СОБЫТИЯ B АНГЛИИ КОНЦА XVIII BEKA

B отличие от Французской буржуазной революции, буржуазная революция в Англии, как и в Нидерландах, почти не оказала влияния на европейские государства, а поэтому не вызвала в них усиления движений против монархий и феодальных отношений.

B последние десятилетия XVIII века Англия укрепила свое экономическое положение, хоть она и до этого считалась наиболее развитой капиталистической страной в мире. Успешно развивался начатый во второй половине столетия промышленный переворот, особенно

в хлопчатобумажной промышленности. B 1785 году в Англии появилась первая хлопчатобумажная прядильная фабрика, которая была оборудована новыми, усовершенствованными «мюльными» машинами Кромптона и паровой машиной Джеймса Уатта. Следует отметить, что всего за 25 лет к 1780 году таких прядилен было уже около пятисот, а поэтому потребление хлопка

Биржа в Лондоне. Рисунок Т.Роуландсона. 1808 г.

достигло в 1781 году уже 50 млн. фунтов. Это вызвало увеличение численности населения одного их главных центров английской хлопчатобумажной промышленности — Манчестера: за последнюю четверть XVIII века она выросла почти в 3 раза. Само по себе это событие было не ординарным, так как хлопчатобумажное прядение стало первой отраслью промышленности, в которой фабрика окончательно вытеснила мануфактуру.

Повсеместное внедрение машин требовало расширения производства чугуна и железа. Понятно, что литейная промышленность тут же откликнулась на это. Производство железа в Англии между 1785 и 1797 гг. удвоилось. Этому способствовало применение кокса при

плавке чугуна вместо древесного угля, который использовался раньше. B связи с этим выросла добыча каменного угля, которая за столетие увеличилась в 4 раза, составив к концу XVIII века цифру 10 млн. тонн.

По всем промышленным показателям Англия решительно опережала своих конкурентов. Продукты ее производства не имели конкуренции на внутренних рынках других государств. Это объяснялось их более низкой ценой и более высоким качеством. Так цена хлопчатобумажной пряжи с 1787 по 1801 год понизилась в четыре с половиной раза. Экспорт хлопчатобумажных тканей благодаря этому вырос в 90- X годах в три с половиной раза (до 6,5 млн. фунтов стерлингов). B первую очередь этим объясняется увеличение английского экспорта за это десятилетие на 55 процентов.

B эти же годы необычайно вырос объем так называемой треугольной торговли: работорговцы Англии отправляли хлопчатобумажные ткани из Манчестера через Ливерпуль на африканское побережье, а оттуда вывозили негров на Антильские острова, там грузили на свои корабли сахар, кофе и хлопок. Условия перевозки негров были необычайно тяжелыми, а поэтому лишь небольшая их часть выносила все трудности подобного путешествия.

Необычайно выгодной оказалась для английской буржуазии и война с Францией. Несмотря на то что расходы на ведение войны, в том числе субсидии на содержание континентальных войск союзников, только за первые пять лет возросли втрое (до 75 млн. фунтов стерлингов в 1797 году), они покрывались увеличением косвенных налогов и займами. Государственный долг в Англии вырос до огромных размеров, но именно он служил средством накопления капитала для английской буржуазии. Денежный рынок Лондона обгонял по своему значению старейшие денежные центры Европы.

Война против Франции была для английской буржуазии как бы продолжением торговых войн, которые велись с целью завоевания новых колоний и рынков.

Следует отметить, что и землевладельческая аристократия также использовала эту войну для собственного обогащения. Несмотря на то что Англии не хватало собственного хлеба, ввоз его в 1795 году был приостановлен с целью увеличения цен на хлеб, которые уже на третий год войны выросли на 25 процентов. B то же время заработная плата рабочих оставалась весьма низкой. Особенно низко оплачивался труд женщин и детей.

K XVIII веку практически все государства Европы перешли к более гибкой экономической политике. Правители и их советники понимали, что самый надежный способ привлечь в страну деньги — развивать производство экспортных товаров и добиваться превышения вывоза над ввозом. Поэтому государственная власть стала насаждать промышленное производство, покровительствовать мануфактурам и основывать их.

Подобная политика называлась меркантилизмом, который в экономике сводился к всемерному накоплению драгоценных металлов в стране и в государственной казне, а в теории — к поискам экономических закономерностей в сфере обращения (в торговле, в денежном обороте). Ранний меркантилизм, который иногда называют монетарной системой, не шел дальше разработки административных мероприятий для удержания денег в стране. Развитый же меркантилизм стал искать источники обогащения нации не в примитивном накоплении сокровищ, а в развитии внешней торговли и активном торговом балансе (превышение экспорта над импортом).

Представители развитого меркантилизма одобряли лишь такое вмешательство государства, которое, по их представлению, соответствовало принципам «естественного права». Философия «естественного права» оказала важнейшее влияние на развитие политической экономии в XVII — XVIII вв. Можно даже сказать, что сама наука развивалась в рамках идей «естественного права». Идеи эти, которые вели свое происхождение от Аристотеля и других античных мыслителей, получили в новое время новое содержание. Философы естественного права выводили свои теории из абстрактной «природы человека» и его «природных» прав. Поскольку права эти во многом противоречили светскому и церковному деспотизму средневековья,

философия естественного права содержала важные прогрессивные элементы. Следует отметить, что на позициях «естественного права» стояли и гуманисты эпохи Возрождения.

Обращаясь к государству, философы и следовавшие по их стопам теоретики меркантилизма рассматривали его как организацию, которая способна обеспечить природные права человека, в число которых входили собственность и безопасность. Социальный смысл этих теорий состоял в том, что государство должно обеспечивать условия для роста буржуазного богатства.

Связь экономических теорий с естественным правом впоследствии перешла из меркантилизма в классическую политическую экономию. Однако характер этой связи изменился, так как в период работы классической школы буржуазия уже меньше нуждалась в опеке государства и выступала против чрезмерного государственного вмешательства в хозяйство.