2.5. Римское право в Англии. Своеобразие англо-саксонской правовой традиции.

Расхожее заблуждение состоит в том, что континентальное право испытало рецепцию римского права, а английское в силу ли географической отдаленности, в силу ли особенностей сложившегося после норманнского завоевания общественного и государственного строя – было лишено такого внешнего влияния.

Поэтому-то сравнение англо-саксонской правовой семьи с семьей континентального права и не может вестись в плоскости приятия (рецепции) или неприятия римского частного права. Обе эти семьи на свой лад отвергли правовой опыт римской государственности, а осуществленная ими «рецепция» предполагала не более чем косвенное влияние римской юриспруденции на молодые правовые системы. Фундамент у этих систем был один – обычное право германских народностей. А вот степень (или характер) гравитационного воздействия на них уже погибшей римской государственности с ее правом, действительно, разнилась.

Итак, отвергая тот тезис, что романо-германская правовая выросла на основе римского частного права, а англо-саксонская – нет, попробуем выяснить степень того косвенного влияния, которое римское частное право все же оказало на формирующееся общее право (common law) Англии.

Прецедентное право средневековой Англии, несомненно, выросло из обычного права германских племен^[604]. Из самого наименования общего права (common law) с очевидностью вытекает, что практика королевских разъездных судов была направлена на слияние разнородных правовых обычаев в некое согласованное единство, на устранение в известной степени партикуляризма права.

Какую роль в этих процессах сыграло римское частное право? Утверждать, что оно было неизвестным или малоизвестным английским практикующим юристам, значит, предполагать, что с разрушением римской государственности прекратилось всяческое культурное общение между материком и британскими островами; такое утверждение окажется, безусловно, ложным. «Когда в Англии рушилось владычество римлян, следы, оставленные римским правом, были столь слабы, что легко могли позабыть их. Однако, вглядываясь ближе, мы увидим, что национальные законы заняли от них кое-что, и римское право хотя и не применяли в практике, но считали необходимой наукой для умственного образования»^[605].

Замечательный русско-английский правовед П.Г. Виноградов в своих лекциях по «Римскому праву в средневековье» (1909 г.) приводит краткий очерк деятельности Вакария, явившегося пионером глоссаторской школы в Англии. Перед тем, как быть вызванным в Англию архиепископом Теобальдом, Вакарий «изучал лангобардское, каноническое и римское права и писал по всем трем отраслям тогдашней юриспруденции, но главным предметом его преподавания являлось право римское, и его можно рассматривать как хорошего представителя ранней болонской юриспруденции»^[606]. На новой родине Вакарий преподавал в Кентербэри и в Оксфорде. «На некоторое время его преподавание было запрещено королем Стефаном, потому ли, что оно казалось опасным для авторитета национального обычного права, или потому, что Стефана раздражали успехи, достигнутые клириком архиепископа Теобальда, относившегося к королю враждебно. Вакарий, по-видимому, возобновил свою профессорскую деятельность после перерыва в несколько лет, и, во всяком случае, его ученое влияние оставило глубокие следы в Оксфорде, где студенты права иронически титуловались пауперистами (pauperistae) по той причине, что главным руководством для них служила «Книга для бедных» (Liber pauperum) Вакария»^[607].