Существенные признаки личности с позиции богословия

Перечислим наиболее важные признаки личности, исходя из положения о том, что она является выразителем образа Божьего.

1. Непознаваемость личности, невозможность ее объективного анализа. Этот признак вытекает из отмеченного выше положения о принципиальной невозможности рационального познания Бога.

Архимандрит Платон (Игумнов) так говорит об этом: “В свете догматического учения Церкви личность, как запечатленный в человеке образ Божий, недоступна всеохватывающему и исчерпывающему познанию. Личность не может быть объектом научного изучения в той же полноте и объеме, как предметы внешнего мира. Она всегда остается непостижимой в своей глубинной сущности. В недоступно-сокровенной жизни и в своем проявлении личность всегда пребывает оригинальной, своеобразной, неповторимой и потому единственной во всем мире духовной структурой, не сводимой ни к какой другой бытийной реальности”^[29].

2. Личностная уникальность и неповторимость. Личностная уникальность и неповторимость вытекает из положения об абсолютной инаковости личности, как по отношению к природе, так и по отношению к другим личностям. Личность − это христианское событие как со-бытие человека с Богом. Это событие неповторимо, как неповторима и уникальная сбывающаяся личность человека. Это событие, по словам М.В. Захарченко^[30], “изводит из темницы”, из плена страстей душу человека, возводит человека “превыше небес”, одевает его “светом, яко ризою”, просветляет его к Богу обращенное неповторимое лицо, открывает ему его “на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает” (Откр. 2:17).

“Что значит эта тайна?” – спрашивает К.С. Льюис. И так отвечает на свой вопрос: “Не то ли, что каждый блаженный вечно ведает и хвалит какую-нибудь одну грань Божией славы, как не познает и не восхвалит ее никто другой? Бог создал нас разными, чтобы любить нас по-разному – не “больше” и “меньше”, а именно по-разному, как мать любит детей… Поэтому и возможна любовь блаженных по отношению друг к другу, содружество святых. Бог творит неповторимую природу души, у Него все наши души разные… В этом вечном отличии каждой души неповторим каждый союз человека с Богом. Блаженная душа – сосуд, который все лучше и лучше принимает расплавленный металл, тело все легче и легче выносящее яростный жар духовного солнца”^[31].

3. Личностная целостность, интегративность. Интегративность можно понимать как стержневую характеристику личности, позволяющую свести воедино высоту и глубину, познаваемость и непознаваемость, другими словами, это возможность замкнуть в единое целое, казалось бы, несоединимые тенденции. Интегративность включает в себя непостижимое соединение в человеке, как вершине творения, божественного и тварного, вечного и временного, бесконечного и конечного.

Об этом подробно говорил святитель Григорий Нисский в своем трактате “Об устроении человека”: “…человеческая природа есть середина между двумя крайностями, отстоящими друг от друга, – природой божественной и бесплотной и жизнью бессловесной и животной.

4. Личность как духовная ипостась человеческой природы. Духовность есть основной признак личности. С точки зрения христианской антропологии, духовный уровень личности рассматривается как системообразующий компонент, интегрирующий человека в единое целое, в личность, созданную по образу и подобию Божию. Именно духовный уровень подчиняет все единому порядку, из которого вырастает форма – “личность”. Духовное интегрирует и телесное, и душевное, облагораживает и “одухотворяет”. Духовное – это связь человека с Богом. Дух, духовность есть “частица Бога”, “искра богоподобия” которая есть в каждом человеке, и делает человека действительно человеком. Дух, по мнению архимандрита Киприана (Керна)^[34] – это та нематериальная часть человека, которая связывает его с вечным и непреходящим миром.

Духовная ипостась есть начало самодвижения души, “жизнь души”, “неподвижный перводвигатель”, “форма форм”. Будучи тварной природой, она таинственно сопряжена с Творцом. Энергии личности и действие благодати предвечно сопряжены в Богочеловеческом неслиянном единстве, которое исполняется как нераздельное в святости Господа, Который Един Свят. Духовную ипостась человеку предстоит в себе отыскать и раскрыть, направив энергии личности всецело на поиск Бога, “сквозь все свои перепутья прозревая искаженные собственной греховной природой и страстями Божии пути и Его призывы”^[35].

5. Личность как природа, воипостазированная действием благодати. Этот признак вытекает из принципиального положения о несводимости личности к природе. Необходимо отметить, что в православном богословии ипостась по отношению к природе мыслится как онтологически первичное начало. Это обусловлено тем, что не ипостась является производным от природы, но, наоборот, природа обретает реальное существование в ипостаси. Человеческая личность – это не какая-то часть человеческого существа. Личность – это образ существования природы, “кто” – это тот, кто в себе природу содержит.

Как пишет в этой связи В.Н. Лосский: “То, что соответствует в нас образу Божию, не есть часть нашей природы, а наша личность, которая заключает в себе природу”^[36]. В данном контексте мы также можем говорить о том, что человек способен остаться и на уровне своей природы, следуя инстинктам и влечениям. Но это не означает, что личность у него отсутствует, мы можем предположить, что личность в нем не выражена или не актуализирована.

Человек в силах преобразовывать свою природу, являющейся условием существования личности. Леонтий Византийский говорил о невозможности существования природы без ипостаси, однако при этом личность воипостазирует природу, вбирает ее в себя и преображает. Это происходит не стихийно, а благодаря сопричастности Божественным энергиям, что становится возможным на пути раскрытия образа Божия в личности. Личность как воипостазированная природа – это сущность человеческой природы, преображенной в огне Божественной любви. Человек в воипостазированном бытии обретает “власть быть чадом Божиим” по благодати через участие в жизни Церкви. При этом человеческая природа воипостазируется не в форме атомистического бытия, не как индивидуум, – но в соборной полноте Церкви.