фантастический и схоластический, не связанный с реальной практикой, а буддизм в некоторых своих основаниях представляет собой как бы идеалистический атомизм, когда в качестве элементов, кирпичиков сущего выступают дхармы. При отсутствии сравнения с материальной практикой его теоретическое развитие вынужденно оказалось также схоластическим, так что и элементы диалектики, вносимые в его основания крупными философами, оставались оторванными от реальности и даже недиалектически доводимыми до абсолюта, что делает методологические учения буддизма плохим руководством для изучения реальности. Плата за это руководства - отсталость Индии и Китая до недавнего времени.

II. 8. В 17-й главе