Идея сакральных оснований социального и политического порядка, разрушениекоторых означает социальную и политическую катастрофу.

Идея консервативной рациональности, которая должна лежать в основе любого порядка.

Идея консервативного католического универсализма, призванного стать альтернативой разрушительным, по его мнению, прогрессистским и революционным теориям, ведущим общество к распаду и катастрофе.

Наконец, большое значение имеет идея единства Европы на базе традиционных ценностей и институтов (национальных институтов под эгидой римско-католической церкви).

Католический консерватизм стал закономерной реакцией на чрезмерный радикализм Великой Французской революции. И если многие идеи этого учения (органицизм, клерикализм, культ неограниченной монархической власти и неприкосновенность сословных привилегий) были отвергнуты последующим развитием политической мысли, то другие (необходимость уважения к государству и к нормам традиционной морали, допущение лишь постепенных и эволюционных изменений общества, критика уравнительной психологии и чрезмерного индивидуализма) нашли свое продолжение в идеологии либерального консерватизма (или неоконсерватизма), ключевыми разработчиками которой стали А. де Токвиль, Р. Актон, Ф. Хайек, К. Поппер, И. Кристол и др.

При этом, если идеи Э. Берка способствовали развитию либерального консерватизма, то идеи Ж. де Местра

и Л. де Бональда легли в основу традиционалистской по- литико- философской традиции. Ее приверженцы выступают не за сохранение статус - кво и «базовых ценностей», но отрицают сам путь развития западного общества, ценности индустриального общества и массовой культуры (т.е. материальную цивилизацию и капитализм, демократию, светский образ жизни, распространению техники и др.) как сатанинское порождение, ведущее человечество к гибели. Вместо этого политические философы - традиционалисты ХХ века (Р.Генон, М.Вальсан, Ф.Шуон, Т.Буркхардт, М.Элиаде, Г.де Джорджио) призывали вернуться к традиционному сословно - кастовому обществу средневекового типа, вся жизнь которого была бы подчинена следованию высшим духовным ценностям, выраженным в традиционных мировых религиях. Именно в этом видели они единственный возможный путь человечества к спасению.

Политический аспект традиционалистского учения также получил свое развитие в поздних работах известного русского философа Н. А. Бердяева (который продолжил вдохновленную де Местром консервативную линию в русской политической мысли, представленную именами П.Я. Чаадаева и Ф. М. Тютчева). Написанная им в 1923 г. «Философия неравенства» подвергает критике идейные установки либерализма, демократии, социализма и анархизма, призывая вернуться к «высшим духовно - нравственным основаниям» общественной жизни и одновременно отстаивая принципы «творческого консерватизма». Под многими идеями этого сочинения вполне могли бы подписаться де Местр и де Бональд. Еще ближе по духу к идеям французских традиционалистов книга Бердяева «Новое средневековье» (1924), где в качестве идеального общественного строя рассматривается со- словно - корпоративная система, во главе которой стоит выделяющаяся своими нравственными качествами элита.

Особый интерес к идейному наследию де Местра и де

Бональда проявляют современные европейские «новые правые» - достаточно пестрая группа философов, социологов, историков, писателей, авктивно проявивших себя в начале 1970-х гг. во Франции и частично в Бельгии (А.де Бенуа, Ш.Бресоль, П.Виаль, М.Мармен, А.Гобар и др.). В качестве трибуны для распространения своих идей они использовали созданные ими «Клуб друзей Жозефа де Ме- стра», журналы «Л'Орлож» и «Элеман». Заявляя своей целью «возрождение европейской культуры», они усматривали источник ее глубочайшего кризиса в неспособности к созданию новых духовных ценностей. С целью его преодоления они вполне в местровском духе проповедывали отказ от демократических ценностей, рационалистического («просвещенческого») философского наследия, а также проповедовали благотворность социального неравенства и возврат к традиционным национальным ценностям европейских народов («Европе ста флагов и ста языков»). В то же время подобная идеология, периодически проявляясь в рамках платформ различных политических сил европейских обществ и стран, до сих пор не привела к возникновению последовательной альтернативы общеевропейским политическим стратегиям и практикам.

Наряду с этим, происходящее сегодня сближение позиций Ватикана и Русской Православной церкви по ряду значимых общественно-политических проблем (при подчеркнутом сохранении догматических различий) делает актуальным обращение к наследию консервативных католических мыслителей XVIII-XIX веков. В последнем можно усмотреть известную альтернативу как неолиберализму, так и неоконсерватизму, отказавшемуся от целого ряда собственно консервативных ценностей. Изучение этого наследия расширяет пространство диалога двух мировых конфессий, а равно и пространство диалога об альтернативных путях развития объединенной Европы.

1.3.