§ 8. Ho существуетъ еще одинъ мостъ между мірами субъективной и объективной цѣнностей—а 'именно: количественный.

Количество — является несомнѣнно однимъ изъ регуляторовъ нашихъ оцѣнокъ, — повышаетъ или понижаетъ степень цѣнности. Обиліе извѣстныхъ вещей, или ихъ доступность, т. e. скорая возможность удовлетворенія потребности, вліяетъ естественно на уменьшеніе цѣнности.

Если, слѣдовательно, не всѣ вещи, объективно чрезвычайно полезныя, составляютъ для насъ высокую цѣнность, то потому, что онѣ имѣются въ очень большомъ количествѣ, напр., вода; если же нѣкоторыя вещи сомнительной полезности цѣнятся значительно выше самыхъ полезныхъ, то это происходитъ отъ ихъ рѣдкости. Ихъ ищутъ тѣ, которые уже удовлетворили свои влементарвыя потребности, и теперь, благодаря извѣстнымъ психическимъ факторамъ, въ нихъ одерживаютъ верхъ иныя потребности болѣе сложной категоріи, по отношенію къ которымъ возбуждающе дѣйствуетъ именно рѣдкость предметовъ. Такъ, nanp., на фонѣ богатства, въ упитанномъ тѣлѣ жены банкира ея бѣдная душа можетъ испытывать своего рода приступы голода... при видѣ... брилліантовыхъ колье.

§ 9. Ha первый взглядъ количество представляется факторомъ цѣнности абсолютно объективнаго характера. Наше желаніе, потребность останавливается передъ тѣмъ фактомъ, что внѣ насъ, во внѣшнемъ мірѣ существуетъ столько-то нужйыхъ намъ вещей. Съ этой точки зрѣнія имѣется въ объективномъ мірѣ кромѣ «какъ», зависящаго отъ качествъ предмета, и нѣкое «сколько», зависящее отъ богатства ввѣшняго міра и вліяющее на субъективный міръ опредѣленія цѣнностей.

Ho, углубившись въ этотъ вопросъ, мы придемъ къ заключенію, что у количества есть свой собственный полюсъ въ субъективномъ мірѣ. Вѣдь, невозможно гонорить о количествѣ' требуемыхъ вещей безъ отношенія къ количеству индивидуальныхъ потребностей, къ степени нашей потребности, а также и безъ отношенія къ количеству требующихъ. Хотя чужія потребности по отношенію ко мнѣ и составляютъ объективный міръ, но въ массѣ, въ противопоставленіи предметамъ, онѣ суть міръ субъективный, — соборная душа.

Итакъ—понятіе изобилія мы можемъ тогда прилагать къ извѣстной категоріи предметовъ, когда ихъ будетъ больше, нежели мнѣ нужно, понятіе рѣдкости,—когда ихъ у меня меныпе, чѣмъ мнѣ нужно. Когда находятся много желающихъ ихъ нмѣстѣ со мною, то, по отношепію къ нашимъ обіцимъ потребностямъ, количество желаемыхъ вещей уменьшается. Моя потребность встрѣчается съ потребностями другихъ, конкурируетъ съ ними, и на этой почвѣ появляется опасеніе, что другіе опередятъ меня и захватятъ несь запасъ желаемыхъ вещей. Отъ этого усиливается личная потребность и вмѣстѣ съ тѣмъ повышается цѣнность предметовъ. Въ случаѣ незначительной степени потребности даже ограниченное (объективно) количество—будетъ мнѣ казаться изобиліемъ, потому, что если не встрѣчается много требующихъ, хватитъ даже рѣдкихъ предметовъ на удовлетвореніе моихъ личныхъ потребностей. Словомъ, количество можетъ быть разсматриваемо, какъ отношеніе спроса къ предложенію; перевѣсъ перваго надъ вторымъ рѣшаетъ вопросъ объ относительной рѣдкости предметовъ, перевѣсъ второго—объ относительномъ изобиліи. Съ этой точки зрѣнія, была предпринята попытка разрѣшенія проблемы цѣнности посредствомъ теоріи «предѣльной полезности». Неудовлетворительность этой теоріи, не подлежащей, впрочемъ, въ данный моментъ нашимъ критическимъ замѣчаніямъ, лебко можетъ бытьдоказана наоснованіи нашего анализа.

§ 10. Постараемся резюмировать наши выводы.