Германия

В российской юридической литературе иногда можно встретить мнение о том, что суды Германии как страны, имеющей континентальную систему права, при вынесении своих решений не выходят за рамки закона. Обсуждаемая нами тема — исключение участника из ООО — представляет собой, пожалуй, один из наиболее ярких примеров, иллюстрирующих, что суды этой страны при разрешении споров не только творчески толкуют законодательство, но и разрабатывают по существу новые правовые институты.

Так, Закон Германии об обществах с ограниченной ответственностью¹ с момента своего принятия в 1892 г. не содержал никаких норм, которые бы предусматривали возможность исключения участника, в случае если последний своими действиями (бездействием) причиняет вред обществу или иным образом препятствует деятельности общества². В качестве единственного средства разрешения корпоративного конфликта Закон предлагал ликвидацию компании по решению суда (§ 61 Закона). При этом основанием для ликвидации могли служить две причины: 1) невозможность достижения целей общества; 2) иные существенные основания (wichtiger Grand). Инициировать соответствующий иск могли участники, обладающие не менее чем 10% уставного капитала общества.

Как указывает П.П. де Вриез, в доктрине и судебной практике Германии отмечается, что существенные основания должны быть связаны с делами компании, а не с личными делами участников. В то же время в обществах, структура управления которыми основана на личном сотрудничестве участников, любой конфликт, как правило, оказывает влияние на взаимодействие участников и может поставить под угрозу продолжение деятельности общества: в таком случае общество также может быть ликвидировано. Данное средство должно применяться там, где все стороны конфликта виновны в возникшей тупиковой ситуации (deadlock)³. ^{[17] [18] [19]}

Однако такая мера, как ликвидация, все же была слишком радикальной. В связи с этим суды Германии вынуждены были искать иные средства, одним из которых стало исключение участника¹. В 1953 г. Верховный суд высказался в том смысле, что участник, который стал причиной проблем в деятельности компании, в зависимости от обстоятельств дела может быть исключен². По словам Х. Скогина, необходимость применения иных средств, чем ликвидация, обосновывалась судами тем, что ликвидация приводит к потере бизнеса и работы³.

Так же как и в случае с ликвидацией, решение суда об исключении участника требует существенного основания (wichtiger Grand). Как отмечается, причина исключения может состоять в личности участника или его поведении, в частности исключаемый участник представляет собой угрозу для дальнейшего существования общества, и нельзя разумно ожидать от других участников дальнейшего продолжения отношений с ним, а иные способы решения конфликта отсутствуют⁴. Также подчеркивается, что исключение является крайней мерой, и суды обычно требуют, чтобы основания были настолько существенными, что для общества невозможно достижение своих целей⁵.

Имея в виду, что личность участника может являться основанием для исключения, в германской правовой доктрине высказывалась точка зрения, согласно которой исключение участника применимо только в персоналистических обществах с ограниченной ответственностью.

Встречаются следующие примеры, когда требования об исключении удовлетворялись судами: 1) пожилой возраст; 2) продолжитель- ^{[20] [21] [22] [23] [24] [25]} ная болезнь или психическое расстройство, которые делают участие в деятельности общества невозможным. Кроме этого основания могут заключаться в поведении участников или их финансовых обстоятельствах: 1) отсутствие надежности и кредитоспособности; 2) неорганизованность финансовых обстоятельств (например, участник признан банкротом); 3) утрата личных качеств, необходимых в соответствии с уставом; 4) нарушение обязанностей; 5) злоупотребление доверием, вызывающее неустранимые разногласия среди участников; 6) нарушение обязательств неконкуренции либо использование информации о деятельности общества в собственных целях¹.

Интересным представляется анализ того, какие критерии используют суды. В некоторых из перечисленных случаев в действиях исключенных участников присутствует вина, но в доктрине и судебной практике признано, что противоправное поведение или вина не являются необходимым условием для принятия решения об исключении: например, эти элементы отсутствуют в таких основаниях, как преклонный возраст, финансовые затруднения, в этих случаях основание заключается в том, что присутствие одного участника является непри- 2

емлемым для других.

В целом же, по мнению Х. Скогина, те уточняющие формулировки, которые предлагаются судами и доктриной, отличаются расплывчатостью, например, наиболее распространенной является следующая: «Присутствие участника должно быть неприемлемым для других». В 1970-е гг. даже была предпринята попытка законодательно закрепить обсуждаемую конструкцию, при этом в соответствующем проекте предлагалось отразить, что существенные основания имеются, в частности, если участник вследствие своих личных качеств либо посредством своего поведения делает невозможным достижение целей общества или ставит их достижение под угрозу либо если участник или его поведение делают очевидным, что его нахождение в обществе было бы неприемлемым³. Указанный закон так и не был принят, но предлагаемые им формулировки оказали определенное влияние на доктрину и судебную практику⁴.

Исключение может применяться только в том случае, если можно установить лицо, ответственное за возникшие в деятельности общества затруднения, или группу таких лиц; если же имеет место ситуация, когда ответственны все участники (например, имеются неустранимые разногласия по вопросам управления (deadlock)), то следует использовать иные меры: ликвидацию или выход из общества¹.

В уже упоминавшемся решении Верховного суда Германии 1953 г. специально оговаривалась возможность исключения мажоритарного участника, при этом суд мотивировал это тем, что мажоритарная позиция не дает карт-бланш на поведение, нарушающее нормы^{[26] [27] [28]}.

Устав общества не может ограничить или запретить возможность исключения участника в то же время допускается расширение осно-

3

вании для исключения.

Предлагалось несколько возможных доктринальных объяснении института исключения участника: 1) самое распространенное в доктрине объяснение заключается в том, что в ООО отношения между участниками имеют схожую природу с отношениями, возникающими из долгосрочных контрактов, которые порождают взаимное переплетение интересов и личное сотрудничество и могут быть прекращены, если для этого есть важная причина; 2) институт исключения иногда пытаются оправдать указанием на то, что ООО является развитием конструкции товарищества, следовательно, могут применяться отдельные положения, регулирующие деятельность товарищества, в том числе об исключении участника из товарищества (например, § 737 ГГУ и § 140 ГТУ)^[29], помимо этого предлагалось расширительно толковать и другие нормы Закона Германии об ООО (например, об амортизации доли); 3) некоторые ученые также рассматривают исключение участника как последствие нарушения стандартов добросовестного поведения, в том числе обязанности лояльности (Treuepflicht), содержание которой заключается в том, что участник при осуществлении своих прав должен принимать в расчет интересы общества и предотвращать причинение вреда обществу¹.

Заслуживает упоминания, что в Германии суд, принимая решение об исключении участника, должен одновременно указать на размер компенсации, которая будет ему выплачена^{[30] [31]}. Данная особенность представляется важной и достойной заимствования, учитывая, что в России решение суда об исключении участника почти всегда впоследствии сопровождается спором об обязании выплатить стоимость доли (подробнее см. гл. V).

Отмеченная дискуссионность в отношении природы исключения участника, по всей видимости, является причиной того, что ни одна из реформ законодательства об обществах с ограниченной ответственностью пока не привела к закреплению этого института в законе, по-прежнему оставляя все на усмотрение судов.

4.