Восстание городских коммун Кастилии (комунерос)

. Наруше- ііие королем подписанного соглашения явилось сигналом к восстанию городских коммун против королевской власти, получившему название “восстания комунерос" (1520—1522). После отьезда короля, когда депутаты кортесов, проявившие чрезмерную уступчи- ность, вернулись в свои города, они были встречены всеобщим негодованием.

Ha первом этапе (май—октябрь 1520 г.) для движения комунерос был характерен союз дворянства и городов. Это объясняется тем, что сепаратистские стремления энати находили поддержку у части патрициата и бюргерства, выступавших в защиту средневековых вольностей городов против абсолютистских тенденций королевской власти. Однако союз дворянства и городов оказался непрочным, так как их интересы были во многом противоположны. Между городами и грандами шла упорная борьба эа земли, находившиеся в распоряжении городских общин. Несмотря на это, на первом этапе произошло объединение всех антиабсолютистских сил.

Вначале движение возглавил город Толедо, отсюда вышли главные его вожди — дворяне Хуан де Падилья и Педро Jlaco де ла Вега. Была сделана попытка объединения всех восставших городов. Их представители собрались в Авиле, наряду с горожанами здесь было много дворян, а также представители духовенства и люди свободных профессий. Однако наиболее активную роль играли ремесленники и выходцы из городских низов. Так, представителем от Севильи был ткач, от Саламанки — скорняк, от Медины дель Кампо — суконщик. Летом 1520 г. в рамках Священной хунты объединились вооруженные силы восставших во главе с Хуаном де Падилья. Города отказались повиноваться королевскому наместнику и запретили его вооруженным силам вступать на их территорию.

По мере развития событий программа движения комунерос конкретизировалась, приобретая и антидворянскую направленность, но она не была открыто направлена против королевской власти как таковой. Города требовали возвращения в казну захваченных грандами коронных земель, уплаты ими церковной десятины. Они рассчитывали, что эти меры улучшат финансовое положение государства и приведут к ослаблению налогового бремени, ложившегося всей своей тяжестью на податное сословие. Однако многие из требований отразили сепаратистскую направленность движения, стремление к восстановлению средневековых городских привилегий (ограничение власти королевской администрации в городах, восстановление городских вооруженных отрядов И Т.Д.).

Весной и летом 1520 г. под контролем Хунты оказалась почти всв страна. Кардинал-наместник, пребывав в постовнном страхе, писал Карлу V, что “нет в Кастилии ни одного селения, которое не присоединилось бы к бунтовщикам”. Карл V приказал выполнить требования некоторых городов, чтобы внести раскол в движение.

Осеиью 1520 г. от восстания отошли 15 городов, их представители, собравшись в Севилье, приняли документ об отказе от борьбы, в котором отчетливо проявился страх пагрициата перед движением городских низов. Осенью того же года кардинал-наместник начал открытые военные действия против восставших.

Ha втором этапе (1521—1522) выдвинутая восставшими программа продолжала дорабатываться и уточняться. B новом документе “99 статей” (1521) появились требования о независимости депутатов кортесов от королевсхой власти, об их праве собираться каждые три года независимо от воли монарха, о запрещении продажи государственных должностей. Можно выделить ряд требований, открыто направленных против дворянства: закрыть доступ дворян к муниципальным должностям, обложить дворянство налогами, ликвидировать его “вредные” привилегии.

По мере углубления движения начала отчетливо проявляться его направленность против знати. K восставшим городам присоединялись широкие слои кастильского крестьянства, страдавшего от произвола грандов на захваченных домениальных землях. Крестьяне громили поместья, разрушали замки н дворцы знати. B апреле 1521 г. Хунта заявила о своей поддержхе крестьянского движения, направленного против грандов как врагов королевства.

Эти событня способствовали дальнейшему размежеванию в лагере восставших, дворяне и знать открыто перешли в лагерь врагов движения. Лишь незначительная группа дворян осталась в составе Хунты, главную роль в ней сталн играть среднне слон горожан. Используя вражду дворянства и городов, войска кардинала-намест- ника перешли в наступление и нанеелн поражение войскам Хуана де Падильи в битве прн Внльяларе (1522). Руководители движения были захвачены в плен и обезглавлены. Некоторое время дсржался Толедо, где действовала жена Хуана дс Падилън — Марня Паче- xo. Несмотря на голод и эпидемию, восставшие держались стойко. Мария Пачеко надеялась на помощь французского короля Франциска 1, но в конце концов она была вынуждена искать спасения в бегстве.

B октябре 1522 г. Карл V вернулся в страну во главе отряда наемников, но к этому времени движение было уже подавлено.

Одновременно с восстанием кастильских комунерос разгорелась борьба в Валеисии и на острове Майорка. Причины восстания были в основном те же, что и в Кастилии, но положение здесь обострялось тем, что городские магистраты во многих городах еще больше зависели от грандов, превративших их в орудие своей реакционной политики.

Однако по мере развития и углубления восстания городов бюргерство изменило ему. Опасаясь, что будут затронуты и его интересы, в Валенсии руководители бюргерства уговорили часть восставших капитулировать перед войсками вице-короля, подступившими к стенам города. Сопротивление сторонников продолжения борьбы было сломлено, а их предводители казнены.

Движение комунерос представляло собой весьма сложное социальное явление. B первой четверти XVI в. бюргерство в Испанни еще не достигло той ступени развития, когда оно уже могло бы променять городские вольности на удовлетворение своих интересов как нарождающегося класса буржуазии. Важную роль в двнжении играли городские низы, политически слабые и плохо организованные. B восстаниях в Кастилии, в Валенсии и на Майорке испанское бюргерство не имело ни программы, способной объединить, хотя бы временно, народные массы, ни желання вести решительную борьбу с феодализмом в целом.

B движении комунерос проявилось стремление бюргерства сохранить и даже повысить свое влияние в политической жизни страны традиционным путем — консервацией городских вольностей. Ha втором этапе восстания комунерос значительного размаха достигло антифеодальное движение городского плебса и крестьянства, однако в тех условиях оно не могло иметь успеха.

Поражение восстания комунерос имело отрицательные последствия для дальнейшего развития Испании. Крестьянство Кастилии было отдано в полную власть грандам, примирнвшимся с королевским абсолютизмом; движение горожан было разгромлено; тяжелый удар был нанесен зарождавшейся буржуазии; подавление движения городских низов оставило города беззащитными перед возраставшим налоговым гнетом. Отныне не только деревня, но и город подвергался ограблению со стороны испанского дворянства.

Экономическое развитне Испании в XVI в. Наиболее густонаселенной частью Испании была Кастилия, где проживало ³/4 населения Пиренейского полуострова. Как и в остальных областях страны, земля в Кастилии находилась в руках короны, дворянства, католической церкви и духовно-рыцарских орденов. Основная масса кастильских крестьян обладала личной свободой. Они держали в наследственном пользовании земли духовных и светских феодалов, уплачивая за них денежный ценз. B наиболее благоприятных условиях находились крестьяне-колонисты Новой Кастилии и Гранады, селившиеся на землях, отвоеванных у мавров. Они не только обладали личной свободой, но их общины располагали привилегиями и вольностями, сходными с теми, которыми пользовались кастильские города. Эта ситуация изменилась после поражения восстания кому- нерос.

Социально-экономический строй Арагона, Каталонии и Валенсии резко отличался от строя Кастилии. Здесь и в XVI в. сохранялись наиболее жестокие формы феодальной зависимости. Феодалы наследовали имущество крестьян, вмешивались в их личную жизнь, могли подвергать их телесным наказаниям и даже предавать смертной казни.

Наиболее угнетенной и бесправной частью крестьян н городского населения Испании были мориски — потомки мавров, насильственно обращенных в христианство. Они жили главным образом в Гранаде, Андалусии и Валенсии, а также в сельских районах Aparo- иа и Кастилии, облагались большими налогами в пользу церкви и государства, постоянно находились под надзором инквизиции. Несмотря на преследования, трудолюбивые мориски нздавна выращивали такие цеиные культуры, как оливы, рис, виноград, сахарный тростник, шелковичное дерево. Ha юге ими была создана совершенная ирригационная система, благодаря которой они получали высокие урожаи зерна, овощей и фруктов.

B течение многнх веков важной отраслью сельского хозяйства Кастилии являлось перегонное овцеводство. Основная масса овечьих отар принадлежала привилегированной дворянской корпорации — Месте, пользовавшейся особым покровительством королевской власти.

Дважды в год, весной и осенью, тысячи овец перегонялись C севера на юг полуострова и обратно по широким дорогам, проложенным через возделанные поля, виноградники, оливковые рощи. Десятки тысяч овец, продвигаясь по стране, наносили огромный ущерб земледелию. Под страхом тяжелого наказания сельскому населению запрещалось огораживать свои поля от проходивших стад. Еще в XV в. Места получила право пасти свои стада на пастбищах сельских и городских общин, брать в бессрочную аренду любой участок земли, если овцы паслись на нем в течение одного сезона. Места пользовалась огромным влиянием в стране, так как наиболее крупные стада принадлежали объединенным в ней представителям высшей кастильской знати. Они добились в начале XVI в. подтверждения всех прежних привилегий этой корпорации.

B первой четверти XVI в. в связи с быстрым развитием производства в городах н ростом спроса колоний на продукты питания в Испании наметился некоторый подъем сельского хозяйства. Источники указывают на расширение посевных плошадей вокруг больших городов (Бургос, Медина дель Кампо, Вальядолид, Севилья). Сильнее всего тенденция к интенсификации проявилась в винодельческом хозяйстве. Однако увеличение производства для удовлетворения запросов возросшего рынка требовало значительных средств, что было под силу только зажиточной, крайне незначительной в Испании прослойке крестьян. Большинство из них было вынуждено прибегать к займам у ростовщиков и зажиточных горожан под заклад своих держаний с обязательством уплачивать ежегодно проценты в течение нескольких поколений (сверхценз). Это обстоятельство вместе с ростом государственных налогов приводило к увеличению задолженности основной массы крестьян, к потере ими земли и превращению в батраков или бродяг.

Вся экономическая и политическая структура Испании, где ведущая роль принадлежала дворянству и католической церкви, препятствовала прогрессивному развитию хозяйства.

Налоговая система в Испании также стесняла развитие раннекапиталистических элементов в экономике страны. Наиболее ненавистным налогом была алькабала — 10%-ный налог с каждой тортовой сделки; кроме того, существовало огромное количество постоянны X и чрезвычайных налогов, размеры которых на протяжении XVI в. все время возрастали, поглощая до 50% доходов крестьянина и ремесленника. Тяжелое положение крестьян усугублялось всевозможными государственными повинностями (транспортировка грузов для королевского двора и войска, постой солдат, поставки продовольствия для армии и T.n.).

Испания была первой страной, испытавшей на себе воздействие революции цен. C 1503 по 1650 г. сюда было ввезено свыше 180 т золота и 16,8 тыс. т серебра, добытых трудом порабощенното населения колоний и награбленного конкистадорами. Прилив дешевого драгоценного металла явился главной причиной повышения цен в свропейскнх странах. B Испании цены возросли в 3,5—4 раза.

Уже в первой четверти XVI в. наблюдалось повышение цен на предметы первой необходимости, н прежде всего на хлеб. Казалось бы, это обстоятельство должно было способствовать росту товарности сельского хозяйства. Однако установленная в 1503 г. система гакс (максимальных цен ua зерно) искусственно удерживала низкие цены на хлеб, в то время как остальные продукты быстро дорожалн. Это привело к сокращению посевов зерновых н к резкому падению производства зерна в середине XVI в. Начиная с 30-х годов большинство районов страны ввозидо хлеб из Франции и Сицилин. Привозной хлеб не подпадал под действие закона о таксах и продавался в 2—2,5 раза дороже, чем зерно, производимое испанскими крестьянами.

Завоевание колоний и невиданное расширение колониальной торговли способствовали подьему ремесленного производства в городах Испании и возникновению отдельных элементов мануфактурного производства, особенно в сукноделии. B главных его центрах —

Сеговии, Толедо, Севилье, Куэнке — возникли мануфактуры. Большое количество прядильщиков и ткачей в городах и в округе работало на скупщиков. B начале XVIl в. крупные мастерские Сеговии насчитывали по нескольку сот наемных рабочих.

Большой известностью с арабских времен пользовались в Европе испанские шелковые ткани, славившиеся высоким качеством, яркостью и устойчивостью красок. Главными центрами производства шелка были Севилья, Толедо, Кордова, Гранада и Валенсия. Дорогие шелковые ткани мало потреблялись на внутреннем рынке и шли в основном на экспорт, так же как и изготовлявшиеся в южных городах парча, бархат, перчатки, шляпы. B то же время грубые дешевые шерстяные, а также льняные тканн ввозились в Испанию из Нидерландов и Англии.

Важной отраслью хозяйства с зачатками мануфактуры являлась металлургия. Северные области Испании наряду со Швецией н Средней Германией занимали важное место в производстве металла в Европе. Ha базе добывавшейся здесь руды развивалось производство холодного и огнестрельного оружия, различных металлических изделий, в XVI в. возникло производство мушкетов и артиллерийских орудий. Помимо металлургии, были развиты судостроение и рыболовство. Главным портом в торговле с Северной Европой являлся Бнльбао, который по оборудованию и обороту грузов превосходил Севилью до середины XVI в. Северные области активно участвовали в экспортной торговле шерстью, поступавшей из всех областей страны в город Бургос. Вокруг оси Бургос — Бильбао развертывалась оживленная экономическая деятельность, связанная с торговлей Испании с Европой, и в первую очередь с Нидерландами. Другим старым экономическим центром Испании был райои Толедо. Сам город славился выделкой сукон, шелковых тканей, производством оружия и обработкой кожи.

Co второй четверти XVI столетия в связи с расширением колониальной торговли начинается возвышение Севильи. B городе и его округе возникли мануфактуры по производству сукон, керамических изделий, развилось производство шелковых тканей и переработка шелка-сырца, быстро рослн кораблестроение и отрасли, связанные со снаряжением флота. Плодородные долины в окрестностях Севильи и других южных городов превратились в сплошные виноградники и оливковые рощн.

B 1503 г. была установлена монополия Севильи на торговлю с колониями и создана “Севильсхая торговая палата”, осуществлявшая контроль за вывозом товаров из Испании в колонии и ввозом грузов из Нового Света, в основном состоявших из слитков золота и серебра. Bce предназначенные к вывозу и ввозу товары тщательно регистрировались чиновиикамн и облагались пошлинами в пользу казны. Вино и оливковое масло стали главными статьями испанского экспорта в Америку. Вложение денег в колониальную торговлю давало очень большие выгоды (прибыль была здесь намного выше, чсм в других отраслях). Кроме севильского купечества, в колониальной торговле принимали участие купцы Бургоса, Сеговии, Толедо. Значительная часть купцов и ремесленников переселялась в Севилью из других районов Испании.

Население Севильи с 1530 по 1594 г. удвоилось. Увеличивалось количество банков и купеческих компаний. B то же время это означало фактическое лишение других областей возможности торговать с колониями, так как из-за отсутствия водных и удобных наземных путей перевоз товаров в Севилью с севера стоил очень дорого. Монополия Севильи обеспечивала казне получение огромных доходов, но она пагубно отразилась на экономическом положении других районов страны. Роль северных областей, имевших удобные выходы в Атлантический океан, сводилась лишь к охране флотнлнй, направлявшихся в колонии, что привело их экономику к упадку в конце XVl в.

Важнейшим центром внутренней торговли и кредитно-финансовых операций в XVI в. оставался город Медина дель Кампо. Ежегодные осенние и весенние ярмарки привлекали сюда купцов не только со всей Испании, но и иэ всех стран Европы. Здесь производились расчеты по крупнейшим внешнеторговым операциям, заключались соглашения о займах и поставках товаров в страны Европы и в колонии.

Таким образом, в первой половине XVI в. в Испании создалась благоприятная обстановка для развнтия промышленности и торговли. Колонии требовали большого количества товаров, а огромные средства, поступавшие в Испанию с 20-х годов XVl в. в результате ограбления Америки, создавали возможности для накопления капитала. Это дало толчок экономическому развитию страны. Однако как в сельском хозяйстве, так и в промышленности и торговле ростки новых, прогрессивных экономических отношений встречали сильное сопротивление консервативных слоев феодального общества. Развитие главной отрасли испанской промышленности — производства шерстяных тканей — сдержнвалось экспортом значительной части шерсти в Нидерланды. Тщетно испанские города требова- лн ограничить экспорт сырья, чтобы понизить его цену на внутреннем рынке. Производство шерсти находилось в руках испанского дворянства, которое не хотело терять своих доходов и вместо сокращения экспорта шерсти добивалось издания законов, разрешавших ввоз иностранных сукон.

Несмотря на экономический подъем первой половины XVI в., Испания оставалась в целом аграрной страной со слаборазвитым внутренним рынком, отдельные области были локально-замкнуты- ми в хозяйственном отношении.