<<
>>

§ 1. Переходный период 1864-1870 гг.: от дореформенного суда к пореформенному

Судебные уставы 1864 г. воплотили в себе идею законодателя по радикальному обновлению судебной системы Российской империи. Претворять её в жизнь предстояло на всех уровнях судебных инстанций. Но настоящую проверку на жизнеспособность нормативные установления должны были пройти именно на практике провинциальных судов.

Только работа судебных органов на местах могла выявить неучтенную законодателем специфику правоприменительной деятельности в рамках впервые вводимых в России институтов судоустройства и судопроизводства. Особенно важен был этап «запуска» реформы, за время которого правовая база новых судебных институтов продолжала развиваться, концепция судоустройства на уровне отдельных регионов пока еще не получила законченного оформления.

Реформирование судебной системы в любой исторический период представляет собой процесс сложный, «болезненный», порождающий множество проблемных вопросов, попытки разрешения которых в свою очередь влекут к последующим перестройкам и новациям.

Недаром правоведы сравнивают реформы 1860-х гг. с политической революцией, «пожирающей своих детей». «По-видимому, - пишет С.В. Лонская, - и реформы так же беспощадны к своим творцам и вдохновителям. Осторожные, рассчитанные на длительный переходный период, преобразования 1860-1870-х гг. проходили в условиях острой социальнополитической борьбы. Радикально настроенная часть общества требовала “всего и сразу”, не останавливаясь даже перед открытым террором. Консерваторы отвечали той же монетой»[176]. Общее политическое напряжение самым непосредственным образом сказалось и на Судебной реформе 1864 г.

И, тем не менее, были и есть все основания для восторженных отзывов и самого непосредственного восхищения новыми веяниями правовой жизни и их влиянием на российское общество. «Лучшая часть политической прессы без различия оттенков с нескрываемым восторгом приветствовала введение Судебных Уставов в действие, как зарю “обновления России” и водворение в ней порядков, благодаря которым “становится возможной жизнь в ней, как в стране цивилизованной”», - цитировал российскую прессу Г.А. Джаншиев[177].

Суммируя результаты осуществлявшегося на протяжении полутора веков научного анализа, современные авторы констатируют, что Судебная реформа 1864 г. принесла в Россию суд присяжных, мировой суд, ввела несменяемых независимых коронных судей, несменяемых судебных следователей: «Появилась адвокатура, блиставшая несравненными талантами и громкими именами. Достойное место в суде заняла просвещенная и высоконравственная прокуратура»[178]. «Предусмотренные русскими судебными уставами устройство суда и порядок судопроизводства признавались одними из лучших в Европе», благодаря чему есть все основания считать и нынешнюю судебную реформу в России наследницей великой реформы 1864 г.[179]

В условиях глубоких преобразований именно губернские судебные органы стали «полигоном» для испытания идей законодателя, намерившегося создать в России прогрессивную и действенную систему правосудия.

Однако для того, чтобы «сдвинуть с места», «раскачать маховик» реформ требовалось время и напряженная работа не только самих судебных органов, но и всех институтов государственного управления, всего общества, независимо от сословной принадлежности, поскольку теперь все в той или иной мере оказались причастны к формированию судебной власти.

Поэтому правительство придавало большое значение популяризации Реформы и широкому обнародованию её нововведений.

В Новгородских губернских ведомостях был опубликован «Указ Его Императорского Величества, самодержца Всероссийского, из Правительствующего Сената, Новгородскому Губернскому правлению» за № 51853 «О введении в действие Судебных Уставов 20-го Ноября 1864 года», в котором определялась последовательность проведения реформы на первом этапе: «Утвердив 20-го Ноября 1864 года, Судебные Уставы, Мы в тоже время в указе, данном Правительствующему Сенату, объявили, что порядок приведения сих уставов в действие будет Нами особо указан. .. .Препровождая сие Положение в Правительствующий Сенат, Мы повелеваем:

1. на основании Положения о введении в действие Судебных Уставов 20 Ноября 1864 г., Уставы в полном их объеме ввести в течение 1866 г. в округах С. -Петербургской и Московской Судебных Палат, а в течении четырех лет, начиная с 1866 года - во всех губерниях.

2. округ С.-Петербургской Судебной Палаты составить, на первое время, из губерний: С. -Петербургской, Новгородской и Псковской»[180].

Таким образом, с 1864 по1870 гг. судебные органы губернии находились в перестроечном состоянии, на время которого продолжали действовать дореформенные судебные органы и соответствующие основы процессуальной практики[181].

Из данных Губернского статистического комитета следует, что структура и состав судебных органов губернии по 1867 г. оставались фактически прежними.

Штат Палаты уголовного суда в 1863 г. включал Председателя (надворный советник А.В. Азарьев), Товарища председателя (ст. сов. С.И. Нещеретов), заседателя от дворянства, секретаря, помощника секретаря, протоколиста, четырех столоначальников, регистратора и архивариуса.

Палата гражданского суда состояла из Председателя, Товарища председателя (имен нет), двух дворянских заседателей, четырех купеческих заседателей, четырех столоначальников, регистратора, архивариуса, крепостных дел писца[182].

Состав уездного суда (на примере Новгородского уезда) был следующим: уездный судья - 1; заседатели от дворянства - 2; секретарь - 1; судебные следователи - 5.

Новгородский земский суд состоял из исправника, Непременного заседателя, станового пристава, секретаря.

В 1864-1865 гг. Палату уголовного суда возглавлял поручик Н.Д. Косаговский, а Палату Гражданского суда - коллежский асессор Б.Г. Крейтер. Новгородский окружной суд был создан 17 ноября 1866 г. Однако палаты уголовного и гражданского судов продолжали функционировать по 1867 г.

Последним Председателем Палаты уголовного суда являлся статский советник Пузанов. Должность Председателя Палаты гражданского суда в это время оставалась вакантной, поэтому основные функции по руководству исполнял Товарищ председателя - коллежский асессор А.П. Яхонтов[183].

За переходный период вносились некоторые организационные изменения и в прежнюю структуру судебных палат. Например, в составе Палаты Уголовного суда в 1867 г. состояли уже два заседателя от купечества[184]. Однако в целом судебные органы до сроков, установленных указом от 20 ноября 1864 г., существенных изменений не претерпели.

Объем работы, который приходилось выполнять судебным чиновникам в условиях «перестройки» суда можно представить по сохранившимся статистическим отчетам за 1861 г. о количестве рассмотренных судом дел и числе арестантов:

«I. В Палате уголовного суда от 1861 г. осталось не утвержденными 3 дела. Вступило - 467.

Утверждено - 455.

Представлено Правительств. Сенату - 15.

Арестантов оставалось в 1861 г. - 63.

Поступило из присутственных мест - 155.

По случаю передачи в другие присутственные места выбыло - 99. Оставалось к 1862 г. - 77.

II. В уездных судах, магистратах и ратушах от 1861 г. оставалось не утвержденным - 1 дело.

Вступило - 694.

Утверждено - 573.

Предложено палате Уголовного Суда на рассмотрение - 122.

III. В военно-судных комиссиях:

Вступило - 2.

Утверждено и возвращено к исполнению - 2.

III. В полицейских управлениях арестантов оставалось к 1861 г. - 125. Поступило из Присутственных мест - 645.

Выбыло - 700.

По случаю передачи в другие Присутственные места выбыло - 10.

Осталось к 1862 г. - 60.

Итого, от 1861 г. осталось неутвержденным - 4 дела.

Вступило - 1163.

Утверждено - 1030.

Представлено Правит. Сенату - 15.

На рассмотрение Палаты Уголовного Суда - 122.

Арестантов осталось к 1861 г. - 309.

Поступило из Присутственных мест - 1406.

Выбыло окончательно -1255.

По случаю передачи в другие Присутственные места выбыло - 206. Оставалось к 1862 г. - 245.

Всего в 1861 г. было государственных арестантов - 1715»1.

Данные, относящиеся к 1864-1865 гг. проанализированы Г.В. Перфильевым, который обращает внимание на то, что в этот период Новгородская губерния относилась к числу губерний Северо-Запада Российской империи, где было зафиксировано наибольшее количество правильно решенных дел судами первой инстанции (уездные суды, магистраты, ратуши и дворянские опеки)2. Однако при этом неисполненных решений судов первой и второй степени к 1866 г. числилось 53713. Если учесть, что по всей империи таковых числилось 18741, то новгородская статистика представляется неутешительной.

В то же время стоит обратить внимание на сохранившуюся статистику хода дел и документов.

Ведомость о ходе дел и бумаг в уездных судах Новгородской губернии за июль 1864 г.4

В уездных судах: Дела Бумаги
Остава лось к 1 июля В июле Осталось к 1 августа Оставалось неиспол ненных к 1 июля В июле вступило В

июле

испол

нено

Осталось неиспол ненных к 1 августа
вступил

о

решен

о

Требую

щих

произво

дства

К

делу и

сведе

нию

Новгородском 326 84 83 327 180 274 183 465 172
Старорусском 167 34 39 162 23 108 126 229 28
Крестецком 101 24 97 28 11 60 18 87 2
Демянском 69 11 13 67 10 118 64 185 7
Валдайском 98 16 12 102 13 194 37 232 12
Боровическом 222 39 27 234 17 228 170 401 14
Тихвинском 270 31 28 273 98 97 90 186 99
Устюжском 51 21 26 46 9 98 61 161 7
Череповецком 33 36 34 35 20 220 77 297 20
Кириловском 83 32 19 96 5 66 85 151 5
Белозерском 43 22 23 42 - 239 150 389 -
Итого: 1463 350 401 1412 386 1702 1061 2783 366

Ведомость о ходе дел и бумаг в уездных судах Новгородской губернии за август 1864 г.5

В уездных судах: Дела Бумаги
Остав | В августе | Остал Оставал | В августе | В | Оста-

1 ПКНГ. 1863. С. 113-115.

2Перфильев Г.В. Некоторые взгляды на проблему осуществления судебного делопроизводства в северо-западных губерниях Российской империи во второй половине XIX в. (на примере Новгородской губернии) // Российский судья. 2002. № 2. С. 47.

3 Там же. С. 48.

4 НГВ. № 36. 5 сентября 1864 г. С. 265.

5 НГВ. № 42. 17 октября 1864 г. С. 332.

алось к 1 август а ось к 1

сентя

бря

ось

неиспол ненных к 1 августа

вступило август

е

испол

нено

лось неиспо лнен- ных к 1 сентября
вступи

ло

реше

но

Требую

щих

произ

водства

К

делу и

сведе

нию

Новгородском 327 50 64 313 172 288 209 523 144
Старорусском 162 21 30 153 28 110 124 239 23
Крестецком 28 35 42 21 2 69 10 77 4
Демянском 67 15 16 66 7 143 89 228 11
Валдайском 102 24 20 106 12 212 35 246 13
Боровическом 234 28 34 228 14 254 189 441 16
Тихвинском 273 34 45 262 99 99 97 206 89
Устюжском 46 31 16 61 7 100 55 157 5
Череповецком 35 26 28 33 20 179 100 286 13
Кириловском 96 24 23 97 5 57 54 111 5
Белозерском 42 17 14 45 - 99 100 199 -
Итого: 1412 305 332 1385 366 1610 1062 2715 323

Ведомость о ходе дел и бумаг в уездных судах Новгородской губернии за сентябрь 1864 г.1

В уездных судах: Дела Бумаги
Остав алось к 1 сентя бря В сентябре Оста лось к 1 октяб ря Остава

лось

неиспо

лненны

х к 1

сентябр

я

В сентябре вступило В

авгус

те

испол

нено

Остал

ось

неиспо лненн ых к 1 октябр я

вступи

ло

реше

но

Требую

щих

произв

одства

К

делу

и

сведе

нию

Новгородском 313 60 76 297 144 261 189 295 299
Старорусском 153 25 15 163 23 86 145 232 22
Крестецком 21 121 38 104 4 382 84 459 11
Демянском 66 10 13 63 11 148 123 274 8
Валдайском 106 16 33 89 13 193 38 232 12
Боровическом 228 32 29 231 16 301 164 459 22
Тихвинском 262 49 34 277 89 100 102 194 97
Устюжском 61 11 25 47 5 116 65 179 7
Череповецком 33 40 40 33 13 254 71 322 16
Кириловском 97 22 18 101 5 52 59 110 6
Белозерском 45 19 21 43 - 105 86 191 -
Итого: 1385 405 342 1448 323 1998 1126 2947 500

Даже небольшой объем сохранившихся статистических сведений позволяет сделать вывод об огромной загруженности уездных судов. В 1864 г. в среднем в судебном делопроизводстве находилось 1400 дел. Если учитывать статистику Министерства юстиции, приводимую Г.В. Перфильевым о числе неисполненных решений новгородских судов к 1866 г. (5371), напрашивается

вывод о том, что данные «неисполнения» продолжались на протяжении нескольких лет.

Что же касается интенсивности работы судов, то в пореформенный период она резко возросла. Так, отчет о движении гражданских дел в Белозерском окружном суде с 1 января 1867 г. по 1 января 1868 г.1 дает возможность провести сравнительный анализ, пусть и с учетом определенных ограничений (за 1864 г. даны данные по всем категориям дел, за 1868 г - только по гражданским делам).

Осталось от 1866 Вступило

дел

Ценность

исков

Решено Окончено

миром

Прекращено

или

уничтожено

производ

ство

К 1868 осталось нерешен ных
В 1868 дел гражданских: 130 95 721 92 3 1 34

В статистические данные вошли дела: о праве собственности на недвижимые имения, о взыскании по векселям, заемным письмам и прочему, по спорам против духовных завещаний, о наследстве по закону, о разделе имущества, о вводе во владение «недвижимыми имениями», о взыскании вознаграждения за вред и убытки с частных лиц, по делам казенного управления, по спорам о подлогах актов.

«Из означенных дел производились:

а) общим порядком - 20, из них решено - 8;

б) сокращенным порядком - 46, из них решено - 36;

в) исполнительным - 5, из них решено - 2;

охранительным - 59, из них решено - 46.

По делам решенным поступило:

апелляционных жалоб - 6 (2 от истцов, 4 от ответчиков);

частная жалоба - 1.

Допущено предварительных исполнений решений - по 12 делам.

Исполнительных листов выдано судом - 39.

В 1866 г. уголовных дел в Окружной суд не поступало, а в 1867 г. означенных дел поступило - 35.

По ним состояло подсудимых:

на свободе - 24 мужчины, 7 женщин,

под стражею - 17 мужчин, 1 женщина.

Дела поступили:

а) по определению Палаты - 20,

б) по обвинительному акту прокурора - 14,

в) в порядке частного обвинения - 1.

Из числа сих дел решено:

а) с участием присяжных заседателей - 14, б) без участия - 9.

Возвращено для доследования - 2.

Прекращено за неявкою обвинителя - 1.

Осталось неразрешенными - 9 дел.

Пререканий о подсудности между судебными следователями и мировыми судьями поступило в 1867 г. - 52, и разрешено в том же году - 52.

Частных жалоб на действия судебных следователей поступило - 3, разрешено - 3.

Входящих бумаг по суду было 1834, исходящих - 1556»1.

Очевидно, что повышение интенсивности работы судебных органов усложняло исполнительное производство, что и отразилось на приведенной выше статистике Министерства юстиции.

Общее рабочее напряжение, сопровождавшее перестройку судебной системы и упорядочение делопроизводства по новым правилам, не исключало других задач, поставленных перед судебными органами. Не следует забывать об идеологической составляющей реформы. С одной стороны, как отмечает Т.А. Селиверстов, сила суда неразрывно соединяется с исключительностью судебной власти, которая оформляется в России после 1864 г. Составители

Судебных уставов предоставили судебной власти ту полноту, которой совершенно не было до реформы[185]. Однако, с другой стороны, судебная власть должна была продемонстрировать воплощение в жизнь тех прогрессивных новаций, ради которых реформирование и задумывалось. Одним из новых принципов судопроизводства, к реализации которого приступили губернские власти, была гласность. Можно согласиться с А.Д. Поповым, рассматривающим гласность судопроизводства как фактор развития обыденного правосознания «из патриархального в гражданское»[186].

Официальные губернские издания стали главным рупором государственной власти в политике реформ. Сведения, регулярно собираемые Губернским статистическим комитетом на основе данных, предоставленных палатами уголовного и гражданского суда, губернским полицейским управлением, и обнародованные в официальном издании «Памятная книжка Новгородской губернии», в определенной мере уже представляли собой проявление гласности. Однако отсутствие систематичности в предоставлении статистики, отрывочность сведений не позволяют представить полную картину динамики реализации одного из наиболее демократичных принципов реформы. По данным округов судебных палат принцип гласности уголовного процесса действительно проводился в жизнь, тем более, что против возможных незаконных его ограничений была направлена ст. 621 Устава уголовного судопроизводства[187]. Однако регулярное обнародование судебной статистики начинается только с середины 1870-х гг.

Общественный запрос на информацию о новых судебных органах был настолько велик, что приходилось централизованно упорядочивать издание и распространение Судебных уставов: «От Управления Типографии Второго Отделения Собственной Его Величества канцелярии объявляется, что в оной отпечатаны Высочайше утвержденные 20 минувшего ноября “Судебные Уставы”. ... Для избежания напрасной переписки и траты времени частные лица со своими требованиями благоволят обращаться к ближайшим по месту жительства их означенным выше Комиссионерам типографии, коим вменено в обязанность иметь у себя для продажи помянутые издания брошюрованными и продавать в местах их пребывания по одному рублю»[188].

Гласность сказалась на повышении эффективности процессуальной практики. Так, сравнение данных с 1867 по 1881 гг. позволяет специалистам выявить показательную тенденцию постепенного уменьшения числа лиц, оштрафованных за неявку в суд[189]. И дело не только в том, что российский обыватель перестал бояться публичности. Деятельность обновленного суда постепенно стала внушать надежду на реальность принципов равенства всех перед законом, права на защиту, объективность. Как справедливо отмечаем М.В. Немытина, благодаря гласности судопроизводство было единственной сферой государственной деятельности, осуществлявшейся на глазах у широкой публики[190].

Сразу после провозглашения судебной реформы главное внимание властей было сосредоточено на обнародовании тех нормативных актов, официальных документов, касающихся деятельности судов, которые необходимо было довести до сведения населения. Все документы утверждены подписью Председатель Г осударственного Совета Великого князя Константин Николаевича.

Без подобной «гласности» судебные органы просто не смогли бы функционировать, особенно в условиях переходного периода. Например, в Новгородских губернских ведомостях за 19 октября 1865 г. было размещено «Временное расписание Окружных Судов по округам С.-Перербургской и Московской Судебных Палат»:

Губернии Учреждаемые в них Окружные Уезды, подлежащие ведению
Суды каждого Окружного Суда
Новгородская В Новгородской губернии три Новгородский
Окружных Суда, в том числе в Старорусский
губернском городе Новгороде Крестецкий

Демянский

Валдайский

Устюжский

Боровический

Тихвинский

Белозерский,

Кирилловский

Череповецкий

Расписание сопровождалось примечанием: «Назначение пунктов для учреждения в Новгородской губернии сверх Окружного Суда в губернском гор. Новгороде, прочих Окружных Судов и распределение уездов к ведению этих Судов последует по особому о том представлению Министерства Юстиции по соглашению с Министром Внутренних Дел»[191].

Далее приводились сведения о числе судебных следователей, прокуроров и приставов, с оговоркой, что «Министру Юстиции предоставляется назначать на первое время и меньшее против определенного этими штатами числа чинов»[192]:

Число Судебных Следователей, Товарищей Прокуроров и Судебных приставов в подведомственных С.-Петербургской и Московской Судебным Палатам округах Окружных Судов,
По Окружным Судам Число
Судебных

Следователей

Товарищей

Прокуроров

Судебных

Приставов

С. -Петербургскому 25 16 44
Новгородскому 12 3 7
По двум Окружным Судам Новгородской губернии 12 4 8
Псковскому 11 3 7
Московскому 32 17 44

Обращает на себя внимание значительное число судебных следователей, что объясняется большим объемом работы на стадии производства предварительного следствия.

Г ласности предавались и штаты судебных палат с указанием числа чинов и годовыми окладами содержания:

«Временные штаты судебных установлений в губерниях округов С.-Петербургской и

Московской Судебных Палат»[193].

Судебные Палаты Число

чинов

Оклады годового содержания рублями серебром по расписанию, приложенному к ст. 238 учреждения судебных установлений
Одному Всем
1) С.-Петербургская
Старший Председатель 1 6000 6000
Председатель Департамента 1 5000 5000
Членов 10 3500 35000
Секретарей 2 1800 3600
Помощников секретарей 8 800 6400
Судебных приставов 2 600 1200
На содержание канцелярских чиновников и писцов и на
канцелярские расходы 10000
Итого: 24 67200
Прокурор Судебной Палаты 1 5000 5000
Товарищ Прокурора 2 4000 8000
Секретарь при Прокуроре Судебной Палаты 1 1500 1500
На канцелярию Прокурора 3000
Итого: 4 17500
А всего: 28 84700
Окружные Суды
3-го разряда
(Для Окружных Судов: Новгородского, Псковского, Тверского и
Ярославского)
Председатель 1 4500 4500
Товарищ Председателя 1 3500 3500
Членов 6 2200 13200
Секретарей 2 1200 2400
Помощников секретарей 5 600 3000
На содержание канцелярских чиновников и писцов и на
канцелярские расходы 6000
Итого: 15 32600
Прокурор 1 3500 3500
Секретарь 1 1000 1000
На канцелярию Прокурора 2 1000
Итого: 5500
А всего на один Суд: 17 38100
4-го разряда
(Для Окружных судов: Великолукского, Рыбинского, двух
Окружных Судов в Новгородской и двух в Тверской губерниях)
Председатель 1 4500 4500
Членов 3 2200 6600
Секретарей 1 1200 1200
Помощников секретарей 2 600 1200
На содержание канцелярских чиновников и писцов и на
канцелярские расходы 3500
Итого: 7 17000
Прокурор 1 3500 3500
На канцелярию Прокурора 750
Итого: 1 4250
А всего на один Суд: 8 21250

Оглашение размеров годового содержания служило конкретным целям. Во-первых, тем самым пропагандировалась гласность и открытость не только судопроизводства, но и «внутренней жизни» судебной корпорации. Во-вторых, любой выпускник немногочисленных в то время юридических факультетов мог заранее представить себе тот уровень материального благосостояния, который сулила карьера «служителя Фемиды». В-третьих, и это, пожалуй, главное, открытая информация о материальном содержании судей и других служащих судебных органов позволяла установить общественный контроль за их профессиональной деятельностью с целью предотвращения коррупции и других должностных преступлений.

Наконец, в-четвертых, значительное повышение окладов должно было служить социально-правовой гарантией независимости судей. Тем самым проводился в жизнь еще один принцип реформирования судебной системы, обеспечения её полной независимости от административной власти.

Однако для волостных судей законодатель не только не установил фиксированный размер вознаграждения, но и фактически допустил возможность на совершенно законных основаниях казённое вознаграждение вообще не выплачивать. Это приводило к тому, что волостные правления, всегда испытывавшие недостаток материальных средств, старались до минимума снизить оклады судей, а то и вовсе их не выплачивать. Как следствие этого появились признаки «текучки кадров» и коррупции в волостных судах[194]. Таким образом пороки судебной системы, которые призвана была преодолеть Реформа, вновь проявились со всей определенностью.

Одним из правил, нацеленных на упорядочение процессуальной практики с введением Уставов, стало четкое определение сроков и места проведения заседаний Окружного суда.

В Памятной книжке за 1967 г. были размещены: «Таблица указанных в Уставе гражданского судопроизводства, Высочайше утвержденных 20 ноября 1864 г. сроков при производстве Окружных судов» и «Табель», составленная Новгородским губернским правлением на основе 1023 ст. Устава гражданского судопроизводства 20 ноября 1864 г., о местах продажи арестованного движимого имущества в уездах[195]. В Новгородском уезде такими местами назначались села Чудово, Бронницы, Медведь, Кусони, станция Любань на Николаевской железной дороге и станция Шимское. В примечании указывалось, что арестованная движимость, состоящая из драгоценных вещей, произведений искусства, экипажей, платья, мебели и т. п., принадлежащих истцам высших классов, продается в уездных городах.

Таким образом до широких слоев населения доводились самые необходимые сведения, что позволяло избежать излишней волокиты и путаницы.

«Маховик» Судебной реформы 1864 г. раскачивался далеко не так быстро как хотелось бы. Причин тому было великое множество. Нельзя не согласиться с оценкой общей ситуации в стране на период Реформы и противоречий политического и экономического развития, определявших особенности её реализации, которую дает В.В. Гриб: «Хотя в экономическом отношении Россия пошла по пути капиталистических преобразований, организация государственной власти оставалась в ней феодальной. Новая судебная система не соответствовала ни уровню общественных отношений, ни характеру государственной власти, хотя утверждалось, что в результате ее осуществления у нас появится самая демократическая судебная власть. ... Опережая в своем развитии основные политические институты самодержавия, суд с неизбежностью вступил с ними в противоречие»[196]. В провинции такие противоречия ощущались особенно остро.

В научной литературе существует устоявшееся мнение, что о гласности судопроизводства можно говорить лишь с 1864 г. А.Д. Попова отмечает, что прежний суд не воспринимался как орган защиты нарушенных прав, и обращение в него не рассматривалось как привычный способ решения конфликтов правовым путем. В сознании многих обывателей закрепилось представление, что иметь дело с судом занятие, не достойное честного человека. Новым судам пришлось бороться с такой философией, которая особенно ярко проявлялась, когда человеку приходила повестка в суд или к следователю[197]. Однако содержание официальной части Губернских ведомостей наглядно демонстрирует, что накануне Реформы общественность была уже достаточно подготовлена к публичности судебного производства и гласности благодаря средствам массовой информации. Так, на страницах Губернских ведомостей как официального рупора губернских властей регулярно размещались объявления о вызовах в суд или в городовой магистрат для выслушивания решений по делам. Причем, объявления были столь пространными, что из них широкая публика достаточно подробно узнавала о содержании судебных дел. Например, 30 мая 1864 г. Новгородская палата гражданского суда вызывала «к выслушиванию решения в положенный законом срок Тихвинского помещика отставного майора Николая Иванова Унковскаго, или его доверенного, по делу о взыскании с него отставным инженер-капитаном Мусиным-Пушкиным убытков за отсужденного на свободу крестьянина Ивана Егорова с семейством». Валдайский уездный суд вызывал «Вышневолоцкого помещика ротмистра Алексея Петрова Гречишникова и Ржевского помещика подпоручика Николая Иванова Пражевскаго, или их поверенных, по делу о взыскании первым с последнего по условию денег 112 руб. 50 коп. за квартирование в усадьбе Анисимове»[198]. Объявлением от 13 июня 1864 г. Новгородский городовой магистрат вызывал новгородского мещанина Ивана Петрова Попова, по делу «о взыскании с него Новгородским

Лютеранским церковным Советом по двум заемным письмам, переданным иностранцем Эдуардом Щенцигером, денег 220 руб. серебром». В Новгородский уездный суд вызывалась солдатская дочь Лукерья Петровна Лелина по делу о коллежском регистраторе Павле Смирнове, жене его Степаниде и солдатской жене Домне Добрынской, судимых за нанесение побоев коллежскому регистратору Абакумову[199]. Каждое такое объявление размещалось трижды. Таким образом, губернские обыватели были вполне осведомлены о том, кто с кем и по какому поводу судится. Суд в дореформенную эпоху не являлся столь уж закрытым для общественности органом, как это часто представляется современными правоведами.

Уставом гражданского судопроизводства (ст. 294) вызовы в суд через публикацию в ведомостях сохранялись, но ст. 298 конкретизировала объем информации, предназначенной к опубликованию: «В вызове, публикуемом через ведомости, означается все, что должно быть означено в повестке, с кратким поименованием всех представленных в прошении документов».

Разумеется, публикацию вызовов в суд, пусть и весьма развернутую, нельзя считать признаком гласности судопроизводства. В данном случае следует говорить о публичности процедуры вызова в суд. Публика лишена информации о процессуальных действиях судей и в избытке информирована о существе дела. Этот недостаток был ликвидирован ст. 61-66 Устава гражданского судопроизводства и ст. 54-58 Устава уголовного судопроизводства: вызов на суд тяжущихся, свидетелей и других лиц производится посредством повесток за подписью судьи. Повестки доставляются вызываемым лицам через рассыльного или через местное волостное или сельское начальство, вручаются самому вызываемому или оставляются у его домашних или у полицейского чиновника и т. д. Отныне публикация вызова допускалась лишь в чрезвычайных случаях[200].

Ярким проявлением принципа гласности стало внедрение в российское правосудие института присяжных заседателей. Суд с участием присяжных заседателей входил в состав коронного суда. В его ведении находились дела по преступлениям, за которые полагалось наказание в виде лишения всех прав состояния. Оценка института присяжных в научной доктрине, начиная с представителей российской юридической мысли XIX - начала ХХ вв. и заканчивая современными теоретиками и практиками, никогда не была однозначной[201]. Г.А. Джанщиев отличительными свойствами суда присяжных называл неподкупность, его внутреннюю жизненную правоту, отзывчивость, человечность: «...суд гласный, равный для всех без различия сословий, судящий спокойно и без оскорбления человеческого достоинства, без озлобления и ненависти карающий провинившегося и милостиво прощающий человека, случайно впавшего в преступление»[202].

А.Ф. Кони оценивал введение суда присяжных в стране, только что освобожденной от крепостного права, как весьма смелый шаг: «.вчерашние бесправные люди, - призывались в большом количестве, чтобы творить суд по внутреннему убеждению совести. .Составители судебных уставов с доверием отнеслись к духовным силам и к здравому смыслу своего народа»[203].

А.Д. Попова очень точно описывает реакцию российской общественности на введение института присяжных и первые результаты практики: «В первые годы их работы публика всех сословий битком наполняла судебные залы, желая лично увидеть новинку российской жизни. ... У некоторых регулярное посещение судов вошло в привычку. .Не попавшие на слушание могли удовлетворить свое любопытство чтением газет: редкое издание не имело рубрики «Из зала суда», где помещались подробные отчеты о наиболее интересных делах, а Министерство юстиции принимало меры, чтобы эти отчеты были как можно более достоверны, — оно оплачивало работу специальных стенографов»[204].

Реакция новгородцев на работу суда присяжных со всей очевидность подтверждает эти тенденции. Новгородские губернские ведомости за 1868 г. содержат весьма «колоритные» репортажи журналистов из зала суда. Так, в декабре 1867 г. судом присяжных разбиралось дело об убийстве гимназиста Труфанова одноклассником Ламбиным на почве ревности. Отчет о судебном заседании был составлен для газеты журналистом А. Алексеевым: «Некоторые впечатления, вынесенные мною из Новгородского окружного Суда в день рассмотрения дела подсудимого Ламбина. 14 декабря 1867 г. рассматривалось дело и совершился суд над бывшим гимназистом Львом Петровичем Ламбиным, обличаемом в умышленном убийстве товарища своего, ученика новгородской гимназии Ксенофонта Труфанова. ...Ровно в 9 часов отворены были двери суда, и в несколько минут наполнилось зало суда зрителями. ... Когда все уселись, то судебный пристав ввел с подобающей честью каких то мужичков и посадил их в первые ряды с правой стороны зала, так что им приходилось сидеть против тех стульев, где усаживалась вся наша знать. Это показалось некоторым до того странным, что один даже спросил, что это за мужички, и почему им такая честь? Это присяжные, послышался ответ от другого зрителя, бывшего уже, верно, не первый раз в суде, - они здесь большую роль играют: они решают участь подсудимого. .Замечательно было видеть, что когда священник хотел приступить к обряду присяги, то один из присяжных заседателей, старообрядец, просил Товарища председателя избавить его от присяги от православного священника. Товарищ председатель потребовал мнения от товарища прокурора, который сказал, что закон в таком случае предоставляет вам (товарищу председателя) дать ему присягу. Старообрядец согласился, что и исполнено было. После присяги старообрядец не поцеловал креста у священника, а вынул из кармана свой и поцеловал».

В конце судебных слушаний «...суд сделал совещания относительно предложения вопросов господам Присяжным заседателям, которые состояли в следующем:

1) Виновен ли подсудимый в умышленном убийстве Труфанова?

2) Если не виновен, то не виновен ли в убийстве нечаянном?

3) Если же он виновен в том или другом, то с полным ли разумением совершил он преступление?

Присяжные признали его виновным и в умышленном убийстве и в

совершении онаго с полным разумением....... суд постановил: обвиненного в

умышленном убийстве и сделавшего оное с полным разумением, - сына Коллежского Советника Льва Ламбина по лишении всех прав и состояний сослать на 8 лет на каторжную работу и по истечении времени поселить его на вечное жительство в Сибирь.

.скажем и о том, что мы слышали по выходе из суда; некоторым показался суд присяжных слишком строгим, но нам кажется, что и судившие имели, может быть, не менее сострадания к преступнику, - однако судили по своему разумению, как им внушила совесть и долг присяги»[205].

Из объявлений в Новгородских губернских ведомостях о назначении заседаний окружных судов можно составить общее представление о характере рассматривавшихся с участием присяжных дел. Так, «Список делам уголовным, назначенным к слушанию в Белозерском Окружном Суде с участием присяжных заседателей в г. Череповце» за июнь месяц включал пять заседаний, например, 3 июня «О крестьянке Череповецкого уезда, деревни Овинца Акулине Кононовой, обвиняемой в краже со взломом», 5 июня «О бессрочно отпускном рядовом Якове Петрове Крякове, обвиняемом в краже со взломом», 7 июня «О крестьянах Череповецкого уезда деревни Раменья Иване Г ригорьеве Ильманове и деревни Лебенца Василии Васильеве Андрианове, обвиняемых: первый - в подлоге и небрежном ведении отчетности во время служения писарем в Шухободском Волостном Правлении, а последний - в знании и недонесении об означенном преступлении» и т. д.[206]

К концу XIX в., когда энтузиазм общества по поводу преобразований в судах утих, и усилились тенденции «контрреформ», изменился подход и к гласности правосудия. А.М. Бобрищев-Пушкин писал: «Печатание полных судебных отчетов и внимательный их анализ уже давно признаются излишними; газетные отчеты о процессах представлялись сколько-нибудь полными только в первой половине семидесятых годов (напр., в Суд. вестнике), а затем мало помалу переродились в крайне сокращенные, хотя и стенографического вида и происхождения, заметки и даже в простые корреспонденции, с присущим последним тенденциозным оттенком»[207]. Тем не менее, отменить «завоевания» Великой реформы 1864 г. было уже невозможно. Идеология, лежавшая в её основе, продолжала укрепляться в сознании общества и постепенно продвигать развитие правовых институтов в направлении правового государства.

Результаты введения в действие Судебных уставов на уровне губерний продемонстрировали востребованность новых судебных институтов широкими слоями населения, выявили региональную специфику их функционирования. Судебные органы Новгородской губернии, формировавшиеся в режиме временных штатов судебных установлений С.-Петербургского округа, осуществляли апробацию нововведений, демонстрируя повышение эффективности, качества судебной практики и одновременно позволяя определить слабые стороны реформы.

<< | >>
Источник: САМСОНОВ Андрей Алексеевич. СУДЕБНЫЕ ОРГАНЫ НОВГОРОДСКОЙ ГУБЕРНИИ (1727-1917 ГГ.): ИСТОРИКО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ. Д И С С Е Р Т А Ц И Я на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016. 2016

Еще по теме § 1. Переходный период 1864-1870 гг.: от дореформенного суда к пореформенному:

  1. ГЛАВА II. СУДЕБНЫЕ ОРГАНЫ НОВГОРОДСКОЙ ГУБЕРНИИ В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД (1864-1917 ГГ.)
  2. К вопросу о «переходном периоде от переходного периода к переходному периоду», или минусы условной периодизации.
  3. § 3. Дореформенный период
  4. 21.4. Основные закономерности переходного периода
  5. 1.13. Возможности синергетики в изучении правовой системы переходного периода
  6. Страны Европы и Америки в период победы и утверждения капитализма (1789-1870)
  7. 1.2 Содержание, специфика развития и структура властеотношений государства в переходный период
  8. ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД (1866-1874)
  9. Оплата отпуска по беременности и родам в переходный период
  10. СОСТОЯНИЕ ЭКОНОМИКИ И НОВЫЕ ЧЕРТЫ ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ B ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД
  11. § 1. Основные черты и проблемы переходного периода к рынку. Формирование рыночной струк­туры
  12. Глава 2 ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО МЕХАНИЗМА В СУБЪЕКТАХ РФ В ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД
  13. РУМЯНЦЕВ Павел Александрович. РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО МЕХАНИЗМА В СУБЪЕКТАХ РФ В ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД 1990-х - ПЕРВОГО ДЕСЯТИЛЕТИЯ 2000-х гг. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016, 2016
  14. 64.1. Создание новой юстиции Реорганизация суда в период Революции XVIII в.
  15. 1. ДО СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ 1. ДОРЕФОРМЕННАЯ АДВОКАТУРА
  16. § 1. Дореформенная адвокатура
  17. Можно ли в правилах постоянно действующего третейского суда указывать на полномочия председателя суда назначать состав третейского суда?
  18. ЮРИСПРУДЕНЦИЯ ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ
  19. § 5. Судебные следователи в пореформенной России XIX в. (на примере Новгородской губернии)
  20. Глава 14 Трансформация и модернизация пореформенной Японии (1868–1945)