Пробелы законодательства в области правового регулирования оказания медицинских услуг

Ухудшение состояния здоровья жителей Российской федерации и прежде всего людей трудоспособного возраста на фоне сокращения общей численности населения считается серьезным дестабилизирующим обстоятельством.

Такое положение приводит к постоянному росту потребностей в медицинской помощи. Г осударственное и муниципальное здравоохранение не в состоянии обеспечить необходимый базовый уровень медицинских услуг населению, следовательно, расширяется сфера платных медицинских услуг.

В части 2 Гражданского кодекса Российской Федерации введена гл.39, посвященная особенностям правового регулирования возмездного оказания услуг, не вмещенных в классические институты российского гражданского права, из числа которых особое место занимают медицинские услуги.

Долгое время в сфере предоставления медицинских услуг был настоящий правовой беспредел. С опозданием, но все таки законодатель признал гражданско-правовой характер таких отношений, а это значит, что права и обязанности, определяющие отношения между медицинской организацией (врачом) и пациентом (потребителем медицинских услуг), должны формироваться на основе закона, тем более что непосредственным объектом таких отношений выступают наиболее ценные и значимые для человека блага: жизнь, здоровье, телесная (физическая) неприкосновенность.

Медицинские услуги включены в пространство свободного экономического оборота, а понятие «медицинская услуга» введено в область гражданско-правового регулирования.

Нормы гл.39 Гражданского кодекса РФ закрепили лишь общие и основные подходы к регулированию отношений, связанных с возмездным оказанием медицинских услуг. Вместе с этим специфичный характер данного рода взаимоотношений требует наиболее досконального и подробного решения целого ряда вопросов, возникающих перед теорией и практикой применении такого рода правовой формы, как договор возмездного оказания медицинских услуг. Прежде всего, нужно принимать во внимание, то, что ещё нет необходимого опыта партнерства в области предоставления медицинских услуг, основанного на праве: до настоящего времени в практике правоприменения заказчик (пациент) и исполнитель медицинских услуг находятся в неравных условиях, в связи, с чем пациент не прекращает чувствовать себя беззащитным либо, по крайней мере, мало защищенным. Противоречия, недочеты и пробелы в правовом регулировании предоставления медицинских услуг зачастую приводят к неверной оценке действия медицинского работника и пациента, что содействует нарушению их легитимных прав и интересов. Правовой вакуум сковывает инициативу исполнителя медицинских услуг, обусловливает возникновение мотивации для отказа от решительных действий, разных рискованных вмешательств с целью оказания медицинской помощи. Совместно с этим доверительное сотрудничество пациента и медицинского работника, основанное на отчетливом правовом механизме, считается надежным залогом эффективности лечения и обеспечение обоюдных прав и интересов.

Область предоставления медицинских услуг нуждается в развитии цивилизованного права, способного, с одной стороны, предоставить защиту прав и интересов пациента, а с другой - определить надежные правовые гарантии профессиональной работы исполнителя медицинских услуг.

Ключевые положения, относящиеся к договору возмездного оказания услуг, в том числе медицинских, отражены в ст.779-783 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соотношение норм ГК РФ и других нормативно - правовых актов определено ст.3 ГК РФ, в соответствии с которой нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, указах Президента, постановлениях Правительства и должны соответствовать ГК РФ.

Одновременно с этим отдельные положения гл.39 ГК РФ и некоторые правила других нормативных актов, посвященных правовому регулированию отношений по предоставлению медицинских услуг, вызывают существенные замечания и возражения, которые нуждаются в обсуждении на профессиональном уровне.

Прежде всего, обращает на себя внимание ст.782 ГК РФ «Односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг», в которой по сущности закреплен отказ от принципа реального выполнения обязательства согласно оказанию медицинской услуги. Что относительно клиента (заказчика), то его право на отказ от договора в одностороннем порядке не вызывает колебания. Данная ему возможность отказаться от медицинского вмешательства является справедливой и аргументированной, так как она способствует возможности осуществлении стопроцентного права гражданина на жизнь, здоровье, физическую неприкосновенность и свободное по своему усмотрению распоряжение им указанными благами. Предоставление же исполнителю права на односторонний отказ от выполнения соглашения оказания врачебной услуги, как мне видится, считается неоправданным и концептуально неправильным согласно некоторым обстоятельствам.

Во-первых, договор оказания платных медицинских услуг - это в большинстве случае публичный контракт, на который распространяются законы о защите прав потребителей, нежели, как верно фиксируют многие авторы, право на отказ исполнителя от выполнения договора теряет смысл, так как «исполнитель, отказавшийся от оказания услуги, согласно требованию заказчика должен тут же вновь заключить договор». Во-вторых, закрепленное в законе безусловное право исполнителя на односторонний отказ от выполнения врачебной услуги считается исключительно несвоевременным в условиях недостаточно сформировавшегося рынка медицинских услуг с учетом того, что почти все из такого рода услуг продолжают быть исключительными, и отказ от их предоставления может значительно нарушить интересы больного, причинить вред жизни и здоровью, в особенности, если предоставление врачебной услуги не терпит отлагательства. Кроме этого, данное решение вопроса не соответствует гуманному характеру профессии врача, обязанного оказывать необходимую медицинскую помощь. Поэтому в отношении обязательств по возмездному оказанию медицинских услуг правило ч.2 ст.782 ГК РФ либо вообще не должно применяться, либо оно должно быть дополнено следующим условием: «если промедление в оказании медицинской услуги не угрожает жизни или здоровью заказчика (пациента)».

Возражение вызывает также сама редакция п.2 ст.782 ГК РФ, в соответствии с которой «исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков». При этом не установлено, в границах какого периода исполнитель может осуществить это право. По- видимому, отказаться от выполнения врачебной услуги возможно только до начала срока её выполнения, определенного договором. Если такой отказ заявлен после наступления срока исполнения, а тем более, после начала исполнения услуги, он должен рассматриваться как противоправное поведение должника и влечь для него ответственность в соответствии с Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», предусматривающим повышенную ответственность исполнителя за нарушение прав потребителя независимо от его вины (п.4 ст.13). При этом в соответствии с п.3 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» оплата неустойки (пени) и возмещение ущерба не освобождают исполнителя от исполнения возложенных на него обязательств перед потребителем. С учетом изложенного необходимо уточнить п.2 ст.782 ГК РФ в отношении обязательств по возмездному оказанию медицинских услуг, указав срок реализации закрепленного в нем права: «исполнитель до начала срока исполнения вправе отказаться от исполнения обязательств».

Важным недостатком законодательства в сфере законного регулирования оказания медицинских услуг считается недостаточно хорошо решенной проблемы об ответственности сторон согласно договору возмездного оказания медицинских услуг. В ст.781 ГК РФ, именуемой «Оплата услуг», решается ряд вопросов, связанных с ответственностью сторон. Таким образом, в случае если несоблюдение договора связано с виноватым поведением заказчика, то услуги

подлежат плате в целом размере, при условии, что другое не предвидено законодательством либо договором. По моему мнению, нет причин ограничиваться только лишь взысканием полной стоимости предусмотренных договором услуг. В случае если возникшие убытки у исполнителя по вине клиента (заказчика) выходят за границы стоимости услуг, то они обязаны быть взысканы в полном объеме.

В п.3 ст.781 ГК РФ установлено, что на заказчика возлагается обязанность возместить исполнителю фактически понесенные им расходы (прямые убытки), даже если невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, то есть при отсутствии вины заказчика. Видится, что выражение «обстоятельства, за которые ни одна из сторон не отвечает», можно объяснять расширено, имея в виду, что таким обстоятельством может быть и непреодолимая сила. В соответствии со ст.16 ГК РФ расходы представляют собой разновидность убытков, а взыскание убытков рассматривается в качестве основной формы гражданско-правовой ответственности. Таким образом, в п.3 ст.781 ГК РФ закреплена повышенная ответственность заказчика в виде возмещения убытков, не устраняемая не только его невиновностью, но и любыми иными обстоятельствами, за которые ни одна из сторон не отвечает. Такая позиция законодательства противоречит общим принципам гражданско-правовой ответственности, предполагающим в качестве основания для ее наступления вину, и совсем никак не согласуется с законодательством о защите прав потребителя и не имеет каких-либо заслуживающих внимания оправданий. Ситуация несколько сглаживается лишь тем, что норма п.3 ст.781 ГК РФ является диспозитивной, а следовательно, иное может быть предусмотрено законом или договором. Во всяком случае, специальным законом, регулирующим последствия невозможности исполнения медицинских услуг, возникшей не по вине сторон, должно быть обязательно предусмотрено иное правило.

Что относительно последствий невозможности выполнения обязательства согласно договору возмездного оказания услуг по вине исполнителя, то в таком случае в гл.39 ГК РФ они не установлены. Значит, проблема об ответственности исполнителя обязана решаться с учетом общих и особых законов, конкретных функционирующим законодательством, регулирующим оказание услуг потребителям, в частности потребителям медицинских услуг.

Общие положения об ответственности исполнителя услуг перед потребителем прикреплены в ст.13 Закона «О защите прав потребителей», в согласовании с которой обязательство исполнителя считается полной, т.е. предусматривающей вероятность взыскания в пользу потребителя абсолютно всех видов ущерба, и повышенной, т.е. наступающей вне зависимости от вины исполнителя, потому что он освобождается от ответственности из-за несоблюдения обязанностей, если неисполнение или ненадлежащее исполнение случилось из-за непреодолимой силы, а также согласно другим причинам, предустановленным законодательством.

Такое же решение вопроса об ответственности исполнителя содержится в п.19 Правил предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями: «медицинское учреждение освобождается от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение платной медицинской услуги, если докажет, что неисполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом».

По моему мнению, закрепление в законе повышенной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение медицинских услуг не продиктовано потребностью или необходимостью и обязано быть изменено при принятии специального законодательства, регулирующего взаимоотношения согласно предоставлению медицинских услуг.