Поэтому представляется, что в ГПК РФ следует закрепить право апелляционного суда выйти за пределы жалобы только в интересах правосудия, то есть, при следующих обстоятельствах:

-

- при обнаружении судом апелляционной инстанции безусловных оснований для отмены судебного решения, установленных законодателем в кодифицированном гражданском процессуальном законе;

- при необходимости отмены решения с прекращением производства по делу, либо оставлением иска без рассмотрения;

- при нарушении судом первой инстанции единства судебной практики;

- при существенном нарушении процессуальных норм, если такие нарушения могли привести к принятию ошибочного судебного решения.

Проблема пределов апелляционного обжалования непосредственно связана с принципом запрета поворота к худшему (non reformation in pejus), не закрепленному в современном российском цивилистическом процессуальном законодательстве, но получившему распространенние в зарубежных странах. Этот принцип устанавливает, что положение лица, подающего жалобу, нельзя ухудшить по сравнению с тем, чего он добился в суде первой инстанции¹.

В юридической литературе ведутся споры относительно закрепления в российском процессуальном законодательстве принципа non reformation in pejus.

Н. И. Авдеенко^{[427] [428], С. Ф. Афанасьев[429], А. Т. Боннер[430], Е. А. Борисова[431],}

Э. М. Мурадьян^[432] выступают за фиксацию в законодательстве принципа запрета поворота к худшему и приводят ряд аргументов.

Во-первых, этот принцип является транснациональным принципом гражданского процесса и закреплен в ГПК Литовской Республики, КГС Республики Польши, ГПК Федеративной Республики Г ермании и ГПУ Республики Австрии. Хотя в последних двух кодексах non reformation in pejus не зафиксирован, но недопустимость ухудшения положения апеллянта выводится из других норм и без всяких возражений учитывается вышестоящими судами^[433].

Во-вторых, принцип запрета поворота к худшему применялся в дореволюционное время. К. И. Малышев^[434] и В. М. Гордон^[435] полагали, что изменение решения во вред лицу, подавшему апелляционную жалобу, можно допустить настолько, насколько это необходимо противной стороне.

Апелляционный суд не вправе без требования сторон касаться сущности решения первой инстанции, обсуждать необжалованные части решения, отменять решение по отношению к стороне, не подавшей жалобу, изменять решение окружного суда не в пользу апеллянта¹.

В-третьих, принцип запрета поворота к худшему позволит более эффективно бороться с судебными ошибками. Если non reformation in pejus будет закреплен в законодательстве или на уровне судебной практики, то заявитель сможет безбоязненно, то есть, без ожидания худших для себя последствий, обратиться в вышестоящую инстанцию^{[436] [437].}

В-четвертых, необходимость закрепить принцип запрета поворота к худшему обусловлена невозможностью второй инстанции вмешиваться в необжалуемую часть решения суда и тем самым ухудшать правовое положение заинтересованного лица. В российском гражданском и арбитражном процессе такие пределы существуют, и заявитель вправе обжаловать только часть судебного акта. Однако возможность выйти за пределы жалобы у апелляционного суда общей юрисдикции в интересах законности означает прямое нарушение non reformation in pejus.

И. М. Зайцев^[438], Е. В. Караваева^[439], Л. А. Терехова^[440], Е. С. Смагина^[441] возражают против закрепления в российском цивилистическом процессе non reformation in pejus, поскольку принцип запрета поворота к худшему привнесет в проверочную инстанцию лишь элементы формализма в исправлении обнаруженных нарушений закона^[442].

Исходя из приведенных точек зрения можно констатировать, что основу дискуссии относительно закрепления принципа запрета поворота к худшему составляют роль и место гражданского судопроизводства в современной правовой политике Российского государства, проблема направленности судебного разбирательства на достижение абсолютной истины или истины формальной.

Ссылка на приоритет в современном процессе принципов диспозитивности и состязательности означает признание необходимости закрепления в процессуальном законодательстве non reformation in pejus. И наоборот, направленность судопроизводства на достижение абсолютной истины, приоритет государственных интересов не предполагают необходимость в существовании запрета поворота к худшему.

Государство, упраздняя кассационное производство в отношении решений, не вступивших в законную силу, и вводя вместо него апелляционное производство, пытается найти золотую середину между частными и публичными интересами, о чем свидетельствует одновременное существование пределов рассмотрения дела в суде второй инстанции и выхода за эти пределы в интересах законности.

В арбитражном процессе ситуация иная: там суд обязан рассмотреть жалобу в указанных в ней пределах, соответственно при производстве в арбитражных судах превалируют частные интересы, нежели публичные.

Хотя в ГПК РФ, АПК РФ non reformation in pejus не закреплен, также не обнаруживается запрет на его применение. Судьи по собственной инициативе вправе применить данный принцип в рамках судебного усмотрения.

Например, Московский городской суд указал, что «учитывая принцип недопустимости поворота к худшему в суде кассационной инстанции в отношении лица, подающего жалобу, предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены или изменения названных решений суда (в неизменной части) (в редакции определения того же суда об исправлении описки) и апелляционного определения судебной коллегии по доводам кассационной жалобы в настоящем случае отсутствуют»¹.

Пермский краевой суд отметил, что соблюдение правила запрета поворота к худшему «смягчает противоречие между целью апелляционной жалобы и достигнутым после ее рассмотрения результатом, так как наиболее невыгодным исходом для заявителя является отказ в удовлетворении жалобы. Поскольку судом первой инстанции ко взысканию определена именно указанная сумма задолженности по кредиту, оснований для изменения или отмены решения суда судебная коллегия не усматривает»^{[444] [445]. Президиум Ростовского областного суда усмотрел, что судебной коллегией не учтен принцип non reformatio in peius, не позволяющий суду второй инстанции вмешиваться в необжалованную часть решения и тем самым ухудшать правовое положение лица[446].}