Иски акционеров в защиту интересов общества

Особое место среди споров, рассматриваемых арбитражными судами, занимают дела по искам акционеров в защиту интересов общества. Гражданский кодекс РФ и Закон об акционерных обществах предусматривают несколько возможных случаев их предъявления.

Статья 53 ГК РФ обязывает лицо, которое в силу закона или учредительных документов выступает от имени юридического лица (является его руководителем), действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно. А далее устанавливает, что данное лицо (руководитель) по требованию учредителей (участников) или самого юридического лица обязано возместить убытки, причиненные им юридическому лицу, если иное не предусмотрено законом или договором. Применительно к акционерным обществам это общее положение развивается в ст. 71 Закона. Названные в ней лица — члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган (генеральный директор, директор), члены коллегиального исполнительного органа несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (п. 1 и 2)^[162]. Правом на обращение в суд с иском о возмещении убытков может воспользоваться само общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 % размещенных обыкновенных акций общества (п. 5 ст. 71).

Статья 105 ГК РФ и ст. 6 Закона наделяют участников (акционеров) дочернего общества правом требовать от основного общества возмещения убытков, причиненных по его вине дочернему.

Помимо этого законодательство наделяет акционеров правом на предъявление исков о признании недействительными ряда оспоримых сделок, участником которых является общество.

Согласно ст. 173 ГК РФ сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, либо юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.

К оспоримым, как уже отмечалось, отнесены заключаемые акционерным обществом крупные сделки и сделки с заинтересованностью, если при их совершении были допущены нарушения установленных Законом требований. Иски о признании этих сделок недействительными могут предъявляться обществом либо его акционерами (ст. 79, 84 Закона).

Дополнением, внесенным в Закон об акционерных обществах (Законом от 5 января 2006 г. № 7-ФЗ), предусмотрено право акционеров заявлять иски о признании недействительными сделок, заключаемых обществом в период проведения процедур по приобретению его акций на основании публичной оферты, если при их совершении допускаются нарушения условий, предусмотренных п. 1 ст. 84⁶ \

Наделение акционеров правом на предъявление указанных исков является дополнительным способом защиты экономических интересов общества^{[163] [164]. Актуальность этой проблемы привлекла к ней внимание ученых-правоведов и специалистов-практиков.}

В постановлении Пленума ВАС РФ № 19 сказано, что иски в интересах общества могут предъявляться акционерами лишь в случаях, предусмотренных законодательством (п. 37 постановления). Данное разъяснение проводит границу между обычными (прямыми) исками, с которыми обращаются по общему правилу непосредственно те лица, права и законные интересы которых нарушены, и исками в защиту интересов другого лица, часто именуемыми в литературе косвенными^[165].

Необходимость в использовании этого института возникает там, где определенным субъектам по тем или иным причинам требуется помощь в защите их гражданских прав (в основном это случаи предъявления исков органами прокуратуры и некоторыми другими государственными органами в защиту интересов отдельных категорий лиц и публичных интересов), а также когда могут быть опасения, что лицо, правомочное на обращение с иском от имени представляемого им юридического лица, не воспользуется этой возможностью.

Известны случаи — они отмечались в литературе, — когда, к примеру, генеральный директор (директор) общества — лицо, наделенное правом на обращение в суд с иском от его имени, — не стремится этого делать, поскольку его личные интересы расходятся с интересами возглавляемого им юридического лица. Это может касаться предъявления исков о признании недействительными сделок, в совершении которых было заинтересовано само лицо, занимающее данный пост, или когда затрагиваются интересы связанных с ним лиц. Еще сложнее ситуация, когда нужно предъявить иск о возмещении убытков, причиненных обществу по вине самого генерального директора. Здесь и может сыграть нужную роль предоставление акционерам права предъявлять иски в интересах общества, а косвенно и в интересах его участников.

В постановлении Пленума ВАС РФ № 19 сказано, что эти дела подлежат рассмотрению в соответствии с АПК РФ. В данном Кодексе отсутствуют прямые указания, относящиеся к процессуальной стороне возбуждения таких дел, в отличие, например, от дел, которые могут возбуждаться по искам прокурора (ст. 52 АПК РФ) или государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов в защиту публичных интересов (ст. 53 АПК РФ). Между тем в связи с подобными делами возникает немало вопросов, в том числе относительно определения правового положения акционера и общества как участников процесса, системы доказательств, которые должны представляться и оцениваться при разрешении споров, имеющих существенные различия в зависимости от характера и предмета иска; о праве на отказ от иска и др.

О трудностях, с которыми сталкиваются некоторые суды при рассмотрении указанных споров, можно составить представление по одному из дел, рассмотренных Арбитражным судом г. Москвы.

Закрытое акционерное общество «Издательский дом «Экономическая газета» (далее — акционер, истец), являющееся акционером ЗАО «Десница» (далее — общество), обратилось в арбитражный суд с иском к гражданину С., являвшемуся генеральным директором этого общества, с требованием о возмещении убытков, причиненных им обществу.

Этот конфликт уже упоминался при рассмотрении вопросов, касающихся крупных сделок. В удовлетворении иска о признании сделки недействительной было отказано ввиду того, что стоимость имущества, являвшегося объектом сделки, оказалась, по данным бухгалтерского учета, меньше 25 % балансовой стоимости активов общества. Поскольку в результате сделки обществу был причинен значительный ущерб (объект недвижимости продан по явно заниженной цене), истец, считая, что причиной стали недобросовестные действия генерального директора, требовал взыскания с него в пользу общества суммы ущерба. Размер его был определен как разница между рыночной стоимостью проданного помещения (по заключению независимого оценщика) и ценой его продажи, указанной в договоре, заключенном С. Истец владел более чем 1 % акций ЗАО «Десница», что давало ему право на обращение с иском на основании ст. 71 Закона об акционерных обществах. ЗАО «Десница» было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, иск акционера был удовлетворен, сумма убытков взыскана в пользу общества.

Кассационный суд не согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций в отношении определения правового положения общества в этом процессе; принятые по делу судебные акты отменил, передав спор на новое рассмотрение. В вынесенном им постановлении отмечено, что по иску, заявленному акционером на основании п. 5 ст. 71 Закона об акционерных обществах с требованием о возмещении убытков, причиненных обществу, акционер не имеет самостоятельного материально-правового интереса в исходе дела, обладая лишь процессуальными полномочиями на возбуждение иска в суде. Присуждение соответствующей суммы, при доказанности исковых требований, должно производиться в пользу общества. В связи с этим суду первой инстанции было предложено обсудить вопрос о надлежащем процессуальном положении общества, имея в виду, что третье лицо без самостоятельных требований относительно предмета спора, в качестве которого привлечено к участию в деле ЗАО «Десница», ограничено в процессуальных правах (согласно ч. 2 ст. 51 АПК РФ) и в этом качестве не может рассматриваться как субъект спорного правоотношения. Удовлетворение исковых требований и присуждение денежных средств в пользу такого лица нельзя признать соответствующими нормам процессуального закона.

Повторное решение суда первой инстанции — на этот раз об отказе в иске — кассационный суд также отменил в связи с невыполнением его указания о разрешении вопроса о процессуальном положении акционерного общества в данном деле. Закончилось разбирательство отказом в иске по мотиву недостаточности оснований для возложения ответственности на генерального директора общества¹.

Рассматривая вопрос о процессуальном положении акционерного общества, в интересах которого предъявлен иск (после повторного направления дела на новое рассмотрение), суд указал, что АПК РФ не предусматривает возможность привлечения к участию в деле второго истца либо замены его надлежащим истцом. Ответчика суд вправе привлекать по своей инициативе только в случае, если федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого ответчика. Статьей 71 Закона об акционерных обществах (на основании которой предъявлен иск) процессуальное положение акционера не определено. Исходя из этого судом сделан вывод об отсутствии оснований для привлечения общества к участию в процессе в качестве стороны по делу. В решении вместе с тем сказано, что отечественная доктрина допускает участие общества по таким делам (по косвенным искам) на правах третьего лица^{[166] [167]. В результате процессуальный статус ЗАО «Десница» не был изменен.}

Об отсутствии полной ясности относительно рассмотрения дел по искам акционеров в интересах общества (как в процессуальном,

так и в материально-правовом отношении) свидетельствуют решения по некоторым делам, рассмотренным другими судами, а также суждения отдельных авторов по данной проблеме, высказанные в литературе¹.

Процессуальные сложности, с которыми сталкиваются суды при рассмотрении данной категории дел, могут быть устранены (до внесения нужных дополнений в АПК РФ) путем использования известных гражданскому процессуальному, а отчасти и арбитражному процессуальному законодательству положений, относящихся к иным случаям предъявления исков в защиту интересов «других лиц» (выделенных в особый институт), а также получивших разработку в науке процессуального права понятий «косвенный иск», «процессуальный истец» и «материальный истец». Известные законодательству иски в защиту интересов других лиц отличаются друг от друга по кругу субъектов, наделяемых правом на их предъявление, и кругу отношений, в пределах которых действует это право. Но в части определения процессуального положения лиц, в интересах которых они заявляются, законодатель не устанавливает принципиальных различий: лицо, чьи гражданские права защищаются судом, должно иметь статус истца; лицо или орган, обращающийся с иском в интересах другого лица (в случаях, предусмотренных законом), пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, т.е. рассматривается как «процессуальный истец»^{[168] [169].}

Характеристика косвенных исков, на примере акционерных обществ, и возможных подходов к рассмотрению отдельных их видов дана в работах В.В. Яркова. «Выделение косвенного иска, — отмечает автор, — в качестве самостоятельного вида происходит при классификации исков по характеру защищаемого интереса и выгодоприобретателя по данному требованию. По косвенному иску выгодоприобретателем является само общество, в пользу которого взыскивается присужденное; выгода самих акционеров является косвенной, поскольку в свою пользу они лично ничего не полу- чают»^[170].

Косвенная выгода акционеров заключается в защите и укреплении экономического (имущественного) положения общества, от чего в конечном счете зависит сохранение капитала, вложенного в деятельность общества, уровень доходов на него и т.д., но она имеет лишь самые общие очертания и не связана напрямую с возможностью получения конкретных благ за счет того, что присуждается по делу.

С учетом характера косвенного иска, акционер, обращающийся с ним, может рассматриваться, таким образом, лишь как процессуальный истец. Лицом, имеющим материально-правовые требования («материальным истцом»), во всех указанных случаях следует считать общество, в интересах которого предъявляется иск. В постановлении суда кассационной инстанции по иску акционера в защиту интересов ЗАО «Десница» справедливо отмечено, что присуждение суммы, составляющей убытки общества, должно производиться в его пользу. Для этого общество следовало признать истцом в материальноправовом значении.

Нет единства мнений и по поводу процессуального положения акционерного общества в деле о признании недействительной заключенной им сделки при возбуждении соответствующего иска акционером. В ряде случаев общество привлекалось в качестве ответчика по таким спорам наряду с другим участником сделки, проходившим по делу в том же статусе. Эта позиция поддерживается некоторыми авторами публикаций, затрагивающих данную тему. А.А. Грось и Д.И. Дедов пишут: «Что касается возможности лиц, не являющихся участниками сделки, оспаривать ее и требовать применения последствий ее недействительности, то участники юридического лица в данном случае являются истцами; юридическое лицо, наряду с другой стороной (сторонами), является соответчиком по иску. Если в этих случаях и могут возникать проблемы, то... в части исполнения решения о применении последствий недействительности сделки. По общему правилу в случае удовлетворения иска решение должно исполняться в пользу истца, который наделен правом требовать принудительного исполнения решения. Требуя возврата имущества юридическому лицу, истец требует исполнения в пользу ответчика»¹. В.В. Ярков считает, что «по иску о признании сделки недействительной соответчиками будут обе стороны этой сделки в лице акционерного общества (одновременно являющегося истцом) и другого лица»^{[171] [172].}

При таком варианте акционер и общество, в интересах которого предъявлен иск, могут оказаться в процессе в статусе противостоящих сторон, что противоречит характеру спора и целям наделения акционеров правом на предъявление соответствующих исков. Процессуальное положение общества (истца, имеющего материальные требования) не должно изменяться в зависимости от того, кем инициировано возбуждение дела — самим обществом или акционером в интересах общества, когда речь идет об иске, имеющем одни и те же основания и предмет и направленном на достижение одной и той же цели.

В связи с различиями в основаниях и предмете споров по искам акционеров в интересах общества существенные особенности имеются в предмете и способах доказывания по разным категориям этих дел¹·

Отказывая в предъявленном акционером иске о возмещении убытков, причиненных ЗАО «Десница» в результате заключения генеральным директором общества явно невыгодной для него сделки, суд указал, что гражданская ответственность в виде возмещения убытков наступает при наличии в совокупности следующих оснований: противоправного деяния (действия, бездействия), убытков, причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками), вины. Отсутствие хотя бы одного из указанных оснований не дает права на возмещение убытков. Суд посчитал, что истец не представил доказательств противоправного деяния ответчика, недобросовестности или неразумности его действий, сославшись при этом на ст. 10 ГК РФ, где сказано, что добросовестность и разумность действий участников гражданских правоотношений предполагаются.

Обратимся к обстоятельствам заключения сделки, ставшей причиной спора. То, что помещение продано по цене, которая оказалась заниженной по сравнению с его рыночной стоимостью во много раз, — доказанный факт, (подтвержденный независимым оценщиком). Более того, совершив сделку от имени общества по отчуждению помещения, принадлежавшего обществу, за 420 тыс. руб. (при рыночной стоимости объекта почти в 16 раз выше), генеральный директор тут же заключил с его приобретателем договор аренды этого помещения (для размещения в нем общества) с арендной платой в 420 тыс. руб. в год. В этой ситуации вряд ли нужны дополнительные доказательства недобросовестности и неразумности действий ответчика^{[173] [174].}

Есть особенности в делах по искам акционеров дочернего общества к основному обществу с требованием о возмещении убытков, причиненных по его вине дочернему. В п. 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах, наделяющем акционеров этим правом, сказано, что убытки считаются причиненными по вине основного общества только в случае, когда основное общество использовало имеющееся у него право и (или) возможность в целях совершения дочерним обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого дочернее общество понесет убытки, т.е. имеется в виду вина в форме умысла. В постановлении Пленума ВАС РФ № 19 дано разъяснение, что при разрешении вопроса о вине основного общества следует руководствоваться ст. 401 ГК РФ, согласно которой основанием ответственности является вина, которая может быть в форме умысла и неосторожности. Лицо признается невиновным, если оно при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Истец по такому делу должен доказать наличие между обществами отношений, вписывающихся в схему «основное — дочернее», факт причинения убытков основным обществом дочернему и их размер. Доказывание отсутствия вины в соответствии с указанной статьей Кодекса возлагается на ответчика.

В отношении исков акционеров о признании недействительными сделок, заключенных акционерным обществом, в постановлении Пленума сказано, что они подлежат удовлетворению в случае представления доказательств, подтверждающих нарушение прав и законных интересов акционера, обратившегося с иском.

Это положение не совсем увязывается с природой и характером исков акционеров в защиту интересов общества. Основанием предъявления их является, как уже говорилось, не прямое ущемление прав и интересов конкретного акционера (акционеров), а нарушение требований законодательства при совершении сделки, имеющее негативные последствия прежде всего для общества. Иногда такое нарушение может затрагивать публично-правовые интересы. Пример — совершение сделки, связанной с осуществлением деятельности, требующей лицензирования, при отсутствии необходимой лицензии. Здесь имеет место прямое нарушение запрета, выраженного в публично-правовой норме закона (которое может повлечь серьезные последствия для общества вплоть до прекращения его деятельности на основании п. 2 ст. 61 ГК). В таком случае нужно доказывать наличие обстоятельств, с которыми закон связывает возможность признания сделки недействительной. Применительно к конкретной ситуации для удовлетворения иска необходимо, чтобы был доказан факт нарушения (заключение сделки при отсутствии лицензии), и то, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности (ст. 173 ГК РФ).

Не может быть иным подход и к разрешению споров по искам акционеров в другом случае, указанном в ст. 173 ГК РФ, — о признании недействительной сделки, совершенной обществом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными его уставом (учредительным документом).

При оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, заключенных обществом с нарушением Закона, на первое место должно быть поставлено представление доказательств, подтверждающих соответствующее нарушение. Такая сделка может повлечь потери (убытки) для общества, затронуть его права и законные интересы, а косвенно и интересы акционеров¹. Указанные обстоятельства исследуются и учитываются (применительно к конкретным условиям совершения сделки) при решении вопроса о достаточности оснований для признания ее недействительной и применения последствий недействительности сделки^{[175] [176].}

Вопрос о правомерности обращения акционера с требованием о признании сделки, заключенной обществом, недействительной решается в увязке с тем, являлся ли он участником общества в период ее совершения и имеет ли статус акционера в период обращения в суд. Если такой статус не подтвержден, заявитель не может быть признан выразителем интересов общества^[177].

Нормы АПК РФ, посвященные участию в деле прокурора, а также других государственных органов, обращающихся в суд в целях защиты прав указанных в законе лиц, предусматривают, что отказ соответствующего органа от предъявленного им иска не лишает истца права требовать рассмотрения дела по существу, если истец участвует в деле (ч. 4 ст. 52, ч. 4 ст. 53 АПК РФ). ГПК РФ предусматривает то же самое, но в несколько иной формулировке. В этом отношении нужна последовательность и применительно к делам по искам акционеров в защиту интересов общества.

Однако в случае поступления заявления об отказе от иска, заявленного в интересах общества, от его генерального директора, участвовавшего в заключении оспариваемой сделки или привлекаемого к ответственности на основании ст. 71 Закона об акционерных обществах, такой отказ не должен приниматься судом и служить основанием для прекращения производства по делу, как обычно происходит в других подобных ситуациях. Принятие его противоречило бы интересам общества.