7. семья в ссср

Необходимо хотя бы бегло упомянуть об отношении к семье в России после Октябрьской революции. До рево- люции делами заключения и расторжения брака ведала цер- ковь. После издания декретов, отделявших церковь от го- сударства и школу от церкви, обязанность по заключению браков декретам от 18 декабря 1917 года была передана го- сударственным органам ЗАГС.

Одним из наиболее пламенных противников закрепо-

щения женщин семьей и браком была Александра Коллон-

тай, единственная женщина-министр в правительстве В.И. ленина, которая «Была уверена и в том, что о рождённых в „свободной любви“ детях должно заботиться государ- ство победившего пролетариата в нужном для него русле».

Однако жизнь жестоко посмеялась над сторонницей те- ории свободной любви. Ее героический возлюбленный, мо- ряк Балтики Павел Дыбенко, был арестован за участие в ан- тибольшевистском выступлении, и ему по законам револю- ционного времени грозил расстрел. Тогда Коллонтай обра- тилась с ходатайством к ленину, тот спросил: «А вы кто та- кая будете подследственному?» Чтобы спасти жизнь своего

29-летнего возлюбленного, 46-летняя Александра Коллон- тай отреклась от своих ранних взглядов на свободную лю- бовь и признала Павла Дыбенко своим мужем.

Первый гражданский брак, официально заключённый в России, был основан на простой публикации заявления Александры Коллонтай в газете «Правда» о том, что она со- четалась первым гражданским советским браком. 25 марта

1918 года, после опубликования информации о браке, Павел

Дыбенко был выпущен из тюрьмы на поруки своей жены.

Сталин тогда шутил, что расстрел для Дыбенко и Кол- лонтай будет недостаточным наказанием, и предлагал «при- говорить их к верности друг другу в течение пяти лет» (по другому источнику – в течение года).

Когда Коллонтай нашла любовную записку другой жен- щины, адресованную мужу, она записала в дневнике: «Как же так?! Всю жизнь я утверждала свободную любовь, сво- бодную от ревности, от унижений. И вот пришло время, когда меня охватывают со всех сторон те же самые чув- ства, против которых я восставала всегда. А сейчас сама не способна, не в состоянии справиться с ними».

О том сумбуре и нелепице, которые царили в головах этих «пламенных революционеров», говорят некоторые

призывы, сделанные Коллонтай на Первом Всероссийском съезде работниц 16-21 ноября 1918 г. Она требует: «широ- кого обеспечения материнства, уничтожения домашнего хо- зяйства, установления принципов государственного воспи- тания, борьбы с двойной моралью и проституцией и т. д.» Совершенно неясно, как сочетать материнство с уничтоже- нием домашнего хозяйства и государственным воспитани- ем? Кажется, что эти революционеры просто не задумыва- лись над практической реализацией своих слов.

«стакана воды».

Сразу же после создания РКСМ для знакомства с новой организацией в столицу были посланы инициаторы с мест. По их возвращении во всех школах, на заводах и фабриках городов проходят митинги по созданию комсомольских яче- ек. Губкомы, проводя в жизнь политику новой организации, выдавали постановления о том, что каждый комсомолец или рабфаковец имеет право реализовать свое половое вле- чение, а комсомолка или рабфаковка должна его удовлетво- рить по первому же требованию, – в противном случае она лишалась звания комсомолки и пролетарской студентки.

«Нынешняя мораль нашей молодежи в кратком изложе- нии состоит в следующем, – подводила итог известная ком- мунистка Смидович в газете «Правда» (21 марта 1925 г.) – 1. Каждый, даже несовершеннолетний, комсомолец и каждый студент «рабфака» (рабочий факультет) имеет право и обя- зан удовлетворять свои сексуальные потребности. Это поня- тие сделалось аксиомой, и воздержание рассматривают как

ограниченность, свойственную буржуазному мышлению. 2. Если мужчина вожделеет к юной девушке, будь она студент- кой, работницей или даже девушкой школьного возраста, то девушка обязана подчиниться этому вожделению, иначе ее сочтут буржуазной дочкой, недостойной называться истин- ной коммунисткой…»

В результате, когда все без исключения комсомоль- цы и коммунисты были уверены, что у них есть права на удовлетворение мужской физиологической потребно- сти, в Стране Советов назрела новая проблема: что делать с детьми, рожденными от блуда свободной любви, которых матери не могли прокормить. Они пополняли детские дома, становились беспризорниками. Зачатые в жутких условиях, не в процессе любви, а в процессе бездушия и насилия, ни- когда не знавшие материнского тепла, они росли и влива- лись в ряды преступного мира.

В.И. ленин, выступая перед молодежью на III съез- де комсомола и призывая учиться коммунизму, ни слова не сказал об отношениях между юношами и девушками, любви и семье. Задачу воспитания детей он отдает комсо- молу: «Надо, чтобы Коммунистический союз молодёжи воспитывал всех с двенадцати лет в сознательном и дис- циплинированном труде⁸. Веселенькое будущее готовил он российской молодежи – труд с двенадцати лет под контро- лем комсомола. Нужно отметить, что многие вожди совет- ской власти, такие как С.М. Киров или небезызвестный л.П. Берия, не отличались аскетизмом, были и другие любители балерин и актрис, и им все сходило с рук до определенно- го времени.

Однако практика строительства советского государства показала, что безответственное и нигилистическое отноше- ние к семье не просто вредно, но и преступно, так как рас- шатывает основы самого государства. Сталин и другие вож-

ди большевиков начинают прозревать и понимать, что зало- гом прочного и стабильного государства является такая же стабильная и прочная семья.

Новая позиция большевиков по отношению к семье была изложена А. В. луначарским. в докладе «О быте», сде- ланном им в ленинграде 18. XII 1926 г. Он говорил, что во- прос о семье есть вопрос о продолжении рода человече- ского, вопрос о грядущем поколении. От буржуазии совет- скому государству досталась довольно прочная парная се- мья – отец, мать, дети, «которая на наших глазах подверга- ется разложению».

Советские марксисты принесли новые формы общения мужчины и женщины – свободную любовь. «Сходятся меж- ду собой мужчина и женщина, живут пока друг другу нра- вятся, разонравившись – расходятся».

«Подлинный коммунист, советский человек, – говорят они, – должен остерегаться парного брака и стремиться удо- влетворить свои потребности путем свободных взаимоотно- шений мужей, жен, отцов, детей, так что не разберешь, кто к кому и как точно относится. луначарский уточняет, что от- рицательным, абсолютно неприемлемым в буржуазном пар- ном браке является неравенство мужчины и женщины, на- силие мужчин над женами.

В советском обществе единственно правильной фор- мой семьи является длительная парная семья. Он указыва- ют на ужасающее положение детей: «Наши детские дома и сейчас экономически и педагогически неудовлетворитель- ны, – a y нас сотни тысяч детей, столько же, сколько мы при- ютили, бегают еще по улицам в качестве беспризорных по- луживотных, и мы не можем, мы не имеем средств их пой- мать, приручить и сделать их нормальными государствен- ными детьми. Только родители в ближайшие годы смогут вынести тяжесть по воспитанию».

«Советское правительство обязано сказать буквально всем: обязанность воспитывать детей, подрастающее поко- ление, на девяносто девять сотых лежит на родителях. Муж- чина не страдает от полового акта, для него это то же, что

«выпить стакан воды». Женщина, выпив стакан воды, ни- чего от этого не потерпит, а от полового акта у нее быва- ют дети. Вот дети и есть центральное место всего вопроса».

«И тот народ, который скажет, как наши комсомольцы, что любовь – это голое размножение, тот народ осужден. У него нет жизненной силы. Он – старик, потерявший на- стоящее чувство любви, ее торжественности, ее красоты, ее силы. И такой учитель, который станет нашу молодежь тол- кать в эту сторону, говорить, что эта нигилистическая пре- мудрость научна, есть развратитель молодежи».

Это значит, что любовь не должна быть повседневно- стью, «стаканом воды», а чтобы она была поднята на долж- ную высоту, до чего-то чрезвычайно значительного. Когда мужчина говорит: «я люблю эту женщину и никакую дру- гую, с ней я могу построить свое счастье, я принесу для нее величайшие жертвы, только с ней я могу быть счастлив. Когда женщина говорит: я люблю этого мужчину, это мой избранник, – тогда любовь не является повседневностью, развратом. Она скупа, эта любовь, но этим самым она де- лается торжественной и важной».

Воздержание для молодежи ничуть не вредно. Чем поз- же юноша или девушка вступает в брачную жизнь, тем све- жее, сильнее, полнее сохраняется он для настоящего брачно- го счастья, для настоящей подлинной любви и общественной деятельности. Но мы не лицемеры. Мы говорим, что в неко- торых случаях аборт необходим, но предупреждаем, что это вредно, что это опасно, что это – риск: повторные аборты почти всегда гибельны, поэтому прежде чем решиться на это, обдумайте, взвесьте, серьезно рассмотрите этот вопрос. Мы

не должны отрицать влюбленность, ухаживание, эротически окрашенное общение между мужчиной и женщиной. Тут мо- лодые мужчины и девушки выбирают друг друга, подбирают- ся так, чтобы потом, после длительного знакомства, решить- ся на парный длительный брак. Но решение должно быть се- рьезно, чтобы, по возможности, избежать абортВот такая се- рьезная, глубоко-сдержанная, вдумчивая, красивая любовь должна быть у нас взамен разврата буржуазии и «нигилисти- чего» взгляда на «голую» половую потребность».

Но не все революционеры разделяли убеждения лу- начарского. Пламенный сторонник мировой революции, Троцкий писал в 30-е годы: «Опять Россия стала буржуаз- ной, снова в ней культ семьи».

Коммунистическая партия становится на стражу семьи. Морально-бытовое разложение, т. е. интимная связь с дру- гими женщинами, оборачивается тягчайшим проступком коммуниста, наказание за который было необычайно суро- вым, вплоть до исключения из партии, а это означало уволь- нение с работы, если речь шла о руководителях. Рядовые коммунисты подвергались мерам общественного воздей- ствия. Их «разбирали» на партийных собраниях, партбю- ро, месткоме и т.д. Надо отметить, что такая процедура дей- ствовала достаточно эффективно, но не всегда.

Свое завершение трансформация коммунистических взглядов на роль семьи в обществе нашла в III программе Коммунистической партии Советского Союза, принятой в 1961 году, которая утвердила Моральный кодекс строите- ля коммунизма, где было записано в адрес обоих родителей:

«взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей», а также была поставлена задача «воспитания нового челове- ка – гармонично развитой личности, у которой духовное бо- гатство сочетается с нравственной чистотой и физиче- ским совершенством». [158]