3.2. Духовные способности и проблемы их формирования

Духовные способности и проблемы их формирования. Систематика отдельных способностей в деятельности человека. Анализ философской и психологической литературы. Работы У. Джемса, С.Л. Рубинштейна. Этимология понятия способностей человека как свойств духа, или души.

Важным моментом проблемы способностей является системность их проявления в деятельности. В результате формирования функциональной системы деятельности они приобретают новые качества. С одной стороны, это относится к каждой участвующей в деятельности способности, которая в ансамбле других способностей обогащается новыми сторонами и свойствами. С другой стороны, функциональная система деятельности выступает в таком системном качестве, как одаренность. При этом важно отметить, что одаренность индивидуальна: у различных лиц, занятых одной и той же деятельностью, одаренность различна. Здесь, как и в проблеме способностей, на первый план выступает качественная характеристика одаренности, мера ее выраженности, количественные параметры.

В работах по психологии способности рассматриваются в отрыве от психических функций. Основной акцент делается на их детерминации деятельностью, что приводит к разрыву природной и культурной составляющих.

Анализ философской и психологической литературы показывает, что данная категория практически не разработана. Лишь в отдельных трудах используется термин «духовные способности» (У. Джемс), но и здесь дело не доходит даже до определений. Понятие «духовные способности» отсутствует в толковых словарях, начиная с В. Даля и до настоящего времени. Более часто мы встречаемся с понятием «духовность», но не в психологической, а в основном в религиозной и художественной литературе. Как правило, духовность связывают с духовной сущностью человека, с духовным началом, в качестве которого выступает «дух», «душа». Под духовными способностями в этом случае понимают свойства духа, некого идеального познающего начала – «я». Научной психологии нет необходимости исходить из принципа духа как активного начала личности. Как показал еще Джемс, «…психология как естественная наука должна допустить существование потока психических состояний, из которых каждое связано со сложными объектами познания, переживает по отношению к ним различные эмоции и делает между ними свой выбор» [46, с. 137].

Духовные способности нужно понимать как свойства, интериоризирующие функциональную индивидуальность человека. При этом индивидуальность человека осознается, следуя за Б.Г. Ананьевым [47], как единство и взаимосвязь его свойств как личности и как субъекта деятельности, в структуре которых функционируют природные качества человека как индивида.

Духовные способности можно понять как единство и взаимосвязь природных способностей индивида, преобразованных в процессе деятельности и жизнедеятельности, способностей человека как субъекта деятельности и отношений, а также нравственных качеств человека как личности. Если обычно мы рассматриваем способности действия, то духовные способности – это способности поступка.

Для понимания духовных способностей важно выяснить отношение категорий «деятельность» и «поведение».

Духовное поведение добродетельно. Оно опосредуется добродетелями личности, ее духовными качествами. С этих позиций духовные способности выступают как добродетели личности. Добродетели же есть качества человека, выражающиеся в желании и умении делать добро, в реальных добродетельных поступках. Добродетель всегда нравственна. В добродетели отдельный, единичный человек, «…будучи определенным как непосредственно чувственное и душевное, ...является таким единичным, которое имеет свою цель во всеобщем, а потому его этической задачей будет необходимость постоянно выражать себя самого, исходя из этого так, чтобы отказаться от своей единичности и стать всеобщим. Как только единичный индивид пытается сделать себя значимым в своей единичности перед лицом всеобщего, он согрешает и может лишь, признав это, снова примириться со всеобщим. Но всякий раз, когда единичный человек, войдя во всеобщее, ощущает стремление утвердиться в качестве единичного, он оказывается в состоянии искушения, из которого он может выбраться лишь с раскаянием, отдавая себя как единичного всеобщему» [47, с. 144]. Единичный человек добродетелен, пока следует морали (всеобщему), и в этом случае он духовен. Верхом грехопадения является использование человеком другого человека в качестве средства для достижения своей цели. Такой человек греховен в своей сущности. И прав Гегель, когда он в своей «Философии права» определяет единичного человека в его добре и совести. Но вернемся к духовным способностям. Часто они рассматриваются как синоним душевных способностей. Этимология здесь объясняется пониманием способностей как свойств духа, или души. Но сами духовные (душевные) способности выступают в качестве классических способностей восприятия, памяти, мышления, чувствования. Такое их понимание не дает ничего нового, и научной психологии в этом случае нет необходимости обращаться к понятию духа, или души. Говоря о духовных способностях, следует подняться над их обычным рассмотрением как свойств индивида, обусловливающих успех выполнения и исполнения деятельности. Или, если говорить еще более точно, как свойств функциональных систем, реализующих отдельные психические функции, которые имеют индивидуальную меру выраженности, проявляющуюся в успешности и качественном своеобразии освоения и реализации деятельности [28, 46]. В духовных способностях индивид возвышается над обычными способностями. Обычные способности выступают в роли того всеобщего, не постигнув которого и не развив в себе, индивид не сможет подняться до духовных способностей. Духовные способности вырастают из общих способностей. Это высшая стадия их развития. Духовные способности – это способности духовного состояния, формирующегося на основе как духовных ценностей личности, так и искушения отказа от долга следовать идее, вере, духовным ценностям.

Если способность мыслить есть свойство мозга, его особой организации, то можно сказать, что организация мозга во многом определяется состоянием (физиологическим и духовным), а следовательно, в разных состояниях мозг может представлять разные сущности. И поэтому духовное состояние является основанием других функциональных (интеллектуальных) возможностей мозга, позволяет по-иному мыслить.

Для дальнейшего рассмотрения духовных способностей остановимся на трех положениях. Первые два сформулированы еще У. Джемсом [46].

1. Худшее, что может сделать психолог, – это начать истолковывать природу личных сознаний, лишив их индивидуальной ценности. Мысли разъединены между собою барьером личности.

2. Нужно поработать нескольким поколениям психологов, чтобы установить с надлежащей точностью гипотезу о зависимости душевных явлений от телесных.

3. Ребенок в отличие от животного рождается с незавершенным формированием функциональных систем психологической деятельности. Становление головного мозга как функциональной системы осуществляется прижизненно, под влиянием внешней культурной среды. И можно сказать, что функциональные системы мозга изначально формируются как окультуренные.

Сопоставив эти три положения, отметим, что способности человека изначально являются свойством окультуренной функциональной системы. Они не исчерпываются свойствами самой системы, решающим моментом в их развитии станет их детерминированность индивидуальными ценностями. Именно эти индивидуальные ценности и будут определять качественную специфику способностей, от них будет зависеть, что увидит и запомнит человек, какая мысль у него возникнет, какова будет природа личностных сознаний. Духовные способности регулируются духовными ценностями. Таким образом, проблема переводится в плоскость ценностей. Можно возразить: «Но это не разрешает проблему, а только переводит ее в другую плоскость. Вместо одной проблемы появляется другая». Да, это так. Но, во-первых, мы видим, что такое духовные способности, а, во-вторых, с ценностями разобраться легче. Если поведение объясняется верой или стремлением сделать благо, то в этом случае мы можем говорить о духовных способностях, реализующих это поведение.

В свете сказанного духовные способности определяются прежде всего внутренним характером душевных состояний и нравственным чувством, проявляющимся в стремлении к активности в конкретном направлении, к духовному прогрессу – умственному, нравственному и деятельностному. В духовных способностях отражаются умственные способности в их единстве, консолидированные и направляемые духовными ценностями. В случае с духовными способностями особенно ясно, что они реализуются целостной психологической системой, рассмотренной ранее.

Духовные способности – это способности целостного понимания и постижения, сплав интеллектуальных способностей и духовного состояния. Невозможно осмыслить их, не обращаясь к понятию духовного состояния.

Что же привносят моральные качества и духовные состояния в интеллект? Чем они отличаются от таланта (одаренности)? Здесь наступает момент, когда необходимо упорядочить систему понятий в области способностей.

Отправной точкой будет служить определение понятия способностей. Мы будем рассматривать способности как свойства функциональных систем, реализующих отдельные психические функции, которые имеют индивидуальную меру выраженности, проявляющуюся в успешности и качественном своеобразии освоения и реализации деятельности. В известной степени способности передаются по наследству (это относится к функциональным механизмам способностей); в некоторой степени – являются индивидуальным приобретением (это относится к операционным механизмам способностей). Одаренность выступает как интегральное качество способностей в целях конкретной деятельности. Здесь важно еще раз подчеркнуть принципиальное сходство общей архитектуры психологической системы деятельности и архитектуры психологической функциональной системы способностей. Их изоморфность раскрывает пути интеграции отдельных способностей в одаренность в структуре деятельности.

Интеллект можно определить как интегральное проявление способностей, знаний и умений. Уже в способностях присутствует элемент научения в виде формирующихся операционных механизмов и действий, направленных на обработку материала в целях познания. В интеллекте операционные действия способностей дополняются более обобщенными операционными схемами, планами и программами поведения, а также знаниями о внешнем предметном мире, других людях и самом себе. Операционные схемы, программы обработки данных для интеллекта во многом то же самое, что для способностей – операционные механизмы.

Уровень интеллекта определяется уровнем развития отдельных способностей, наличием знаний, планов и программ и их связями с целостным характером функционирования. К сожалению, существующие системы диагностики интеллекта фиксируют его компоненты, но не затрагивают связей между ними и системности проявления. Поэтому получаемые результаты не дают основания сделать вывод о творческих возможностях индивида.

Операционные схемы, программы обработки данных, решающие правила, критерии достижения цели и многое другое, играющее в интеллекте ведущую роль, в современных подходах к диагностике остаются за скобками.

Талант есть проявление интеллекта в конкретной деятельности, познании природы.

Что же общего во всех данных определениях? Это то, что все они направлены и проявляются в деятельности.

Но помимо деятельности есть сложнейшая сфера познания – человек и его отношения. Но что значит понять человека? Это значит познать его духовный мир. Каков же путь этого познания? Для того чтобы понять человека, надо иметь какое-либо сходство с ним, с его духовным миром. Как отмечает О. Вейнингер, «понять человека – значит быть этим человеком и вместе с тем быть самим собою» [49, с. 111]. Чем большее число людей вмещает человек в свое понимание, тем богаче его духовный мир. Через богатство, ясность и интенсивность внутреннего духовного мира раскрывается понятие гения. Гений характеризуется способностью понять других людей, оценить их и отразить в своем творчестве. Но понять других – значит быть самому духовно богатым, вмещать в себя других людей в их духовном содержании.

Духовные способности – это способности понять, оценить и изобразить других людей в своем творчестве, это интегральное проявление интеллекта и духовности личности.

Здесь уместно поставить вопрос: может быть, человек лучше всего понимает себя и через познание себя он должен идти к постижению других? Интересный ответ дает О. Вейнингер: «Ни один человек не в состоянии самого себя понять; для этого субъект познания должен одновременно фигурировать в качестве объекта, иными словами, человек должен был бы выйти из рамок своего собственного духовного мира. Это так же невозможно, как невозможно объяснить универсальность. Для объяснения универсальности следует найти точку, лежащую вне пределов ее, а это противоречит универсальности. Если бы кому-нибудь выпало на долю постичь себя, тот мог бы понять всю вселенную» (Там же). Человек может понять себя только через другого человека. Эта мысль была еще в IV в. высказана одним из великих учителей церкви, знаменитым педагогом, известным сирийским писателем и композитором Ефремом Сириным. В работе «На кончину наставника (надгробное песнопение)» он писал: «В себе самом показывал ты нам прекрасные образцы; в собственной своей непорочности давал нам славное оружие. Блажен ты теперь, отец наш, а мы – в великой опасности; кто дает нам подобное тебе, наше зеркало?» [32, с. 18].

В этих словах Ефрем Сирин подчеркивает роль нравственного облика учителя и одновременно показывает, что только вглядываясь в учителя как в зеркало, ученик познает себя, сверяет свои дела и поступки. Эта же мысль представлена у К. Маркса, который писал, что «…человек сначала смотрит, как в зеркало, в другого человека. Лишь отнесясь к человеку Павлу как к себе подобному, человек Петр начинает относиться к самому себе как к человеку» [50, с. 62]. В процессе общения люди познают и оценивают друг друга.

Важнейшим личностным качеством, позволяющим проникнуть в духовный мир другого человека, является эмпатия. Психологические исследования показали, что индивидуальная способность к сопереживанию возрастает по мере накопления жизненного опыта.

Человек познает себя, свой духовный мир через другого человека, при этом духовно богатый человек познает другого лучше, чем тот самого себя. Для этого необходимо, чтобы духовно богатый человек вмещал в себя не только духовные качества познаваемого, но и нечто большее – противоположные ему качества. «Понять человека – значит иметь в себе этого человека и его противоположность» [49, с. 115]. Определив высшее проявление духовных способностей как гениальность, можно сказать, что гений успешен как в сфере духовного предвидения, так и в познании природы и создании техники и технологий. Духовные способности представлены прежде всего в творчестве философов, художников, музыкантов, поэтов, скульпторов и великих творцов религиозных догм. Но они не менее важны и в деятельности конструктора и ученого. Духовная сущность творца позволяет ему вступить в интимные духовные отношения не только с другими людьми, но и с природой, с каждой вещью, увидеть ее в сравнении с другими вещами, в целостном взаимодействии природы и человека. Гениальность является мерой не только чувственной восприимчивости (как способности), но и духовной восприимчивости. Это дает возможность более точно отразить вещь и ее значение и место среди других вещей. В силу сказанного, гений универсален, он проявляется в различных областях в виде конкретного таланта.

Человек с богатыми духовными способностями обращает внимание на такие стороны воспринимаемого мира, на которые обыкновенный человек никогда внимания не обратит. Но именно необычный взгляд на действительность и раскрывает ее для духовного человека в новых ракурсах. Его духовность выступает в неожиданных выводах и творениях, в том, что действительность познается не только рационально, но и эмоционально, через переживания. Для духовно богатого человека все значимо, все находит чувственный отклик.

Следует отметить, что полностью бездуховных людей нет и что духовность не находится в прямой связи со способностями и интеллектом. Духовным может быть и человек со средними способностями, а бездуховным может быть талант.

Апостол Павел в своем послании к коринфянам писал: «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что об этом всем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может» [51, гл. 2, 14, 15].

Рассматривая развитие способностей, можно выделить три фактора культурной детерминации. Во-первых, необходимо подчеркнуть тот факт, что ребенок рождается с еще несформированными окончательно функциональными системами психической деятельности. Функциональные системы, реализующие психические функции, вызревают в течение длительного постнатального периода. Этот процесс вызревания детерминируется средой жизнедеятельности. Функциональные системы изначально формируются как окультуренные «второй природой», созданной человеком. Во-вторых, развитие способностей детерминируется социальными формами деятельности. В-третьих, развитие способностей детерминируется индивидуальными ценностями. Именно эти индивидуальные ценности и смыслы будут определять качественную специфику способностей, от них будет зависеть, что увидит и запомнит человек.

Таким образом, развитие способностей проходит через тройную детерминацию:

· первичную – средой развития;

· вторичную – требованиями деятельности;

· третичную – духовными ценностями.

Анализ происхождения человечности позволяет сформулировать эволюционную концепцию личности, суть которой заключается в следующих положениях:

– анализ личности современного человека должен осуществляться исходя из основных качеств проточеловека. В качестве таковых прежде всего выступают базовые инстинкты: сохранение вида и сохранение индивида;

– в инстинктах целесообразно различать два основных элемента: побуждение (drive), требующее удовлетворения, и поисковое поведение (appetitive behavior), которое складывается из двигательной активности и завершающего акта;

– в качестве базовых источников внутренней активности можно выделить: пищевую мотивацию, половую мотивацию, исследовательскую активность, стремление к доминированию, агрессивность, защиту территории, обустройство места обитания, игру;

– любая поведенческая реакция формируется при участии как генетического фактора, так и всей совокупности условий среды;

– первой критической точкой в эволюции человека стал переход от инстинктивного поведения к интеллектуальному: на смену инстинкту пришли психические функции; в инстинктивном поведении произошел разрыв мотивации и поискового поведения; на базе ведущих биологических мотиваций, составляющих динамическую основу инстинкта, развивалась система надстроечных мотиваций; поисковое поведение стало строиться на широкой информационной основе, поставляемой развитыми психическими функциями.

Контрольные вопросы

1. Рассмотрите способности и психологические функции личности.

2. Каково понимание психологии способностей У. Джемса?

3. Дайте определение эмпатии как психологической категории.

4. Рассмотрите проблему духовных способностей и их развития.

5. Охарактеризуйте три фактора культурной детерминации.

Рекомендуемая литература: [28, 32, 46, 47, 48, 49, 50, 51].