<<
>>

§ 3. Организация Парижского Парламента во второй половине XIII века

Для более полного понимания сущности, назначения и функционирования Парижского Парламента, его связи с Королевской Курией и идеей «совета», двойственной природы и короля - верховного судьи, и высшей судебной инстанции средневековой Франции, выявления проблемных аспектов в непростых взаимоотношениях последних, предлагается рассмотреть такие важные вопросы, касающиеся любого государственного органа, как структура, количественный и качественный состав и порядок формирования Парижского Парламента.

В формировании структурной составляющей Высшего суда королевства в XIII намечаются две важные тенденции, которые в дальнейшем предопределят его организацию на долгие годы.

Речь идет, прежде всего, об образовании основных палат Парижского Парламента, а также о начинающемся процессе создания парламентов в различных областях французского королевства.

Традиционно в исследованиях по истории государства и права уделяется внимание трем основным палатам Парламента, а именно, Большой палате (la Grand chambre), Следственной палате[144] (la Chambre des enquetes) и Палате прошений (la Chambre des requetes)[145].

Необходимость соответствующего структурного деления возникла на основе роста популярности королевского правосудия, следствием чего стало увеличение количества дел, разбираемых Парламентом, а также дальнейшей специализации, профессионализации правосудия.

Еще при правлении короля Людовика IX Святого (1226-1270) Парламент насчитывал в своем составе многочисленные комиссии.

Самой первой сформировалась Большая палата Парламента (la Grand chamber), или Судебная палата (Camera placitorum, Chambre des plaids).

Так, на протяжении веков Королевская курия, а точнее ее судебная ассамблея, пребывала там, где находился король. Людовик IX Святой (12261270) от этого отказался и назначил Судебной палате (Cour de justice) постоянную резиденцию. Речь идет о здании Дворца правосудия, расположенном на острове Сите рядом с королевским дворцом и часовней Сент-Шапель[146].

Именно Судебная палата именовалась собственно Парламентом, так как сюда приносили жалобы и иски, здесь рассматривалось дело по первой или апелляционной инстанции, здесь выносилось окончательное решение.

Уже по Ордонансу «Инструкция процесса» от 7 января 1277 г. Судебная палата именуется «Chambre des plaids».

Согласно ст. 3 Ордонанса «когда стороны будут представлены в день их бальяжа, они будут ждать в комнате, не являющейся Судебной палатой (La Chambre des plez), пока не будут вызваны»[147].

В соответствии со ст. 4 данного документа «писцы приговоров (нотариусы) запишут стороны, имеющие дела, и стороны будут вызваны судебным приставом, когда советники отдадут приказ войти в Судебную палату (La Chambre des plez), и он войдет только с лицами, которые необходимы для дела»[148].

Также в ключевом Ордонансе «О Парламенте» от 22 апреля 1291 г. Судебная палата именуется «Chambre des plaids» (см. Приложение № 2).

Согласно ст. 4 Ордонанса «те, кому будет доверено следствие, будут их читать исключительно у себя дома, и обязаны вернуть, и они придут в Судебную палату (Chambre des plaits) лишь тогда, когда они туда будут

149

вызваны»[149].

Формирование двух других палат относится к немного более позднему сроку.

Следственная палата (Camera inquestarum, la Chambre des enquetes) Парижского Парламента, а точнее докладчики расследований или следователи суда, фигурируют уже в Ордонансе «Инструкция процесса» от 7 января 1277 г.

Главной их задачей являлось изучение дел, которые им присылают из Судебной палаты.

Так, согласно ст. 18 Ордонанса «докладчики расследований получат расследования дел некоторых лиц, и расследования будут обсуждены ими вместе, за исключением, если случайно некоторые расследования касаются вещей или значимых лиц, в этом случае из-за их значимости, надо об этом сообщить общему совету»[150].

Ордонанс «О Парламенте» от 22 апреля 1291 г. также регулировал деятельность следователей Высшего суда королевства (см. Приложение № 2).

В соответствии со ст. 4 Ордонанса «те, кому будет доверено следствие, будут их читать исключительно у себя дома, и обязаны вернуть, и они придут в Судебную палату лишь тогда, когда они туда будут вызваны»[151].

И, наконец, Палата прошений (Camera requestarum, la Chambre des requetes) образовалась на основе эволюции службы «мэтров прошений». Это так называемые специалисты права, появившиеся в свите короля Людовика IX Святого (1226-1270) и помогавшие ему в отправлении правосудия. В их обязанности входило принимать обращения к монарху, жалобы и прошения, а вследствие увеличивающегося их потока, «фильтровать» и иногда самостоятельно решать часть из них (отсюда их именовали «судьи у ворот», так как они располагались у королевской резиденции), оставляя королю наиболее важные[152].

Впервые Палата Прошений упомянута в Ордонансе «О Парламенте» от 22 апреля 1291 г. (см. Приложение № 2).

Так, в соответствии со ст. 1 Ордонанса «каждый день будут во время заседания Парламента три человека из совета короля, чтобы выслушивать жалобы, которые не будут из числа бальи и т.д.»[153].

Согласно ст. 3 указанного акта «чтобы выслушивать и решать жалобы, будут 4 человека из совета, которые не будут бальями, которые будут собираться каждую неделю по понедельникам и вторникам и другим также в количестве четырех человек, в среду и четверг. И, если есть такие, которые не могли бы прийти, достаточно, чтобы их было два или три»[154].

Таким образом, в связи с усложнением процесса, а именно с появлением определенных стадий - подачи жалобы в Парламент и изучения ее специальными чиновниками суда, расследования дела следователями, а также непосредственного рассмотрения дела по существу уже третьей группой советников - происходит специализация Высшего суда королевства и формирование основной его структуры: Большой палаты (la Grand chambre); Следственной палаты (la Chambre des enquetes) и Палаты прошений (la Chambre des requetes).

Помимо тенденции «внутреннего деления» Высшего суда королевства, намечается и его «внешнее дробление» - то есть создание парламентов по всей Франции.

У данного «дробления» имелась своя предыстория, которая редко упоминается и как раз относится к XIII веку.

В результате начавшегося процесса централизации страны, в связи с присоединением к королевскому домену новых областей, король Франции, по сути, подчинял себе и существовавшие в них судебные курии.

Так, в Нормандии действовал феодальный суд герцога, именовавшийся Палатой Шахматной доски (L’Echiquier de Normandie), в графстве Шампань - верховный суд Большие дни Труа (Les Grands Jours de Troyes).

Оставаясь после присоединения к короне суверенными судами, они все же переходили в ведение Парламента. В 1267 г. Высший суд королевства впервые проводит выездную сессию в графстве Шампань[155].

Такая же история парламента в Тулузе. Он был учрежден французским принцем из династии Капетингов, графом Тулузским Альфонсом де Пуатье (1220-1271) для своих подданных; периодически созывался после присоединения области Лангедок к домену (указ короля Филиппа III Смелого (1270-1285) от 18 января 1280 г.[156]).

В 1287 г. король Филипп IV Красивый (1285-1314) также санкционировал его деятельность, приказав рассматривать дела на восьмой день после Пасхи сенешальств Тулузских, Букерских и т.д., однако в 1291 г. потребовал, чтобы все апелляции передали в Париж[157].

Создание парламента в Тулузе, а также выездные сессии Парижского Парламента в Нормандии и графстве Шампань, оправдывались «удобством подданных» короны, и последующее создание с середины XV века парламентов в различных областях Франции преследовало ту же цель.

Именно данная тенденция, зародившаяся еще в XIII веке, с одной стороны сокращая некогда единую компетенцию Высшего суда королевства, распространяла ее сетью на всю территорию королевства, усиливая тем самым судебную власть монарха.

Обращаясь к составу Парижского Парламента, стоит отметить, что выделение из Королевской курии Высшего суда королевства на первых порах не предполагало фиксированного штата с указанием должностей и определенной численности. В зависимости от поставленных проблем и характера рассматриваемого дела на заседания суда приглашались те или иные лица.

Более того, Парижский Парламент в начале своей деятельности имел довольно архаичную и непрофессиональную составляющую.

Тем не менее, увеличение и улучшение качественного и количественного состава должностных лиц Парламента является важнейшим процессом на пути становления Высшего суда королевства.

Главой судебной иерархии в средневековой Франции всегда являлся король. По словам советников Парламента, «вся полнота судебной власти исходит от короля»[158].

Однако с момента образования Парижского Парламента произошло делегирование ему монархом полномочий в сфере отправления правосудия.

Правильным ли будет включать персону монарха в его состав?

Ответ проистекает из связи Парламента с королем, а именно из тезиса: «Высший суд королевства - продолжение политического тела короля».

Соответственно, политическая персона монарха и Парижский Парламент суть единое целое в осуществлении судебной и иной власти.

Следующей фигурой, не входившей в состав Парламента, но принимавшей непосредственное участие в деятельности Высшего суда королевства, являлся канцлер (cancellarius).

В период с XI-XIII вв. канцлер Франции был главой всей королевской администрации, Канцелярии, председателем в отсутствие короля любой секции Королевского совета и Парламента, а также до первой половины XV века осуществлял деятельность по руководству Парижским Парламентом.

Канцлер - «глашатай короля» - от имени последнего участвует в публичных церемониях, участвует в назначении королевских чиновников,

159

составляет королевские акты и свидетельствует их подлинность[159].

С момента выделения Высшего суда королевства из Королевской курии канцлер был связующим звеном между королем и судьями: через него король высказывал свои желания, предпочтения, требования судьям, и через него судьи могли пожаловаться королю, высказать свое мнение по тому или иному вопросу.

Канцлер имел доступ к материалам любого дела, рассматриваемого Парламентом, имел право изучать материалы дела, искать необходимую для себя либо для короля информацию[160].

В обязательном порядке на заседания королевского суда приглашались бальи и сенешали на слушанье дел по апелляциям из своего округа.

Так, согласно ст. 6 Ордонанса от 4 апреля 1260 г. «О сражениях и поединках, а также показаниях свидетелей»: «в случаях отмеченных выше, бальи будут участвовать в суде вплоть до представления доказательств, и отошлют дело в суд, чтобы доказательства там были выслушаны» (см. Приложение № 1)[161].

Кроме того, по традиции, наследник Curia Regis - Парижский Парламент - включал в себя так называемых «почетных членов» - сеньориальный элемент (conseillers d'honneur, conseillers honoraires).

К их числу принадлежали принцы королевского дома, духовные и светские пэры Франции (присутствие их было необходимо, когда одна из тяжущихся сторон или обе стороны были пэрами), некоторые должностные лица (губернатор Парижа, коннетабль), офицеры короны, маршалы и представители высшей церковной иерархии (аббаты монастырей Клюнийского и Св. Дионисия, в Руанском — архиепископ Руанский)[162].

Общее их число в среднем составляло двенадцать: от церкви - архиепископ Реймса, епископы Лана и Лангра, Бовэ, Нуайона и Шалона; от мирян - герцоги Нормандии, Бургундии, Аквитании, графы Фландрии, Тулузы и Шампани[163].

Данные члены Парижского Парламента, будучи пережитком совещательного органа при короле (Королевской курии), на котором решались все основные вопросы королевства, символизировали сеньориальную природу Высшего суда королевства, заключающуюся в том, что Парламент решает вопросы не только от имени короля, но и от имени крупных сеньоров страны.

В судебных заседаниях Высшего суда королевства принимали участие и адвокаты короны (advocati, les avocats).

В конце XIII века деятельность адвокатов во Франции начинает подвергаться законодательской регламентации.

В 1270 г. появились знаменитые «Учреждения Людовика Святого», положившие первые основы французского судоустройства и судопроизводства[164].

Ограничив применение судебных поединков и, тем самым, предоставив больше простора для деятельности адвокатов, король Людовик IX принял несколько постановлений, касающихся осуществления этой профессии и почти буквально повторяющих римское право[165].

Прежде всего, адвокатам предписывалось «не защищать на суде незаконных дел» (causes deloyales), быть «официальными защитниками бедных, вдов и сирот», говорить в прениях с противниками «вежливо и без

грубости»[166].

Специальным указом, регулирующим деятельность адвокатов, стал Ордонанс от 23 октября 1274 г. «О функциях и гонораре адвокатов».

Согласно данному акту: 1) адвокаты при вступлении в сословие должны приносить присягу: «добросовестно и усердно исполнять свои обязанности, ведя только правые дела и отказываясь от защиты или подачи совета, как только убедятся в несправедливости или нечестности принятого дела»; 2) эту присягу они должны повторять ежегодно; 3) размер гонорара должен определяться, сообразно с родом дела и способностью адвоката, но ни в каком случае не может быть больше 30 турских ливров[167].

Обязанности адвокатов заключались в подаче юридических советов (consulter), устной защите дел на суде (plaider) и составления некоторых судебных документов (ecrire)[168].

Положения о деятельности адвокатов содержатся и в Кутюмах Бовези 1282 г., составленных французским юристом Филиппом Бомануаром.

Согласно разделу V § 174 Кутюмов, «так как большинство людей не знакомо с кутюмами и не знает, как ими надо пользоваться и на что следует опираться в каждой данной тяжбе, то те, которым предстоит судиться, должны искать совета у людей, могущих говорить за них. И тот, который говорит за других (в суде), называется адвокатом»[169].

В соответствии с § 175 указанного сборника, «если кто-либо хочет стать адвокатом... — он должен присягнуть, что исполняя свои обязанности адвоката, он будет вести себя хорошо и честно, что он, насколько ему будет известно, будет вести только добрые и законные дела, что если он начнет дело, которое в начале покажется ему правильным, а потом узнает, что оно нечестно, он сразу, как только узнает об этом, бросит его. И если он принесет в суде эту присягу, он после этого никогда её не должен (уже) повторять. Но до того, как он ее принес, он не может приступить к исполнению своих обязанностей и участвовать в споре (прениях)»[170].

Так же в следующем параграфе говорится, что «бальи собственной властью может отвести с тем, чтобы он не выступал в данном суде, такого адвоката, который обычно говорит дерзости бальи, суду или противной стороне, т. к. было бы очень плохо, если бы подобного рода люди не могли бы быть отстранены от адвокатской должности»[171].

Наконец, Ордонанс от 22 апреля 1291 г. «О Парламенте» подтверждает положения предыдущих указов (см. Приложение № 2).

Так, в ст. 11 Ордонанса говорится, что «адвокаты дадут присягу, предписанную Ордонансом Филиппа Смелого, и они будут давать ее заново каждый год. Они не будут говорить в своих судебных речах бесполезные вещи и оскорбления в адрес противных сторон»[172].

Наравне с адвокатами в заседаниях Парламента участвовали прокуроры короля (procureurs).

В соответствии с «Учреждениями Людовика Святого» от 1270 г. главными задачами прокурора были обеспечение общественного порядка и законности на территории королевства, а также защита прав короля и обеспечение целостности королевского домена.

Зачастую прокуроры исполняли функции судебных приставов[173] (huissiers).

Судебные приставы следили за порядком в зале суда, вызывали лиц, участвующих в деле.

Так, согласно ст. 4 Ордонанса «Инструкция процесса» от 7 января 1277 г. «писцы приговоров (нотариусы) запишут стороны, имеющие дела, и стороны будут вызваны судебным приставом, когда советники отдадут приказ войти в Судебную палату, и он войдет только с лицами, которые необходимы для дела» (курсив мой. - Е.К.)[174].

Наконец, невозможно не упомянуть о нотариусах, или, как сказано в вышеуказанной статье, о писцах приговоров (les clercs des arrets).

В целом записи подвергалась вся работа Парламента, начиная от судебных решений, заканчивая протоколами выборов советников суда.

Данный принцип письменности в деятельности Высшего суда королевства возник во времена правления короля Филиппа II Августа в конце

XII века. До этого запись любых актов, судебных решений независимо от их важности и значения велась «от дела к делу».

Так, например, в 1201 году суд в рамках Королевской курии рассматривал нашумевшее дело юного Артура, племянника Жана Безземельного (Jean-sans-Terre), сына Генриха Плантагенета. Жан Безземельный насильно лишил своего племенника герцогства, взял его в плен и казнил. Его вызвали в королевский суд, чтобы он ответил за свой поступок, но тот не явился. Тогда его объявили бунтовщиком, конфисковали все его имущество и приговорили к смертной казни.

Несмотря на важность и широкий общественный резонанс этого дела, ни документы по данному процессу, ни само решение так и не были записаны.

Необходимость постоянного фиксирования своей работы Парламент осознал уже в середине XIII века, когда у сторон процесса либо у иных лиц возникали вопросы или открывались дополнительные обстоятельства по тому или иному делу, ранее рассмотренному Парламентом, а самого дела уже не было.

Для улучшения качества королевской юстиции, для профессионализации королевского суда, а также для гарантии прав людей всех сословий королевства, была учреждена должность нотариуса, или писца приговоров, в обязанности которого входило записывать решения королевского суда.

Постепенно стали появляться архивы королевских судов.

Короли, отправляясь в поездки, всегда возили с собой часть судебных решений, а также королевскую печать. Но в 1194 году, когда король Филипп Август путешествовал, на его лагерь напали англичане. В битве при Фретвале все документы, в том числе и судебные решения, были потеряны безвозвратно[175]. После этого случая при Королевской курии появилось специальное хранилище архивов судебных решений - Сокровищница хартий (Tresor des chartes)[176].

Уже во времена Парижского Парламента в архивах королевского суда хранились письменные документы всей работы последнего, за сохранность которых отвечал именно нотариус.

В заключение, в качестве примера, показывающего качественный состав Парижского Парламента на заседании, хотелось бы привести протокол решения судебного дела от 9 февраля 1261 г.

Так, согласно протоколу: «утверждение настоятеля аббатства Святого Бенедикта Флёри несостоятельно. Присутствовали на судебном заседании: архиепископ Руанский; Симон, казначей базилики Святого Мартина Турского; адвокат Юдес де Лорис; адвокат Жан Д’Юлли; адвокат Томас де Пари; сеньор Нельский; граф Понтье; коннетабль Франции; сеньор Пьер Фонтен; сеньор Жульен Перрон; сеньор Матье Боне; начальник арбалетчиков; бальи из Вермандуа, Санса, Вернёя, Буржа, Жизора, Котантена, Амьена; сеньоры Жан Сонье и Жан де Труа, которые вели

177

расследование»[177].

Таким образом, первоначальный состав Парижского Парламента имел преимущественно сеньориальную основу. Советники Высшего суда королевства получали право участвовать в судебных заседаниях без учета знаний, личных заслуг и опыта, а лишь на основе их сословного положения в обществе и занимаемого поста в государственном механизме.

Однако, как было сказано выше, по мере усложнения судебного процесса в королевских судах, наметились тенденции профессионализации советников.

Так, согласно Ордонансу от 6 апреля 1287 г. «удалены из Парламента представители высшего духовенства»[178], Ордонанс от 22 апреля 1291 г. предписывал «сенешалям, бальи, прево и другим чиновникам уходить во время судебного заседания в Парламенте» (см. Приложение № 2)[179], Ордонанс от 1296 г. удалил из Высшего суда королевства «всех тех, кто не знает законов»[180].

Что касается количественного состава Парижского Парламента, то в XIII веке королевский суд не имел какого-либо фиксированного штата с указанием должностей и определенной численности, составлялся лишь список имен, включенных в Парламент.

Члены Высшего суда королевства ежегодно назначались королем по мере необходимости после консультации с канцлером и членами Большого Совета до начала очередной сессии Парламента[181], то есть действовал порядок назначения членов суда.

Обычно такие назначения оформлялись специальными письмами короля (les letters de roi), которые записывались нотариусом Парижского Парламента, после чего им же выдавались документы о вступлении чиновника в должность. Так, по исследованиям историков, в XIII в. в Большую палату Парламента (la Grand chamber) были назначены герцог Бургундии Жоффруа де ла Шапель, граф де Сен-Поль Мэтью Вандом, архиепископ Нарбонны Рено Барбу, епископ Парижа Симон де Нель[182].

Единственным исключением стала численность чиновников Палаты прошений. Уже Ордонанс «О Парламенте» от 22 апреля 1291 г. закрепляет определенный штат: «каждый день будут во время заседания Парламента три человека из Королевского совета, чтобы выслушивать жалобы, которые не будут из числа бальи...». «Будут каждую неделю по пятницам, субботам и воскресеньям и в другие дни, если это уместно, 4-5 человек из Совета, чтобы отправлять жалобы и дела областей письменного права». «Чтобы выслушивать и решать жалобы, будут 4 человека из Совета, которые не

будут бальями, которые будут собираться каждую неделю по понедельникам и вторникам и другим также в количестве 4 человек, в среду и четверг. И, если есть такие, которые не могли бы прийти, достаточно, чтобы их было два или три» (см. Приложение № 2)[183].

Подводя итог исследованию возникновения и организации деятельности Парижского Парламента во второй половине XIII века можно прийти к следующим выводам.

Образование Парижского Парламента во Франции предопределили следующие процессы. Первый - формирование идеологической и политической основы королевского суда, а именно институционализация королевской власти, а также последующие автономизация институтов управления от личности короля и их специализация. Второй - процесс складывания структуры королевских судов на местах и определение Парламента как апелляционной инстанции в качестве вышестоящей. Третий - тенденция унификации права Франции, а также формирования системы общегосударственного королевского права.

Соответствующие процессы послужили основой для возникновения Высшего суда королевства, последний же, в свою очередь, способствовал дальнейшему их развитию.

Развивающиеся «теория двух тел короля», представления о государе как о пользователе, а не собственнике короны, впервые наглядно прослеживаются в созданном знатью образе Королевской курии.

Именно Curia regis «правит в отсутствие короля», являлась «продолжением политического тела короля».

Краеугольным камнем начала образования Парижского Парламента можно считать Ордонанс «О сражениях и поединках, а также показаниях свидетелей» от 4 апреля 1260 г., который закрепил возможность обжалования решений нижестоящих судов в королевский суд Франции, т.е. создал необходимую основу для формирования и организации в дальнейшем Высшего суда королевства.

Однако, окончательное образование Парламента, а именно закрепление фундаментальных традиций и принципов его работы в качестве первой и апелляционной инстанций, его структуры и организации, относится к более позднему периоду, а именно к концу XIII- началу XV вв.

Парижский Парламент, идентифицируемый с Королевской курией, которая первоначально представляла «персону монарха» в его отсутствие, провозглашенный главным, суверенным судом королевства, объявленный «источником правосудия», основой монархической власти в средневековой Франции, являлся государственным институтом - «продолжением политического тела короля», которому государь делегировал свои полномочия в области отправления правосудия для рассмотрения судебных дел по первой инстанции и апелляционной инстанции.

Вторая половина XIII века, объявленная этапом формирования лишь условий будущего механизма Парижского Парламента, наметила тенденции образования основных палат Высшего суда королевства (Большой палаты, Следственной палаты и Палаты прошений), начинающегося процесса создания парламентов в различных областях французского королевства, увеличения и улучшения качественного и количественного состава должностных лиц Парламента.

<< | >>
Источник: Коган Екатерина Г еннадьевна. Юридические аспекты организации и деятельности Парижского Парламента во Франции. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016. 2016

Еще по теме § 3. Организация Парижского Парламента во второй половине XIII века:

  1. Судебные учреждения и право в западных губерниях Российской Империи во второй половине XVIII в. – первой половине XIX века
  2. Соспловная политика царизма в западных губерниях Российской Империи во второй половине XVIII - первой половине XIX века
  3. Система местных органов власти в западных губерниях Российской Империи во второй половине XVIII в. – первой половине XIX века
  4. Германия во второй половине XIII в
  5. 6.8. Международные отношения и мировая политика во второй половине XX века
  6. Коган Екатерина Г еннадьевна. Юридические аспекты организации и деятельности Парижского Парламента во Франции. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2016, 2016
  7. 4.6.5. Общественные движения и политические течения в России во второй половине XIX века
  8. Очень трудно определить исторические векторы динамики Европы второй половины XX века
  9. Государственно-правовые реформы Речи Посполитой во второй половине XVIII века
  10. 6.1. Страны Западной Европы и США во второй половине XX века 6.1.1. Особенности послевоенного восстановления
  11. 4.3.1. Особенности социальноэкономического и политического развития России в середине и второй половине XVII века
  12. 1.3. Формы адвокатских образований в Российской империи, Западной Европе и США во второй половине XIX — начале XX века
  13. § 2. «Контрольные полномочия» Парижского Парламента
  14. § 4. Структура и состав Парижского Парламента
  15. § 2. Сущность Парижского Парламента
  16. § 1. Парижский Парламент в государственном механизме Франции
  17. Католическая реакция в университетах. Парижские аверроисты в XIII в.
  18. Глава 1. Парижский Парламент как результат институционализации королевской юстиции