2.3. рЕШЕния конституционного СудА — нормлтивно-доктринАльный Эквивалент СудЕвного конституционализма

Свойства Конституционного Суда как судебно-контрольного квазиправотворческого органа предопределяют особенности юридической природы его решений как источников права особого рода и, одновременно, источников формирования нового российского конституционализма.

вопрос о юридической природе решений конституционного Суда РФ не является «специфически-национальным» для российского конституционного права. он не связан, например, с относительно непродолжительной историей функционирования данного органа (особенно - в сопоставлении с судебными органами общей юрисдикции). очевидно, что универсализация института конституционного правосудия, и не только в европейских странах континентального права, при всем многообразии соответствующей практики свидетельствует о неких общих закономерностях, касающихся основополагающих правовых характеристик принимаемых соответствующими органами актов. Поэтому именно в контексте общемировой конституционной практики должен решаться вопрос о нормативных началах решений органов конституционного правосудия, их влиянии на конституционное развитие общества и государства.

как в нашей стране, так и в других государствах континентального права в последние годы наметилась линия на признание судебной практики в качестве источников права; ее разновидностью рассматриваются, в свою очередь, решения конституционных судов; при этом, однако, юридическая природа последних, например, с точки зрения их соотношения с судебным прецедентом, определяется этими авторами по-разному^[49].

Одновременно возникает вопрос: насколько правомерным является «растворение» решений Конституционного Суда в судебной практике, к которой относятся акты и иных, прежде всего высших, органов правосудия? Есть ли основания помещать в одну систему правовых координат решения всех высших судебных органов, включая конституционный Суд?

не отрицая наличие некоторых сопоставимых характеристик в юридической природе решений высших судебных органов и формулируемых ими правовых позиций^{[50] [51] [52] [53] [54] [55], представляется очевидным тот факт, что вопрос о признании актов конституционного правосудия в качестве источников права определяется собственными, имманентно присущими этим актам юридическими свойствами конституционно-правового характера. и эти юридические характеристики являются специфичными, характерными исключительно для актов конституционного Суда.}

речь, в конечном счете, идет о том, что решения органов конституционного правосудия - не просто акты судебной практики: конституционный Суд, как отмечалось, «больше, чем суд», это одновременно и квазиправотворческий орган. Принимаемые им решения в порядке осуществления конституционного контроля как бы «обволакивают» конституцию, составляя вместе с ней особый вид конституционных источников права, существующий наряду с законами, подзаконными актами, судебной практикой, иными видами источников права.

при этом именно специфическими характеристиками конституционных полномочий по конституционно-судебному контролю, а не наличием или отсутствием у конституционного Суда рФ правотворческих функций в их классическом проявлении определяется его роль в нормативном правовом пространстве государства и, в конечном счете, в правотворческом процессе, что, кстати, подтверждается практикой конституционного правосудия и в других странах континентального права.

Специфика нормативной энергии решений конституционного Суда такова, что она имеет предметом (сферой) своего влияния,, прежде всего, нормативные величины наиболее высокого, абстрактного уровня общие принципы права, конституционные ценности и принципы, получающие реализацию во всех отраслях системы действующего права. С помощью конституционноконтрольной деятельности происходит своего рода приращение и актуализация нормативного содержания соответствующих принципов, а также установление их сбалансированного взаимодействия. достаточно отметить такие, нередко вступающие друг с другом в конфликт конституционные принципы, как, например: принципы правового государства, с одной стороны, и социального государства, с другой; принципы свободы и ответственности; принцип единства государственной власти и принцип федерализма и т.д. в результате такого рода деятельности конституционного Суда формируется особый вид нормативных начал, конституционно-судебные нормоустановления, которые в отличие от обычных юридических норм не обладают, например, традиционными структурными элементами (гипотеза, диспозиция, санкция) и некоторыми другими формально-юридическими признаками правовой нормы, исходящей от законодательного органа.

При этом главная специфика конституционно-судебных нормоустановлений заключается в том, что, являясь конституционным источником права, они сочетают нормативность с доктринальными началами. нормативность и доктринальность это не две самостоятельные характеристики решений конституционного Суда. их наличие в своем единстве дает некое новое, интегральное качество данного вида актов как особых источников права - их нормативно-доктринальную природу.

Это означает, что, во-первых, нормативные начала решений Конституционного Суда, обладая высокой степенью информационно-правовой насыщенности и обобщенности, способностью отражать посредством своих конституционноинтерпретационных характеристик высшие конституционные ценности на основе выявленного в решении Суда баланса государственных (публичных) и частных интересов, воплощая в себе сплав концептуальных научно-теоретических подходов с реальной практикой современного конституционализма и международно-правовой регламентацией, во многом приобретают признаки конституционной доктрины. Во-вторых, заложенные в решениях Конституционного Суда аксиологические оценки, идеи и принципы, сформулированные на основе Конституции РФ и опосредующие отношение органа конституционного контроля к юридическому оформлению муниципальных отношений и муниципальной практике, придают доктринальным началам решений Конституционного Суда качества их общеобязательности, нормативной доктринальности. B этом, кстати, кроются глубинные характеристики конституционного правосудия как фактора модернизации российской государственности, здесь находятся истоки генерирования и развития посредством конституционного правосудия конституционной идеологии, что не противоречит требованиям ч. 2 ст. 13 Конституции РФ («Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной»), хотя попутно будет отмечено данное конституционное положение нуждается в специальном конституционносудебном толковании.

Ыормативно-доктринальной природой решений конституционного Суда предопределяется двойственное назначение данных актов в системе источников права.

решения конституционного Суда рФ являются источником конституционного права, и в этом качестве они всегда содержат нормативную энергию (негативного либо позитивного характера), ориентированную на сферу конституционного регулирования. и несмотря на то, что в силу своих полномочий конституционный Суд «решает исключительно вопросы права» (ч.3 ст.3 Фкз о конституционном Суде рФ), его решения как нормативно-доктринальные источники конституционного права, обладая прежде всего правовым содержанием, воплощают в себе и политические начала; имеется в виду, что при оценке на конституционность норм отраслевого законодательства приходится решать соответствующие вопросы, например, с точки зрения не только сущего, но и должного, руководствуясь при этом, прежде всего, конституционными принципами и ценностями как носителями не только формально-юридических, но и политических, нравственно-этических императивов общества и государства. в этом смысле решения конституционного Суда безусловный источник конституционного права: они обладают конституционной природой в силу своих собственных характеристик, независимо от предмета конституционного контроля и в данном качестве всегда являются в единстве с конституцией конституционными источниками права.¹ одновременно в этом проявляется важная закономерность развития современного конституционализма, связанная с расширением «конституционно-правового разнообразия», усилением элемен- ^[56] тов политизации и социализации в конституционном праве¹ и в системе конституционализма в целом.

B то же время с учетом предмета конкретных дел решения Конституционного Суда рФ выступают источниками и других отраслей права, обеспечивая «сцепку» собственно конституционно-правовых норм и норм отраслевого законодательства, создают нормативное единство, основанное на выявленной в процессе рассмотрения дела объективной взаимосвязи, переплетения конституционных и иных отраслевых правоотношений. основу такого единства составляет выявляемый конституционным Судом баланс конституционных ценностей, что способствует, в свою очередь, конституциализации не только отраслевого законодательства, но и соответствующей сферы социальной действительности.