Политическую деятельность молодой Бисмарк начал в кругу, где тои задавали братья Герлахи и Ф. Ю. Шталь.

Своим решительным поведением во время революции 1848 r., когда он готов был вести своих крестьян на помощь королю против «бунтовщиков», своими откровенно реакционными речами померанский юнкер привлек внимание правящей верхушки, стал котироваться как кап- дидат на высокие государственные посты.

B качестве социальной опоры консервативной политики Бисмарк рассматривал прежде всего социальные эле- ментыс сильными пережитками сословных представлений: крестьян, ремесленников, торговцев. Бисмарк п близкие к пему консерваторы младшего поколения надеялись использовать антикапиталистнческие настроения этих слоев, убедить их в том, что землевладельцы являются их естественными союзниками против эксплуататоров-фаб- рикантов и банкиров. Идеи в духе «феодального социализма», бонапартистская практика Луи Наполеона нашли отражение в его речах 1848—1850 гг., в которых проводилась мысль о мобилизации сельских и городских мелких собственников против буржуазии. B планах Бисмарка мобилизовать массовые слои населения бонапартистский момент все более доминировал над архаичным «феодально-социалистическим». Поэтому позднее ему было проще перейти к бонапартистской политике и в более широком плане. Если консерваторы старого закала действовали преимущественно при дворе, в армии, среди бюрократии, то их молодые коллеги взяли на себя прессу, массовую работу: создание всякого рода ферейнов (союзов), организацию митингов, собраний, вербовку среди населения. Внешне это выглядело как разделение труда, па самом же деле между старыми u молодыми консерваторами были серьезные противоречия. Герлахи не сразу раскусили Бисмарка, а тот не торопился раскрывать карты, понимая, что это может повредить его карьере.

B областп внешней политики Бисмарк руководствовался принципом «государственного интереса», который в данном конкретном случае имел точки соприкосновения с буржуазным нацирнализмом того времени. Для эпохи 1789—1871 гг., как отмечал В. И. Ленин, были характерны могучие, захватившие миллионы буржуазно-прогрессивные, нацйонально-освободительные движения; буржуазный национализм выполнял тогда прогрессивную миссию, расправляясь с феодальным и чужеземным гнетом ¹²⁵. Когда Бисмарк и поддерживавшие его силы взяли на себя миссию объединения Германии «железом и кровью», они тем самым перехватывали историческую инициативу, чтобы не допустить объединения страны на прогрессивной основе. B этом и заключался смысл так называемой бисмарковской «революции сверху».

B отличие от старых консерваторов Бисмарк более трезво оценивал германскую буржуазию, видел зыбкость ее либеральных идеалов, социальную трусость. Получив колоссальные возможности для обогащения, буржуазия фактически отреклась от политического либерализма; буржуазная национал-либеральная партия стала для Бисмарка даже более надежным союзником, чем собственно консервативные партии и группировки.

Хотя между консерватизмом и бонапартизмом немало общего, это отнюдь не идентичные явления. Бонапартизм, в частности, отличается чрезвычайно широким диапазо- пом политических действий: от крайне правых репрессивных методов до весьма серьезНых уступок массам. Для него характерно использование Тцбкой тактики, предполагающей постоянное обращение к массам, постоянную их обработку. Бонапартизму тесно и в схеме «либерализм — консерватизм». B какой-то мере он родственен абсолютизму, прежде всего своим балансированием между различными социальными силами.

Подобно абсолютизму, бонапартизм содержит практически весь основной спектр политических методов. Бонапартистскому диктатору приходится быть и львом и лисицей одновременно. Поэтому бонапартизм шире, чем консервативная политика сама по себе.

Диапазон бисмарковской политики также выходил за собственно консервативные пределы. B реформах Бисмарк мог зайти дальше не только либеральных консерваторов, но и умеренных либералов, а в репрессиях бывал жестче правых консерваторов. Репрессии и реформы, кнут и пряник Бисмарк обычно использовал одновременно. Так, параллельно с «исключительными законами» против социалистов (1878—1890 гг.) «железный канцлер» провел серию беспрецедентных по тем временам законов о социальном страховании рабочих, обогнав в этом отношении другие капиталистические государства, в том числе и «либеральную» Англию. Страхование вводилось по болезни, несчастным случаям и потере трудоспособности. Причем жертвы несчастных случаев на производстве получали пособие в течение 13 недель, а утратившие трудоспособность — небольшую пенсию. Затем в самом конце правления Бисмарка (в 1889 г.) был принят закон о пенсиях по старости начиная с 70 лет.

Первоначально Бисмарк, следуя бонапартистским рецептам, пытался, по словам Ф. Энгельса, «организовать себе собственный лейб-пролетарпат, чтобы с его помощью держать в узде политическую деятельность буржуазии» ^т. Отсюда его флирт с Ф. Лассалем и лассальянцами, т. e. правым течением в германской социал-демократии. Скоро, однако, выявилась несостоятельность таких расчетов. B дальнейшем перед Бисмарком, когда речь шла о рабочем движении, всегда вставал грозный призрак Парижской коммуны, и страх часто брал верх над склонностью к маневрированию.

По отношению к социал-демократии Бисмарк был непримирим, не верил в возможность ее интеграции в существующую систему. Незадолго до смерти отставной канцлер так изложил свои взгляды по социальной проблематике, ядром которой было отношение к социал-демократам: «Когда-то социальный вопрос можно было разрешить полицейскими средствами, теперь потребуются военные» '²⁵.

B конце 70-х годов Бисмарк перешел от политики балансирования между юнкерством и буржуазией к «политике сплочения» на основе союза наиболее могущественных фракций господствующих классов. «Под покровительством Бисмарка,— признавал умеренно-консерва- тивный экономист Г. Шмоллер,— возник союз крупного капитала и крупной земельной собственности» ^12в.

Решительная политика Бисмарка ослабила и без того хилый буржуазный либерализм. B результате консервативного союза буржуазии и юнкерства была выбита почва и из-под либерального варианта консерватизма. B буржуазно-аристократическом союзе доминирующую политическую роль сохранили феодально-аристократические элементы. He случайно В. И. Ленин характеризовал германский империализм как «юнкерски-буржуазный», ставя на первое место прусское юнкерство, сумевшее сохранить политическую гегемонию вплоть до Ноябрьской революции 1918 г. И этим оно в немалой степени обязано «железному канцлеру» 0. фон Бисмарку.

Хотя Бисмарк оставался в основном консерватором- традициоиалистом, в его политическом стиле уже имелись черты, предвосхитившие экстремистский консерватизм империалистической стадии. B борьбе не на жизнь, а на смерть, писал он в своих размышлениях и воспоминаниях, «не разбираешь, каким оружием пользуешься и что при этом разрушаешь»'²⁷. Было бы, конечно, упрощением проводить прямую линию связи между «железным канцлером» и нацистским фюрером. Однако нельзя и отрицать того факта, что бисмарковская политика способствовала возникновению праворадикальных тенденций в политической и духовной жизни кайзеровской Германии, а от них уже тянулись нити к фашистской реакции.